По объявлению

Ирука мрачно выворачивает свой кошелек и по сто раз обновляет мобильное приложение банка. Стипендия — задерживается, зарплата — через две недели, общежитие — мест нет. Подлянка, куда ни посмотри. Ирука рыщет по сайтам, шарится по местной онлайн-доске объявлений — оказывается, много кто ищет квартирантов. Он искал именно съемную комнату, а не квартиру, на нее у него средств сейчас явно не хватит. Он выдыхает и методично обзванивает все контакты, которые более менее ему подходят — у него нет времени медлить, так как его выселяли из съемной комнаты уже завтра. Хозяинам взбрело в голову сдавать квартиру не покомнатно, а целиком, и захотели сделать ремонт. Арендаторов, в том числе и Ируку, поставили перед фактом и попросили с вещами на выход. И плевать они хотел на договор и уплаченные на месяц вперед деньги. Первой ответила девушка и сразу же пошла на попятную — ищет она только девушек. Ирука ее понимает и просит только заранее указывать об этой детали в объявлении. Вторым был парень, но тот быстро съезжает с темы, когда слышит голос Ируки — а этот с парнями квартиру не делит и тоже ищет только девушек. На пятом отказе Ирука начинает жалеть, что у него между ног нет вагины. Наконец, он доходит до последнего на сегодня телефона и, уже ни на что особо не надеясь, набирает его, слушая монотонные гудки. На том конце провода поднимают трубку, и слышится приятный мужской голос. — Здравствуйте, я по объявлению, — заученно произносит уже опостылевшую фразу Ирука. — Оно еще актуально? — Добрый вечер, — говорит мужчина в ответ. — Да, актуально. — Я студент, мне двадцать один, платежеспособный, — сообщает ему Ирука, переходя сразу к делу. — Готов подъехать прямо сейчас, просто мне очень нужно. Вы дома? После он смущается своей поспешности, но времени и правда очень мало. Мужчина на той стороне трубки, кажется, немного в ступоре от такого напора, но потом прерывает молчание. — Да, дома. Приезжай, обсудим. Он диктует адрес, и Ирука быстро записывает его, а потом мечется по комнате в поисках одежды, чтобы поехать и посмотреть на свое потенциальное жилье. Его предполагаемый будущий сосед живет в одном из спальных районов города, в непримечательной, но не старой многоэтажке. В ней есть даже лифт — признак не всегда, но хорошего дома. Ирука звонит в домофон, а потом поднимается на шестой этаж, теребя лямку рюкзака, после топчется под дверью, прежде чем позвонить в нее. Через пару секунд слышится щелчок, и дверь открывается. На Ируку смотрит высокий, молодой мужчина с обесцвеченными пепельными волосами, шрамом через левый глаз и заметно выделяющейся родинкой под нижней губой. Ирука шарит взглядом по его лицу, прислушиваясь к себе — нравится ли ему этот человек или нет, ведь ему с ним, может быть, предстоит жить. — Здравствуйте еще раз, я вот по объявлению, вам звонил недавно, — говорит Ирука немного с отдышкой то ли от волнения, то ли еще отчего. Мужчина оглядывает его с головы до ног, взгляд у него спокойный, оценивающий, и Ируке от него почему-то становится неловко. — Какаши, — он протягивает ему руку, Ирука пожимает ее, представляясь в ответ. Рукопожатие выходит довольно крепким. — Проходи. В квартире чисто и просторно, стены окрашены в прохладные пастельные оттенки, а из окон открывается красивый вид на небольшой местный парк. Какаши проводит его на кухню, где Ирука усаживается за стол, сняв свой рюкзак и положив его к себе на колени. — Кофе? Чай? — предлагает Какаши, смотря на него. — Нет, спасибо, — мотает головой Ирука. — Я бы хотел посмотреть комнату, для начала. — Комнату? — переспрашивает Какаши. — Да, комнату. Вы же сдаете комнату? В принципе, цена меня устраивает, и я готов заехать уже завтра, а может быть, и сегодня. Ирука замолкает, не сводя взгляда с Какаши. Тот моргает, потом чешет затылок, и Ируке кажется, что он выглядит растерянным. — Да, да, сдаю, — наконец говорит Какаши и криво улыбается. Он засовывает руки в карманы домашних штанов и кивает Ируке в сторону коридора. — Пойдем, посмотришь. Комната Ируке понравилась, выглядела она нежилой — здесь была односпальная кровать, тумбочка, стол, все, что ему было необходимо. Ирука оглядывается еще раз и оборачивается к Какаши, который наблюдает за ним. — Меня все устраивает, более чем. А в цену входят коммунальные услуги или нужно отдельно доплачивать? — Нет, ничего больше не нужно, — мотает головой Какаши. Ирука почти счастлив — он заверяет хозяина квартиры, что переедет сегодня же до девяти часов вечера и оплатит за первый месяц тоже сегодня. Какаши кивает и провожает его до двери.

***

Какаши перечитывает свое объявление — все верно. «Ищу парня от 20 до 25 лет для встреч за материальное вознаграждение. Место есть, на колесах, могу увезти, подвезти. О себе: актив, 27/181/67, на лицо не урод, спортивного телосложения. Телефон: +? х (: %? *(_=?» Перечитывает еще раз и не понимает, откуда на его голову свалился Ирука — он показался ему странным еще тогда, когда они разговаривали по телефону. Какаши тогда решил не заморачиваться по поводу такой оперативности парня, ему же лучше — он сходил в душ, переоделся, приготовил пару закусок на всякий случай и принялся ждать гостя, воображая, как он может выглядеть. И вот, Какаши открыл дверь и увидел на своем пороге парня — кожа у него была загорелая, глаза большие, темно-карие, приятное, открытое лицо и подвижная мимика, а еще — горизонтальный продольный шрам, пересекающий щеки и нос. Он был одет опрятно, неброско, за спиной был тяжелый на вид рюкзак — довольно непривычный прикид для того, кто решил провести ночь у незнакомца, отметил тогда Какаши. И когда он уже хотел предложить парню сходить в душ или сразу отправиться в спальню, тот задал вопрос об аренде комнаты и еще о чем-то… Какаши совсем не ожидал такого вопроса, вот честно, и уже хотел было послать парня куда подальше и сказать, что тот ошибся номером, но тут же остановил себя. Парень ему действительно понравился, он любил такой типаж — темноволосые, темноглазые, улыбчивые, и сам Ирука был очень симпатичный на вид, стройный, ухоженный, и в то же время не манерный, открытый и простой. Какаши решил не упускать свой шанс, иначе завтра Ирука найдет себе другое жилье, и потом Какаши вряд ли его увидит. Благо, Какаши жил в двухкомнатной квартире, и одна комната у него всегда пустовала — он изредка водил сюда гостей, когда получалось. Ирука клюнул и даже, кажется, не заметил никакого подвоха, словно все так и должно было быть. И вот, уже через пару часов в его квартире поселился этот парень — вещей у него было немного, но все же Какаши помог ему затащить их в дом. Вот они на кухне, Ирука оживленно болтает, рассказывает, какие у него бывшие арендодатели мудаки, которые выселяют жильцов, когда им вздумается, говорит что-то еще и еще. Какаши поддакивает в нужные моменты, а сам украдкой наблюдает за Ирукой, который то моет посуду, то заваривает чай в одних боксерах и футболке, потому что все свои вещи он с разрешения Какаши поставил стираться. Когда Ирука спрашивает про договор, Какаши отмахивается, зачем, мол, договор, устно по рукам ударим. Ирука теряется, потому что он всегда до этого при съеме жилья заключал договор, но как показал предыдущий опыт, это не гарантия надежности, и он, поколебавшись, перечислил все же деньги на счет Какаши по устной договоренности, прежде чем отправиться спать на свое новое место.

***

На объявление Какаши через пару дней откликается парень — уже действительно по тому объявлению, которое он давал сам. Ируки нет, квартира свободна, и Какаши привозит парня к себе домой. Они пьют, ведут разговор на какие-то отвлеченные темы — парень молодой и красивый, с пухлыми губами, одет в обтягивающие джинсы. Сам принес с собой презервативы и смазку, и Какаши трахается в этот раз на своей постели, уткнув парня головой в подушку. Тот громко стонет, подмахивает ему, хотя вряд ли получает удовольствие — Какаши кончает, потом выходит, стягивает с себя резинку и притягивает парня к себе, чтобы тот взял в рот его начавший опадать член. Затем он трахает его в рот, и через какое-то время снова кончает, прямо ему на язык — парень ловит ртом его кончу и глотает ее. Какаши откидывается на постели, а его гость отпрашивается в душ — Какаши размышляет, стоит ли продолжить еще или можно уже заканчивать. Он открывает окно и курит, стараясь, чтобы дым не попадал в комнату. Парень возвращается, глаза у него немного более круглые, чем обычно. — Ты не один живешь? — спрашивает он. — Или ты кого-то еще вызвал? Какаши сначала не понимает, о чем он говорит, а потом до него доходит — он чертыхается и натягивает на себя одежду, прежде чем выйти в коридор. Ирука смотрит на него не менее округлыми глазами — по приходу на новое съемное жилье он явно не ожидал увидеть там чужого полуголого парня в одном полотенце. — Это мой парень, — невозмутимо говорит Какаши, не найдя сказать ничего лучше. — Оу, — говорит Ирука, и ему становится неловко вдвойне — чего он еще больше не ожидал, так это то, что будет снимать комнату у гея — или бисексуала? — Ладно, хорошо. Без проблем. Но… он тут будет жить? — Нет, конечно, нет, — отвечает Какаши. — Не беспокойся, он уже уходит. Ирука кивает и скрывается у себя в комнате, чувствуя, как у него отчего-то горят щеки, а сердце стучит быстрее, чем надо было бы. Какаши рассчитывается с парнем, а потом тот просит отвезти его домой — он живет далеко от центра города. Какаши вздыхает, но соглашается — сам же в объявлении писал, что привезет и отвезет.

***

Прошло еще какое-то время, больше Ирука полуголых парней в квартире не видел, и это было к лучшему. Он смиряется с тем фактом, что его арендодатель любит трахаться с парнями — по крайней мере, это его не касается никаким боком. Ирука продолжает заниматься своими делами — утром до обеда учится, потом идет на подработку и возвращается домой ближе к вечеру. Затем он занимаеся домашними делами — они с Какаши договорились, что по очереди будут мыть полы, протирать пыль и готовить. Ирука устает, но не жалуется — жилье у него есть, с учебой все нормально, деньги платят. Однако беспокоит его одно — Какаши. Какаши на него пялится — наблюдательный Ирука замечает это, но не подает виду. Меньше вопросов, меньше проблем. Однако он старается не ходить по дому в слишком открытой одежде, а моется в душе только поздно вечером, чтобы никто не мог его потревожить. Это начинает его раздражать — почему он стесняется, не все ли равно ему на Какаши? Как оказывается — нет, не все равно. Какаши кажется ему интересным человеком, и он узнает о нем немного больше за общими ужинами или вечерними посиделками перед телевизором. Какаши работает удаленно в сфере айти и почти целыми днями проводит дома. Друзей у него немного, но те, что есть — самые верные и надежные. Семьи нет, родители умерли, когда он был ребенком — Ирука чувствует с ним особую связь на этом моменте, ведь он тоже рано остался сиротой. Он рассказывает о своем детстве, о том, как его вырастил его дедушка, а потом его под опеку взял старший названный брат, Асума. Какаши кивает, молчаливо выражая свою участливость и солидарность — он редко с кем вел душевные разговоры, и от этих откровений ему становится немного не по себе, ему непривычно открываться другому человеку. Но Ирука выглядел тем, кому можно доверять, с ним хотелось говорить и быть рядом. Проходит почти два месяца, и Какаши за это время ни разу не проводит никого домой с того случая. Он не может быть с кем-то другим, потому что все его мысли вне работы заняты Ирукой. И дома все напоминало об Ируке — запах его духов, его мыло и шампунь в ванной, его любимая кружка рядом с кружкой Какаши на кухне, его одежда в прихожей, его горшок с цветком, который он откуда-то притащил со свалки. Хуже было то, что Ирука был так близко, и в то же время он был таким недосягаемым — Какаши очень хочется стать с ним ближе, но он не осмеливается сделать ему такое предложение. Он не хочет, чтобы Ирука испугался и ушел от него, а если он даже и останется после этого, то их завязавшаяся дружба явно сойдет на нет. По крайней мере, Ирука знает, что Какаши привлекают парни, и вроде как не против этого, и данный факт обнадеживает Какаши. Он хочет соблазнить Ируку, но не знает, с чего начать — ему всегда было проще кому-то заплатить и взять то, что полагается. Нормальных отношений у него почти не было, и он снова чувствует себя неопытным девственником. Какаши часто ходит полуголым по квартире — Ирука замечает и это. Порой он, например, заходит на кухню утром, чтобы заварить кофе, а там сидит Какаши без футболки. Ирука смущенно отводит взгляд, чтобы не пялиться на эти прекрасные витые мышцы, накаченную грудь, выпирающие ключицы, и сам не понимает, что с ним — до этого он никогда не замечал за собой подобной реакции. Он много раз находился в мужских раздевалках и душевых, где было много полуголых, а то и вовсе голых парней, и не пялился на них, а тут… Потом Какаши чуть не налетает на него в дверях ванной — Ирука пятится назад, чтобы оказаться как можно дальше от мокрого, разгоряченного Какаши в одном полотенце на бедрах, под которое от пупка уходит дорожка светлых волос. Какаши улыбается ему и неспеша удаляется к себе, и Ирука не может не проводить его взглядом до двери. Внутренне он ругается на самого себя, но потом еще долго перед его глазами стоит образ Какаши, только уже без полотенца с додуманными Ирукой деталями.

***

Какаши дрочит на своего квартиранта по утрам, когда за Ирукой закрывается дверь, и он остается один. Ирука на его коленях, Ирука, стонущий под ним его имя, Ирука с растрепанными волосами и абсолютно без ничего в его постели… Какаши толкается в свой кулак, представляя, что в Ируку, и спускает себе в руку. Ладонь в склизкой сперме, и он нехотя плетется в душ, чтобы привести себя в чувства — там его накрывает по новой, и он дрочит опять, опершись рукой о стену под струями воды. У него не было секса уже третий месяц, а объект его желания находится на расстоянии вытянутой руки, но Какаши все никак не может его взять. Это начинает раздражать, и Какаши решает наконец прекратить это. — У меня небольшие проблемы с оплатой, — говорит Ирука за столом. Вечер, они едят приготовленную им пасту на двоих. — Можно я за этот месяц пока половину отдам, а остальную часть чуть позже? — Конечно, — отвечает Какаши. — Хочешь — вообще живи хоть бесплатно. Ирука непонимающе смотрит на него. — Но… я так не могу, я же комнату у тебя снимаю… — говорит он неуверенно, но предложение очень соблазнительное. — Меня это не тяготит, а тебе ведь негде жить? Тем более, ты работаешь и учишься и очень устаешь, — продолжает непринужденно Какаши. — Мне много не надо, только лишь… — Только лишь что? — спрашивает Ирука. Какаши сцепляет руки перед собой в замок, смотря на него. — Хочу, чтобы ты жил со мной не как квартирант, а как партнер. — Ты хотел сказать, как сожитель? — переспрашивает Ирука. — Звучит грубовато, но что-то вроде того, — соглашается Какаши. Ирука опускает взгляд, потирает лоб, вздыхает. — Что ты подразумеваешь под этим? — Отношения, — пожимает плечами Какаши, а внутри него все скручивается в ожидании ответа. Этот разговор действительно очень волнительный. — То есть, ты предлагаешь мне жить у тебя, а взамен — трахаться с тобой? — уточняет Ирука, и это звучит еще более грубо и пошло, чем сожительство. — А как же твой парень? Ты же вроде с кем-то встречаешься? Теперь вздыхает Какаши. — Я ни с кем не встречаюсь. — Вы расстались? — Нет, мы вообще не встречались. Это так, никто. — Секс на одну ночь? — Ирука ковыряет вилкой в своей тарелке. — Ну, типа того, — отзывается Какаши, и ему отчего-то становится немного стыдно. Ирука помолчал, прежде чем заговорить. — Я не думаю, что я готов к этим… отношениям. Я просто буду себя неловко чувствовать, словно я сижу у тебя на шее или словно я оплачиваю свое проживание сексом. И я не уверен, что я не буду для тебя тем же парнем на одну ночь. Может, на один месяц или на один год, но разницы нет. Ирука мотает головой, а потом встает, чтобы убрать посуду. Какаши встает вслед за ним, словно боясь, что тот уйдет. — Я не… я не это имел ввиду. Ты не будешь просто развлечением на одну ночь или сожителем, которым можно пользоваться, — Какаши опирается о столешницу, пока Ирука моет посуду. — Ты мне нравишься, правда. Ирука домывает кружку и выключает кран. Он не хочет поднимать взгляд на Какаши и избегает этого всеми способами — в груди опять неспокойно, а его слова сбивают Ируку с толку, хотя именно их он хотел услышать от Какаши. — А ты уверен в том, что твои чувства взаимны? — спрашивает Ирука, наконец посмотрев на Какаши, но ему все еще трудно выдержать его взгляд. — Да, — кивает Какаши. — Я видел, как ты смотришь на меня, и тебе нравится проводить вместе время, разве не так? Какаши кажется уверенным, но внутри его почти трясет от волнения. Ирука еле слышно фыркает, не сдерживается и улыбается себе под нос. — И, если даже этого тебе недостаточно, то слушай — я никогда не сдавал комнату. — В каком смысле? — удивленно спрашивает Ирука. — В прямом, — кашляет Какаши, отводя взгляд. — Тогда я действительно давал объявление, но в группе знакомств — я искал парня. Но позвонил ты. — Что? — Ирука не может в это поверить. — Ты серьезно? Какаши в подтверждение своих слов показывает свое старое объявление, а Ирука открывает свое, по которому он звонил о съеме жилья. Удивительно, но номера телефонов отличались всего на одну цифру, и Ирука, видимо, в спешке нечаянно нажал не ту. — То есть, ты хочешь сказать, что я просто приперся к незнакомому мужчине на ночь глядя, отдал ему все свои деньги и завалился спать? Ирука подсчитывает в уме, сколько раз его могли ограбить, изнасиловать или убить за это время. Он все еще был в шоке. — Вероятно, это судьба, — пожимает плечами Какаши, не сдержав улыбки. У Ируки больше не остается аргументов — против судьбы не попрешь, да и глупо было дальше противиться своим желаниям. Он действительно хотел попробовать стать ближе с этим парнем, и, что ж, если его чувства оказались взаимны, то почему нет? — Только у меня условие — я все же буду продолжать платить аренду, ладно? — заявляет Ирука. — Без проблем, — говорит Какаши. — До тех пор, пока не решишь переехать ко мне, можешь платить, — он понижает голос. — И у меня тоже есть условие… — Какое? — спрашивает Ирука, но уже понимает, что Какаши имеет ввиду — он чуть подается вперед, не отрывая от него взгляда, а затем Ирука чувствует невесомое прикосновение к своим волосам. Он прикрывает глаза, но не отстраняется, когда его губ касаются чужие, лишь приоткрывает рот и шатко, горячо выдыхает. Они попробуют.