Body

      - А может, ты захочешь что-нибудь вместо сахара?       На этот вопрос блондин задумался и приставал указательный палец к губам.       Время за пределами купола казалось, текло медленно (а возможно оно и вовсе остановилось), и чтобы как-то скоротать ожидание остальных, Чарли предложил Джокеру сыграть в карты. Первый, если быть честным с его стороны, даже не знал, во что именно они играют и даже иногда поддавался Красному. Но несмотря на все свои попытки, последний терпел поражение и был готов волосы на себе рвать. Но всё же успокаивался и протягивал победителю очередную коробку с сахаром. Но время шло, сахар закончился и это означало, что Джокеру придётся ставить на что-то другое. Например на желание.       - Кажется, я знаю, - Чарли осторожно покасился на белое свечение - но сначала не мог бы ты переместить нас подальше от купола?       Джокер вопросительно на него посмотрел и прищурил глаза. Он вспомнил как однажды у него с Риккардо завязался приятный разговор и они, сами того не заметив, сменили тему и Джокер поинтересовался у него насчёт Чарли, ведь они, если шут не ошибался, были давно знакомы. "Он довольно сложный человек, но если есть желание, с ним можно как-то поладить" - рассказывал ему Де'Карли. А после осторожно добавил: "Но с ним надо быть поосторожней, иногда он выделывает очень неприятные шутки".       Так он две доли секунды озадачено смотрел на собеседника, но после, щёлкнув пальцами переместил их. Когда оглянувшись назад, Джокер не увидел мутного свечения полушара, он понял, что они достаточно далеко от купола.       - Так какое у тебя желание?       Чарли не сразу ему ответил. Будто готовясь к ответу, он поудобнее уселся, сложив ноги "бабочкой" и опустив голову меж двух ладоней. С несходящей улыбкой он полушёпотом сказал:       - Разденься.       - Ч... Чего?! - от услышанного Джокер аж отпрыгнул в сторону.       До этого он мирно сидел рядом с ним на коленях, сейчас же стоял чуть подальше и смотрел на него с ошарашенным видом.       - Помнишь, ты говорил, что у тебя под одеждой полно ожогов? - пояснил Чарли - Я хочу посмотреть на них.       Это лишь немного успокоило мага и он уже с слегка подавленным видом сложил руки на груди:       - Ну, Чарли, я даже не знаю. Да, я говорил вам о своих ожогах, но не думаю, что так важно их показывать. Не то чтобы я стесняюсь, просто... Не вижу смысла.       - Но мне мало просто рассказов, - уже настойчиво говорил художник - мне хочется посмотреть на них в живую, хочу знать как они выглядят.       - Я всё равно не буду этого делать. Выбери лучше что-то другое.       Чарли хитро усмехнулся:       - А кто сказал, что у тебя есть выбор, а Красный? Не боишься, что я выберу что-то похуже, чем просто раздеться?       Джокер ничего ему не ответил, а только смущённо отвёл взгляд в сторону, чтобы не видеть наполненные азартом глаза Батлера. Ему приносило неописуемое удовольствие доводить шута до похожих эмоций, и сам шут не мог этого не замечать.       - Джо, либо долг, либо я с тобой не разговариваю.       Тяжело выдохнув, Джокер выпрямился и поднял над головой правую руку. Одним только щелчком пальца, облегающая всё тело, одежда испарилась и перед художником предстала занимательная картина.        Всё тело было покрыто замысловатой паутинкой из розоватых пятен. Больше всего их было на руках и ногах, там они преобретали уже более тёмные тона, с редкими иссохшими ранками. На спине и груди их почти не было видно, зажившие ожоги были совсем светлые и кое как различимы на коже. Одно радовало: на ней ещё остались живые места.       Под пристальным взглядом, Джокер ещё сильнее сжимался, пытаясь укрыть свои интимные места. Сейчас он чувствовал себя мышью, загнанной в угол, которая, уже не зная куда деваться, всё сильнее вжималась в свой тесный уголок.       А Батлер всё это время смотрел на него оценивающим, но в то же время завороженным взглядом, с каким живописец смотрит на свою первую натурщицу, мысленно подчёркивая её плавные изгибы тела. Также и Чарли заметил тело мага весьма привлекательным. Особенно сейчас, когда двухцветный костюм больше не скрывает других его прелестей.       Рука уже сама по неволе начала тянуться, и Чарли аккуратно коснулся наружней части его бедра. Красный почувствовал на себе чужую руку, но не отпрянул, а стал ждать, что будет делать его друг.       Медленными, щекочущими движениями художник стал водить рукой по узорам из ожогов. Он чувствовал, как под его пальцами шуршит ссохшаяся вокруг ожогов кожа. Но в глуби этих ожогов она была по младенчески гладкая и Чарли посетила мысль, как Джокер терпит все эти ноющие шрамы и замечает ли он их вообще?       - Так ты насмотрелся или нет? - его голос вывел Чарли из раздумий, когда его рука уже скользнула к внутренней стороне бедра.       Батлер с отвращением отдёрнул руку.       - Да, вполне.       Джокер иронично хмыкнул и пока его друг пытался разобрать суть произошедшего, вернул свой костюм обратно.        Поздравляю, Чарли, - сказал Джокер, - Ты первый, кто увидел меня голышом и из-за тебя я чувствую себя неловко. Надеюсь ты доволен.       По тому как Джокер это сказал, Чарли сразу понял, что он на него немного обижен. Но он не придавал этому значения. Ведь он знал, что не пройдёт и минуты, как он забудет про свою обиду, наконец вернутся остальные и он снова звонко засмеется, прикрыв глаза, будто до этого ничего не происходило.