Грязная Кровь

      Воздух казался вязким и густым, каждый вздох давался неимоверно тяжело, когда мужчина пытался вобрать в легкие хоть немного кислорода. Он приходил в себя. Постепенно, с каждым болезненным проникновением воздуха в лёгкие, сознание просыпалось. Пытался уловить бессвязные картинки, словно мозаику, раскиданные перед ним воспоминания. По крупицам память собирала воедино всё, что произошло. Охотник и некое подобие битвы с Ним. Следом бессвязные мысли, что зацикливались на Авроре и разбегались от него словно рябь на воде, возвращаясь обратно в центр. В центр сумасшедшей силы, что он когда-либо видел в своей жизни, страх. Он ощутил животный, ужасающе холодный и липкий страх перед ней.       Но внезапно он оборвал себя, остановился и словно отматывал плёнку назад, останавливаясь на самом сладком моменте. Как скрежет металла посылает табун мурашек по его телу, а душа оживает в ликующем танце от тех стонов и цвета крови охотника.       “Я победил!” – пронеслось в голове так чётко и громко, давая понять мужчине, что всё кончено.       Облизав губы и почувствовав горечь во рту, Маркл наконец-то окончательно пришёл в себя. Открыв глаза, он сразу понял, где находится. Прозрачное стекло с кучей голограммных показателей его состояния нависало над ним. Мед-капсула, без сомнений, единственное, что могло привести тебя в порядок за считанные часы, если под рукой нет бакты. Значит они на корабле, значит они летят на Агамар и значит Аврора здесь…       - Откройся. – слегка осипшим голосом сказал мужчина куда-то в пустоту, но стекло капсулы послушно отодвинулось, впуская сладковатый запах лекарств во внутрь капсулы.       Он встал резче чем планировал, голова в момент пошла кругом, тошнота подступила к горлу, но желание убедиться, что Аврора действительно с ними, было непреодолимым. Дроид медик закружил над ним, сканируя и попутно уговаривая своего подопечного лечь обратно в капсулу. Отмахнувшись от назойливой машины, Маркл встал, покачнулся, но устоял на своих двоих. Опустив взгляд, он заметил, что находится в медицинской белой рубашке. Наплевав на свой внешний вид, он поспешил к двери. С шипением, она открылась перед ним, обдавая холодом коридоров крейсера, что летел в гиперпространстве, подтверждая это мелькающими звёздами за иллюминатором.       Пара штурмовиков, стоявших у двери на стрёме покоя своего хозяина, вздрогнули и краем глаза через шлем наблюдали за мужчиной.       - Где Аврора? – голос стал жёстче, но всё ещё хриплым.       - Я провожу вас. – сказал мужчина справа от Маркла.       Лишь кивнув охране, он двинулся за ним, минуя коридор направляясь в соседний мед-блок. Тут охраны было больше и уже не штурмовики, а солдаты-тени. Те самые, прекрасные, но такие неуклюжие машины для убийства и защиты их семьи. Великолепный подарок от самого Императора Палпатина. Вздох и собственное одёргивание от непрошеных мыслей о Покровителе.       “Не сейчас.” – сказал мужчина сам себе и нажал на кнопку открывания дверей.       Они распахнулись перед ним, представляя помещение наполненное дроидами, что кружат вокруг белой капсулы. Внутри неё лежала Аврора, в белой длинной сорочке, чиста, как первый снег и спокойна, как мраморное изваяние богини. Он подошел ближе, не обращая внимания ни на что, коснулся пальцами холодного стекла капсулы и впился восхищенным взглядом в желанный объект. Волосы длинными вьющимися локонами лежали вдоль её тела, словно пушистое одеяло, покрывали девушку с двух сторон. Лицо, как из мрамора, словно высечено старательными руками творца, над которым он трудился день и ночь половину своей жизни. Тонкая шея плавно перетекала в худощавое тело с острыми ключицами, белая ткань очерчивала плавные линии её фигуры. Девушка умиротворенно лежала в капсуле, словно в саркофаге. Трогать нельзя, только смотреть.       “Красивая...” – подумал Маркл, сильнее растопырив пальцы на уже тёплом стекле. – “Красивая и моя Аврора.”       Мысли заходили дальше, чем вознесение её красоты, но оборвались, стоило его взгляду коснуться её рук. Полосы, нет, трещины или следы, которые остаются после удара током, красными шрамами обвивали её руки до локтей. Он сразу вспомнил, как она пропускала через них молнии силы и слегка отпрянул от капсулы, словно испугался. Но внутри действительно что-то сжалось, что-то живое завопило в нём и дрожа, пряталось в тёмных уголках его души. Страх.       Резко вздохнув и рвано выдохнув сладкий от медикаментов воздух, он вздрогнул, когда услышал голос у себя за спиной.       - Такое явление, – Дже’тин медленно выходил откуда-то из тени, уже не такой тёмной, но всё ещё ощутимой. – Нормально, когда ситх использует такой приём.       Маркл вглядывался в брата, глаза с гетерохромией были совершенно спокойны, как и его лицо. Он ничего не почувствовал от брата, ни малейшей эмоции в её сторону. - Молнии силы не игрушки, они способны расплавить тело и разрушить разум своей жертвы, но безусловно я рад, что вы остались живы. – он отложил планшетник, что был у него в руках на панель с какими-то кнопками. Вновь посмотрел на брата и подошел к капсуле.       Маркл посмотрел на руки девушки и опять вспомнил её. Глаза чёрные, словно самая чистая тьма, яростное лицо и непроглядная холодная ненависть, исходящая от неё. Буря совершенной силы, что казалась необузданной, такой живой и ярой, словно стая нексу, что однозначно разорвут тебя. Внутри всё похолодело, так как это шло в разрез с его памятью о ней. Да, несомненно, он уже видел её такой, ненавидящей и желающей смерти Катона. Сказать по правде, он желал его смерти не меньше, чем она в тот день, когда Аврора душила брата. Маркл тысячу и сто раз пожалел, что не позволил ей убить его, но он не хотел, чтобы тёмная сторона силы завладела ей. Аврора не была её частью, словно балансируя на этой грани между, да и нет, пусть так бы оно и было. Пусть она бы и дальше оставалась на этой грани, но видимо время пришло и не самым наилучшим образом. Следы на её пальцах и ладонях говорили о том, что теперь её душа сделала выбор. Вот чего он на самом деле испугался. Она не будет прежней, его воспоминания о том, как она изредка улыбалась ему, слушая, как он читает ей по вечерам, больше никогда не повторятся. Она больше не будет, как раньше, молить его защитить её от Катона, а он бы и с радостью, но это было невозможно. Теперь она и сама хорошо справиться, но если это действительно так, если Аврора может управлять силой и её душа наполнена тьмой, как же отец планирует воплотить свой план в жизнь?       - К сожалению, к тому моменту как мы прибудем на Агамар, наша сестра будет всё ещё в коме…       - В коме? – изумлённо спросил Маркл поднимая встревоженное лицо на брата.       - Именно. – кивнул ему в ответ Дже’тин. – Мы летим уже несколько дней, осталось меньше суток до дома, оборудования на корабле не хватает для полной диагностики, но уверен, Марлен скажет всё точнее.       Дже’тин перевёл свои глаза на сестру, на её спокойное лицо, умиротворённое и тихое. Он помнил, как очнулся посреди разрушенного ангара. Его поднимали солдаты-тени, мельком он видел, как тела его братьев и сестры грузили на транспортник, чтобы увезти на корабль. Мед-дроиды уже кружили вокруг, но им нужно было добраться до мед-капсул и чем скорее, тем лучше.       Когда Дже’тин пришёл в себя почти сутки спустя, первым делом он отправился проверять Катона. Состояние было не из лучших, но точно не критическим. Это успокоило Дже’тина, и в тот день он обошёл всех, кто был в капсулах. Сказать по правде, когда сердце его сестры останавливалось снова и снова, он надеялся, что это в последний раз, что она умрёт. Но с каждым разом дроиды возвращали её в мир живых. Когда он стоял в проёме каюты, поймал себя на мысли, что сейчас, впервые в своей жизни он желает ей смерти. Хотел, чтобы она больше не ожила, не проснулась и никогда больше не была задачей номер один. Чтобы Катон никогда больше не захотел прикоснуться к ней, чтобы не поддавался этим чувствам дикой агонии и насилия. Его память словно специально показывала ему картинки прошлого. Довольный Катон выходил из её покоев поправляя штаны, а она распластанная и униженная лежала на кровати. Вся в собственной крови и его сперме, дрожащая и маленькая девочка, с полным ужасом в глазах, наполненных слезами и ненавистью. Ненавистью, что выросла до нереальных размеров, МОНСТР.       Этого следовало ожидать, надеяться на её покорность было глупо. Всё, что они делали с ней, было ужасно и бессмысленно. И именно поэтому он желал ей смерти, чтобы она наконец издохла. Навсегда попадая во тьму, оставаясь там навечно, лишь воспоминанием, лишь тем, что уже никогда не вернётся.        Ревность.       Он рассмеялся своим мыслям, когда в очередной раз её сердце остановилось и заново завелось. Словно играло с ним, словно ловило на самых поганых мыслях, словно желало наконец снять с него маску, доброго, но безразличного брата. Уборщика за любимым, хранителя его секретов и тайного созерцателя. Тень Катона, плащ и великая крепость, с диким желанием защитить то дорогое, что Дже’тин так любит.       “Умри!” – проносилось у него в голове, когда её сердце снова остановилось. – “Прошу тебя, умри, сестра.”       Но словно смеясь ему в лицо сердце застучало вновь.       - Вводите в кому. – вырвалось у него изо рта. На мгновение дроиды остановились и принялись выполнять приказ. А мужчина осознал их значение, ведь если любимая игрушка его возлюбленного брата умрёт, всё рухнет и не останется времени чтобы быть рядом с ним. Он даже боялся представить, каким будет Катон и что будет со всеми ними, когда гнев Императора падёт на их головы. О Криф, плевал он на неё, она лишь инструмент, он сможет её обуздать, сможет. Ведь у него есть Маркл и насрать на остальное. Тогда, как и теперь, он снова надевает маску незримого смотрителя и хранителя их тайн. Снова та самая ладья в тени своего короля, что во мгновенном приказе уничтожит всё ненавистное взору его величества.       - Мне нужно связаться с Марлен. – он говорил это себе, подходя ещё ближе к капсуле и не отрывая взгляда от её лица.       Но застыл, увидев на прозрачном стекле данные с голограммы, она…       Моргнул, вернувшись в настоящее, и обратил свой взгляд на Маркла.       - У нас больше дел, чем может показаться, но нашим мучениям пришёл конец, Маркл. – его холодный и словно отрешённый голос заставил его брата ощутить, как мурашки липкими волнами пробежались по телу, когда данные на экране её капсулы показывали истину и тайну, что хранила в себе Аврора.

***

      “Я ждал. Слишком долго и упорно ждал, когда сие творение даст мне то, чего я желаю. Когда она сама этого возжелает и будет готова погрузить в себя то, что вознесёт нас, то, что подарит нам ещё немного времени перед сбором столь долгожданного урожая нашего Императора.” – мужчина предавался своим мыслям, когда смотрел в окно, на горизонт бушующего океана.       Фиолетовая мантия спадала на пол у его ног, задевая собой полы этой небольшой, но уютной комнаты. Она была светлой, всё в ней было так как раньше, до того момента пока они не покинули Агагмар и по приказу Императора не отправились на Корусант. Её покои, такие тёплые и умиротворённые, как и она сама, но то лишь маска. Маска, которую она носила все эти годы, пока жила с ними. Любящая и добрая мать, что своим теплом окутывала своих нелюбимых детей, которых оставила, стремясь спасти собственную шкуру. Жена, что всегда была на его стороне и следовала всем его приказам, беспрекословно и с жаром отдающаяся ему каждую ночь. Рождающая его потомство, что будет отдано на растерзание и без сомнений займёт своё место в этом бешеном круговороте. И никуда не деться, не избежать этого, ведь для этого они и созданы.       Он ухмыльнулся и, словно нехотя, огибал взглядом комнату своей сестры. Такая родная и чужая одновременно, мерзкая и приятная его взору комната, наполненная воспоминаниями о ней.       “Но ты проиграла мне.” – пронеслось в его голове, так торжественно и величественно, словно он отрубил её голову у неё же на глазах. Но нет это было большим, то, что она так старательно прятала почти 9 лет, он нашёл. Нашёл и забрал себе по праву словно великий долг, словно обещанную ему, нет, Императору, вещь. Инструмент, коим являлась его дочь, для достижения столь великих целей их семьи.       “ Я победил.” – с усмешкой он говорил себе, но обращаясь к ней.       К давно мёртвой, к той, что стала лишь сладким воспоминанием, но оставляла привкус долгого и ужасного кошмара. Имираэль.       Бэсфорд вздохнул, разбавляя свои воспоминания новыми задачами и мыслями, просчитывая головы своих детей, как фигуры на шахматной доске. Стратег от природы и никак иначе, он использовал каждого из них по назначению. С особой точностью и осторожностью, не испортив своего имени и статуса в глазах своих детей. Жестокий, устрашающий и грозный, их отец, их творец и палач, сожалел ли он!? Нет. Никогда, не мог или просто не хотел признавать, что слаб, что не достоин, и имя его очернено слабостью собственных детей. Но это поправимо…       Он ухмыльнулся вновь. Не поднимая глаз на интерьер, что так любил и ненавидел, покидал её покои. Вышагивая по каменным коридорам своей крепости, он встретил по дороге одного из представителей имперской знати. Точнее то, что от них осталось, прихвостни императора, знать, что входила в имперский правящий совет. Те самые благородные, если можно так сказать, личности, что не сбежали после падения Галактической Империи и собрали свои силы в секторе Альбаррио. Они, словно стервятники, рвали остатки войск и подконтрольных планет, всё ещё подчиняющихся юрисдикции империи. Каждый из них тащил одеяло на себя, доказывая Императору свою пользу и способность управлять остатками империи, пока он не поправится. Возвышали себя в его глазах, поставляя новую информацию касательно уже зарождающейся Новой Республики и несовершенство её демократии, в которую все так верили. Политика. Бэсфорд вздохнул и натягивая учтивую улыбку радушного хозяина, приближался к темноволосому мужчине. Он был не молод, глубокие морщины на его лице и уставшие глаза говорили о многом. Арс Дэнгор, был уважаемым человеком среди всех приближённых к Императору. Он всегда интересовался делами семьи Лайтгифт. Это можно было назвать его прямой обязанностью, присматривать за ними. Покровительствовать над ними, пока Император не возродится, словно феникс из пепла.       - Рад снова видеть вас, Арс. – самым восторженным голосом, что мог из себя выдавить, говорил Бэсфорд.       - Взаимно, Лайтгифт, как идут дела? – его голос был спокоен и учтив, он никогда не тратил время впустую, всегда переходил сразу к делу.       - Превосходно. – уверенно произнес мужчина, смыкая руки за спиной и смотря прямо перед собой.       - И всё? – мужчина поднял бровь и морщины на лбу сложились в привычные для его лица зигзаги.       - Пока да, но ни вам, ни совету не следует беспокоиться. Я, как и прежде, выполню свои обязательства перед Императором, можете в этом не сомневаться. – в его голосе слышался яд, самый убийственный и предупреждающий. - “Не лезь.”       Дэнгор уловил его тон и слегка улыбнулся ему в ответ. Мужчины продолжали идти рядом, но уже молча. Дойдя до больших дверей, ведущих на выход к ангару, Арс развернулся в сторону Бэсфорда и с предупреждением в голосе проговорил:       - Ваша семья, несомненно, дорога Императору, как и нам, Лайтгифт. Но всему в этом мире когда-нибудь приходит конец. – его брови поползли вверх, в его глазах не было страха перед этим мужчиной. – Надеюсь ваш я увижу ещё не скоро, а по сему, всецело полагаюсь на проявленное доверие к вам от Императора. Не подведите нас и, как и прежде, радуйте тем, что именно вы продлеваете ему жизнь.       Дэнгор кивнул Бэсфорду, наблюдая как ложное радушие исчезает с его лица, предаваясь более яростному выражению. Покинув эту укреплённую крепость, он проходил по берегу столь прекрасного места, слегка завидуя, что такой, казалось бы, незначительный человек или, можно сказать, создание, важнее для Императора, чем он. Арс был настоящим фанатиком Палпатина, готовый возносить своего Владыку на пьедестал всей галактики, лишь бы угодить ему. И по сему был счастлив, что именно ему доверили присмотр за этим сбродом, ведь именно они были той самой ниточкой спасения. Ухмыльнувшись самому себе и уже подходя к лёгкому имперскому шаттлу, он обернулся ещё раз, взирая, как над бушующим океаном разразилась небесная буря.       Раздражение. Это, пожалуй, единственное что испытывал сейчас Бэсфорд. Снова они лезут к ним, снова угрожают и унижают его. Зная и ведая, что он слаб, что не способен к разрешению неких вопросов и ситуаций. Но это…       - … поправимо. – сказал Бэсфорд, не обращая внимания ни на что более, шёл в направлении оранжереи своей дочери.

***

      Стоило их кораблю коснутся земли и открыть трап, толпа помощников и слуг уже собралась в ангаре. Молодые мужчины спускались по дюрастальной поверхности, огибая своим взглядом всех, но никто не смотрел на них. Словно завороженные они все, включая мужчину в фиолетовой робе, смотрели на белую как снег, парящую мед-капсулу. Маркл вышагивал рядом с ней, ни на секунду не желая убирать ладонь с прозрачного стекла, словно показывая всем, кому именно принадлежит содержимое в ней.       Выдох. Ему показалось, что он был громче, чем когда он нашёл девчонку и вернул её домой. И снова, она в его руках, снова под контролем и теперь навсегда.       - Вы справились. – из уст Бэсфорда, это звучало не так восторженно, как он ощущал.       - Отец. – Маркл склонил голову и наконец убрал руку от прозрачного стекла капсулы.       Взгляд мужчины упал на девушку, что покоилась в ней. Бледная, она, казалось, сливается с белой сорочкой. На её лице были заметны следы мучительной усталости, но это изменится ровно в тот момент, когда она очнётся, когда поймёт, что сбежать вновь ей не удастся и не будет даже шанса на побег.       - Немедленно отвезите капсулу в мед-блок, Марлен уже готова. – Бэсфорд обращался к слугам, что вздрогнули, оторвав свои взгляды от капсулы. Краткий поклон и беспрекословное выполнение своих задач, не дало им увидеть следующую сцену, развернувшуюся в ангаре. Катон вышагивал словно победитель, он сделал несколько больших шагов к отцу и резко остановился, когда тот обратил на него свой взор.       - Когда твоя сестра придёт в себя, я не желаю видеть тебя рядом с ней. – с угрозой в голосе он произносил каждое слово, обращённое к сыну.       Прищур голубых глаз и свирепый оскал Катона, говорил лишь о том, что он проиграл.       Действительно проиграл и кому, Марклу?       - Ну конечно, отец. – он ухмыльнулся, в одно мгновение расслабившись. – Мы ведь уже говорили об этом, к чему бередить старые раны, к тому же… - он улыбался отцу всё ехиднее и голос его был подобен яду. – Теперь у нас есть дела поважнее, не так ли, брат?       Катон сделал ещё один шаг, касаясь плеча Маркла, от чего тот побледнел, когда взор отца упал на него.       - Наша милая сестра, как бы это сказать. – он улыбался словно знал её страшную тайну, то, что могло повергнуть всех в шок. – На сносях.       - Отец, нам нужно поговорить. – с тревогой произнёс Маркл, но Бэсфорд уже не слушал их.       Быстро шагая, он кинулся вслед за капсулой, ему нужно было убедиться самому в том, что это правда.       Двери в мед отсеке распахнулись перед ним, впуская его в её мир. Рыжеволосая женщина стояла у белой капсулы нажимая тонкими пальчиками на планшет, отправляя данные на компьютер. Попутно раздавала приказы дроидам и своим помощникам, лишь на миг посмотрев в сторону Бэсфорда. Он, словно ошарашенный, уже входил в сооруженный купол внутри лаборатории, не сводя своих расширенных глаз с капсулы. Теперь уже чётче он видел её, лучше приглядывался к её телу, вслушиваясь в то, что мог услышать, почувствовать. Тишина. От неё не исходило ничего, словно она, словно…       - Она в коме, Бэс. – тихо проговорила женщина, делая к нему шаг.       Сейчас стоя над Авророй, он увидел, следы от той мощи, что почувствовал несколько дней назад. Красные шрамы, словно маленькие змейки ползли от кончиков её пальцев до локтей. Волосы, что лежали вдоль её тела, были наполовину седые и казалось, продолжают терять пшеничный оттенок.       - Это последствия. – уже громче произнесла Марлен, привлекая к себе внимание мужчины, но тщетно. – Дже’тин говорил, что она умирала несколько раз, это было его решением ввести её в кому, иначе бы мы потеряли их обоих.       - Так значит… – он наконец оторвал свой взгляд от девушки и посмотрел на женщину.       - Поздравляю, дедушка. – она зло ухмыльнулась и снимая свои очки, достала пачку спайса, сминая её в руках. – Твоя теория была верна, Бэс, что с Имирой, что с Авророй.       Ликование, единственное чувство, что зияло словно сверхновая в его душе. Добился, да, пусть не так как желал, пусть не здесь, но он получил то, чего хотел от неё многие годы. Она носила в себе этого заветного ребёнка, принесла в его руки то спасение, что было так необходимо.       Победа. Щенячий восторг и ощущение полной абсолютной власти над собственной судьбой, в одно мгновение захлестнуло мужчину. Он вжимал свои узловатые пальцы в прозрачное стекло, улыбаясь во все тридцать два зуба, сиял словно солнце. Мысли неслись словно звёзды в гиперпространстве, он ликовал, танцуя на костях своей сестры, вновь доказывая ей своё превосходство. Снова и снова, убеждал себя, что всё не напрасно, что всё так, как и должно было быть изначально. Но это…       “Уже исправлено!” – мысленно произнёс он, смыкая губы и дыша так глубоко, словно вышел из клоаки, наслаждаясь свежим воздухом.       - Превосходно. – произнёс Бэсфорд, всё ещё смотря на свою дочь.       Двери за его спиной с шипением открылись, стук каблучков по стальной поверхности обозначал присутствие его дочери. Фрейя замерла за стёклами купола, неотрывно смотрела на капсулу.       - Подойди. – не смотря на дочь произнёс мужчина.       Она медленно заходила в купол, словно не веря собственным глазам, с диким восторгом смотря на сестру. Взяв отца за руку, она вжалась в его плечо, рассматривая умиротворённое лицо Авроры.       - Такая спокойная и уставшая. – тихо произносила девушка.       - Что ещё ты чувствуешь? – Бэсфорд спрашивал её, переводя на неё свой заинтересованный взгляд.       - Ничего, отец, с того самого момента, когда она использовала столько силы несколько дней назад, я больше ничего не чувствую от неё. – печаль слышалась в её голосе. – Марлен, - девушка вскинула к врачу своё обеспокоенное лицо. – Она ведь проснётся да? Она ведь больше нас не покинет?       Женщина искренне улыбнулась Фрейе и, словно мать, погладила её по голове.       - Больше нет, моя дорогая. – она перевела победоносный взгляд на Бэсфорда и говорила, смотря в его зелёные глаза. – У меня есть маленький помощник, которого мы поместим в неё, он найдёт нужное ему место и будет присматривать за нашей девочкой. Рассказывать нам о ней всё, пока ты, - Марлен опустила глаза на девушку, что пристально за ней наблюдала. – Не сможешь сделать этого за него. Маленький дроид медик, совсем крошечный, но такой же бесценный, как и ты, моя дорогая.       С глазами полными слёз радости, Фрейя кинулась в объятия женщины словно собственной матери. Мысленно благодаря её за столь нужного дроида, пока она сама бесполезна.       - Я не подведу вас, когда Аврора очнётся, я не подведу никого из вас. – глухо слышался её голос, когда она лицом упиралась женщине в грудь. – Я буду присматривать за ней, всегда буду рядом.       - Конечно, моя дорогая, как и мы все, больше не позволим твоей сестре уйти, она будет в безопасности только с нами. – продолжая приглаживать чёрные как смоль волосы девушки, приговаривала Марлен.       - Ты бесподобна. – не узнавая собственный голос, мужчина поистине восхитился ей.       Такой ум и красота помещались в этой милой женщине, но мало кто знал, на что действительно способна Марлен. Бэсфорд облизал сухие губы, глотая голодные слюни, предвкушая сегодняшний вечер и ночь. Время, что он проведёт сначала с семьёй, а потом с ней, празднуя победу.

***

      Тяжёлый стук каблуков по стальному полу мед блока заставил мужчину вздрогнуть. Маркл погружённый в свои тяжёлые и местами неправильные мысли, совсем не обращал внимания ни на что, кроме Авроры, что всё ещё лежала в капсуле. Её запах не сравнить ни с чем на свете, она пахла как самые сладкие ягоды, но с ноткой терпкой горечи. Ирида приближалась к нему, всё ближе с каждым тяжёлым шагом, всматриваясь в содержимое капсулы. Женщина обошла её вокруг, остановилась напротив сидящего на стуле брата и ухмыльнулась ему в лицо.       - И это мы празднуем? – голос звонко разнёсся по стеклянному куполу. – Тело, лежащее здесь, не мертвое и не живое, хранящее в своей утробе ребёнка, это? – тонким пальцем она указал на Аврору.       - Ирида. – угрожающе, почти со змеиным шипением, Маркл произнёс её имя.       - Что? – она вскинула чёрные брови и словно не понимала, за что на неё так смотрят и почему говорят в таком тоне.       - Когда время придёт, Аврора очнётся и…       - Ты думаешь? – она словно провоцировала его. – Думаешь она скоро придёт в себя, кинется тебе на шею со словами: - “ Ах, мой любимый Маркл, ты спас меня из коварных лап охотника, ах...” – издёвка слышалась в её голосе, а потом ехидная ухмылка на уже яростное лицо брата. – Этого не будет, милый брат. Ты, верно, забыл на что способна наша сестра, когда дело касается мандалорца, Дина Джарина.       О нет, он помнил, слишком хорошо, чтобы забыть, слишком ярко чтобы придать забвению её образ в тот момент. Маркл сглотнул, вновь ощущая этот животный страх в глубине своей души и холодок пробежался по его спине вместе с табуном мурашек.       - Только представь себе, что она сделает, когда поймёт, чей это ребёнок, когда сила её переполнит и она…       - Хватит. – прерывисто и тяжело дыша Маркл смотрел в её глаза и испытывал ужас.       “Нет, этого не должно случиться, она не покинет меня, не умрёт. Нет, этого не будет, я не допущу.” – он уверял сам себя в том, что сможет контролировать ситуацию.       Ирида цокнула и закатила глаза, уже с большим презрением посмотрела на брата, пытаясь донести до него свои мысли.       - Почему все мужчины в нашей семье такие тупые и падкие на собственные желания? – отвращение слышалось в её голосе, а свет от капсулы и тени внутри купола делали её образ подобный богине. Возвышающейся над презренными смертными, что не слышали её зова.       - Ты хочешь, чтобы она не сбежала или не убила себя? – уже громче и серьёзнее она говорила ему.       - Да. – чуть слышно сказал Маркл.       - Хочешь, чтобы после того, что случится с этим ребёнком, – она постучала по стеклу капсулы и Маркл напрягся ещё сильнее. – у неё появились другие, но уже от тебя?       - О чём ты, чёрт возьми, Ирида…       - Скажи, что он от Катона! – прокричала девушка, так громко что стены стеклянного купола затряслись.       - Что? – он не понимал, чего она хочет, чего добивалась от него.       И снова её обречённый вздох, и взгляд как на полного идиота.       - Вы, весь мужской род, глупцы и безумцы, не способные думать и даже помыслить о том, что такое женщина! - грубо, она сказала это словно пощёчина. – Как думаешь, много времени потребуется Авроре, чтобы придушить тебя подушкой прежде, чем простить за то, что ты, мой милый брат, убил её мандалорца?       - Он жив, по крайней мере был, на момент того, как дроид отпихнул меня и забрал охотника на корабль. – огрызнулся Маркл.       - Да, но милая Аврора этого не знает, так же ей не обязательно знать, что ребёнок от него. – женщина прищурила глаза и словно змея смотрела на Маркла. – Сказав ей, что ребёнок Катона, она будет в полном отчаянии и бежать ей уже не будет никакого смысла! Наш брат не остановится и будет и дальше предпринимать попытки быть рядом с любимой игрушкой, а значит, в какой-то степени это угроза для неё. Ей нужен лишь новый рыцарь в сияющих доспехах, который в любой момент придёт на помощь и он есть, Маркл. – она вздохнула уже глубже и сильнее вбирая воздух в лёгкие. – Аврора простит тебя за то, скажем так, недоразумение с охотником, когда ты в очередной раз будешь спасать её от нашего безумного брата. Таким образом, ты избавишься от него, потому что отец точно убьёт его и ты сможешь заполучить то, чего так желаешь от неё. Зависимость Маркл, дикую нужду в защите, ведь больше некому.       - Но причём тут ребёнок? – Маркл терял ход её мыслей и был словно тупица, которым она его называла.       - Скажи, что она беременна от Катона и она будет рада от него избавиться, без тени сомнений отдаст его на растерзание Императору. – она вздохнула, наконец увидев проблеск здравого смысла и понимания в глазах брата. – Без сожаления, Аврора расстанется с ненавистной частью Катона, что принёс ей столько боли. Она откажется от ребёнка и мы получим драгоценное время, долгие годы жизни и покоя. – Ирида приблизилась на один шаг и еле слышно продолжила. – Но если мы скажем ей правду, если она узнает, чьё на самом деле это дитя. – она поджала вдруг задрожавшие губы. – Она никогда не расстанется с ним и ничто в мире не удержит её здесь, и это чистая правда, ты, как никто другой, должен это понимать.       И Маркл действительно понял, осознал и уже переварил всю информацию, всё, что сказала ему Ирида. Кивнул соглашаясь, обращая свой понимающий и сожалеющий взгляд на лицо Авроры.       - Это лучшее, что мы с тобой можем сделать для неё и этого ребёнка, который является спасением для всех нас. – чуть громче произнесла женщина, положив руку на плечо брата. Она не могла признаться даже самой себе, что сочувствует именно ему. Не смотря на всю свою ненависть к своим родственникам, больше всего ей было жаль именно Маркла. Единственный, кто был честен со всеми, умён и никогда не делал опрометчивых поступков. Благородный Маркл, так она про себя называла брата, всегда с раздражением, но с великой гордостью. Ирида понимала, что они ещё хлебнут говна, когда девушка очнётся и тогда начнутся настоящие бои и гонки, только уже за её состояние.       Вздохнув и не обернувшись, она покинула стеклянный купол, а затем и мед-блок, направляясь в кабинет своего отца, чтобы изложить свою идею, что непременно станет их новой легендой на эти восемь месяцев.