Fallout Equestria: Пустынные дела караванщика

Караванщик с перебинтованной головой лежал на кровати, которая находилась, наверное в самом чистом на тот момент, углу комнаты. В самой же комнате не было почти ничего, кроме ещё нескольких грязных кроватей. Понемногу оранжевый земнопони-караванщик с гривой, которая была того же цвета, но немного темней на пару тонов, начал приходить в себя. И это ему не то что бы сильно нравилось, ведь головная боль адская, в глазах всё плывёт, в животе и ноге что-то жжет. Но чем ясней становился рассудок пони, тем больней ему становилось. Сначала караванщик просто издавал протяжные звук, что-то среднее между «И-и-и» и «Ы-ы-ы». После он начал постанывать, после перешел на вой, но на крик он так и не перешел, ведь появился сиреневый единорог с какой-то сумкой в зубах, буквально через пару мгновений он уже стоял над своим мучающимся пациентом извлекая из этой самой сумки пару шприцов. Уколов этими самими шприцами, единорог принялся извлекать разные таблетки, зелья, бинты и прочую врачебную лабуду, изредка поглядывая на караванщика. Постепенно боль стала отступать, и земной пони даже смог расслабиться на пару мгновений. — Ну что, так и будешь лежать или может встанешь? — спросил единорог. Караванщик повернул голову к нему и осмотрел незнакомца. Высокий… Даже не так — длинный! Худоват. Сиреневого цвета шерсть и серая грива. Длинный, очень длинный рог. И, довольно, интересная кьютимарка — череп пони изо рта которого вытекает кровь, а из глазниц будто лозы торчат черные щупальца. — Где я? — страдальчески выдавил из себя пациент. — Не на том свете, благодаря мне! — ответил единорог. — А кто ты? — караванщик чуть повысил свой голос, вероятно, он хотел вложить какие-то эмоции в этот вопрос, но то ли из-за головной боли, то по каким-то другим причинам это всё так же было похоже больше на нытьё. — Уж точно не враг. — снова сухо ответил единорог. — Ты издеваешься? Ты что не видишь что мне плохо? Мне больно. Ты что не можешь просто ответить на вопрос? — голос караванщика звучал так, словно он вот-вот расплачется. — Просто. — произнес единорог. Караванщик тяжело дыша, смотрел в фиолетовые глаза своему собеседнику несколько секунд, после чего глубоко вздохнул. И снова продолжил смотреть на морду своего собеседника, которая, казалось, не выражала никаких эмоций. — Я вколол тебе две дозы мед-икса, этого должно быть достаточно. Но если тебе мало, то я могу и третью дозу вколоть, но ты в таком случае должен встать с кровати и выпить лечебное зелье. — строго произнес единорог. — Мне плохо! Мне так плохо… — жалобно выдавил из себя земнопони. — А кому сейчас хорошо? — единорог сделал короткую паузу. — Ты не ел всё время пока тут лежал. А лежишь ты у меня уже двое суток. И, возможно, ты не ел уже три дня… Я не имел возможности узнать когда ты ел в последний раз. То есть я же… Ну, знаешь я… На земнопони было тяжело смотреть. Полуоткрытые глаза, такой же жадно глотающий воздух полуоткрытый рот. Во время моргания его глаза закрывались на довольно длительные промежутки времени. Ну и в добавок ко всему он немного так постанывал от оставшейся боли. — Тебе нужно встать, поесть и принять немного лекарств. Никаких лишних действий. Никаких лишних вопросов. Просто берёшь и делаешь что я тебе говорю. Понятно? Если понятно то кивни! — в голосе единорога промелькнуло раздражение. Караванщик кивнул. — Ну, вот и славно! — обрадовался длинный. Единорог бодро угарцевал из комнаты оставив караванщика одного. «Ну, что же. Пора вставать! Будто ему так тяжело было принести мне еду в постель, да и хуй с этим, даже, блять, встать не помог!» — подумал земнопони готовясь встать с постели. Собрав все свои силы, караванщику удалось встать на свои четыре копыта и покинуть свою «палату».

***

Грей Спелл было очень одарённым единорогом. Любое заклинание за изучение которого он брался, поддавалось ему практически сразу, спустя пару десятков часов. Для жеребёнка это был просто прекрасный показатель. Пока остальные жеребята-единороги только-только обучались правильно пользоваться своим собственным телекинезом, Грей уже метал, хоть и малые, огненные шары. Его главная мечта — стать следующим деревенским знахарем, как и его отец, как и отец его отца… Он даже украл пару книг с исцеляющими заклятьями и даже научился использовать их. Тренировал он свои навыки на монстрах из пустыни. Хоть может показаться что в пустыне ничего нет, но здесь достаточно монстров и мутантов, не меньше чем в остальных землях Эквестрии. Для такого одарённого жеребёнка не составляло труда победить какого-нибудь гекко или средних размеров скорпиона. Но ему и не нужно было побеждать, достаточно было серьёзно ранить, а потом вылечить…снова ранить и снова исцелить. Но отец, конечно же, не подпускал маленького жеребёнка к больным или раненным пони. Ухаживать за больными и ранеными не запрещалось, а вот лечить… Где вы найдёте взрослого пони, который был бы готов доверить своё здоровье маленькому жеребёнку? Естественно это не вызывало ничего кроме злобы в сердце маленького Грея. А так хотелось доказать что он уже не маленький жеребёнок. И делов-то, вылечить пони которого никто из взрослых вылечить не может. И однажды случай такой ему предоставился. В один день напали на деревню рейдеры. Жители деревни смогли дать этим ублюдкам достойный отпор, почти без потерь. Несколько пони были серьёзно ранены. И довольный Грей Спелл подбежал к самому безнадежному пациенту. К его первому пациенту. Изо всех сил напряг свою магию Грей. И ему удалось начать исцелять раненного пони… …Но не закончить. В момент наложения исцеляющих чар Грей получил свою кьютимарку — череп пони из рта которого текла кровь, а из глазниц торчали черные щупальца. И в этот же момент его «пациент» начал вопить от боли. На его крики сбежалась вся деревня. Бедняга выблёвывал свои собственные органы в перемешку с кровью, которой захлёбывался. Глаза вытекали из глазниц, а конечности выворачивало из их суставов. Он умирал долго и мучительно. А Грей всё это время старался прервать заклинание, но ничего не получалось. Он смог прервать заклятье только после смерти его жертвы. С тех пор почти все заклятья Грей Спелла работают не так, как он того хочет. Поэтому и магией своей он почти не пользуется. Но это не самое ужасное. Самым ужасным Грей считает своё изгнание из деревни. Все, кроме самого Грея, считали это достойным наказанием, ведь Грей уже получил свой знак отличия, а значит изгоняют они не маленького жеребёнка, а молодого жеребца… Совсем один он, недавно получивший кьютимарку, долго он скитался по пустыне…