Мой океан

Итан       На следующий день, чтобы хоть как-то развлечь Алису, я пригласил к нам домой Дамиано и Джорджию, конечно же, заручившись согласием самой Алисы.             Изначально она была против, ссылаясь на то, что еще не готова к подобным встречам, но после моих недолгих уговоров, все-таки согласилась. При этом, взяв с меня слово ни о чем не рассказывать друзьям. Хотя они уже знали, но без подробностей. Мы решили не вдаваться в них. Сейчас для нас было важнее вернуть ее к жизни.       Лео пару раз заезжал к нам, когда она спала, поэтому я успел выяснить, что этого ублюдка хорошенько покалечили, и теперь он точно больше не появится в нашей жизни. Иначе, я сделаю все, чтобы его посадили, даже если придется заявить об этом во всеуслышание.       Ребята приехали к нам ближе к вечеру и заранее, я попросил их не спрашивать ни о чем, дабы лишний раз не тревожить Алису воспоминаниями, которых и так было предостаточно. Правда Джо была не такой сговорчивой, как Дами, за что несколько раз схлопотала от своего парня парочку укоризненных взглядов. Вечер мы провели за просмотром одной из недавно вышедших комедий, поеданием пиццы и веселыми разговорами. Мы рассказывали девочкам о своих забавных ситуациях во время концертов, а они весело хохотали, особенно над историей, когда Дами чуть не грохнулся со сцены. Вот тогда они оторвались на нем по полной. - Между прочим, это нифига не смешно! – хмурился он, сам с трудом сдерживая улыбку после просмотра видеозаписи своего позора на сцене. До сегодняшнего дня мы ни разу не видели это со стороны, поэтому смеялись, как сумасшедшие, вспоминая, как тогда Дами было не до смеха. - Прости, Дами, но это и правда смешно. – хохотала моя малышка, искренне веселясь, чему я был несказанно рад. Последнее время мне редко удавалось по-настоящему развеселить ее, поэтому сейчас, ее смех был для меня как бальзам на душу. - Если бы вы знали, как я тогда обалдел, оказавшись в полулежачем состоянии с задранными ногами, то не ржали бы так. – ухмылялся он, наблюдая за ними со стороны.       Переглянувшись, девчонки засмеялись еще сильнее, видимо, представив всю эту несуразную картину, а он удрученно закатил глаза, недовольно покачав головой. - Вы просто не знаете, как мы над ним угорали после концерта. – вставил свои пять копеек и я, за что получил толчок в плечо. - Итан, лучше молчи. Иначе тогда я расскажу Алисе, о той веселой истории с… - Убью. – тут же предупредил я его, на что он лишь шире ухмыльнулся. - Что это за история такая? – резко подсуетилась Алиса, бегая глазками от меня к Дами. –Итан. -Да нет никакой истории, малыш, Дамиано просто шутит. - пытался, отвертеться я, а потом все резко изменилось.       Она, как могла, старалась держать себя в руках, но периодически, как, собственно, и сейчас, я улавливал смену ее настроения и этот стеклянный взгляд. Она замирала, и со стороны казалось, что вовсе переставала дышать. Меня порядком напрягали такие моменты, возникающие по несколько раз в день, и я не имел ни малейшего понятия, закончится ли это когда-нибудь. Она до сих пор не позволяла мне приближаться к ней. Максимум, что мне можно было делать, так это обнимать ее, при этом прикладывая максимум осторожности. Она нуждалась в моих объятиях, но, в тоже время, боялась их. Я понимал, что при малейшем неправильном движении, она снова примет меня за него, и это загоняло меня в угол. Как вести себя с ней, как вытащить ее из этой депрессии, я не знал. - Итан, а как ты вообще планируешь объяснять свое отсутствие поклонникам? Ты в курсе вообще что они устроили у тебя в комментариях? Там ведь... – внезапно завел не совсем подходящую тему для этого вечера Дамиано. - Дами. – резко одернул я своего друга, глазами показывая, что лучше не стоит. - Что там? – взволнованно спохватилась Алиса, вытаращив свои уставшие глазки.       Черт. Я не рассказывал ей о том, что происходит из-за отмены концертов. Она в принципе не знала ничего, кроме этого, более того, я забрал у нее ее телефон и не позволял заходить ни в одну из соц. сетей, пока она окончательно не оклемается. Я знал, что если этого не сделаю, она будет зависать там, читая всевозможные комментарии и последние новости, попутно переписываясь со своей Ксюхой, обязательно рассказав ей о произошедшем, чего пока я допустить, никак не мог. Не следовало ей лишний раз снова вспоминать это в подробностях. - Ничего, малыш, просто интересуются, куда я пропал. – нервно улыбнулся я, желая как можно скорее закрыть эту тему. Джо, кажется, заметила неловкий момент, поэтому поспешила скорее перевести тему, за что я ей был очень благодарен. Впервые ее бесконечная трепля о пустяках, была как никогда кстати.       Ребята попытались нас уговорить воспользоваться моментом и поехать на выходные за город, но Алиса была непреклонна. Я почти дал согласие, когда она вдруг заявила, что нам лучше остаться дома. Конечно, Дами и Джо были в полном недоумении, поскольку нормально аргументировать свои действия никто из нас двоих не мог, но я намекнул им, что лучше не спорить, поэтому, смирившись с нашим отказом и попросив нас еще раз обдумать предложение, они отправились домой. А мы остались дальше переживать это ненастье. - Лео, я не могу сейчас все бросить и продолжить тур. Не могу. Она до сих пор стонет во сне, каждую ночь я встаю, чтобы дать ей очередную дозу таблеток, иначе она не может нормально спать. Ты понимаешь, какого ей? - я шепотом разговаривал по телефону, в страхе разбудить свою малышку, недавно заснувшую, после очередной порции таблеток. - Я все понимаю, Итан. Но ты сам не видишь, что творится? Твои поклонники буквально рвут и мечут, мой телефон обрывается от звонков, все хотят знать, где ты и что ты! С этим нужно что-то решать, иначе все то, чего вы так долго добивались, все, к чему мы пришли за эти годы полетит к чертовой матери! – его слова воздействовали на меня, как огонь. Уже несколько дней я терзался в мучениях по этому поводу. Мало того, что меня беспокоила Алиса, так еще и эта чертова ситуация. В соц. сети просто невозможно было войти. Комментарии под фотографиями в инстаграме разрывались. Девчонки ругались на меня, злились и обижались, многие вообще начали отписываться от моего аккаунта. Никто не понимал, куда я пропал, почему мы отменили такое количество концертов и что, в конце концов, происходит.       Самой популярной оказалась версия, что к этому причастна моя девушка, о которой, собственно, никакой точной информации они и не имели. Но, зато, одна третья часть девушек уже ненавидели ее за то, что она вообще появилась в моей жизни, покрывая всеми возможными оскорблениями, ссылаясь на то, что она вскружила мне голову, поэтому я и забросил своих поклонников. Так же, были и те, кто вставал на мою защиту, опиравшиеся на версию, что возможно я просто заболел или случилось что-то более серьезное, что и послужило виной подобному. Таким людям я действительно был благодарен за понимание и поддержку. Смотреть на все это со стороны было неприятно. Я чувствовал себя виноватым перед ними и перед ребятами, которые не могли без меня играть концерты. Совесть грызла меня изнутри, но она была дороже. Дороже всего на этом свете. И все окончательно перевернулось тогда, когда я услышал самые желанные слова, произнесенные из ее уст. Она любила меня. Любила всем сердцем, и я это знал, просто не мог дождаться, когда же она, наконец, произнесет это сама. Эйфория вперемешку с волнением, преследовала меня прошедшие двое суток. Я не отходил от нее ни на шаг, стараясь поддерживать и оберегать. - Я ведь выкладывал пост с извинениями, я не знаю, как еще добиться их понимания, Лео! Но и выйти на сцену как ни в чем не бывало, когда она так нуждается во мне я тоже не могу. – я говорил тихо, стоя у окна на кухне, дабы не разбудить, совсем недавно уснувшую Алису. - Нужно что-то придумать. Иначе сам знаешь, чем все может обернуться. Сегодня меня подкараулили около офиса несколько девочек подростков, спрашивали, куда ты подевался и когда вы продолжите тур. Может с ней кто-нибудь из друзей посидит? Или знакомых? – мы разговаривали по телефону, но даже через трубку я слышал, как Лео, так же как и я, не находит себе места, отчаянно ища попытки выхода. - Ты смеешься что-ли? Кто, например? У нее здесь из знакомых только Джо и мы все. Всё. Кто будет сидеть, если мы в туре? И нет, даже не проси, я не собираюсь сейчас таскать ее по странам. – заранее предупреждая последующее предположение, строго одернул его я. – Она вздрагивает от малейшего шороха. Ей нельзя сейчас волноваться лишний раз. И дергать ее я тоже не буду. - Черт. И как быть? Сколько еще ты собираешься отменять концертов? Ты сам ведь роешь себе могилу! Итан! - Да плевать я на все это хотел, как ты не понимаешь? – повысил голос я. – Дай мне, эти чертовы три дня, и я придумаю, как лучше поступить. - Три дня это три концерта, Итан! Три, мать твою. Это не шутки! – возмутился Лео, судорожно вздыхая. – Ваш график расписан вплотную, как мне все отменять? Ты представляешь, какой шум поднимется? Ладно, с какими нибудь мелкими концертами я еще разберусь, но уж на все обширные мероприятия будь добр являться! - Лео… - Что? Что, Итан? Я, так же как и ты, сейчас загнан в угол, только если я стараюсь делать так, чтобы тебя не дергали, то мой телефон просто разрывается. – раздраженно возмущался он, и бросил трубку.       Вернувшись обратно в спальню, я какое-то время стоял, опираясь о дверной косяк, наблюдая за тем, как она спит. Сегодня была первая ночь без истерик и криков, сегодня, наконец, Алисе удалось взять себя в руки и пережить этот момент, либо же мы просто переборщили с таблетками. Без которых она теперь не могла прожить и дня. Днем я старался прятать их от нее, решив, что пришло время убрать дневную норму, но это приводило к скандалам, которые ей никак нельзя было сейчас переживать, поэтому я глупо сдавался и возвращал ей ее лекарство. Я даже созванивался с доктором, объяснял ему всю ситуацию, на что он пытался образумить меня и говорил, что просто еще не время. Недели недостаточно для психически ослабленного состояния ее состояния. Прошла всего неделя, а казалось, что месяц. Мы сидели в этих чертовых стенах не выходя из дома, потому что она была против. Ее больше устраивало лежать головой на моей груди и смотреть целыми днями фильмы в тишине. Она замкнулась в себе, и меня это катастрофически пугало. Я не знал, что мне делать и как поступить. С одной стороны я разрывался от этих эмоций, а с другой, на меня давила ситуация с моей карьерой. Если так пойдет и дальше, то Лео прав. Все полетит к чертовой матери, но разве я могу иначе? - Лис, ну сколько можно торчать у этого окна? Пойдем, прогуляемся? – я не оставлял попыток вытащить ее из этих стен, в которых она видела свое успокоение. Она часами могла молча стоять у окна, наблюдая за представившейся ей картиной, полностью погруженная в свои мысли, изредка кидая на меня виноватые взгляды. - Не хочу. – сморщилась она, даже не удосужившись взглянуть в мою сторону. – Мне здесь комфортнее, но если тебе куда-то нужно, можешь идти, я не держу. И вот так каждый раз! Каждый чертовый раз, как только я завожу эту тему, она начинает прогонять меня. Ну что за женщина?! Как долго она еще планирует держать меня на расстоянии? - Хорошо, не хочешь гулять, тогда поехали в какой-нибудь торговый центр? Развеемся. Хочешь? - Нет.       Нервно выдохнув, я не выдержал и вмиг преодолел расстояние между нами, хватая ее за плечи, заставив взглянуть на меня. - Алис, сколько это все еще будет продолжаться? Ты навечно хочешь запереть себя в этих стенах? Я каждый день пытаюсь отвлечь тебя от твоих мыслей, каждый божий день предлагаю куда-нибудь сходить, но нет же, ты уперлась как овечка и продолжаешь брыкаться! Сколько можно? Приди в себя, наконец! Все закончилось! Он больше никогда не появится в твоей жизни, я ведь обещал тебе это! Забудь о нем, прошу тебя! – я старался говорить спокойно, но, к сожалению, получалось наоборот. Меня действительно начинало нервировать это. Я понимал, какого ей, точнее наоборот, совершенно не понимал, потому что она мне просто не позволяла этого сделать!                   Уперто показывая свой характер, она сама держалась за это свое состояние, не позволяя мне вытащить ее оттуда.       Алиса, как завороженная, вслушивалась в мои слова, пристально взирая на меня, как вдруг, ее глаза наполнились слезами, и, не выдержав, она разрыдалась в голос. - Я не могу, Итан! – всхлипывая, закричала она. – Не могу перебороть себя! Ты думаешь, мне хорошо от этого? Я вижу, как ты из-за меня мучаешься, и от этого мне только хуже! Я не знаю, что будет дальше, смогу ли я избавиться когда-нибудь от этих мыслей, но и перебороть себя пока не могу! Ты посмотри, к чему все это приводит? Ты отменил концерты, ты сидишь здесь со мной как нянька, не в силах оставить меня одну! Но ничего не меняется, я как не могла нормально дышать, так и не могу! – она срывалась на крик, периодически громко всхлипывая, от чего мое сердце сжималось все сильнее. В порыве, я попытался ее обнять, но она снова не позволила этого сделать, оттолкнув меня в сторону. - Не надо, пожалуйста! – буквально взмолилась она, продолжая плакать. – Я не знаю, как долго еще пробуду в таком состоянии, поэтому прошу тебя, Итан, оставь меня. Зачем тебе все это надо? Я ведь даже не могу поцеловать тебя нормально, не вспоминая этого…этого… - она часто-часто задышала, не в силах подобрать слова, а в меня словно вселился бес. Кровь закипела во мне, как только я услышал ее слова. - Что значит оставь? - Так будет, лучше, Итан. – всхлипнула она, а меня как кипятком окатили. - Какого хрена ты несешь вообще? Ты хочешь, чтоб я бросил тебя? Серьезно? Алис, ты понимаешь, что говоришь? – в ответ, сорвался на крик я, не в силах больше сдерживать своих эмоций. Изнутри меня разрывало на кусочки, подобного я никак не ожидал. Я каждый день твержу ей о том, что все пройдет, что мы справимся, а она просит меня оставить ее! Да твою же мать! Что происходит в ее голове вообще?! - Нет, не понимаю. – замотала головой она, судорожно хватаясь за виски, в недоумении бросая на меня взгляд. – Но одно знаю точно, я не имею права разрушать твою жизнь! Ты должен не в дочки матери со мной играть, а выступать! Вас ждут поклонники! Оставь меня, прошу… - уже тише заговорила она, сдавленно продолжая плакать. – Я ведь…я даже не знаю…черт. Итан, нам ведь обоим так будет лучше. Я не хочу мучить тебя. Я не хочу вставать поперек твоему будущему. Пожалуйста, Итан! – с каждым словом, она спускалась все ниже и ниже по стене, пока окончательно не села на пол, руками зарываясь в своих волосах, и закричала, что есть мочи в истерике. – Ты ведь все равно бросишь меня! - ее трясло, она дрожала, как осиновый лист в ветряную погоду, не в силах сдерживать себя, а я не мог сдвинуться с места, пытаясь переварить услышанное. Она хочет, чтобы я ее бросил. Она хочет этого мать ее! Кровь во мне закипела, в груди все сдавило, лицо моментально загорелось, а в ушах образовался гул. Казалось, что это все сон. Просто дурной сон.