Привкус

Джессика улыбалась осенним лучам солнца, сидя в кафе. Погода в Амстердаме была просто прекрасной: весь город был засыпан оранжевыми листьями, которые весело плясали даже от самого слабого дуновения ветра. Здесь осень была не мрачной, а тёплой и какой-то уютной. Этот город полностью отличался от романтичного Парижа и зажигательного Лас-Вегаса, в которых они ранее побывали с Адамом. Сейчас он убежал за каким-то десертом к кофе для любимой Джессики, а блондинка сидела на веранде, наслаждаясь атмосферой этого города. — Ваш муж такой заботливый! — подмигнула пожилая женщина за соседним столиком. — Спасибо, — улыбнулась Джессика. — Думаю, он бы тоже оценил мой комплимент, если бы не был так увлечен очень важным делом. Джессика быстро развернулась к кассе и увидела своего мужа, который активно беседовал с пожилым посетителем кафе. Мужчины улыбались, смотрели на витрину полную сладостей и что-то выбирали. — Видимо, наши супруги спорят, какой десерт нам понравится больше. Джессика приподняла бровь. — Этот мужчина ваш муж? — Да, его зовут Оливер. Мы женаты уже больше 40 лет. Джессика присвистнула. Больше 40 лет! — А вы? — Мы с Адамом в браке всего лишь пару недель. — Но вы так любите друг друга! Это самое главное! — Да, — улыбнулась девушка и отпила из чашки, — Мы очень сильно любим друг друга. Женщина продолжала улыбаться. — Я Сара. — Джессика. — М, нашу дочь зовут Джессика. — Тогда я обязана назвать нашего первенца в честь Вас или вашего мужа. — Хорошая идея! — рассмеялась Сара, — Вы проводите здесь медовый месяц? — Можно и так сказать. Мы с мужем решили побывать везде понемногу. Это наш третий город. Через пару дней поедем в Лондон или Брюссель. — Вы ещё не решили куда? — Мы все планируем в аэропорту, — пожала плечами Джессика, — Думаю, в этот раз тоже все решим на месте. — Вы любите спонтанность? — У нас все выходит спонтанно, если честно, — улыбнулась блондинка. — Засыпать в одном городе и не знать, где ты окажешься завтра... Это отличная идея для медового месяца. Сорок лет назад я бы предложила такую идею своему Оливеру. — А где вы проводили медовый месяц? — Здесь, — улыбнулась Сара и стала рассказать про молодость с любимым человеком. Джессика внимательно слушала, иногда задавая какие-то вопросы. — О, меня уже зовёт мой Оливер, — улыбнулась женщина и встала со своего места, — Мне было очень приятно с Вами поболтать! Надеюсь, мы ещё пересечёмся. — Я была бы только за. Приятно было познакомиться! Сара искренне улыбнулась, пожав девушке ладонь, и упорхала к своему любимому мужу. Джессика принялась за свой кофе и через пару минут к ней присоединился Адам с подносом. — Ты знаешь, я на кассе познакомился с одним забавным старичком. Он посоветовал мне взять этот шоколадный торт, но я не смог не поддаться соблазну этого черничного чизкейка. — Дай угадаю, — миссис Хьюз облизала пенку с чайной ложки, — Его зовут Оливер? Глаза Адама полезли на лоб. — Откуда ты знаешь? — Я только что познакомилась с его женой. Приятная женщина, — поделилась впечатлениями блондинка, отпивая ароматный напиток. — Сара? — Джесс кивнула, не желая отрывается от вкуснейшего кофе, — Оливер сказал, что они с Сарой женаты 40 лет, — хмыкнул Адам, откидываясь на стуле. Мысли почему-то завели его в то время, когда Джессика не была его. — Она так смотрела на него. По глазам было видно, что это любовь всей ее жизни, — блондинка мило хихикнула, облизнула губы, — Они такие милые! Джесс продолжила восхищаться столь крепкой любовью пожилой пары, а Адам в это время внимательно следил за ней влюблёнными глазами. Блондинка определенно была очень симпатичной, но полюбил он ее совершенно не поэтому. Её внутренний мир восхищал. Она была смышлёна, умна и не по годам мудра, но всё это смешивалось с буквально детской наивностью, что делало ее уникальным человеком. Она отказалась от всего, чтобы быть с ним. Отказалась от безбедной старости, от огромного наследства и жениха. Далеко не глупая девочка предпочла этого небритого мужчину целому состоянию. У-ди-ви-тель-на-я. Солнце осветило ее лицо, играя бликами на радужках зелёных глаз. Он мечтает, чтобы у его дочери были такие же глаза. Он так хочет большую семью именно с ней. Хочет прожить каждый день, что приготовила им чертова судьба. — Джессика… — тихо отвлёк блондинку от рассуждений Адам, — ты удивительная. Я буду работать над нашими отношениями как проклятый. Да, у меня полно тараканов в голове, но ради тебя я готов на всё. Ты моя. И ничто этого не изменит, — мужчина взял ее ладони в свои, целуя каждый пальчик возлюбленной. Адам не был романтиком и никогда не показывал всех эмоций. Мог пошло шутить, мог хищно улыбаться, мог менять девчонок как перчатки. Но так искренне признаваться в чувствах ему довелось впервые. Адам мысленно усмехнулся. Джессика и вправду ведьма, рядом с ней все ощущается по-другому. С ней не хочется провести ночь, а потом навсегда забыть. С ней хочется держаться за руки, нежно целоваться, хочется показать все свои эмоции и признаться в любви. Черт, да ему хочется прожить минимум 40 лет рядом с ней, делать всё ради нее! Джессика смотрела на шатена и улыбалась сквозь слёзы. Им пришлось пройти большой путь порознь, чтобы обрести друг друга. Это восхищало. Это очень грело душу. И, да, он точно самый лучший мужчина в её жизни. — За какие поступки ты мне достался, Хьюз? — в сердцах спросила Джессика, прикусывая губу от нахлынувших эмоций. — Скорее, за грехи, — усмехнулся Адам, снова рассматривая жену. — Адам, я… — он утёр слёзы с её щёк большим пальцем, — я так люблю тебя, Боже, так люблю. Мы всё пройдём вместе, я клянусь. Всё будет хорошо. У нас всё будет хорошо, — шептала блондинка, прижимая руку мужчины к щеке.

***

Молодожены ещё посидели некоторое время в кафе, обсуждая свои планы на недалёкое будущее, строили планы на выходные в следующем городе, паралельно потаскивая сладости из тарелок друг друга, после чего решили прогуляться по вечерним улочкам Амстердама. Адам и Джессика не разлучались ни на секунду, держась все время за руки и целуясь при каждом удобном моменте. Пара проходила мимо антикварных лавок, различных выставок, галерей, музеев. Даже посетили «танцующие» дома, как их называли местные жители. А когда стемнело, дошли до знаменитого Квартала Красных Фонарей. Каждый дом подсвечивался неоновыми вывесками, а на витринах стояли полураздетые женщины, которые были освещены тусклым красным светом. Каждая девушка то развратно танцевала, то "невинно" покусывала губки и приглашала наблюдателей внутрь для более увлекательного зрелища и участия. Посетителей этого странного развратного места на удивление было много. Адам и Джессика проходили мимо витрин. Хьюз приобнимал блондинку, положив одну руку ей на плечо, а девушка держала его ладонь, поглаживая пальцем. Она с интересом рассматривала каждый бордель, пока не заметила веселое выражение лица мужа. — Бывал тут раньше? — спросила Джессика. — В Амстердаме да, три года назад, — ответил Адам, не прекращая улыбаться. — А здесь? — поинтересовалась блондинка. — Проходил как-то, точно также, как и сейчас. — И что, у тебя не было желания войти хотя бы в один из этих борделей? — девушка остановилась и развернулась к Хьюзу. — Честно? Ни разу. — Да ну? — выгнула бровь Джессика, — Великий любитель секса без обязательств и прекрасной половины человечества — Адам Хьюз, не хотел поразвлекаться? Что-то не верится! Адам улыбнулся и обнял супругу за талию, разворачивая к панорамным окнам. На одной витрине высокая брюнетка трясла своей задницей, параллельно играя со своим телом. Рядом на высоком барном стуле сидела шатенка в неоновом купальнике, и раздвигала ноги, в попытке повторить шпагат. — Разве тебе это нравится? — спросил Адам, с нотками насмешки в голосе. — А тебе нет? — улыбнулась блондинка. — Это может нравиться только больным извращенцам. Никогда не находил в этих женщинах ничего привлекательного. Скажи мне, разве эти их дёрганья сравнятся с твоими утренними танцами в моей рубашке, когда ты готовишь завтрак? Купальники и развратные макияжи с твоим мягким розовым халатиком и милым личиком без грамма косметики? Как мне могут нравиться их "сексуальные" позы, когда ты сидишь верхом на мне, издавая стон за стоном, пока мои руки ласкают тебя во всех местах? Джессика прикрыла глаза и четко представила себе то, что описывал Адам. Ладонь Хьюза пробежалась по животу и рёбрам блондинки, а большой палец задел левую грудь. — Значит я привлекаю тебя больше, чем все эти женщины вместе взятые? — Больше, чем все вместе взятые женщины в целом мире. Ты единственная и неповторимая девушка, которую я вечно обречён любить. Моя любимая Джессика Хьюз. Блондинка улыбнулась и опустила голову шатену на грудь. Адам обхватил руками её лицо и соединил их губы в сладком, теплом поцелуе. Пара наслаждалась бы вкусом губ друг друга дольше, если бы их не прервал стук в витрину, рядом с которой они остановились. — Уже уходим! — Адам поднял руки в жесте "сдаюсь", когда увидел недовольный взгляд одной из ночных бабочек.

***

В ванной комнате пахнет разными травами и экзотическими фруктами. Зеркала и окна постепенно запотевают, а с ванны поднимается пар. Джессика улыбается и медленно опускает халат с плеч. Ткань тихо падает на кафель и блондинка опускается в теплую воду, ловя на себе восхищённый взгляд Адама. Девушка улыбнулась, прижимаясь спиной к груди мужчины, и забросила голову ему на плечо. Хьюз выдохнул, опуская свою ладонь на грудь Джессики и медленно провел ею до живота. Блондинка приоткрыла губы, тихо вздыхая, а затем поцеловала мужчину в чувствительное место на шее. Адам застонал, и его рука скользнула ещё ниже. — Устала за сегодня? — интересуется Адам, лаская податливое тело. — Немного. А ты? — блондинка буквально тает от его действий, уже с трудом контролируя процесс. — Готов пройти в сто раз больше, чтобы потом так лежать с тобой, — парирует шатен, прикусывая мочку уха. — М-м-м, подкаты в стиле «Мистер Хьюз», — смеётся девушка, ластясь к мужу. — Ещё скажи, что тебе не нравится, — улыбается Адам, опуская руку ещё ниже. — Мне нравишься ты, — говорит блондинка, кладя свою руку поверх мужской и двигая её к центру своих желаний. Ненужный разговор пришлось прервать, когда Джессика почувствовала пальцы Адама внутри. Девушка издала сладкий стон и схватилась за его предплечье. Приятные волны стали разноситься в каждую клеточку тела и блондинка в порыве страсти с жадностью набросилась на губы мужчины. Хьюз усилил свои движения, ловя губами стоны любимой. Как он говорил ранее, Джессика заводила его с полуоборота. Несмотря на то, что вода со временем остывала, в комнате становилось все жарче. Наконец, Адам, что-то прорычав, оторвался от губ и тела Джессики, на что последовал недовольный визг. — Прости, дорогая, но я так больше не могу. Он вновь соединил их губы, подхватив Джессику на руки и аккуратно встал с ванны. По их обнаженным телам стекала тёплая вода в перемешку с мыльной пеной. Шатен посадил блондинку на мраморную столешницу и провел губами по её шее, ключицам, плечам. Затем плавно вошёл и застонал, когда почувствовал как Джессика вцепилась руками в его спину и прижалась губами к кадыку. Провел руками по её волосам и немного отодвинул от себя. Взял в ладони ее лицо и пленил её уста. В какой-то момент нежный поцелуй перешёл в пошлый, немного грубый. Адам схватил волосы на затылке Джесс и с силой оттянул назад. Блондинка издала громкий стон, когда мужчина начал скользить губами по шее и груди, на которых наверняка останутся засосы. Неожиданно для Адама, она отпихнула его от себя, спрыгивая со столешницы, медленно опускаясь вниз. Женская рука прошлась по стальному прессу, губы очертили выпирающие тазовые косточки. Каждый последующий поцелуй оказывался ниже и ниже. Когда блондинка оказалась перед мужчиной на коленях, она подняла глаза, пересекаясь с ним взглядами. Адаму открылся невероятно возбуждающий вид на Джессику. Она одними губами прошептала: — Люблю тебя. Губы обхватили головку его члена и блондинка начала интенсивно двигать головой, создавая вакуум губами. Она царапала крепкие бёдра мужчины, издавала жутко пошлые стоны и смотрела в его глаза из-под опущенных ресниц. Невероятная картина. Рука шатена опускается на ее затылок. Он собирает ее волосы в импровизированный хвост, толкая ближе к себе. — Ох, Джессика, как же я люблю… — Минет? — отрываясь на секунду спрашивает девушка, тут же возвращаясь в исходное положение. — Тебя, милая, — хрипит Адам, грубее насаживая ее на себя. Он крайний раз входит в неё настолько глубоко, что глаза застилают слёзы. От накатившего удовольствия ноги подкашиваются, а руки отпускают голову девушки. Облизав уголки губ, она приподнимается с колен. — Это было невероятно. Я даже не буду спрашивать, где ты так научилась, — ухмыляется Адам, подхватывая жену на руки. Они идут к кровати наощупь, припадая к губам друг друга. Огромная кровать принимает два разгоряченных тела. От сильного возбуждения руки блондинки дрожат, а из груди вырываются просящие стоны. — Адам, пожалуйста… — она метается по постели, пока Адам покрывает каждый миллиметр идеального тела поцелуями. — Так просто ты от меня не отделаешься, — шепчет мужчина, опускаясь ниже. Его губы проходят по щиколоткам и бёдрам, а Джессика неосознанно разводит ноги шире. Горячий язык Адама проходит по складочкам, проникая внутрь, вырисовывая там только ему понятные узоры. Джессика ластится ближе к мужчине и поднимает бёдра в нетерпеливом жесте. Из груди вырывается стон, по которому мужчина понимает, что она на грани. Одной рукой она зарывается в его волосы, другой — сминает простынь. Стоны перерастают в крики, когда пальцы Адама находят ту самую точку. — Адам, ты точно дьявол, — хрипит Джесс. — Мне остановиться? — он отрывается от жены, хитро улыбаяясь. — Хьюз! — кричит блондинка, возвращая его голову к центру её удовольствий. Он кусает ее за бедро и усиливает движения пальцами. Новоиспеченная Миссис Хьюз мелко дрожит, тяжело дыша. Её сладкие стоны звучат как услада для его ушей, отдавая какой-то детской радостью под рёбрами. Она извивается под ним, жадно хватает воздух, крепко сжимает кулаки. Мир разлетается на тысячу осколков. Под веками взрываются фейерверки, кончики пальцев немеют. Этот искуситель когда-нибудь доведёт ее. — Я хочу чувствовать тебя, — шепчет блондинка. Они быстро меняются местами, Адам садится на постели, опираясь о спинку кровати, а Джесс присаживается на него. Она покрывает его шею и ключицы поцелуями, одновременно с этим насаживаясь на мужчину. С губ обоих слетают долгожданные стоны, руки сплетаются в замки. Нежность, которая выражается в соприкосновении лбами и сплетенными руками, граничит с грубыми, жёсткими толчками, которые доставляют невероятное удовольствие обоим. Удар. Ягодицу девушки обожгла приятная боль, быстрее двигая ту к разрядке. Она скачет на нем как заведённая, не обращая внимания ни на что, а Адам подмахивает ей, отбивая быстрый ритм. Мир каждого сужается до партнёра, кажется, что кроме них на этом чертовом свете не осталось никого. Время потеряло счёт. Тугой узел натянулся до предела, разрываясь и разнося чистейшее удовольствие по венам. Джессика откинула голову назад, опираясь двумя руками на ноги шатена. Крышесносные оргазмы захватили их тела. Последние стоны вырывались из горла, пьяня нежностью. Момент наибольшей уязвимости наступает, когда взгляды пересекаются в ночной темноте. — Я люблю тебя, — шепчет Адам, укладывая ее рядом. Заправляет прядь белокурых волос за ухо, удивляясь переменой их настроения, будто и не они сейчас устраивали свой секс-марафон по интересным местам отельного номера. — Я тебя люблю, — парирует Джесс, покрывая поцелуями костяшки его руки и чувствуя, как усталость накрывает расслабленное тело. Сон овладевает ее разумом, даря покой. И пока его ведьма будет засыпать в объятиях варвара со сладким привкусом банальных слов на губах, он не отведёт обожаемого взгляда от жены. Сердце балагура-бабника окончательно утонет в глазах цвета свежей травы, и он признает, что давно отдал ей его под прочный замок…