Compassion

      Открыв глаза, он почувствовал, что задыхается. Мертвые статуи отца и Маринетт пугали.       — Нет! Нет, нет, нет.       Он подбежал к девушке и упал на колени. Слёзы скатывались по белоснежной маске.       — Прошу, скажи, что это неправда, — прошептал он, так и не решаясь коснуться фигуры.       В ответ была лишь холодная тишина.       Вокруг больше не смеялись люди, не шумели машины, не было никого. Лишь пустота, которая постепенно поглощала последнего живого человека.       Кот Блан не сразу понял, что город начало топить. Погрязший в своей боли, он не заметил, как вода начала заполнять город. Только когда юноша ощутил воду у своей талии, он посмотрел по сторонам. Некогда спокойная река Сена теперь с чудовищной скоростью разрушала Париж.       Он не хотел останавливать это.       Зачем? У него не было смысла жить. Серьги Леди тоже превратились в камень, он не мог воспользоваться ими, чтобы исправить кошмар, который он сотворил.       — Пожалуйста, прости меня, Принцесса, — прошептал он, подняв взгляд на лицо девушки. А после вода затопила их всех…

***

      Он не погиб. Даже теперь судьба продолжала издеваться над ним. Очевидно, он был обязан страдать всю свою оставшуюся никчёмную жизнь, неся наказание за грехи.       Да, он не захлебнулся. Но Адриану Коту Блану казалось, что ледяной воде всё-таки удалось пробраться в него и заморозить его сердце. Он отключил все свои эмоции. Зачем они нужны теперь, когда он остался абсолютно один в чертовом мире?       Он даже не попытался сломать свой нагрудный колокольчик и уничтожить акуму. Ведь, скорее всего, без этой темной силы он бы просто умер в ближайшее время как-нибудь жалко, например, от обезвоживания или отсутствия еды. Он не мог быть уверенным в этом, ведь раньше злодеи не находились под воздействием акумы дольше одного дня, но если судьба не дала ему умереть, когда он хотел этого, что ж, он будет нести своё бремя монстра.       Увидев единственное место, которое не находилось полностью под водой, Кот Блан не спеша поплыл. Взобравшись на крышу, он сел на край и устало посмотрел на небо. Такое же голубое, как его глаза теперь.

***

      С тех пор башня Монпарнас стала его «домом». Он почти никогда не покидал её. Так проходили минуты, часы, дни, которые незаметно стали перерастать в недели.       Он не чувствовал голод. Единственное, что он всё ещё мог ощущать, — одиночество.       Он начал представлять, что Маринетт снова с ним. Он «разговаривал» с ней, улыбался, представляя, как она смеётся.       — Мы так давно не целовались, Принцесса, — чуть возмущённо сказал Блан, но после опустил голову и произнёс тише, — я очень сильно люблю тебя.       Он повернулся налево, всё ещё сидя на краю крыши, и протянул свои руки вперёд, представляя, что Маринетт тоже потянулась к нему за объятиями. Обхватив самого себя руками, Кот тихо хихикнул, но этот смешок перерос с истерический смех, злодей вновь заплакал.       Он не мог смириться с утратой самого близкого человека.

***

      С каждым днём становилось всё хуже. Теперь Кот Нуар Блан представлял не только Маринетт, он запросто мог за день сначала поругаться с отцом, после обсудить с Нино выход новой песни любимого исполнителя, а ещё ответить Але на вопросы для очередного интервью.       И, конечно, как прилежный ученик он ходил на уроки, но тренировки он прогуливал. Ведь зачем они, если вместо них можно больше времени провести с Маринетт? Теперь они посвящали друг другу целые вечера, больше не боясь его отца.       Иногда пелена безумия спадала, и Адриан паниковал, не зная, как прекратить этот страшный сон, который затянулся слишком надолго. Но он уже ничего не мог исправить.       Поэтому спустя пару секунд Кот Блан возвращался со своей маниакальной улыбкой.

***

      Впервые Кот Блан ощутил сильную ярость и гнев в свой день рождения.       Поначалу он даже не вспомнил о празднике, но нечаянно взглянув на дату, он наконец осознал весь масштаб трагедии, весь масштаб своего одиночества. Больше его никто никогда не обнимет, больше никто никогда не улыбнётся ему, а всё из-за его тупого отца.       Габриэль никогда не считал сына достаточно идеальным. Ему всегда было мало, он требовал слишком многое, хотя сам никогда ничего не делал для него. Вместо того, чтобы вместе справляться с потерей самого близкого человека, Габриэль закрылся от всего мира и стал злодеем, а в итоге Адриан нёс наказание за это.       Его отец посмел заставить Маринетт расстаться с Адрианом, ведь он прекрасно знал и понимал, что это сломает её, а он благодаря этому сможет акуманизировать её. Это казалось каким-то сумасшествием, что отец ставил свои безумные мысли по спасению жены выше счастья сына. Кот был почти уверен, что его мама не хотела бы, чтобы для её воскрешения потребовалось столько жертв.       Ярость не позволяла думать разумно, что-то тёмное влекло его.       Блан выставил перед собой руки, он сам не понимал, зачем он это делал, но словно кто-то руководил им.       — Супер катаклизм, — сорвалось с его губ.       Мощный поток энергии, напоминающий ярко-белый шар, вырвался из его ладоней.       Удивлённый своей новой способностью, Блан рассмеялся, однако смех не был весёлым и счастливым, о нет, он был грубым хриплым и холодным.       — Я знаю, чем заняться.

***

      Кот Блан был почти уверен, что теперь его силы не ограничены, но всё-таки факт того, что спустя минуту кольцо не начало пищать, сообщая о скором окончании трансформации, не мог не радовать.       Теперь Блан много времени проводил в воде, он плавал в поисках мишени для своей недавно обнаруженной способностью. Сначала разрушения были почти безобидными, он уничтожал рекламные баннеры и скамеечки.       — Не обижайся, Маринетт. Я просто очищаю город от ненужного мусора, — говорил он, вновь стоя на крыше и представляя недовольное лицо любимой. Он очень сильно скучал по ней, хоть и пытался скрыть это. Возможно, именно в образе Маринетт скрывалась его совесть.

***

      Однажды он наконец решился сделать то, что так давно уже представлял и хотел.       Он разбежался и спрыгнул с крыши Монпарнас в ледяную воду. Его белые волосы быстро намокли и прилипли к лицу, но такой пустяк не волновал Кота. Плывя по некогда знакомым улицам, Блан старался не думать о том, как сильно катастрофа изменила город.       Приплыв к своей цели, он с ненавистью посмотрел на место, которое когда-то называл домом.       Злость заставила его дрожать. Кот Блан, пересиливая себя, вытянул руки и прорычал: — Супер катаклизм!       Сила разрушения вырвалась из его лап и ударила точно в середину здания. Мощная ударная волна чуть не отбросила Кота назад, но он сумел остаться на месте.       Его холодные глаза посмотрели на некогда красивое здание, которое стало теперь таким, каким оно всегда было изнутри, каким была энергетика этого дома. Разрушенным.       Блан горько усмехнулся, глядя, как обломки, взлетевшие при разрушении, теперь опускались на дно.       — Я ненавидел, ненавижу и буду ненавидеть тебя до конца своих дней, отец. Я так рад, что именно я убил тебя.       Адриан Агрест никогда бы не сказал так, ведь несмотря на то, каким холодным был его отец, он любил его.       Кот Нуар никогда бы не сказал, что рад смерти человека по своей вине. Каждый раз используя свою силу, герой боялся задеть кого-нибудь, тем самым нанеся непоправимую травму.       Но их больше не было, осталась лишь их блёклая тень, та часть, которую Адриан всегда подавлял. Однако случилось всё наоборот, именно жестокость смогла подавить Агреста и его волю.       Это было печально и больно, но Кот Блан не знал этих чувств. Он не знал ничего, кроме своей любви, которая граничила с помешательством, к Маринетт и лютой ненависти к отцу.

***

      Вернувшись на крышу, Блан лёг и широко раскинул руки. Из-за довольно прохладной температуры сырые от воды волосы ощущались ещё хуже.       — Не осуждай меня, милая. Я просто отомстил отцу за то, что он причинил нам боль. Мне было бы всё равно, если бы он манипулировал только мной, но он посмел заставить тебя плакать.       Неожиданно Блан сел и испуганно посмотрел перед собой. — Что значит «я ухожу»? Принцесса, прости меня, умоляю. Не покидай меня! — его неожиданный вскрик был жутким.       Казалось, ничего не изменилось, он продолжал смотреть в ту же сторону, но что-то поменялось в его взгляде. Он стал ещё более опустошенным.       Кот Блан медленно поднялся на ноги и, забравшись на край крыши, осмотрел то, что осталось от города после его разрушений. Холодное безжизненное море, в котором не было ничего, что напоминало о прежней бурной жизни города.       Подняв голову, злодей посмотрел на расколотую Луну, которую теперь было видно постоянно. Он остался один, абсолютно один, в спутницах у него лишь была эта разбитая Луна.       Его ноги подкосились, и он упал, не отрывая глаз от спутника, который он тоже разрушил.       Неожиданно он вспомнил песню, которую в детстве ему пела мама. — Маленький котёнок…       Проходили дни и ночи, а он продолжал сидеть на месте, лишь ненадолго засыпая.       Больше он не «говорил» с Маринетт, больше он не говорил ни с кем.       Полное одиночество окончательно сломало его, а биполярное расстройство, которое сначала было почти незаметным, стало крепчать.              – …так одинок без своей Леди, — тихо пропел он, как вдруг сзади послышались голоса, а после шаги. Сначала Блан не хотел обращать внимание на это. Вдруг его воспалённый мозг вновь создаёт галлюцинации?       — Кот… Кот Нуар? — послышался испуганный голос. Блан мог с лёгкостью определить, кому принадлежит этот чудесный голосок.       Сердце начало быстро стучать впервые за несколько месяцев. Он развернулся, чтобы посмотреть назад. Когда он увидел ее, весь мир словно замер. Он широко улыбнулся, поймав её взгляд.       — Моя Леди!