Настоящий

Многое изменилось с тех пор, как в Порто Россо узнали о морских жителях, что обитали по соседству: Лука отправился набираться знаний в большом городе, а Альберто остался в уже знакомой деревушке. Он не прекращал мечтать о кругосветном путешествии, но пока ему было вполне достаточно и маленьких приключений в окрестностях Итальянской Ривьеры. Тем более, что теперь у него появилась новая цель. Альберто захотелось самолично накопить денег на мотороллер, чтобы следующим летом обязательно прокатиться по незнакомым местам. Он всё делал для этого — даже пробовал устроиться на подработку спасателем. Но везде ему отвечали отказом. До тех пор пока он не обратился за помощью к отцу Джулии, которому как раз требовались помощники в его рыболовном бизнесе. С того дня Альберто больше не возвращался на свой уединённый островок, ведь Массимо Марковальдо предложил поселиться у него, а потому не было причин заплывать туда, где хранились не совсем счастливые воспоминания. Именно так у Альберто появились карманные деньги и своя комната, которую тут же захламил вещами, собранными с побережья. В благодарность он с большим удовольствием помогал Массимо по хозяйству, а тот в ответ знакомил его с особенностями жизни на суше. Это было не так трудно, как казалось в начале, ведь Альберто всё схватывал на лету. По крайней мере, изо всех сил старался оправдать надежды человека, что в него почему-то поверил. Синьор Марковальдо не был слишком строг. Он не придирался по мелочам, пусть и не отличался особой многословностью, предпочитая показывать всё на своём примере, чем озвучивать это вслух. Альберто учился у него, как чинить сети и ловить ими рыбу, как управляться с лодкой и выбирать наживку. А ещё с огромным интересом смотрел, как Массимо готовит. Обычно морские жители не затрудняли себя созданием каких-то изощрённых блюд, в то время как люди чуть ли не каждый день творили на кухне настоящее волшебство. Альберто частенько увлечённо наблюдал за тем, как Массимо ловко обращается с ножом и с лёгкостью шинкует овощи. Даже сам процесс приготовления пищи вызывал у него восторг. Ему было интересно, как одни продукты превращались в совершенно другие, меняя свой вкус после обработки. Для него это казалось какой-то особой магией, к которой было дозволено прикоснуться лишь избранным. Синьор Марковальдо же никогда не прогонял Альберто с кухни. Наоборот, постепенно раскрывал ему важные кулинарные секреты, вроде того сколько нужно класть соли в блюдо, или как правильно заправлять салат, чтобы придать ему особый аромат. Иногда даже доверял что-то простое, тем самым приобщая к общему делу. — Альберто, посмотри в книге рецепт, — сказал как-то Массимо, занимаясь рыбой. — Я его немного подзабыл. Там на нужной странице открыто. Альберто, не ожидавший такого подвоха, даже немного растерялся. — А вы сами не можете? — сделал он попытку отказаться, демонстративно погромыхав посудой, которую до этого мыл. — Я сейчас немного занят. И рука у меня грязная. Не хочется пачкать страницы. — Эээ… Хорошо? — Альберто вытер руки и с опаской приблизился к открытой книге, будто к притаившейся в водорослях акуле. — Что там написано? — поторопил его Массимо, не отрываясь от готовки. Альберто занервничал ещё больше. Он внимательно всматривался в чёрточки на странице, но не понимал, что именно в них говорится. Какие-то отдельные слова Альберто различал, но все вместе они представлялись ему мешаниной из символов. Нужно было что-то срочно придумать, чтобы себя не выдать. В книге не нашлось картинок, потому Альберто со скучающим видом оглядел кухню. В ней должны были иметься подсказки о том, что именно собирался готовить Массимо. И действительно: на плите весело булькала кастрюлька с водой, а на разделочной доске лежала рыба. Вывод напрашивался сам собой. — Сварите рыбу полностью! — уверенно произнёс Альберто, торжественно ткнув пальцем в одну из строчек. — Что? Прямо с головой? И плавниками? — усомнившись, переспросил Массимо, от чего уверенность Альберто начала медленно трещать по швам. — Ну…. тут написано… Киньте всё в кастрюлю и варите, пока рыба не всплывёт кверху брюхом! — Ты уверен? — Наверное, хвост ей всё же лучше отрезать… — Чтобы уж точно не всплыла? На это Альберто не нашёлся, что ответить. Ему вдруг стало стыдно за свою ложь и попытки оправдаться. Он повесил голову, когда Массимо отложил нож и внимательно посмотрел на него из-под кустистых бровей. — Скажи честно… Ты не умеешь читать? — Синьор Марковальдо… Вы сильно сердитесь? — спросил Альберто, пряча взгляд и пылающее от смущения лицо. Массимо медленно встал и зашагал к столу. Альберто инстинктивно вздрогнул и зажмурился, когда ему на голову опустилась тяжёлая ладонь и осторожно потрепала по волосам. — Я не сержусь. Просто жалею, что раньше этого не понял. Ты не виноват в том, что чего-то не знаешь. Виноват тот, кто это допустил. Но ничего страшного. Ты всё успеешь нагнать… Кстати… Ты действительно пробовал готовить рыбу целиком? Альберто задумчиво почесал нос, искоса поглядывая на возвышающегося перед ним Массимо. Его не ругали. На него даже не повышали голос. Наверное, этому человеку можно было довериться, рассказав о том, что происходило на острове, когда рядом не было отца. — Раньше я частенько видел, как люди что-то едят на берегу, — сказал он, потирая затылок и старательно избегая прямого взгляда. — Они разводили костры и что-то на них готовили. Пахло очень вкусно. Близко подплыть я не мог, поэтому смотрел издалека, как они жарят рыбу. У меня аж слюнки текли и живот сводило от таких запахов… — И что было потом? — подбодрил Массимо, когда Альберто вдруг замялся. — Я решил повторить всё за ними. Поймал рыбу. Насадил её на палку, подержал над огнём, чтобы она подрумянилась. А потом смачно куснул за брюхо, — нехотя признался он, утерев губы тыльной стороной руки. — Понравилось? — Не особо. На язык брызнуло что-то горькое. Ещё я обжёгся. В итоге остатки ужина пришлось выкинуть, а рот промывать. Массимо не стал ничего переспрашивать. Не стал смеяться. Лишь кивнул каким-то своим мыслям и заявил: — Рыбу мы будем жарить в следующий раз. А пока запоминай, как правильно её разделывать для ухи. С этими словами он мягко подтолкнул Альберто к разделочному столу, а потом начал подробно объяснять, как именно нужно готовить, лишь изредка обращаясь к книге с рецептами, когда дело касалось каких-то мелочей, вроде соотношения специй. Это было действительно интересно, а потом ещё и очень вкусно. Альберто с удовольствием попробовал суп. И ему понравилось. Он умудрился выпить из тарелки весь бульон ещё до того, как Массимо успел ему показать, как правильно пользоваться ложкой. В итоге вечер принёс Альберто не только приятное тепло в животе, но и в сердце. Он почувствовал, что действительно для кого-то важен.

***

Альберто наивно думал, что про его неумение читать быстро забудут. Но он ошибался. На следующий же день Массимо принёс домой книгу и вручил её Альберто. Она была совершенно новой и пахла чем-то резким, но очень приятным. На яркой глянцевой обложке красовалась деревянная кукла, а на страницах — разноцветные картинки. Буквы были большими, потому книга казалась довольно-таки объёмной и тяжёлой, особенно по сравнению с обычным томиком рецептов. — Спасибо, синьор Марковальдо… Но это зачем? — испуганно спросил Альберто, пока не зная — радоваться ли ему такому неожиданному приобретению или нет. Самостоятельно разобраться в буквах он не мог, хотя и неоднократно пытался. Кое-что ему всё же удалось подчерпнуть из брошюрок о мотороллерах, но там можно было ориентироваться лишь по схемам, да и самое главное слово он уже успел выучить. Здесь же Веспы явно не предвиделось, что немного напрягало. — Это сказка. Я подумал, что она будет для тебя познавательной. — Массимо грузно опустился на диван возле окна. — Сегодня ты рано развёз по домам рыбу, поэтому у нас есть свободное время для совместного чтения. — У нас? Для совместе… Чего? — изумился Альберто, пробуя на вкус новое слово. — Совместного. От слова «вместе». То есть мы будем это делать вместе, чтобы обучить тебя чтению и письму. Садись рядом. Будем разбираться с буквами. Ты ведь не думал, что в этом доме останешься безграмотным? Альберто часто заморгал, приоткрыв рот. Для него это было чем-то неизведанным, как те земли, что он хотел исследовать вместе с Лукой. Только это было совершенно иное путешествие — в мир фантастический и чудесный, что назывался человеческой фантазией. Лишь теперь ему стало понятно рвение друга к школе, ведь учиться у кого-то оказалось удивительно захватывающим занятием. И в этом, как выяснилось, не было ничего страшного или постыдного, пусть и грамота давалась Альберто со скрипом. Он читал медленно по слогам, упрямо повторяя одну и ту же строчку по нескольку раз, чтобы понять её смысл, возвращаясь в начало абзаца снова и снова. Но Массимо был терпелив и упорен, как настоящий рыбак. Он не кричал, когда Альберто ошибался или откровенно тупил, а лишь подсказывал и направлял его раз за разом. В этом и было отличие человеческого папы от морского. Родной отец Альберто никогда ничего не объяснял и не показывал, лишь отмахивался от него, как назойливого окуня. Не замечал его, будто тот был пустым местом. Массимо же относился к Альберто совсем по-другому — по-доброму, уделяя ему столько времени и внимания, сколько для него ранее не отводил никто. Так, как это делал Джеппето для Пиноккио, помогая ему найти свой путь в жизни. А между тем главный герой книги вызвал у Альберто смешанные чувства. С одной стороны, его очень раздражали глупости, что творил Пиноккио, но с другой — за ним было увлекательно наблюдать, ведь он тоже был не совсем человеком и часто ошибался, делая неправильный выбор. Чтобы стать настоящим мальчиком, ему потребовалось потрудиться и вынести немало уроков из своих приключений. Альберто тоже нужно было постоянно что-то узнавать и о чём-то спрашивать, дабы приспособиться к человеческому миру и окончательно с ним породниться. Уроки с Массимо ему очень в этом помогали. Потому вслед за первой книгой у Альберто на полке появились «Приключения Чиполлино», «Пёстрые сказки», «Джельсомино в Стране Лжецов» и многие другие. Особенно ему понравился сборник «Отчего? Почему? Зачем?» Джанни Родари, в котором были ответы на многие детские вопросы. Но самого главного там всё же не нашлось. Альберто так и не узнал, насколько слово «вместе» может быть продолжительным, или как скоро дорогой ему человек мог его оставить. Это здорово беспокоило, заставляло тревожиться и думать о том, что всё хорошее могло также резко закончиться, как и началось. Пусть Альберто и показывал, что совершенно ничего не боится, но на самом деле был глубоко уязвим. Он казался себе каким-то неправильным из-за того, что от него отказался родной отец, а потому из кожи вон лез, чтобы опровергнуть собственные загоны и заслужить от Массимо похвалы. Ему хотелось, чтобы им хоть немного гордились, но не просто так, а за настоящее дело. Потому старался изо всех сил. Работал, не покладая рук, а в свободное время тренировался читать и писать, чтобы потом продемонстрировать свои умения на практике и увидеть одобрение в глазах важного для себя человека. Альберто уже мечтал не только о Веспе и встрече с Лукой, но и о том, чтобы его приняли в настоящую семью. Он очень привязался к Массимо, живя с ним под одной крышей. Только рядом с ним Альберто в полной мере ощутил, что обрёл свой настоящий дом, а потому частенько переживал, ведь был совсем не похож на обычного человеческого ребёнка. У него имелись странности, с которыми ничего нельзя было поделать. Он оставался морским монстром, сколько бы времени не проводил на суше. Альберто даже порой задумывался о том, что Массимо стыдился его из-за плавников, не показывая напрямую своего недовольства. Эта мысль, поселившись однажды в голове, не давала ему покоя и заставляла действовать. В итоге Альберто решил справиться с проблемой своего внешнего вида самостоятельно. Вода из-под крана сильно отличалась от морской, а потому ему показалось, что сможет научиться оставаться в ней человеком. Часами сидя в ванной, он пытался запретить себе обращаться в монстра. Но чешуя всё равно отрастала, как бы Альберто не старался остановить превращение. Ему не помогала ни сила воли, ни жёсткая мочалка, которой он с силой тёр руки и ноги, расчёсывая до мелких царапин так, что потом приходилось их прятать под одеждой. — Альберто, ты там не утонул? Может сходишь погулять? Ты в последнее время стал каким-то тихим. У тебя всё в порядке? — раздался за дверью встревоженный голос Массимо, когда Альберто в очередной раз надолго закрылся в ванной. — Нет! Со мной всё хорошо! — выкрикнул тот, резко выскочив из воды и начав быстро собираться, заметая следы. Не дождавшись окончания трансформации, он натянул на себя штаны и футболку, намереваясь незаметно выскользнуть в свою комнату, но Массимо мягко остановил его в дверях. — Подожди, Альберто. Я стал замечать, что после тебя в ванной остаётся чешуя… Меня это беспокоит. Ты случайно не заболел? — Простите, синьор Марковальдо. Я не специально, — смутился Альберто, стараясь поскорее придумать оправдание. — Наверное, это из-за сезонной линьки… — Я всё же уточню у семейства Пагуро, в каких случаях такое происходит, — с сомнением произнёс Массимо, от чего Альберто по-настоящему запаниковал. — Не выгоняйте меня, пожалуйста! — вдруг выпалил он и зажмурился, будто ожидая удара. — С чего ты решил, что я вообще собираюсь тебя выгонять? — в свою очередь удивился Массимо. — Из-за того, что я… — Альберто попытался объяснить свою тревогу, но задумался, не зная даже, что сказать. Он и сам не до конца понимал, почему чувствовал себя виноватым и застигнутым на месте преступления. К горлу подступил комок, не давая как следует выговориться. Наружу вырывались лишь очередные вопросы. — Я многого не умею? Не такой, как все? Массимо ухмыльнулся в усы и добродушно потрепал Альберто по голове, набросив на него полотенце. — Всему можно со временем научиться. Да и разве плохо, если ты не такой, как все? Это делает тебя по-настоящему особенным. Я лишь переживаю за твоё здоровье. Мало ли какие болезни бывают у морских жителей? Пусть мы и разные, но всё же во многом похожи. Альберто шумно шмыгнул носом, сдерживая подступившие слёзы. Противный голос в голове продолжал нашёптывать ему гадости. Но Массимо видимо это почувствовал, раз спросил, выдержав короткую паузу: — Может ты всё же мне расскажешь, почему подумал, что из-за такой ерунды я тебя выгоню? Не бойся. Я не собираюсь от тебя отказываться. И никогда этого не сделаю. Альберто будто оглушили. Он заплакал — сразу и без всхлипов, неожиданно даже для себя самого, словно какая-то тонкая преграда, что сдерживала поток его слёз, разом рухнула. Для Альберто чувства оказались настолько сильными, что их невозможно было скрыть, а накопившиеся эмоции вдруг вылились влагой из глаз. Слёзы потекли по щекам, оставляя после себя ярко-фиолетовые дорожки, но Альберто даже не попытался их вытереть или отвернуться, чтобы спрятать. Он больше не переживал из-за того, как выглядит со стороны, ведь ему доказали, что это не так важно. Впервые Альберто плакал от счастья и осознания, что его действительно любят. Да, Массимо был обычным человеком. Он не имел ни малейшего понятия о физиологии морских жителей. У него не было ни жабр, ни плавников, ни хвоста. Но он сделал именно то, что не смог кровный отец Альберто. Понял его. И принял таким, каким тот был — со всеми сложностями и недостатками, будто родного. — Я тебя не оставлю, слышишь? Всё хорошо. Я рядом, — сказал Массимо. А потом крепко обнял Альберто, прижав к себе и давая ему уверенность в том, что его защитят и не бросят. Что-то произошло в тот момент. Что-то, чего Альберто давно не хватало. Он ощутил спокойствие и тепло в груди, передавшееся через объятия Массимо. Альберто почувствовал себя дома. Он обрёл нечто новое — нечто настоящее, называющееся семьей.

***

Спустя несколько занятий с прописью Альберто решил самостоятельно написать Луке. До этого ему приходили письма, но ответить на них он стеснялся, потому просил Массимо ему помочь. Теперь же, набравшись храбрости, Альберто воевал с разбегающимися мыслями, вооружившись ручкой и листом бумаги. Заняв позицию за обеденным столом на кухне, он долго сидел, аккуратно выводя каждую буковку. Ему было сложно, но он очень старался, расписывая всё, что произошло в последнее время в Порто Россо. От такого усердия на лице у него даже выступили капельки пота, от чего физиономия пошла мелкими фиолетовыми крапинками. Но Альберто не обращал внимания: он был полностью в творческом процессе, немного приукрашивая действительность своими маленькими фантазиями и рисунками. — У тебя хорошо получается, — похвалил его Массимо, когда ему вручили результат трудов на проверку. — Спасибо, папа! Представь, как удивится Лука с Джулией, когда увидят, что я сам всё написал! — счастливо произнёс Альберто, сначала даже не осознав, что именно он сказал. Слово «папа» как-то само сорвалось с его губ — бессознательно, но так правильно. Массимо казался кем-то гораздо более важным, чем какой-то синьор. Ему определённо подходила роль человеческого отца. Альберто с лёгкой опаской посмотрел на Массимо, ожидая от него реакции. Но тот лишь тепло улыбнулся в усы и сказал мягко: — Им понравится твоё письмо, сынок.