Сквозь кровь и ветер

Снова темнота, только невидимую дорожку освещают фонарные столбы. Прямо как в парке у «Углей». Ви идёт медленно, не спеша. Ноги будто сварились в кипятке и отказывались продолжать путь, но Винсент как-то дополз до… самого ресторана. Только он… весь в дегте, прожигающим панельные стены, как будто сам господь уже подаёт парню намеки о главах корпораций. Он ползет, ползет… заползает в лифт и нажимает кнопку, ведущую на самый верх. Ви не понимает, зачем он это делает, но руки не слушаются, болтаются, будто макаронины. Кабина останавливается и с треском двери открываются. Внутри пентхауса грязно, совсем не как в том ресторане. Всюду комки каких-то бумаг, листовок… стены увешаны картинами… Джонни? Да, его. Картины улыбаются, а сами снимки кричат о том, что они сделаны, когда Джонни был жив… жив… — Здравствуй, Ви, — утонченный женский голос дрогнул тишину. Винсент обернулся. — Спасибо, что подписал контракт. Ханако говорила четко и громко, растягивая каждую гласную и выдавливая твердые звуки, что очень резало по слуху. — Ханако? Вы… вы как здесь? — парень чуть пошатнулся, постепенно понимая, что это очередной ночной трип, сопровождающийся его стонами и втягиванием воздуха сквозь зубы, о чем ему Джонни говорил, обеспокоенно прося принять таблетки. — Не волнуйся, Ви, — широко улыбнулась женщина, сложив руки в её привычной позе. — Скоро ты будешь свободен и никогда не увидишь Сильверхенда. Он был лишь занозой в твоём мозгу, вынуждал думать о себе. Но теперь ты свободен, ты никогда его не увидишь и не услышишь. Ханако хихикнула и указала рукой на картины, от которых у Ви кольнуло в сердце. Они сменились на… другие. В них Джонни больше не улыбался, а пил и колол себе вены. На одной засветилась сцена ухода Керри из группы… там Джонни был просто в ярости, но при этом слёзы отчетливо виднелись на глазах. — Ви — ты человек, а он бездушный конструкт. У него нет чувств, нет эмоций, — внезапно голос наследницы «Арасаки» стал раздаваться эхом. — Ты никогда не любил его, а он не любит тебя. Это все внушение… Ханако исчезла, а Ви провалился в свое сознание. … Парень проснулся в холодном поту, резко вскочив с кровати, хватаясь за сердце. За окном кромешная ночь, только фонари поблескивали, а поэтому Ви и увидел Джонни, который с вальяжностью сидел на диване. — Что, опять мрачная хуйня? — подал голос Сильверхенд, обращаясь к Винсенту, но смотря при этом в стену напротив. — Да… да, — ответил наёмник, стягивая одеяло и направляясь к столу, чтобы попить воды. — Про «Арасаку», да? Про чип? — спрашивал рокер, вставая и идя к Ви. — Нет, но… тоже страшная жесть, — сказал парень, с дрожью в руках наливая стакан воды и невольно вспоминая те картины. — Я… как будто заключил сделку с… с «Арасакой». И… все. — Ага, я видел, — Винсент поперхнулся водой. — И не делай удивлённое ебало, ты же знаешь, я могу видеть твои сны, — наёмник хотел что-то сказать, но Джонни заткнул его. — ты дико переживал, у тебя руки тряслись, ноги будто кипятком ошпарило, но ты дополз до «Углей» и встретил эту фарфоровую пизду- — Знаешь, Джонни, я пойду спать и- — Чтобы я опять твои стоны слушал целую ночь? — сердито спросил рокер. — Давай ты лучше выпьешь таблетки, я уйду и ты нормально поспишь, а то я так херово на тебя действую, что уже во снах начал к тебе являться… и не спорь, так будет лучше. — Поебать мне, я не буду глотать эту гадость только потому, что моему сожителю это нужно, — ответил Ви. Сильверхенд закатил глаза. — я буду спать так, как сплю, иначе, может, у меня другие глюки пойдут, а без тебя я… я не… — слова застряли в горле. — не смогу со всем этим справиться. Джонни ухмыльнулся. — Правда? Ты без меня жить не сможешь? — Ви надулся, он не то имел в виду. — Что ж, ладно, приму твоё мнение, но ты запихнешь в себя это дерьмо и ляжешь спать, потому что видеть твою кислую рожу ещё один день я не смогу. Ты думаешь я не вижу, как тебе хуево даже после обычной перестрелке с копами? Тебе ж хуево, это ясно как день! Раньше ты из такой задницы выбирался, что, теперь что ли не сможешь?! Ты не высыпаешься, постоянно стонешь и дергаешься во сне, это ненормально! Так что засунь своё мнение себе в жопу и закинься ебучими колесами! Его снова прорвало на эмоции. Снова. И это бывает не по всякому поводу. Так происходит, только когда дело касается «Арасаки» или Ви. — Хорошо, Джонни, — Сильверхенд кивнул, подтверждая верность его выбора. Ви подошел к столику, взял банку и… выкинул ее в открытую форточку. — Ты… ты долбоеб, блядь?! — вскричал Джонни, беря Винсента за грудки и вновь прижимая к стенке. — Ты, сука, понимаешь, какого хуя ты натворил?! Ты выкинул свой единственный шанс на продление жизни, блядь! Почему ты такой дебил ебаный?! — Сильверхенд крепко держал Ви за ворот рубашки, не думая отпускать. — Ага, я долбоеб, — чуть прошипел Ви. — Но я хочу остаться адекватным долбоебом на остаток моей жизни, а не шизофренником, шарохающимся от любого писка. — Ты… ты, блядь… ты дурак нахуй, — выплюнул Джонни, отпустив Винсента на землю и исчезнув в цифровых помехах. Ви надеялся, что он появится… днем… вечером… хоть когда-нибудь, но нет. Сильверхенд упорно игнорировал его целую неделю, а Ви за это время тщетно пытался выйти с ним на контакт, но в итоге — сдался, просто выполнял заказы на киберпсихов и прочую ерунду, которую только можно было найти в Найт-Сити. — Блядь… как же… — Винсент трясущимися пальцами в крови потянул ручку двери на себя, открывая дверь в неизвестную квартиру. Оттуда так несло тухлятиной и железом крови, что зайти туда не сблеванув мог только… да никто, блядь, может какой-нибудь человек с супер дорогущими синтолегкими. — Сука, да кто ж здесь жил-то? Ви с небольшим раздражением отпихнул ногой коробку с протухшим мясом, на вид ему года три. Дальше было хуже, везде висели медицинские приборы разнообразной степени паршивости, а на потолке тихонько побрякивали лампочки, тускло светящие вглубь квартиры. В спальне никого не было, только труп какой-то женщины и то, Ви не смог себя заставить подойти к ней, ибо жуткий смрад не перенес бы. На кухне мало чего было от обычной человеческой жизни. Обглоданные кости с остатками мяса и непонятные приборы с зубьями. Видимо, здесь и жил очередной киберпсихопат или кто-нибудь похуже, но Ви платили за это дело огромным количеством эдди, так что риск безусловно окупался. Правда какой-то неадекват успел наделать парочку пулевых ранений, что сейчас гордо украшали тело Винсента, что еле-еле перебирался на ногах, зажав раны более-менее чистой тряпкой, найденной в квартире. — Ебаный в рот, — Ви стиснул зубы, вдохнув воздуха. Было адски больно, но это меньшее, что сейчас волновало. — Терпим, дышим, — и снова он разговаривает сам с собой, надеясь, что Джонни слышит его. Дойдя до края кухонного стола, парень пошатнулся, но уверенно продолжил ползти, ползти куда-то, куда-то, лишь бы найти нужного человека, убить его, и уйти… на полу что-то хрустнуло. Наконец балкон. Солнце ярко ударило по зрению, а ноги, казалось, уже не выдержат, но Ви продолжил стоять, пытаясь прийти в себя… только звезды в глазах утихли. Бам. Удар чем-то тяжелым по голове. Наемник резко среагировал, потому что на подобное уже выработался рефлекс и развернулся, выпуская клинки богомола. Лезвия звонко разрезали воздух и Ви уже приготовился вскрыть незнакомцу горло, но тот и не собирался дальше нападать, он всего лишь выжидающе смотрел на Винсента, держа в руке осколок бутылки. — Мне говорить с тобой, или ты сам догадаешься? — спросил Ви, сплевывая в сторону кровью. — Я знаю, зачем ты здесь… — проговорил тот дрожащим голосом. — Ты же от… от Эвелин, верно? — Послушай, не знаю, от кого ты скрываешься, да и насрать мне на это, но Эвелин давно мертва, а у меня лишь заказ по твою душу, — Винсент злился. Его все бесило. Бесило, что этот мудила мямлит и не может ничего сказать, бесит этот заказ, бесит, что Джонни не выходит на связь и вообще, почему он смеет не разговаривать?! — Хуле ты молчишь? — Я… я ничего не знаю, клянусь! — испуганно ответил мужчина, осколок грозился вот-вот выпасть из худой руки, а очки постоянно слезали. — Я давно покончил с корпоратами и не хочу в это ввязываться! — Мне поебать, — сказал наемник. — Мне платят, я убиваю. Что тут, блядь, непонятного? Похоже, кто на вершине пищевой цепочки решил сместить тебя с места работы и поэтому ты скрываешься здесь, но я тебя нашёл и поэтому ты должен умереть. — Охеренно… — протянул корпорат. — Я… я… я могу откупиться как-нибудь? — Нет, заказчику ничего не нужно, — Ви этот разговор уже утомил. — А тебе? У меня есть много важных деталей о разработках «Арасаки»! Ты сможешь продать эти чертежи за миллионы евродолларов! — мужчина расслабился. — Хм… — Винсент задумался. А что, если… — У тебя есть данные о программе «Душегуб»? Ну, или «Микоси», «Сохрани свою душу»? — глаза мужчины заблестели. — Ты живёшь самый лучший день в своей жизни… Слушай, после отцифровки некого Джонни Сильверхенда, общественность взбудоражилась, а репортеры подогревали распустившиеся слухи, ну и пришла Сабуро идея, отцифровать одного из своих преемников. Так как Ханако его единственная дочь, была всегда послушной, умелой, не смела перечить отцу, то Сабуро решил оставить её на посту президента «Арасаки». А Ёринобу, за все его выходки, и даже за то, что он хотел продать биочип «Милитеху», Сабуро решил сделать из него энграмму… понимаешь, они ничего не сказали ему и в один прекрасный момент… он стал одной из отцифрованных душ. — Прекрасно… — сказал Ви, думая, чтобы сейчас сделал Джонни. Наверное, сделал бы выражение лица «я же тебе говорил» и улыбнулся. — Я думаю, насчёт своей жизни можешь быть спокоен. Но давай так, ты уезжаешь из города навсегда, а я говорю, что свёл с тобой счеты и получаю свои деньги. — Идет, у тебя довольно весомый аргумент, — мужчина нервно ухмыльнулся, глядя на пистолет Ви. — Рад, что смог быть полезен, прощай. Корпорат быстро скрылся из виду, оставляя Ви в своих размышлениях… Парень присел на одинокий пластмассовый стул, думая, как все рассказать Джонни… — Ебать, пресвятой Ктулху, что я пропустил? — Сильверхенд с довольным лицом уже спокойно сидел рядом. — Выкладывай. — Ты… гондон, блядь, — отрезал Винсент, складывая руки на груди на импровизированный бинт. — А ты мудак, потому что выбросил таблетки. Познакомились? — Джонни улыбнулся. — Ладно, я слышал ваш разговор, я сам в ахуе. — Я тоже… не думал, что Сабуро настолько жестокий отец… — А ты как думал? Это ж, блядь, Япония, там хочешь не хочешь, всех уважать будешь, — рокер снова затянулся сигаретой. — Ага… а какого хрена ты слился на целую неделю?! — вспылил Ви. — Я тоже был на тебя рассержен, ты повёл себя, как идиот… извини, — Джонни положил руку на сердце. — Я решил покопаться у тебя во снах и понять, почему ты не можешь нормально спать и… — И? — Ви сглотнул. — Всего две причины: «Арасака» и я. С первым понятно, а причём здесь я… — Заткнись, — парень выдохнул. — Давай оставим эту тему на потом. Я поеду к Панам, у неё для меня какое-то дело. Сильверхенд молча кивнул и исчез.