Пьянство и немного романтики

Антон вваливается в уже знакомый подъезд. Ему несказанно повезло, что дверь была открыта, камень подпирал дверь и не было никаких препятствий, чтобы заявиться в час ночи к своему учителю, разве что этика и чувство стыда, но парень сейчас не чувствовал ни того, ни другого. Пьяный в хлам он с божьей помощью вызвал лифт и кое-как нажал заветную кнопку «12». В лифте пару раз были рвотные позывы и идея завалиться к Арсению уже не была так притягательна, но желание поговорить и наконец высказать все, что у парня было на сердце все-таки взяло верх. Антон, шатаясь, подошёл к двери и нажал на звонок, долго держал и отпустил. После того, как ответа не последовало, он повторил эти манипуляции ещё пару раз и наконец подросток услышал копошение в замке. — Да кто это, блять, в такое вре-, — Арсений замер, он явно не ожидал увидеть ученика у себя на пороге в такое время, да ещё и в таком виде. — Антон? Какого чёрта? Ты время то видел? Ты пьян? — учитель закидывал вопросами. Он начинал закипать, мало того, что к нему завалился пьяный ученик ночью, так это ещё и ему разбираться во всем этом и нести ответственность за него. Антон только стоял, потупив взгляд, ведь он то не подумал, что может помешать учителю. Действительно, все уважающие себя люди не спят по ночам и конечно только и ждут увидеть его ненаглядного. — Я хотел вас увидеть, — резко прерывает нравоучения Попова парень. — Арсений Серге.-Сергеич, — кое-как выговаривает подросток и в глазах начинает мутить, в голове путаются все мысли и к горлу подкатывает ком, — ща блевану. Учитель видит всю ситуацию, бросает осуждающий темно-синий взгляд на ученика, но все же впускает того в квартиру и быстро ведёт в ванну. Они проходят мимо кухни в ванную комнату и как только крышка унитаза оказывается поднятой, Арсений понимает, что его ждёт долгая ночь. Антону плохо. Пиздец как плохо. В желудке уже ничего нет, но спазм и судороги никуда не деваются и его тошнит уже просто слизью. Арсений же все это время аккуратно сидел рядом и легонько поглаживал его по спине, в надежде, что может хоть так сможет помочь ему. Когда все вроде успокоилось и рвота прекратилась, Арсений вышел в кухню и налил немного воды, чтобы успокоить желудок. Когда он вернулся, увидел все ту же картину — подросток, валяющийся возле унитаза. — Эй, Антон, не спать! Давай умоемся и ты водички попьёшь, м? Давай, давай, надо ж было тебе так нажраться… Поставив стакан на тумбочку, он попытался привести того в чувства и поднять на ноги, но вышло только посадить на бордюр ванны. Арсений включил холодную воду и с горем пополам умыл парня, тот не сопротивлялся и подозрительно притих. Тогда он присел на корточки и замер. —Эй, Анош, ты чего? — учитель заметил, как на ресницах парня собираюсь солёные капельки и стекают по щекам, — Тише, Тош, не плачь, — он мягко проговаривал каждое слово, стараясь успокоить подростка. — Ну ты чего расплакался то? Это я должен тут реветь так то, ввалился ко мне ночью, пьяный в хламину, а мне возиться с тобой. — Извините… — тихо произнес Антон, — Я.. Я не хотел доставлять нам.. вам.. неприятности, — голос дрожал, глаза начали неприятно щипать от непрошеной солёной влаги на глазах. Он уже не скрывал, что плачет, слезы лились в три ручья, а руки начали потряхивать. — Ну, ну, ты чего, не плачь, успокойся, сейчас тебе лучше, а это самое главное, — Арсений поднялся и обнял дрожащего парня. Антон вздрогнул от такой неожиданной нежности и тут же обнял учителя в ответ, это было лучшее мгновение за весь этот вечер, и даже распитие дешевой водки на морозе никогда не сравнится с этим. Арсений тёплый, от него пахнет кофе и легким ароматом геля для душа. Антон зарывается лицом в грудь преподавателя и мечтает, чтобы это никогда не заканчивалось. Так тепло, хорошо, именно тут Антон дома. Всхлипы становятся все тише, а вскоре и вовсе прекращаются. Преподаватель первым расцепляет руки и отходит немного. — Давай-ка ты водички попьёшь, чтобы хотя бы что-то было в желудке, — Арсений протягивает стакан парню, тот выпивает весь и отдаёт его обратно. Сейчас, когда Антон протрезвел, уже как-то неловко и все сложнее поднять глаза, ведь он обязательно встретиться с обеспокоенным и уставшим взглядом Арсения. Антон чувствовал вину, что потревожил своего преподавателя, ведь он наверняка устал после тяжелой недели, а тут к тебе ночью вваливается пьяный ученик, чуть не обблевавший всю твою квартиру, конечно не может быть и речи, чтобы говорить сейчас о своих чувствах, которые уже давно теплились в парне. — Спасибо, — только и может пробормотать Антон. Арсений едва заметно улыбается уголками губ и, забрав стан из рук подростка, размеренными шагами ушёл в кухню, оставляя подростка со своими мыслями. «Я хотел вас увидеть» проносится в голове парня и тот начинает краснеть, будто вот-вот лопнет. Как, вот как он мог такое ляпнуть? Арсений же теперь точно считает его странным. Антон, ну ебаный рот, как так можно? На часах уже 3:27, глаза болят, в сон клонит обоих. — Ладно Тош, пойдём спать, но завтра мы обо всем этом серьёзно поговорим, — произносит, подошедший преподаватель, потирая переносицу. Антон же только кивает и следует за Арсением в комнату. — Вот держи, — Арсений протягивает Антону чистую свежую футболку. Его футболку. Парень переодевается, скидывает свою сырую от воды и рвоты кофту и надевает мягкую футболку своего преподавателя. Она пахнет его одеколоном и немного кофе, видимо сказалась привычка Арсения каждый день по несколько раз пить этот приятно пахнущий напиток. Антон чувствует себя окружённым этими ароматами, но он всецело готов сдаться и полностью отдаться им. Пока Арсений ложился в кровать Антон медлил и не знал что делать. Тоже лечь? А может он будет спать на диване и просто не понял этого? — Ты чего там стоишь? — наконец заметив замявшегося подростка, спросил Арсений. — А, ну, мне к вам ложиться? — недоверчиво спрашивает Антон. — Антош, ты видишь тут другую кровать? Я на диван тебя не положу, да и сил разбирать его у меня нет, давай просто уже ложись. Антон аккуратно подошёл к кровати и забрался под тёплое одеяло. Он бы никогда не подумал, что такое с ним когда-нибудь произойдёт. Спать в одной кровати с Арсением, в его футболке, это что — сон? Если так, то лучше вообще не просыпаться. Антон разворачивается в противоположную сторону, чтобы не мешать Арсению, но уже спустя минут десять он чувствует как что-то тёплое легло на его живот и грудь, это было ничто иное как руки его преподавателя. Прямо сейчас его обнимает Арсений словно мягкую игрушку, прижимает к себе. У Антона сердце готово выпрыгнуть из груди прямо сейчас, если бы не темнота, то он бы мог посоревноваться с помидором на звание «самый красный и прекрасный». По рукам побежали мурашки, а уши и лицо краснели все больше и больше. — Арсений Сергеевич, вы- — Тише, Тош, давай просто полежим так, если ты не против, — перебивает его тот. Антон как послушная собачка замолкает и просто наслаждается тем, что есть. Арсений рядом, он тёплый и мягкий, рядом с ним комфортно и уютно. А это все, чего так хотел парень, согреться в этом холодном мире.