Записки

За всё время, что Ло провёл с Луффи и остальной командой он успел свыкнуться с образом жизни на Санни и привыкнуть ко всем и всему. Неосознанная непринужденность рядом с Мугиварами уже не пугала, только иногда ставила в тупик и смущала, но на то Мугивары и Мугивары, чтобы сводить Ло с ума. Но вот Луффи удивлять особенно умел. Когда Ло был уже уверен, что полностью знает его, Луффи мог выдавать ещё более безумные вещи и оставлять в шоке надолго. Но ему, чёртовому кретину Трафальгару Ло, даже это нравилось. — Так значит это просил передать Мугивара-я? — уточняет Ло, а уголки губ предательски подрагивают в истеричной улыбке. Луффи, чёрт тебя дери. — Верно, — Чоппер, принёсший записку, удаляется, заверяя, что всё точно оформил Луффи и что она значит он понятия не имеет. Ло чувствует себя ребёнком, просматривающим первый в жизни журнал для взрослых — смотрит на записку мельком, отворачивается, глубоко вдыхает и наконец присматривается лучше. А по выражению его лица можно картины писать — «мученик любви в идиота». Санджи, раздающий всем коктейли, узнаёт о записке от доктора, а за ним остальные Мугивары слаженно, по цепочке. Сплочённость их команды когда не надо поражает. — Ну что там? — Нами выжидающе глядит на Санджи. Тот кривится, наклоняет голову в стороны и даже одалживает очки для чтения у Робин, но тщетно. — Обычные каракули Луффи. — Ага, и неразборчивые, — подтверждает Усопп, заглянув через бинокль и досадно вздыхает — по лицу Ло ему показалось, там будет что-то более компроматное. — Да нет, там явно что-то есть, — все поднимают взгляд на Зоро. Даже Робин не может ничего понять, хотя в «каракулях» Луффи разбирается лучше их всех вместе взятых, а тут придурок-маримо говорит, что там есть смысл. — Ну там точно изображены Траффи и Луффи, — Зоро пожимает плечами, отступая так же незаметно, как пришёл и оставляя остальных с этим фактом, как с должным. И никто не понимает, как Зоро вообще мог там что-то разобрать и как он посмел не рассказать им больше, а просто уйти, бросив такую зацепку! Вот кретин! — Траффи и капитан, но что они там делают… — Френки присматривается, принимая помощь от Зоро — по крайней мере, теперь им известно, что это рисунок, а не надпись. Ло, не обращая внимание на столпившихся вокруг его важной персоны Мугивар, протягивает ещё листок. Вся команда безо всякого стыда и совести — которых их жизнь при рождении лишила, уверен Ло, — заглядывает внутрь, но и здесь их ждёт разочарование. Внутри вновь располагается бессвязный поток детских рисунков, наложенных друг на друга. — Может, это какой-то шифр? Ты видишь там капитана или Траффи-сана? — предполагает Джимбей, а Санджи вертит картинку, присматриваясь. Раз уж Зоро что-то увидел, то и он подавно найдёт. — Йо-хо-хо, я и в прошлой записке ни черта не разглядел в отличие от Зоро-сана, а в этой уж подавно. Тем более у меня даже глаз нет! — смеётся Брук, и впервые почти все с ним согласны. И нет, не с фразой про глаза. — На вашем месте я бы не смотрела личные записки, это некультурно. Тем более, учитывая, что там изображено, — Ямато выхватывает ту прежде, чем остальные успевают найти ещё что-то и отдаёт растянувшему руку Луффи. — Эй, да там кроме каракуль ничего и не было! И вообще, что ты там рассмотрела? — но Ямато, подобно Зоро, уходит от расспросов Нами и остальных, оставляя секрет шифра неразгаданным. По борту проносится тяжкий вздох. Робин поднимает взгляд на голову Санни, на которой энергично раскачивается Луффи. На его лице играет игривая, широкая улыбка, а щёки краснеют, пока он активно выводит на листке ответ для Ло. — Никогда бы не подумала, что у Траффи-сана и Луффи может быть общий секретный код, тем более который даже я не в силах расшифровать, — комментирует Робин и тут же получает объятия от Френки и моральную поддержку от остальных. — Не беспокойся, ты самая умная среди нас! Ты обязательно найдёшь этот су-упе-ер ответ! — Верно, не переживай так, Робин. — Всё в порядке, Робин-сан. Ну Робин особо-то и не переживала о содержимом записки, в отличие от них. Усопп вздыхает, наблюдая за всем этим и возвращается к более «взрослым» делам, а выяснение шифров и отношений оставляет на остальных. Первый лист, данный Луффи, уносит ветер, и Усопп непринужденно наблюдает за летающим набором каракулей, которые в свете солнца, на его глазах обретают какие-то очертания. — Усопп? Что с тобой? — спрашивает Нами, замечая неописуемое выражение лица и широко раскрытые глаза Усоппа, увидевшие нечто столь незабываемое, что, возможно, оставит ему моральную травму на всю жизнь. — Нами, — холодным и непривычно спокойным голосом познавшего полный дзен человека, произносит Усопп и кладёт руку ей на плечо с искренностью заглядывая в глаза, — и остальные, обещайте мне больше никогда не трогать их записки. Ради всего святого, ради всех богатств мира, ради всей еды мира, ради всей музыки, ради всех вод, иероглифов и роботов, не пытайтесь их расшифровать. Команда наблюдает, как Луффи спрыгивает с головы Санни, хватая резиновыми руками Ло за шею, и притягивается. — Сделаешь так же? — он подносит рисунок Ло к его же лицу, и тот натягивает шляпу ниже, пытаясь скрыть смущение перед лицом Мугивары и остальной команды. — Хорошо, Мугивара-я, но потом не жалуйся, — Луффи широко улыбается и хватает Ло на руки, скрываясь в многочисленных каютах их корабля. А Мугивары решают прислушаться Усоппа и молча возвращаются ко своим делам, пытаясь избавиться от странного чувства неловкости. Лучше, пожалуй, личное между Траффи и Луффи и правда не знать. От греха подальше и для морального спокойствия.