Aleksi, where you at? Come here, Aleksi

Ссоры. Крики. Споры. Скандалы. Посуда и другие хрупкие вещи летают по квартире и бьются об пол, оставляя после себя осколки, опасные для босых ног парней. Громкие голоса пугают соседей, заставляя переживать за отношения двух молодых людей. Они кричат, но не слышат друг друга. Они не могут решить свои проблемы. Они просто сотрясают воздух в комнатах и не приходят к умозаключению, способному спасти их отношения. — Хокка, да ты вообще думаешь, что ты делаешь? Ты можешь хотя бы раз сначала хоть ненадолго включить мозг, а уже потом творить хуйню своими длинными руками, которые нихера не умеют ничего, кроме того, как держать гитару и бутылку с пивом! - надрывался младший. — Я, блять, не виноват в том, что тебе вечно всё не нравится! - Йоэль сделал последний глоток, допивая пиво из бутылки. Вдруг Алекси подошёл и выхватил бутылку, швырнув её об пол: — Алкоголик, блять! Ты меня вообще слушаешь? Я хоть что-то пытаюсь сделать для того, чтобы спасти наши отношения! А тебе на всё плевать! Дальше своего пива нихуя не видишь! — зелёные осколки разлетелись по полу. — С каких пор орать на меня каждый вечер называется фразой «спасать отношения»? — и всё же, Йоэль был немного спокойней, чем Алекси. — А если ты по-другому не понимаешь нихера? — А ты пытался? — на эту фразу Каунисвеси не ответил. Он развернулся и вышел из комнаты, а затем и из квартиры, оставив старшего в мёртвой тишине. Слишком резкий контраст громкости. — Ну и вали, блять, куда хочешь, — фыркнул Йоэль, подходя к холодильнику и доставая бутылку вина. После ссор с Алекси ему хотелось пить как никогда. Этот вечно кричащий парень был самым родным человеком для него, и каждые споры и размолвки приносили какую-никакую моральную боль. Блондин открыл бутылку и сделал глоток прямо из горла. Возвращаясь на диван в гостиной, он просто пил. Долго и без остановки, пока не закончилось вино. Он думал только об Алекси. Куда он пошёл? С кем он сейчас? Чем занимается? Думает ли он о Йоэле сейчас? И что думает? А если не думает о Йоэле, то о ком думает? Ему сейчас хорошо или плохо? Он плачет или смеётся? Делится с кем-то своими проблемами или справляется со всем один? Он чувствует себя виноватым или же ждёт извинений от Йоэля? Хокка ждал хоть какой-то информации от младшего, вздрагивая от каждого уведомления на телефоне. Но, увы, это были всего лишь фанаты, которые отмечали его в публикациях и сторис, выражая свою любовь и поддержку. Нет, Йоэль правда очень ценил их труд и чувства, но сейчас не до этого. Сейчас он просто хотел знать, где Алекси, и что с ним происходит. Несмотря на все ссоры, он очень любил это вредного и капризного, но такого красивого и нежного парня. Они вместе уже около года, и как только они начали жить вместе, начались бытовые ссоры, которые начинаются на ровном месте и не имеют никаких настоящих причин. Но они всё равно почему-то каждый день кричат друг на друга, каждый доказывая своё, и не могут просто сесть и спокойно поговорить, обсудить, что их друг в друге не устраивает, чтобы хоть как-то что-то исправить и ругаться меньше. И непонятно, почему. Никто из них не хочет идти на компромисс. Хотя кому-то уже давно пора сдаться, если они хотят быть вместе. Только вот кому? Кто должен поддаться и уступить, а кто стоять на своём? И как это решить? Йоэль не знал. Им нужна помощь. Он любит Алекси, но не знает, что делать для того, чтобы они не ругались, а как раньше, лежали в обнимку, смотрели какую-то глупую комедию и ели пиццу, периодически целуя друг друга во все возможные части тела. Чтобы была такая же страсть, когда желание накрывает ещё до того, как они окажутся в квартире. С моментом наступления частых ссор в их паре количество секса тоже сократилось. Каунисвеси вечно на него за что-то злится или обижается, не подпуская к себе. Хочется, как раньше, завалиться вместе в душ и заворожённо смотреть, как пена стекает по его чёрным волосам, как капли воды покрывают его красиво тело, к которому хочется прикасаться и прикасаться, абсолютно не отрывая взгляд. Хочется наслаждаться его стонами, его ответными прикосновениями и выгибаниями, его улыбкой и милым детским смехом, а не выслушивать претензии, вечные недовольства и повышенные тона голоса. Да, Хокка — далеко не идеальный человек. Но ведь никто и не говорил, что с ним будет легко. Он предупреждал Алекси о том, что у него тяжёлый характер и с ним тяжело ужиться вместе, но тогда младшего это не смутило. А сейчас он каждый день высказывает Йоэлю целые тирады по поводу его характера и недостатков. Но старший готов это терпеть ради того, чтобы только обнимать это вредное голубоглазое чудо по ночам. Как же он его любит. Он готов всё отдать за этого мальчика, который сейчас хер знает куда свалил, и хер знает с кем находится. Конечно же, Каунисвеси трубку не брал. Йоэль начал обзванивать друзей: — Алло, Томми, привет, — пьяного Хокка очень выдавал его голос. — Ёбана, Йоэль, ты чего так нажрался-то? — Да ничего. Алекси не у тебя случайно? — Ты где умудрился ребёнка проебать, а? — Каунисвеси был самым младшим участником коллектива, да и выглядел намного младше своего реального возраста, от чего не редко получал прозвища «мелочь», «мелкий», «детёныш», «ребёнок» и всё в этом духе. — Он просто ушёл из дома, — вздохнул блондин. — Ну ахереть теперь. Ищи давай. Найдёшь — напишешь. Он не у меня, — Томми переживал, что с младшим может что-то случиться, — А если до утра не найдёшь, то всё равно напишешь, и будем искать вместе. Я спать, — Томми сбросил вызов, и Йоэль сразу же набрал Олли. — Матела, здорово. Алекси у тебя? — Чего? Кто у меня? — сонным голосом проговорил басист. — Ой, я разбудил тебя, извини. Спрашиваю, Алекси не у тебя дома? — Нет, откуда ему здесь быть? — Ладно, спи дальше, пока. — Погоди, Алекс ушёл от тебя? - проснувшийся мозг Олли начал соображать. — От меня не знаю, но из квартиры свалил. Вот ищи теперь его по всей Финляндии. Наорался на меня и сидит теперь где-то. — Давай ищи. Мало ли что может случиться. Если всё совсем плохо будет, звони, — Йоэль попрощался с Матела, пожелав ему спокойной ночи. Он был рад, что друзья готовы помочь ему в трудную минуту. — Алло, Йоонас, не спишь? — он позвонил гитаристу. — Нет ещё, но собираюсь. А что? — Алекси не у тебя? — Да ёбаный ваш танк, вы опять разосрались? — Да, — недовольно цокнул вокалист. — У меня его нет. — Попробуй ты ему позвонить? — попросил Хокка, — От меня он точно трубку не возьмёт. — Ладно, щас. Пока Порко дозванивался до Алекси, Йоэль набрал Нико: — Ник, доброй ночи. Алекси у тебя? — Привет, Йоэль. Нет, а куда он делся? — Да хер знает. Наорал на меня в очередной раз и ушёл. Ни у кого его нет, ума не приложу, где теперь его искать. — А он на машине уехал? — блондин выглянул в окно — машина Алекси стояла на прежнем месте. — Нет, пешком утопал. Машина стоит. — Значит далеко не ушёл бы. — Он свалил часа полтора назад. — Блять, Хокка, а можно тебе вопрос задать? Ты чем всё это время занимался? — возмутился рэпер. — Вино пил. — Чему я удивляюсь? Думать нам нахуй не надо. Взял, просрал ребёнка где-то. У нас репетиция послезавтра вообще-то. Мы чё там без диджея будем делать? В «ку-ку» играть и гитарами драться? — фронтмен группы с большей ответственностью относился к делам, касаемых их общей работы. — Я думаю, что на репетицию он придёт. — Ты его вообще искать не собираешься? — А я щас чем по твоему занимаюсь? — Бухаешь и пиздишь со мной. — Мойланен, я просто спросил, у тебя Алекси или нет, а ты на меня наорал. — Я на тебя восемь лет ору, мог бы привыкнуть. Учти, Хокка. Если ты оставишь группу без диджея, я тебе лично собственными руками патлы повырываю. Ищи Алекси. Спокойной ночи, — Нико лёг спать, но из-за переживаний долго не мог уснуть. Йоонас не смог дозвониться до Алекси, о чём и написал Йоэлю. Сам Хокка попробовал ещё раз позвонить и написать младшему, но безрезультатно. В сети он тоже нигде не был. Йоэль не знал, кому звонить и кому писать, чтобы найти Каунисвеси. Он вспомнил про такую «волшебную» функцию айфонов, как геолокация, но Алекси её выключил. Старший написал больше ста сообщений на давно выученный наизусть номер любимого человека. Звонил больше 150-ти раз. Но никакого ответа не получил, от чего начал переживать, что младший не просто игнорирует его от обиды, а могло что-то случиться. Вдруг пришло сообщение от Нико: — Я не смог уснуть, думаю про Алекси. Я пытался позвонить ему раз десять, он не берёт трубку. Йоонас тоже не может дозвониться. Я начинаю переживать. Ты там в говно пьяный, поэтому мы вдвоём с Порко поехали его искать. Ложись спать, недотёпа, протрезвеешь и поможешь нам, — Йоэль только написал «спасибо», и то не попадая по клавишам то ли от нервов, то ли от того, что уже был сильно пьян. Слава функции «автокоррекция», которая всё же отправила верно написанное слово. Блондин отключился прямо в зале рядом с пустой бутылкой вина. Его сон был тревожным и беспокойным, тело часто вздрагивало, а руки будто искали кого-то.

***

— Блять, да куда же он делся, — сидящий за рулем Порко уже психовал, пока Мойланен тревожно всматривался в немногочисленных прохожих. Всё-таки, уже почти три часа ночи. — Я практически уверен, что он не на улице. Мы зря его ищем. У Томми и Олли его нет. Припаркуйся, — Йоонас прижал машину к обочине, — Звони Микки, а я позвоню Сантери, — но ни у кого из членов их команды Алекси не оказалось. Они извинились за то, что разбудили друзей, и начали набирать другие номера: — Звони Йооне, я позвоню Кирилу, — но и эти парни не знали, куда делся диджей. — Как думаешь, Хокка догадался позвонить его родителям? — спросил рэпер. — Йоэль же говорил, что они пока не знакомы, вряд ли у него есть их номера. Да и тревожить их в такое время как-то неудобно. Ещё и рассказывать о проблемах в отношениях. Я бы на его месте не стал, — ответил Йоонас, размышляя, где ещё можно поискать Алекси. — Поехали по барам прошвырнёмся? — пешком Каунисвеси бы далеко не пошёл, поэтому правильнее было бы объехать все бары района, а не кататься по всему Хельсинки. Но парень нигде так и не нашёлся. — Как сквозь землю провалился, — сказал Нико, садясь обратно в машину. — Может он у кого-то из друзей, которых мы не знаем? — Йоон, он где угодно может быть! У друзей, у родителей, в подпольном казино, на студии, в больнице, в МОРГе, на другой планете, в другой галактике блять, — с каждой минутой Мойланен нервничал всё больше и больше. — Ты что-то сказал про студию? — уловил Порко одно слово из монолога друга. — Едем, — Йоонас развернул машину и отправился по знакомому маршруту. Но студия оказалась заперта, а охранник корпуса сказал, что Алекси здесь не было. — Ахеренно, — вздохнул Нико. — Что будем делать? — спросил Порко, смотря на часы, которые показывали уже четвёртый час утра. — Набери ему ещё раз, — ответа так и не было. — Он может там спит уже сладким сном, а мы тут его ищем, — недовольно ответил Йоонас. — Поехали домой. Если утром не объявится, поднимем на уши МОРГи и больницы, — они сели в машину. — Ник, до тебя ближе. Ты не против, если я у тебя останусь? Так устал, не хочу домой ехать. — Конечно, оставайся, — они приехали домой к Мойланену и уснули на одной кровати одинаково тревожным сном.

***

В восемь утра телефон Йоэля зазвонил. Блондин с раскалывающейся головой взял трубку: — Йоэль, ты нашёл Алекси? — это был уже выспавшийся Томми. — Мне вчера Нико и Йоонас сказали ложиться спать и трезветь, а они его сами найдут. Я не знаю, нашли или нет. — Как ты можешь спать, когда твой любимый человек неизвестно где и неизвестно с кем? — с упрёком сказал Лалли, — Ты любишь его вообще? — Я слишком много выпил и вырубился. Я очень люблю Алекси, ты это знаешь. Но у нас очень тяжёлый период в отношениях. — Так проблемы решать надо, а не вино жрать и позволять ему уходить. Нужно было схватить за руку, твёрдо сказать «Не пущу!» и выслушать, что ему в тебе не нравится. А ты, как обычно, всё на самотёк пустил. — Я уже давно осознал свою ошибку. Меня вчера и Нико уже отчитал. Ну вот такой я дебил, что я с собой сделаю? Я и так слишком изменился ради Алекси. — И в лучшую сторону, между прочим. Он хорошо на тебя влияет. — Томми, ты лучше помоги мне найти его, а не лекции мне читай. Я уже понял, что хуёвый из меня парень. — Нужно списаться с Нико и Йоонасом, когда они проснутся. А пока просто пиши и звони ему. — Я уже двести раз звонил. — Значит двести миллионов раз надо звонить, — прикрикнул Лалли. — Ладно, щас наберу, — он снова начал пытаться дозвониться до Алекси, но тот, кажется, даже не думает отвечать. Томми тоже несколько раз набрал номер младшего товарища, но ответа также не получил. Вдруг появляется сообщение в общем чате группы. Алекси? — Да вы чё все, с цепи сорвались что-ли? У меня полторы тысячи пропущенных. У вас у всех телефоны на одной кнопке зависли? Вы чё мне названиваете? Зачем я вам всем резко понадобился? — написал Каунисвеси. — Малыш, возьми трубку, нам очень нужно поговорить, — мгновенно напечатал ответ Йоэль. — Обойдешься, — ответил младший. — Хотя бы скажи, где ты, — написал Томми. — Завтра на репетицию приеду и поговорим. А сейчас не трогайте меня. — Алекси, стой, — проснувшийся Нико вмешался в диалог, — Ты нас до безумия напугал. Мы искали тебя до четырёх утра чуть ли не по всему Хельсинки. Ты мог хотя бы одному из нас написать, что с тобой всё хорошо? Мы даже в МОРГ собирались ехать. — Если я соберусь умирать, я предупрежу, — ответил диджей. — Алекс, пожалуйста, скажи нам, где ты. Хотя бы в лс кому-нибудь одному, — написал Йоонас. — Зачем? Чтобы вы все дружно сюда завалились и пытались свести меня с Йоэлем? — А ты хорошо нас знаешь, — Олли тоже проснулся. — Нет уж, спасибо. Мне не нужны извинения, распинания и обещания. Я наслушался. Увидимся завтра на студии. — Алекси, если ты думаешь, что я оставлю тебя в покое, то ты ошибаешься. Нам нужно поговорить, и я не успокоюсь, пока мы это не сделаем. — Ты мне вчера всё сказал уже. — Больше слушай мою пьяную голову, — Йоэль позвонил младшему, чтобы не надоедать другим парням уведомлениями с их «семейными» разборками. — Алекси, ты где? Возвращайся, Алекси. Пожалуйста, приезжай домой, малыш. Или я сам тебя заберу, только скажи, где ты сейчас, — сказал Хокка виноватым и умоляющим голосом, как только Каунисвеси взял трубку. — Йоэль, ты реально думаешь, что есть смысл спасать наши отношения? Мы каждый день ругаемся. — Я знаю, как это исправить. Только вернись, пожалуйста. Я могу сам приехать. Прошу тебя, давай просто встретимся и поговорим. — Ладно, уговорил. Минут через сорок приеду, будь дома, — старший только угукнул и стал ждать, а пока ждал, перечитал в интернете всё, что успел, о том, что делать в их ситуации.

***

Каунисвеси действительно приехал примерно через сорок минут. Йоэль встретил его в коридоре: — Иди сюда, Алекси, — блондин взял младшего за руку и повёл в комнату. Они сели на кровать, и Хокка начал разговор, к которому они долго не могли прийти: — Малыш, в первую очередь прости меня за то, что я тебе вчера наговорил, я был не прав. Я много прочитал в интернете о нашей проблеме, посоветовался с парнями, и, мне кажется, я знаю, что нам нужно сделать, чтобы не ругаться. — Что? — Сначала скажи, пожалуйста. Ты хочешь, чтобы мы были вместе? Ты хочешь спасти наши отношения? — Я хочу. А ты? — И я очень хочу. Я люблю тебя, Алекси. И я понял одну вещь: нам нужно не бесцельно кричать друг на друга, а просто сесть и спокойно поговорить. Сказать друг другу, что нам не нравится и что бы мы хотели поменять. А потом просто учесть это и постараться измениться. Просто прямо скажи мне, что тебе во мне не нравится? Алекси немного смутился и опустил голову: — Ты очень много пьёшь. Мне иногда страшно с тобой находиться. Я понимаю, по какому-то поводу выпить или после концерта, когда мы все собираемся, чтобы попить пиво. Но ты пьёшь алкоголь вместо воды. Я и за здоровье твоё беспокоюсь, и за состояние. Я не помню, когда последний раз видел тебя трезвым и не с похмелья, — он давно хотел сказать это парню, но боялся обидеть. — Хорошо, я понял тебя. Что-то ещё? — Да, — он ещё сильнее засмущался, — Ты можешь иногда помогать мне с уборкой? Я не могу все домашние дела делать один. — Хорошо, я помогу, только попроси, ладно? Каунисвеси угукнул и спросил: — А тебе что во мне не нравится? — Я на самом деле подумал и понял, что у меня к тебе только одна просьба, — Йоэль взял младшего за руки. — Какая? — Не принимай близко к сердцу мои косяки. Ты переживаешь и начинаешь кричать из-за каждой мелочи. Ну пусть валяются эти толстовки на стуле, они же нам не мешают, правда? — блондин улыбнулся, — Ну пусть я забыл завести будильник. Ну пусть я случайно рассыпал чипсы по дивану. Ты так из-за всего этого бесишься, как будто я совершил преступление. Забей, это же всё так неважно. А твои нервные клетки восстановятся не сразу. Не кричи из-за пустяков. Если тебе что-то не нравится, лучше подойди и укуси меня, — он улыбнулся ещё шире, на что Алекси ответил такой же лучезарной улыбкой. — Хорошо, — он сжал руки Йоэля. — Нам нужно перестать кричать друг на друга и научиться вот так вот садиться и разговаривать. Криками проблему не решишь, надо говорить, что нам не нравится, и приходить к компромиссу. Я так хочу, чтобы у нас с тобой всё было хорошо. — Я тоже, — Каунисвеси подался вперёд, и Хокка притянул его в свои тёплые объятия. В больших родных руках Алекси расслабился, наслаждаясь голосом старшего, который всё ещё говорил про то, что он постарается сделать всё ради их отношений. Брюнет просто лежал на груди Йоэля, вдыхал его запах и думал о том, как сильно он любит этого парня. Да, он иногда бесит. Да, иногда он бывает просто невыносимым. Но он такой идеальный и до чёртиков любимый.