Не терять равновесие

— Девочка моя, ты ведь знаешь, как я тебя люблю? — молодая женщина ласково погладила свою дочь по растрепанным волосам. — Больше всех на свете. Девочка сонно потерла глаза, не понимая, зачем мама разбудила её так рано, ведь сегодня воскресенье и в садик совсем-совсем не нужно. — Даже больше, чем папу? — Да, солнышко. В голосе женщины проблеснула нотка горечи. Как она могла объяснить ребёнку, что мама с папой уже не так сильно друг друга любят и единственное, что держит их вместе, — это маленький ребёнок? — Ынхи, послушай маму внимательно, — женщина взяла девочку за руки и легонько сжала ладошки. — Не все люди такие добрые, как ты. Этот мир жесток. Люди боятся того, что не могут понять, поэтому ты не должна раскрывать себя. Ты должна быть сильной девочкой и не давать себя в обиду, но никогда не пользуйся своим даром перед кем-то. — Но почему? Маленькая Ынхи не могла понять, почему ей нельзя было этого делать. Папа говорил, что эти способности нужно развивать, что чем чаще она ими пользуется, тем лучше. А мама говорила совсем другое. Кого ей тогда слушать? Разве это плохо — помогать кому-то? Разве нельзя вылечить разбитые коленки всего за минуту и не чувствовать пощипывание от зеленки? Разве плохо вылечить птичке крыло, чтобы та смогла взлететь? Ынхи сложно было удержать все вопросы в себе, очень уж хотелось услышать ответ. Но когда мама так держала её за руки, нужно было слушать внимательно. Мама всегда так делала, когда хотела сказать что-то очень странное. — Плохие люди могут найти тебя и заставить делать плохие вещи. Ты ведь этого не хочешь? — женщина поймала взгляд дочери. Почему она должна объяснять такие вещи невинному существу? Она ведь не виновата, что родилась такой. Женщина была так рада, когда узнала, что дочь пошла в отца, а теперь заставляет её прятать свою особенность ото всех. Но мир жесток к тем, кто не похож на всех. — Нет, мамочка. — Правильно, дорогая. И поэтому, — женщина отпустила руки дочери и поднялась с кровати, подойдя к небольшому белому комоду в цветочек, — мы тебя спрячем. Достав что-то из верхнего ящика, она подошла к Ынхи. В руках матери блестел на солнце кулон. То был лунный камень в форме круга, висевшего на простой коричневой верёвочке. — Никогда его не снимай, — женщина повесила кулон дочери на шею, аккуратно спрятав его под пижаму. — И никому не отдавай. Этот талисман не даст плохим людям найти тебя. Этот день просто не мог быть хорошим. Ынхи поняла это с самого утра, когда увидела разряженный телефон в руке. К её сожалению, будильник был только там, ведь часы сломались ещё на прошлой неделе, а купить новые она все время забывала. Ынхи точно помнила, что ставила гаджет на зарядку перед сном, жаль только посмотреть, включена ли она в розетку, ума не хватило. Вторым разочарованием стал дождь, настигший девушку на полпути к университету. И самое обидное — она ведь всегда смотрела прогноз погоды прежде, чем выйти из дома. Но сегодня Ынхи, собиравшаяся в спешке и не до конца проснувшаяся, перепутала даты и посмотрела вчерашний прогноз. Обещали, что будет облачно. Ждать автобус было бессмысленно, только больше времени бы потратила на остановке, поэтому девушка решила добраться до места пешком, периодически переходя на бег. Она ведь давно хотела начать бегать по утрам. Вот и начала. Промокшая, выдохшаяся и злая на весь мир Ынхи влетела в аудиторию, чтобы узнать, что первую пару отменили и спешить было, собственно, некуда. Об этом сообщили рано утром в общем чате, ещё когда она сладко посапывала в постели. Взвыв, Пак начала усиленно думать, в какой момент жизни она подписала контракт на такое количество неудач подряд. Ничего такого не вспоминалось, а значит она просто стала тем самым сотым покупателем в магазине «1000 и 1 неприятность специально от Вселенной». А ведь это было только утро. Что могло произойти дальше, девушка даже представить боялась. Она и раньше никогда не отличалась особой удачей, но этот день прямо-таки обещал стать началом огромной, жирной черной полосы в ее жизни. Впрочем, был все-таки один плюс — оставшееся время можно было потратить на завтрак, благо столовая работала с самого утра. И к тому же это было одно из самых вероятных мест обитания одногруппника, с которым она смогла наладить контакт. Хотя было бы правильнее сказать, что это он наладил с «заучкой Пак» контакт. — Привет, Минхо. Как Ынхи и думала, Ли Минхо она нашла в столовой, сидящим за их любимым столиком у окна. На самом деле, этот парень был одним из тех популярных ребят, за которыми толпами бегают девчонки, а то бывало и парни тоже. Его любила вся группа, если не весь университет вовсе. Красивый, общительный и талантливый парень. Он мог бы общаться с местной элитой, а вместо этого постоянно зависал с Ынхи. Многих это безумно бесило, но стоило Ли посмотреть в сторону недовольного своим убийственным взглядом, тот сразу замолкал. Да, Минхо умел предвещать скорую смерть одним лишь взглядом, а потом снова улыбаться как ни в чем не бывало. Странный парень. Иногда Ынхи пыталась понять, что с ним не так, но бросала это дело на середине пути. У Минхо был непростой характер, а его тактильность периодически переходила все границы. Но девушка была рада, что имела такого друга. Он был по-своему заботлив, с ним было комфортно общаться, а главное, он понимал её буквально с полуслова и никогда не лез в душу, если она была не готова открыться. И тем более других друзей у нее не было. — О, ты пришла. — Ли поднялся со стула, обнимая Ынхи в знак приветствия. — Чего вся мокрая? Зонт сломала? — Лучше, — девушка устало вздохнула, кладя свою сумку на стул напротив, — я его забыла. Даже не так. Я перепутала прогнозы. — А окно тебе дома зачем? Там с самого утра льёт. — Слушай… — Ынхи прикрыла глаза, усмиряя легкое раздражение. Минхо не виноват, что у нее плохой день. — Я проспала. Не включила зарядку в розетку, — оглянувшись, Пак зацепилась взглядом за зону раздачи и почувствовала, как завыл желудок. — Я не позавтракала и пробежала весь путь от дома до универа на своих двоих. Жуть как есть хочется. Ынхи любила поесть, но часто забывала про обед и ужин и потом ненавидела себя за это. Так было и вчера: она так засиделась за конспектами, что забыла о том, что нужно бы поесть. И поэтому только на один вид еды её желудок реагировал настолько остро, что рот наполнялся слюной. Тем более сегодня подавали её любимый салат — еще один плюс этого жутко неудачного дня. Ынхи даже подумала, что полоса была все-таки маленькая и закончилась после ее пробежки под дождем. — Так вперед, — Минхо махнул головой в сторону подносов. — Иначе все самое вкусное разберут, а я с тобой делиться не собираюсь. — И будешь смотреть, как я умираю в мучениях от голода? — Еще и венок на могилку куплю, — Минхо сказал это так уверенно, что казалось, он и впрямь уже отложил денег ей и на венок, и на урну для праха. Ынхи улыбнулась. Ей нравилось их своеобразное общение, наполненное различными шутками. Пусть иногда они и казались грубоватыми, но всегда наполненными заботой, хоть и нужно было постараться, чтобы ее разглядеть. — Кто тебе тогда с латынью помогать будет? Латынь была единственным предметом, с которым Ли Минхо не справлялся. А вот Ынхи напротив, этот предмет знала на 100 баллов из 100. Вот и решили, что она помогает Минхо с этим предметом, а тот в свою очередь подтягивает ее по общей хирургии, которая давалась Пак с трудом, сколько бы она ни сидела, склонившись над книгами. — Так я буду нести околесицу, пытаясь вызубрить что-то из заданного, и тем самым призову твой дух, либо какого-нибудь демона, — ответил на вопрос Ли, окинув внешний вид девушки взглядом. — Хотя не уверен, что это не одно и то же. — Ах ты… — Пак замахнулась ладонью, рассчитывая стукнуть друга по плечу, но заметила немаленькую группу девушек, заходящую в столовую. — Черт, сейчас твои фанатки и впрямь все разберут. Называть местных студенток фанатками Минхо стало привычкой еще в начале их общения. Вокруг него крутилось так много девушек, желающих заполучить хотя бы толику его внимания, что запоминать каждую не было ни желания, ни сил. Поэтому термин «фанатки Ли Минхо» был повешен на всех девушек, смотрящих в его сторону. К слову, в какой-то степени так и было. Ходили слухи, что они организовали свой фанклуб и молятся на его фотографии в одной из неиспользуемых аудиторий. Ынхи, конечно, слухам не верила, но иногда подкалывать друга по этому поводу было весело. Дождь не закончился ни в обед, ни вечером и обещал идти еще и всю ночь. Ынхи ненавидела такую погоду всей душой. Сыро, холодно и противно. В такую погоду всегда хотелось спать, а не сидеть на нудных парах, слушая старого преподавателя, бубнящего себе под нос. Плюс ко всем утренним неприятностям с середины дня добавилась еще и головная боль. Не такая сильная, чтобы уходить домой, но и сосредоточиться на лекциях она не давала. Словно маленьким молоточком били по вискам, проверяя насколько Пак хватит. Но Ынхи терпеливая, поэтому, отсидев последнюю пару, она почти что не слишком радостно шла к выходу из здания, собираясь дождаться там Минхо, отошедшего по каким-то делам. «Наверняка опять кто-то в любви признается», — подумалось девушке. Тихо хмыкнув и пару раз для верности кивнув самой себе, она прошла мимо нужного поворота. Это был определённо не её день. Крутанувшись на пятках, она повернула назад. Но как только сделала один шаг, поняла, что что-то не так. Идти по какой-то причине стало сложнее, ноги словно налились свинцом, и каждый шаг она делала через силу. В голове молоточки стали бить ещё быстрее, вызывая звон в ушах. И чем ближе Ынхи подходила к повороту, тем страннее она себя ощущала. Её словно что-то отговаривало идти дальше, шептало на ухо о том, что нужно уходить отсюда как можно скорее. И если честно, ей хотелось послушать это что-то. Уже у самого поворота её чуть не сдуло порывом теплого ветра, которого никак не могло быть в помещении со всеми закрытыми дверьми и окнами. Да и окружающие бы обязательно обратили на него внимание. Но все продолжали спокойно идти по своим делам, словно ничего не происходило. Лишь Ынхи была не в себе. Она всегда была не в себе. Не такая, как остальные. Бракованная. Тетя всегда говорила, что такие, как она не должны были даже появляться на свет. Что из-за таких, как она, все страдают. Что это она и её отец погубили мать Ынхи. Что они — не люди вовсе, а демоны. Монстры. Люди, о существовании которых пишут сказки и слагают легенды. Волшебники, маги, ведьмы, колдуны — названий за все время придумано было много, и все они имели смысл быть. Такие люди всегда существовали в этом мире, но все считали их сказками и даже не подозревали, что эти люди спокойно ходят среди простого народа. Способности, выходящие за рамки человеческого понимания — вот их сила, а где сила, там и власть. Ынхи знала, что её папа был таким же. Она знала и то, что единственными в своем роде они не были, но ни разу еще не встречала «человека со способностями» — называть себя и других таких же магами или ведьмами язык у нее не поворачивался. Это все далеко не сказки. К счастью, о людях со способностями знали далеко не многие, поэтому тетя, которая может и не любила Ынхи, но по-своему заботилась о ней, всегда говорила держаться от таких подальше. И тем более не показывать им своих сил. Благо магии в Ынхи было так мало, что она и пользоваться-то ей нормально не могла. Когда Пак была ещё ребёнком, пользоваться своими силами было проще. Но потом что-то словно в ней надломилось и закрыло пути магических потоков внутри неё. Впрочем, она не особо этому огорчалась. У людей не должно быть таких сил, они развращают, приносят одни неудачи — так рассуждала тетя, и Ынхи, не имевшая рядом человека с другой точкой зрения, впитывала её слова словно губка. Вскоре она стала ненавидеть себя, за то что родилась такой. Вслед за ненавистью появилась неуверенность в себе и страх быть раскрытой и отвергнутой обществом. Именно поэтому у неё и друзей-то особо не было. Лишь Ли Минхо не понятно как затесался в их ряды. Одно девушка знала точно — у людей со способностями есть некая аура и чем способнее человек, тем она тяжелее. И кажется именно сейчас девушка впервые в жизни повстречала подобного себе. Нет, не подобного. Человека сильнее ее в несколько раз, того, кто способен лишь своей аурой довести ее до обморочного состояния, придавить к полу, как какого-то муравья. Однако наваждение спало, стоило только окончательно дойти до поворота. Ушёл ли тот человек или просто смог подавить свою ауру, Ынхи не знала. Да и знать не хотела. Она хотела лишь одного — бежать отсюда. Страх быть раскрытой вылез из глубин подсознания совершенно неожиданно, стоило только пропасть давлению этой странной тяжёлой ауры. А что если он пришёл за ней? Что если почувствовал её силы? Что если от неё пришли избавиться, узнав, кто её отец? Что если это сам папа прислал кого-то уничтожить слабую дочь? Паника начинала потихоньку захватывать разум. Ынхи объективно понимала, что нужно перебороть себя. Что мир не крутится вокруг неё, и этот человек пришёл, скорее всего, просто по своим делам, даже не зная о её существовании. Понимала, что ведёт себя сейчас крайне глупо и необдуманно. Но ничего не могла с собой поделать. Годами взращиваемый страх стал расцветать внутри нее, и день, полный чередой неудач, только прибавлял очков не в пользу разума. Ей было сложно. Боже, как же ей было сложно. — …хи! — девушка почувствовала, как ее начали трясти за плечо. Да так сильно, что казалось, его хотят оторвать с мясом. Паника пропала так же быстро как и появилась, а вместе с ней ушёл и звон в ушах. Ынхи несколько раз моргнула и увидела обеспокоенное лицо друга перед собой. — Ынхи, ты в порядке? Посмотри на меня. — Да… Да, со мной все в порядке. Просто немного закружилась голова, — пробормотала Пак, оглянувшись. — Отпусти меня, иначе ещё чего надумают. Твои фанатки меня заживо съедят. Вон как глаза вылупили. Ынхи махнула рукой в сторону одного из окон, где две девицы прямо пожирали их глазами. Она хотела сделать все что угодно, лишь бы отвлечь Минхо от её состояния. Пак не готова была выдавать себя и рассказывать, как мир на самом деле отличен от его понимания. Ли недоверчиво оглядел подругу и покачал головой. Выглядела она совсем не в порядке. Лицо бледное, руки дрожат, а глаза на мокром месте. Но, зная её уже три года, он понял, что вытягивать что-то из неё не имеет смысла. Захочет — сама расскажет, в противном случае будет молчать даже под пытками. А ведь он как-то пытался, но пытка щекоткой не помогла. По крайней мере парню было приятно попытаться. — Ладно, сделаю вид, что поверил тебе. Пойдём, я тебя довезу. — Ты на своём всаднике апокалипсиса? Я на него не сяду, нет. У Минхо была огромная любовь лишь к кошкам и его драгоценному черному байку. Девушка же любовь к данному способу передвижения не разделяла, боясь даже сесть на него, не то что поехать. После пережитого стресса бежать под дождём до остановки желания, конечно, не было, но страх перед мотоциклами у Ынхи был куда сильнее. Поэтому взвесив все за и против, девушка решила, что вряд ли вселенная её настолько не любит, чтобы устроить ещё какую-нибудь пакость. Тем более, что встреча с аурой, самого же обладателя этой силы она все-таки не встретила, превзошла все допустимые уровни в топе самых ужасных дней Пак Ынхи. — Тем более, я хочу прогуляться немного, — добавила Пак, не желая обижать друга и его любовь к быстрой езде. — Под дождём? Совсем из ума выжила? — Минхо разве что пальцем у виска не покрутил, но вздохнув побрел в сторону парковки. — Ладно, делай как знаешь, но я тебе потом лекции и лекарства домой носить не буду. — Хорошо, мамочка, — послав воздушный поцелуй Ынхи пошла в противоположную сторону, собираясь дойти до ближайшей к университету остановки, а потом ещё и забежать в магазин, так как есть дома было нечего. Инцидент, произошедший в универе, все не хотел выходить у нее из головы. Откуда посреди года там так неожиданно появился человек со способностями? Будь он студентом или преподавателем Ынхи бы давно уже почувствовала столь сильное давление чужой ауры. Тогда просто посетитель? Это было более вероятно. А значит, он туда вряд ли ещё вернётся. Можно успокоиться и жить дальше, не боясь попасться. Но почему у неё было такое чувство, что это только начало чего-то страшного? Кем бы ни был тот человек, теперь Ынхи должна была вести себя осторожнее. Задумавшись, девушка слишком близко подошла к дороге и, не увидев несущийся на всей скорости автомобиль, была облита водой из лужи. Это было последней каплей в колодце терпения Пак Ынхи. Что ж, а день точно не её. Хотелось плакать от несправедливости. Прям на остановке сесть и, как в детстве, обхватив колени, зареветь в голос. Но она не могла позволить себе такой слабости, тем более на людях. Никто не придёт пожалеть её, никто не возьмёт за руку, чтобы довести до дома, укутать в тёплый плед и налить молока. Ей привили это ещё в детстве. Она одна, и это нужно просто принять, как бы сложно не было это сделать. Монстры должны быть одни. Идя позже по тёмной улице Ынхи лишь радовалась тому, что была уже почти дома. Там неудачи её не достанут, там она будет в безопасности. Там тёплый чай и вкусное пирожное, которое она купила часом ранее в пекарне в паре остановок от дома. Когда до дома оставалось совсем ничего, Ынхи поняла, что Вселенная её точно ненавидит. Девушку уже во второй раз за день окатило тёплым ветром чужой ауры. Но та была какой-то другой — более мягкой и не давила настолько сильно. Это был абсолютно другой человек, Ынхи поняла сразу. И что удивительно, в этот раз у нее не было ни звона в ушах, ни тяжести в ногах. Страх словно спрятался на время и пока вылезать из своего домика не собирался. Пак была лишь немного взволнована, она продолжала чувствовать, что что-то должно произойти. Что-то очень нехорошее. Оглянувшись, Пак заметила тёмный силуэт, облокотившийся на отключенный фонарный столб. Из-за темноты было сложно что-то разглядеть, поэтому Ынхи решила приблизиться к незнакомцу на слегка подрагивающих ногах. Позже она удивится, что не побежала домой сломя голову и не забилась в страхе в шкаф. Но сейчас её голова была пуста, было лишь желание увидеть человека с аурой такой тёплой, словно луч солнца. Подобравшись ближе она заметила, что человек был на грани сознания. Он опирался спиной на холодный металл и крепко держался за правый бок. Кажется, он был ранен. — С вами все в порядке? Нужна помощь? — Ынхи хотела протянуть руку, чтобы потрясти парня за плечо. Но он, видимо, не собирался стоять на месте, поэтому отошёл на шаг от столба, собираясь продолжить свой путь, и даже прошел пару шагов. Пока не начал падать. Ынхи пришлось бросить пакет с продуктами, чтобы успеть его поймать. — Погодите, я вызову скорую, потерпите немного, — дрожащим голосом протараторила девушка. Не хватало ещё, чтобы в этот ужасный день на её руках ещё и кто-то умер. Дрожащей от нервов рукой Ынхи начала бить по карманам, пытаясь найти телефон, и не сразу заметила чужую окровавленную руку, схватившую её за локоть. — Не… нужно… в скорую, — прохрипел парень. — Я в порядке. — Ни черта ты не в порядке! — Ынхи хотелось бросить все и спрятаться в домике, пока кто-нибудь не придёт решить ее проблемы. Но вот не задача, она была слишком сердобольная, чтобы бросить раненого на улице умирать одного. Ынхи ведь будущий врач, как она могла так поступить? Правильно, никак. Тем более, что никто не спешил бежать решать её проблемы. Сильные девочки справляются со своими проблемами сами. — Мне… нельзя в скорую. — Ей показалось или это звучало слишком раздраженно? В любом случае, спорить было некогда. Девушка не знала, сколько он до этого так простоял, а поэтому действовать нужно было максимально быстро и собрано. Проблема была в отсутствующем освещении, к тому же аптечку с собой она не носила. Но все было у нее дома. Мини-аптечка должна была помочь в оказании первой помощи, а там можно было и скорую вызвать. Плевать, хочет он этого или нет. — Ладно, тогда пошли ко мне домой. Я врач. Почти… — неуверенно произнесла Ынхи. Но казалось, её уже совсем не слушают. — Давай, пойдём. Закинув одну руку незнакомца себе на плечо и подняв кое как упавший пакет, Ынхи начала тянуть парня в сторону подъезда. — Давай, помогай мне, — взмолилась она, — ты же тяжёлый. Я тебя сама не донесу. Словно по волшебству незнакомец начал переставлять совсем не держащие его ноги. Идти стало значительно легче. У входа в подъезд ей пришлось на время облокотить свою ношу на стену, чтобы открыть дверь. Из-за дрожащих пальцев ключ упорно не хотел вставляться в замочную скважину. Ынхи уже начинала потихоньку психовать и даже собиралась набрать соседа, чтобы тот спустился и открыл ей дверь, но спустя пару минут мучений противный ключ уже был повернут, и надобность в чужой помощи отпала, так что они продолжили путь. К счастью, лифт сегодня работал. Хотя Ынхи уже успела задуматься о том, что именно сегодня не удивилась бы, если застряла в лифте с умирающим на её руках парнем. Вот было бы забавно. — Черт, это уже не смешно, Ынхи, — сама себе пробормотала Пак. До квартиры из лифта добрались относительно быстро. В который раз за последний месяц девушка обрадовалась, что уговорила хозяйку поставить на дверь электронный замок, ведь снова браться за ключи желания не было. Войдя в квартиру, Пак, не включая свет, на ощупь доволокла совсем потерявшего сознание незнакомца до дивана. Оставалось совсем немногое: принести воды, аптечку и, собственно, оказать необходимую помощь. Подготовив все необходимое Ынхи задумалась. Ей нужно было избавить парня от верхней одежды, иначе нормально обработать рану она не сможет. Кое-как сняв с парня куртку она решила пожертвовать его футболкой, прилипшей к боку из-за крови. Во что ему потом одеваться она решила обдумать позже. Аккуратно разрезав ткань Пак наконец смогла более менее рассмотреть ранение. Всё было плохо, на вид определить глубину раны было невозможно, но куча крови вокруг выглядела недостаточно оптимистично. Существовал вариант, что задеты жизненно важные органы, и тогда от её помощи толку бы особо и не было. — Тебя бы в реанимацию, — испуганно прошептала Ынхи. Но уже было поздно метаться. Она обещала ему помочь, поэтому хочет она того или нет, а обещание выполнит. Да, у неё нет нужного оборудования, но есть кое-что получше — магия. Использовать свои силы было крайней мерой в её списке действий, но по-другому он может умереть прямо на ее любимом диване. Сил у Ынхи вряд ли бы хватило на полное заживление, но она могла ускорить его собственную регенерацию на время. Рана затянется достаточно, чтобы не дать парню отправиться на тот свет раньше времени. А дальше он справится и сам. Кивнув самой себе для уверенности Ынхи прикрыла глаза, вытянув правую руку над раной. Нужно было сосредоточиться. Глубоко вздохнув, Пак представила, как рана зашивается нитями из зеленых магических потоков. Нити были настолько тонкие, что вот-вот, казалось, порвутся. Этого ни в коем случае нельзя было допустить. Если поток прервется, то все придется начинать заново, а на второй раз ее точно не хватит. Спустя пару минут девушка почувствовала головокружение, а спустя ещё минуту ощутила вкус крови на губах. Организм буквально кричал прекращать, иначе она тут рухнет рядом с парнем без сил. Вот будет зрелище. Благо основная работа была сделана — рана теперь была больше похожа на глубокую царапину, которую оставалось только продезинфицировать и заклеить пластырем, что девушка и поспешила сделать. Устало облокотившись на стол, стоящий рядом с диваном, она перевела взгляд на парня. За всем этим переполохом девушка совсем не обратила внимание на его внешность, зато сейчас времени для этого было предостаточно. Кожа незнакомца была мокрая от пота, дыхание тяжелое, а густые брови нахмурены, первый признак, что его организм борется за жизнь. Наоборот Пак поспешила промокнуть его кожу влажным полотенцем. Первым делом взгляд упал на белые, явно осветленные недавно волосы. Ынхи знала, что за окрашенными волосами сложно ухаживать и часто их качество портится. Но у него они казались мягкими, по крайней мере на вид. Проверять, действительно ли это так, она не рискнула. Правильные черты лица, чуть пухлые губы и веснушки на щеках притягивали взгляд и не давали его оторвать. — Красивый, — протянула Ынхи, проведя полотенцем по шее парня. Взгляд невольно упал на его оголенные руки и грудь. Он был достаточно худым, но крепким. Было видно, что пациент явно следил за состоянием своего тела. Ынхи протянула было руку, намереваясь коснуться выпирающих ключиц, но опомнилась и стыдливо отвела глаза. Что она делает? Он ведь чуть не умер, а она разглядывает его так бесстыдно. Будь рядом Минхо, он бы обязательно что-то сказал. Что-то наверняка неприличное. — Боже, кажется, я схожу с ума. Поднявшись на ноги девушка взглянула на телефон. Выключен. Утром она продержала его на зарядке совсем чуть-чуть, и, видимо, к вечеру он, не справившись с нагрузкой, разрядился. Взяв телефон Ынхи поставила его на зарядку, проверив, чтобы вилка была в розетке, и включила гаджет. В тишине раздался звук оповещение о непрочитанном сообщении от друга. Минхо интересовался, нормально ли она добралась. Пак даже не знала, что ему ответить. Написать, что подобрала на улице какого-то парня в крови и притащила к себе домой, даже не спросив имени? Да он ей санитаров вызовет, а потом сам приедет и настучит по голове. Нельзя. Но и врать не хотелось. Быстро написав в ответ, что все хорошо, но она сильно промокла и очень хочет в горячую ванну, Ынхи открыла окно вызова, собираясь набрать номер скорой, но остановилась. Как она объяснит практически затянувшуюся за пару минут рану? А если раны не было, то зачем нужна была скорая? Нет, врачей вызывать опасно, придётся придумывать оправдания, а она в этом была плоха. Положив телефон на тумбочку экраном вниз Ынхи решила оставить все как есть. Разберётся со всем утром, когда ее пациент придёт в себя. И тогда она обязательно потребует от него объяснений. — Да, так и сделаю. А теперь в душ. Девушке безумно хотелось смыть с себя весь сегодняшний день, словно так все с ней случившееся испарится. Ванну она, конечно, набирать не собиралась, мало ли когда парень очнется, но в душ сходить время позволяло. Уже выходя из душа она взглянула на спокойное лицо незнакомца и мысленно себя похвалила. Он спал, его не лихорадило, а значит все прошло хорошо. Она справилась. От осознания этого факта на душе становилось теплее. Может она еще не совсем безнадежна? Улыбнувшись своим мыслям Пак подошла к креслу, стоящему около дивана. Там так удачно лежал брошенный утром мягкий плед в серых тонах, которым Ынхи укрыла своего первого настоящего пациента. Ей было бы неплохо тоже попробовать поспать хотя бы пару часов. Сегодня у неё был безумно сложный день, организму нужен был отдых. Тем более, что головокружение от использования способностей так окончательно и не прошло. Только вот сколько бы она ни крутилась на постели, сна не было ни в одном глазу, поэтому провалявшись пару часов в кровати и пролистав соцсети Ынхи решила налить себе чай. Ромашка с мелиссой способствуют хорошему сну. Кто знает, вдруг поможет. Уже стоя в кухонной зоне своего съемного жилья и ожидая, когда уже наконец вскипит вода в чайнике, она никак не ожидала услышать в тишине позади себя чужой низкий голос, охрипший после сна. — Ты ведь тоже маг, верно? Сердце девушки ушло в пятки, а аура, которая сначала казалась такой легкой и теплой, вдруг стала давить на нее едва ли не так же как та, которую она почувствовала в университете. Молоточки в голове заставили со всей силы зажмурить глаза. Вот так и пришёл конец Пак Ынхи, студентке-медику, решившей, спасти того, от кого ей всю жизнь говорили держаться подальше и, тем более, не показывать, на что способна.