Наваждение

София чуть ли не бежала по улицам города, мечтая поскорее оказаться подальше от людей. Несмотря на поздний вечер, в городе кипела жизнь, всюду горели огни, а смертных вокруг было даже больше, чём днём. Или это ей только кажется? На экране мобильного высветился входящий звонок, но фон Гельц лишь мельком глянула на телефон и сбросила вызов. Виктор, ну конечно. Сегодня они поругались по совершенно идиотскому поводу: Мия, чёртова пассия Ван Арта, решила, что раз она теперь Княгиня, то имеет право указывать вампирам и около месяца назад приняла закон, над которым хохотал весь высший вампирский свет. Рождённая Луной заявила, что теперь за убийство человека вампир будет нести наказание, как за убийство равного себе. На вопросы по типу "а как же нам теперь питаться?" Мия отвечала, что существует донорская кровь или можно вовсе перейти на животных. Сперва все сочли, что это просто неудачная шутка, но после того, как двоих вампиров изгнали, а вампиршу по имени Стелла даже казнили, стало ясно, что девчонка является серьёзной проблемой. Пожалуй, София могла бы убить её лично, но Виктор впервые за долгие годы счастлив, он наконец-то оправился от потери Аллегры... Это было бы слишком жестоко по отношению к другу, пусть тот и не замечает ничего, кроме своей Мии. Он даже одобрил её дурацкий закон, чем разрушил свою и без того сомнительную репутацию, а то, что говорили о его жене, нельзя было передать никакими приличными словами. Рядом с ней прошёл человек, и на мгновение фон Гельц показалось, что ей в горло плеснули расплавленное железо. Чёртова жажда... После принятия этого дурацкого закона приходилось скрываться не только от людей, но и от других вампиров. Конечно, её бы не казнили, максимум Виктор настойчиво попросил бы вернуться в Амстердам, но вместе с ней уехали бы и Артур с Ксандром... А оставлять друга без какой-либо поддержки не хотелось, ссориться с ним тоже, так что приходилось сдерживаться, тщательно заметать следы и питаться как можно реже. Не то чтобы у Софии были проблемы с контролем, но в Европе не приходилось отказывать себе в чём-либо, она сделала всё, чтобы никто не смел упрекать её в убийстве каких-то там смертных... А тут появляется избалованная девчонка, с собственными силами толком не разобравшаяся, а уже указывает вампирам! Женщина завернула в подворотню, а потом побрела по дворам жилых домов, встречая лишь редких прохожих. Оно и к лучшему, меньше вероятность сорваться. Сейчас она гуляет по довольно небезопасному району города, куда даже полиция не всякий раз заходит, и если на ярких людных улицах бояться было нечего, то вот в подворотнях и тёмных дворах всё совершенно иначе. Впрочем, Софию бандиты не пугали, особенно смертные. Вампирша довольно долго просто шаталась по переулкам и в итоге забрела за какие-то гаражи. Тут явно обычно собираются бомжи и наркоманы, но сейчас тут не было совершенно никого, на земле валялись лишь осколки стекла и использованные шприцы. И куда её занесло... Во всяком случае, здесь нет людей, а это уже замечательно. Добираться до отеля слишком долго, если она не даст себе время взять голод под контроль, убьёт кого-то на улице, при куче свидетелей, а выдать свою сущность — значит, обречь себя на гибель от руки Князя. Не Виктор, так Ален Равель избавится от неё. И наконец, когда вокруг не было ни души, София позволила себе расслабиться и прислонилась к гаражу. Пожалуй, не самая чистая поверхность, но сейчас ей было абсолютно всё равно. Где-то рядом послышались шаги — довольно тихие, но вампирский слух прекрасно различал и это — а чёртова жажда нахлынула с новой силой, и фон Гельц поняла, что если этот глупый смертный подойдёт ещё хоть на шаг, то она его убьёт. Убьёт прежде, чем поймёт что-то сама. Секунда, другая... Человек приблизился и вампирша отчётливо расслышала щелчок фотоаппарата. — Замри! — резко отдала приказ София и заметила застывшего Саймона с удивлённо-испуганным выражением лица. — Ты?! Что ты тут забыл? Отвечай! — Следил за вами, — незначительного гипноза хватило, чтобы заставить смертного говорить. — Значит, следил... — прошептала фон Гельц, чувствуя, как раздражение накатывает волнами. Мия любила таскать своих смертных друзей в "Новую жизнь", где в последнее время проводили время многие вампиры, с какой целью, не знал никто, но люди мнили себя кем-то значимым, заговаривали с вампирами первыми и общались на равных. Сперва это забавляло и даже впечатляло, но когда этот самый Саймон открыто пригласил Софию на свидание, а, получив отказ, начал распускать про неё различные слухи, стало ясно, что пора что-то предпринимать. Разговор с Мией ожидаемо не дал ничего, она всё так же продолжила таскать его с собой, а заодно приводила какую-то подружку-алкоголичку, имени которой вампирша не запомнила. А ведь периодически она видела этого Саймона где-то поблизости, но не придавала этому особого внимания... Ведомая какой-то нечёткой догадкой, фон Гельц выхватила фотоаппарат из рук смертного и проверила последние несколько десятков фотографий, среди которых нашла штук пять своих. Он явно фотографировал её тогда, когда она этого совсем не ожидала и согласия на съёмку не давала... Саймон, волю которого София перестала контролировать, кинулся куда подальше, но прежде, чем вампирша успела остановить его, наступил на валяющийся шприц, поскользнулся и полетел вниз, прямо на разбитое стекло. Упал бедняга довольно неудачно, сильно ударился головой о гараж... До крови. Не пару секунд женщина замерла, вдыхая запах желанной жидкости. Сдерживать жажду стало невозможно, и она за мгновение оказалась рядом, упала на колени перед смертным, не задумываясь о грязи и разбитом стекле. София впилась клыками в сонную артерию и весь мир словно бы перестал существовать, осталась лишь кровь. Её главное желание в последний месяц. Ох, зря Мия запретила вампирам питаться, как следует... Ей хватило нескольких глотков для того, чтобы притупить жажду, будь она в адекватном состоянии, поняла бы и отпустила бы Саймона... Но не сейчас. Накопившееся раздражение и жажда сделали своё дело. Фон Гельц не осознавала, сколько прошло времени до момента, когда она отшвырнула полностью обескровленное тело фотографа. Учитывая то, что он был другом Мии, та могла бы добиться казни убийцы... Но вампирша сделает всё, чтобы ей ничего не было. В конце концов, даже преступников среди людей оправдывали состоянием аффекта. На экране телефона, который почему-то валялся на земле, высветился входящий звонок и София подняла трубку, не глядя: — Артур? Да, я в порядке. Да, пожалуйста, забери меня, адрес сейчас скину сообщением. И не говори Виктору с Мией что-либо, потом объясню. Жду.