dear «friend».

Обычный серый русский вечер, где половина жителей Москвы гуляют по центру города, и они не исключение. Кто же такие «они»? Что ж, это друзья, но на самом деле что-то больше. Они называют это братством, потому что очень близки, хоть и дружат не с детства. Тохма и Тарталья, казалось бы, идеальный дуэт. Тарталья рыжий смазливый мальчик, который кажется нравится половине школе, и имеет довольно юморной характер. Хоть он и имеет много внимания, но все равно постоянно влезает в какие-то неприятности. А Тохма же, или как его называют приятели — Тома, наоборот вытаскивает его из самой жопы своим умом, или миловидным лицом. Тома не русский, он японец, но в раннем возрасте, а именно в 9 лет, его родители решили переехать в Россию, что было явной ошибкой. Эти два парня самые обычные бесстрашные старшеклассники. В их компании ещё редко, но появляется голубоволосый паренёк. Кэйа просто ловит стыд, от действий этих двоих, и является самым старшим из них. Но на самом деле на протяжении последних нескольких месяцев он следит за сыном, чья семья дружит с его семьёй. Этот парень достаточно красив и необычен, а его характер и вовсе заводит в ступор. Если бы не его жгучие красные волосы, то его можно было бы называть холодным принцем. За эти пять месяцев Кэйа узнал многое о нём, они даже поссориться успели несколько раз. Он узнал, что тот слушает Рок-бэнды и попсу. Успел уже стать постоянным клиентом таверны, где работает Дилюк. Узнал, что он любит когда того трогают за волосы, что руки его всегда горячие, как огниво. Но они ещё далеко не близки, насколько бы ему не хотелось его не подпускают поближе. Ради чего он старается? Сам не знает, но ему просто интересно. Сам парень ему интересен и Кэйа уже думает, что совсем не гетеро. Друзья его далеко не осуждают, а наоборот поддерживают периодически подшучивая над ним. Тарталья же открытый пансексуал, ему реально наплевать кого любить, главное, чтобы хорошим был человек. Но тем не менее у него были отношения только с девушками. У Томы же ничего не понятно, он никогда не заикается об этом и отношений у него не было. Они гуляют впятером, потому что Кэйе удалось вытащить на прогулку Дилюка, а он же далеко не сопротивлялся и даже более разговорчив стал. А второй парень, новенький в их окружении, но уже стал душой компании, Чжун Ли. Он недавно приехал в Москву из маленького городка, поэтому парни решили ему все показать. Всё не удалось, зато они отлично погуляли по набережной. Небо сегодня по особенному красиво, имеет очень теплые и успокаивающие оттенки. Вода прекрасно отражает в себе небо и переливается. Погода достаточно приятная, теплое солнышко и лёгкий ветерок. разве не замечательно? Всë вокруг такое красивое, что просто дух захватывает. У Томы глаза горят, пока он рассматривает все вокруг. Встав возле края и расставив руки, словно старается держать равновесие, прикрыл глаза. Улыбка захватывает его лицо, освещая собой все вокруг. Остальные приостановились и лишь наблюдают за другом, он словно маленький ребенок, который впервые так поздно вышел. Но для него возможно и так. Пока все о чем-то задумались Кэйа предлагает сходить на квартиру к кому-то из параллели, якобы там тусовка лучшая из лучших. Моментально, даже не дослушав речь, Камисато соглашается с предложением и оборачивается лицом ко всем. Ребята кажется тоже умирают со скуки и соглашаются, лишь бы что-то было повеселее. Но единственный возмущённый взгляд последовал на Кэйю от Дилюка. Парень не пил и был совсем как то против этого, хотя отец имел собственный бизнес связанный с вином. Он ненавидел пьяные лица и невнятные разговоры. а поведение людей самое ужасное. За это он и злился на голубоволосую мозоль. Он не считал его другом или каким-то приятелем, просто никем. Все люди приходят и уходят, поэтому считать кого-то своим другом слишком муторно. Путь к нужному месту занимает всего 15 минут, а вот ожидание пока откроют дверь в три раза больше, чем путь. Возмущение со всех сторон давило на задумщика, а тот истерично пытался дозвониться, что в итоге ему удалось. Они заходят внутрь по очереди, вдыхая горький дым, что заполнил всю квартиру. Обстановка выглядит приятной: чистая квартира с новой мебелью, люди выглядят довольно прилично, все закуски и напитки стоят по столам. Посередине, видимо, гостиной стоит огромная плазма с приставкой, в которую уже кто-то играет. Вокруг лежат мягкие стулья, а на них пледы. Всего где-то пять комнат и есть второй этаж. Это чуток расслабляет ребят, но из-за неизвестных им лиц лёгкое напряжение остаётся в их голове. Их встречает какая-то низкая девушка, лет 16,и знакомит с остальными. Атмосфера постепенно налаживается и все уже свободно разговаривают друг с другом на любую тему. Чайлд успел узнать номер хозяйки квартиры и выпить несколько шотов коньяка, после чего даже чувствует себя отлично. Троица «аристократов», а именно Кэйа Дилюк и Чжун Ли играли в приставку на деньги и пока последний выигрывал. Тома уже не считал сколько выпил и сидел, уже впадая в сон. Резко кто-то из гостей предлагает сыграть в бутылочку, и это была отличная идея, потому что так можно познакомиться ещё ближе. Практически все соглашаются, конечно кроме тех кто спит. Бутылка из-под коньяка ложится посередине людского круга, и первая крутит Янь Фэй. Кажется она самая младшая из них, но по общению серьезней, чем сам Чжун Ли. Горлышко бутылки показывает на брюнетку, что буквально валяется на подушке, ожидая своей очереди. По их взгляду и удивлению, можно понять, что они знакомы и очень близко. Девушки краснеют и молчат, пока одна из них не хватает вторую за руку и утаскивает, кажется, на кухню. Они уже примерно час здесь сидят, но все равно легко пытаются в комнатах. Простительно, не их квартира же и видят её впервые. Следующий крутит Чайлд, который явно старается попасть на кого нибудь из друзей, чтобы можно было договориться и не целоваться. К его счастью или же сожалению бутылка показывает на Тому, а сам же парень смотрит в пол и почему-то сжимает руку в кулак. Его состояние тревожит рыжего, поэтому тот помогает встать и тащит в спальню, чтобы просто спокойно поговорить. Зайдя наконец в комнату, посадив друга на кровать, он на щелчок закрывает дверцу и смотрит на младшего с мыслью как правильно сформулировать мысль. — Поцелуемся? — русый парень облокачивается на руку, которая уперлась где-то сзади, ближе к спине, и слегка разводит бедра. Его взгляд пробуждает, в ещё не осознавшем Тарталье, мурашки. Туманный, глубокий взгляд снизу-вверх. Боже, прям как будто специально. — Подожди, что? Ты серьёзно? — Аякс усмехается с предложения своего друга и понимает насколько тот пьян. — Слушай, Тохма, тебе кажется пора домой. ты сегодня значительно перебрал, раз просишь меня о таком. Не успевает парень договорить, как его перебивают: — Аякс, ты идиот что-ли? Не пора мне домой. Знал бы ты насколько я сильно желаю поцеловать тебя каждый день, тогда может включил бы мозги и не спихивал всë на алкоголь. — возвражает, фыркая словно лиса от недовольства и прикусывает губу, продолжив рассматривать ровесника сног до головы, скапливая загадочные мысли у себя в голове. — Ну во-первых, малыш, ты действительно пьян не как обычно, а намного сильнее и я переживаю. — делает интонационую паузу, чтоб показать значение и посмотреть на реакцию, медленно подходя поближе. — А во-вторых как я блять должен читать твои мысли? Ты хоть раз удосужился рассказать мне о своих желаниях, или кишка слишком тонка? А если на утро ты скажешь, что это просто алкоголь одурманил тебя и все было ошибкой? Ты хоть понимаешь наско.— и снова его перебивают, что уже сильно начинает раздражать. Только уже не словами, а поцелуем. Просто прикосновениями губ Тома смог его отвлечь от монотонной речи про последствия алкоголя. Они оба стоят, только второй уже не может держать себя на ногах, но цепляясь руками в воротник футболки продолжает целовать горькие губы, и эта горькость только прекрасна. такая приятная. в меру. словно её составлял какой-то большой ценитель за несколько миллиардов долларов. Но причина горькости ясна, табак отравляет вкус губ, оставляя нотки дыма на них. И как только его девушки это терпели. Тарталья аккуратно охватывает талию приёмного сына семьи Камисато и отстраняется от губ, прижавшись лбом к лбу. Смотрит в глаза и плавится от их горячего взгляда, не приходя в сознание, где все ещё считал этого человека просто лучшим другом. Дыхание стало прерывестым, а мысли заполнены лишь набросками голого тела друга, изгибы выглядят так естественно, что хочется просто взять и сейчас посмотреть на них вживую, он уверен, что ему это позволят, только вот обстановка далеко не приятная. чужая кровать, которая пахнет дешëвым одеколоном. Да и факт того, что тут мог кто-то ещё валяться. Брр. Придется ехать домой или он сойдёт с ума. Схватив за руку он тащит Тому к выходу, попрощавшись с остальными и попросил Кэйю посмотреть за остальными парнями. Тохма упрямый, не собирался выходить, пока не заберет свои вещи. Делая тяжёлый вдох они оба ищут его телефон по всей квартире, пока не находят в штанах у него самого. Он смеётся над Чайлдом и сам выходит из квартиры, стараясь аккуратней спускаться с лестницы. Мозг начинает трезветь, а значит парень и думает более разумно. Сестра там скорее всего уже панику подняла. На весь подъезд раздаётся звон телефона, не его телефона, что удивительно. Голубоглазый достает его из кармана и отвечает. На удивление звонила Аяка, и сразу спросила про брата. Натянув на лицо улыбку он сказал, что та может не беспокоиться и её братишка переночует у него дома в спокойствие. Родители Чайлда работают за границей, поэтому с ним живут лишь работники дома и иногда приезжает младший брат в гости, поэтому беспокоиться некому за него. Парни садятся в машину личного водителя на заднее сиденье в неловком молчании. Машина просто шикарная, сиденья очень удобные до такой степени, что даже в сон клонит, а водитель приятный в общении. Он никогда ничего лишнего не спрашивает, интересуется самочувствием и может поддержать любой разговор. Подсаживаясь поближе к рыжему, русый кладет руку ему на бедро сразу же проводя вверх по нему, а после и совсем гладя. В ответ он слышит тихий возмущённый «блять.Камисато. «, что для него является достижением цели. Он упрямо смотрит на пах и облизывает губы, после переводя взгляд на глаза Аякса. Грубая и широкая ладонь с изящными длинными пальцами поднимается к ремню и пытается пролезть под джинсы, но её тут же грубо откидывают куда подальше. Водитель даже не смотрит на заднее сиденье, не интересуется почему исходят такие продолжительные вздохи и скул. Тохма вьëтся на этом сиденье от нетерпения, как будто змея нашла свою добычу. Тихо скулит и сжимает ладонь в кулак, чтобы дотерпеть. Ехать им осталось всего ничего, поэтому он находит в себе здравомыслие. Возможно завтра ему будет стыдно, но точно не сегодня, пока он смотрит на эти яркие глаза с внутренним океаном и целым букетом чувств. Его чуть уставшее лицо и слегка потрепанные волосы смотрятся так великолепно, как будто это его самая привлекательная форма. Не успев моргнуть, они уже подъехали к нужному дому и выходят из машины. Оба тепло прощаются с старшим и заходят в дом. Свет выключен, видимо все уже спят. Как только входная дверь закрывается, Тома оказывается прижатый спиной к стене. Тот от шока охает и чуть сползает. Тарталья смотрит на него так. голодно? Не так же, как пару минут назад, а уже более раскрепощенно. Он дышит очень тяжело осматривая Тому буквально всего. каждый его волос, каждую ресничку, каждую линию изгиба его тела. Закатывая глаза, он подхватывает на руки парня, придерживая рукой за зад. И снова это чувство где-то внизу живота, когда их губы касаются, только уже не в том неуверенном поцелуе, а более страстном и жадном. Слава богу комната на первом этаже, поэтому они быстро в неё попадают. Снова щелчок двери и снова мягкая кровать. — Как предпочитаешь, лежа или сидя? Или все же хочешь быть сверху? Только сразу говорю, что никогда не бывал снизу. не опытен, — отстраняется Тарталья и тянется к сумке, что висит на ручке тумбочки, и достаёт из неё бутылëк прозрачной смазки вместе с презервативом иксэль. Его ухмылка и взгляд. сложно думать о чем-то и тем более выбирать. — Что? — как обычно все прослушав Тома все же решает переспросить, но на самом деле находится в состоянии полу шока. Ему никогда не предстояло думать о том, что он предпочитает и тем более не знал, что о таком спрашивают. — Я спрашиваю, пассив ли ты? Хотя кажется уже сам ответ знаю, — Тарталье не терпится, но его голос совершенно спокоен, а речь больше на флирт похоже. Он получает фирменный кивок Томы в знак «делай, что хочешь» и нависает над ним. Инициатива явно за ним, он начинает с прелюдий. С помощью прикосновений узнаёт эрогенные зоны друга и буквально наслаждается, как тот выгибается при точном попадании. Грудь, шея, живот. отличное комбо на самом деле. Пока Чайлд ласкает его шею, Тома не может найти место своим рукам, они как будто чешутся от возбуждения. Решив оборвать свои мучения, начинает стягивать с парня серый свитшот и кидает на пол, а тот поддаётся и сам помогает. Он смеётся, когда Камисато краснеет от того, что придется снимать и джинсы. Тарталья надавливает на его руку, которая уже находится на ремне, и тянет чуть вниз. Что-то теплое и слегка твёрдое чувствуется сразу. Ремень бренчит слишком громко, а за ним и слышно, как расстегивается ширинка. Через пару секунд Тохма бьëтся в истерике от удивления. — Тарталья, какого черта он такой огромный… моя жопа в несколько раз меньше его, я отказываюсь, — нервный смешок поступает, когда из-под трусов стало видно основние члена. Размеры не особо огромные, просто в ширину он выглядит больше, чем русый себе представлял. Он вообще себе ничего не мог представить, все моменты уже когда его нагнули снятся. —Милый, твоя «жопа» больше, чем ты себе представляешь и тем более я не долблюсь в прямом смысле. Ты никогда что-ли порно не смотрел? Такой чистый мальчик что-ли? Ой. а вел себя в машине так грязно. Знала бы Аяка, что её братец сейчас леж— его рот закрывают рукой, а он все еще улыбается. Не теряя момент он запускает руки под толстовку и хватает за грудь, сжав её как можно сильнее. — Заткнись, я таким идиотизмом не занимаюсь в отличие от теб.— пришла его очередь не договариваться. Он резко громко стонет от прикосновения к пульсирующему соску. — вас… — Мм, знаешь люблю, когда мой партнёр уважает меня и не грубит. А ты сегодня что-то так громко ругаешься, словно тебя собака укусила. Точно нигде нет укуса? — усмехается и начинает осматривать кожу под одеждой на наличие укуса, одновременно и снимая эти шмотки с партнёра. Как только русый оказывается совсем голым, он удостоверяется, что все хорошо. Глаза гуляют по голому телу, а губы припадают к розовым соскам, покусывая и оттягивая их. Закидывает руки друга себе на плечи и продолжает свою затею. — Может мне тогда называть вас «господин»? Очень элегантно и уважительно, я думаю… Господин, простите меня. я настолько сильно вас хотел, что уже не мог держать себя в руках. Надеюсь вы меня простите и дадите даже награду за то, что я буду самым послушным мальчиком. — Тома заигрывает и закидывает ножку на спину партнёра, сопровождая свою речь сладкими стонами на ухо Тарталье. — Тохма.. ты откуда такого нахватался? Или я ошибался, когда сказал,что ты неуч в сексе? — покрываясь мурашками, поднимался с помощью поцелуев к линии челюсти и начинает торопясь стягивать с себя темно серые боксеры до самых колен. Проводя обеими руками по достаточно тонкой талии, проводит языком по губам. Он ни о чем не думает кроме того, как его привлекает этот тип фигуры.. грубые, с виду, плечи, упругий пресс в несколько кубиков и изящная талия с широкими бедрами.. Сколько бы он не смотрел, все равно ловит огромный эстетический кайф с большей силой. Свет от настольной лампы придаёт свою изюминку с помощью теней, показывая каждую линию тела ещё выразительней. Вежливо просит подняться чуток с кровати и встать буквально в позу «собачки» , обосновывая свои желания тем, что «так не будет больно в первый раз». Находясь ещё в пьяном состоянии Тома старается быстрее разобраться с этим. Он напился специально. Специально, чтобы затащить Тарталью в постель и признаться в чувствах. Только хорошо ли это закончится он не знает. Чувствуя, как горячие руки касаются бёдер и ещё сильнее раздвигают скосившиеся колени, теряет дар речи. Эта же горячая рука касается, пока что, кружочка мышц и тут же останавливается. — Ты точно хочешь этого? Я не уверен, что ты хорошо подумал об этом, если вообще думал.. Пожалуйста, я не хочу напугать тебя или причинить боль.— голос.. звучит так мягко и заботливо, никогда ещё не слышал подобного. Даже родители не говорили настолько тепло. Но возвращаясь к смыслу всë меняется. Он кивает в знак согласия, стараясь максимально расслабиться. Чайлд сомневается и выдавливает ещё больше смазки, надеясь действительно доставить лишь удовольствие. Первый раз с парнем. Он не знает как с ним обращаться и стоит ли так же успокаивать , как и девушек? Но под феромонами он действует лишь как придётся, действует так, как хочет. Первый палец заходит очень даже легко, поэтому за ним идет и второй ,теперь более узко.. Грациозно длинные и тонкие пальцы сами произвольно начинают действовать аккуратными движениями. Привстав на колени, тянется губами к спине, после нежно целуя каждый сантиметр, проходясь линиями по позвоночнику и к самому кончику. Тома опускает голову с прикрытыми глазами, он доверяет, знает, что этот человек ему не навредит. Прогибается под прекрасными губами лучшего друга, сжимая простынь в кулак. Минута, три, пять.. Тарталья завис и кажется уже не просто растягивает для удобства, а полностью стимулирует с третьим пальцем, надавливая кончиками пальцев на простату, чтобы услышать, уже полюбившиеся стоны.. протяжные и резкие, тихие и громкие.. любые. Почувствовав, как огромный ком внизу живота крепко завязался и потянул, неохотно вытаскивает все три пальца. Не торопясь разрывает упаковку от презерватива , наблюдая как ноги парня трясутся, а на спинке появились капельки пота, затем залив в него смазку, натягивает на член. По комнате раздаётся скуление с невнятными просьбами к Тарталье. Положив одну руку на бедра, а другой приставляя головку к отверстию, аккуратно вводит, чувствуя как парень резко напрягся. Левая рука плавно переползает на член Тохмы. С первым поднятием ладони вверх по стволу получается войти глубже и постепенно установить темп вместе с дрочкой. Русый парень прикрывает рот одной рукой, чтобы заглушить свои стоны от стыда. Из глаз льются слезы не от боли, а скорее удовольствия. Приятно, очень приятно. Ноги тянутся к друг другу и силы заканчиваются. В голове и ушах слышно лишь «милый» «мой дорогой» «любимый» от Тартальи и боже, это доставляет отдельный оргазм для него. Спина вся в укусах, а на бедрах небольшие красные следы от того, насколько сильно их сжимают. Оргазм наступает очень быстро, когда партнёр находит тот самый нерв и каждый толчок проходит исключительно через него. Из уретры уже начинает выделяться сперма, но Аякс оказывается быстрее и накрывает её большим пальцем, сжимая так, что Камисато выкрикивает. По всему телу началась трясучка, руки уже не выдерживают веса и хочется просто так упасть, но ещё не время. Одно грубое и резкое движение бëдер вперёд и оба кончают с облегчённым стоном. Уставшие тела падают на кровать и пытаются отдышаться. В отличие от своего любовника, Чайлд все ещё обладает энергией. Его ещё не отпускают те яркие эмоции во время секса. Пускай он действовал не по своему плану, но ему понравилось.. очень даже понравилось. Он переворачивается на живот, поднимая голову, чтобы взглянуть на лицо Томы, и упирается локтями в кровать. — Так ты любишь нежно больше? Или все же грубо? – и снова глупые расспросы с глупой улыбкой. Тарталье нравится надоедать лишь ему, нравится смотреть на растерявшееся лицо с румянцем. Но сейчас оно.. до жути сексуальное, уставшие туманные глаза, чуть приоткрытый рот и пот, что стекает по лбу. Он прикусывает губу, заглядывая в бездонные глаза. — Если честно, то любое.. но выделю одно то, что я хочу видеть твое лицо. Это реально, как облома для меня.. Хотя и сейчас, когда я его вижу.. так пиздато. Наконец то нет твоей этой укладки, — хриплый голос может только шептать, но благо услышать можно легко. Тохма лежит на животе и практически засыпает. Его руку кто-то хватает и тянет на себя. Неужели? Аякс тянет друга к ванной, а тот еле плетëтся по тёмному коридору. Резко заворачивая в нечто, что светится как рай, снова слышится щелчок. Если бы его спросили, как он назовёт эту их историю, то он со смелостью ответит: — «щелчок». В ванне всё прошло довольно банально. Они просто помылись вместе, под одной водой, касаясь друг друга.. неужели это уже можно назвать банальностью для них? Ни один из них не знает ответа. Они просто наслаждаются моментом. Тарталья укрывает полотенцем тазовую область друга, но сам выходит абсолютно голым.. даже без полотенца. Хотя можно объяснить, работники во всю спят скорее всего и идти до спальни недалеко.