Девушка и Ангел

Я стояла в коридоре и наблюдала за комнатой отдыха со стороны. Все наши подопечные занимались своей обычной рутиной — кто-то читал, кто-то играл в различные, хотя и довольно-таки скудно представленные игры, кто-то общался. Кто-то просто ничего не делал. В целом, они были такими же людьми, как и все. Вот только они были в психбольнице. Я задумчиво скрестила руки на груди. Я ведь обманывала себя, что смотрела за комнатой просто так. На самом деле, меня интересовала лишь одна пациентка. О, она всегда сильно отличалась от других. Всегда умела выделиться. А уж теперь, когда та была одной из самых возрастных пациенток в отделении, это было и того легче. Впрочем, возраст сказался на ней на удивление не так тяжело. На первый взгляд и не подумаешь, сколько той было на самом деле. Нет, конечно, годы сыграли с ней своё дело — впрочем, как и со мной, с горечью подумала я. Лицо женщины изрезали полоски морщин, а волосы были покрыты сединой. И без того довольно миниатюрная, с годами она будто ещё больше сжалась. Её тело стало ещё более худым. Но вот глаза женщины были на удивление живыми. Я знала людей её лет раньше. В этом возрасте уже так не смотрят. Взгляд становится понурым, теряет резкость. Прожив на свете столько лет, люди перестают с прежней жадностью глядеть на мир. У многих в глазах появляется смирение. Может, так сказывалось и приближение смерти, а может и тяжесть жизни. Но она смотрела своими пристальными тёмными глазами с прежним вызовом. И даже с каким-то лукавством. Да, именно эта женщина не давала мне покоя все эти недели. Кем же она всё-таки была —чокнутой, как и все здесь, или нормальной? Наблюдая за женщиной со стороны, спокойно и даже гордо сидящей среди окружающих её психов, и помыслить было нельзя, что та была ненормальной. Она говорила и общалась разумнее всех пациентов больницы, а иногда и— смешно! —даже более здраво чем многие люди из персонала. Вот только ночью ту терзали мучительнейшие припадки. Страшные видения, которые заставляли женщину кричать так, что кровь стыла в жилах. Конечно, в такие моменты никого не смущало, что она находилась в тяжёлом отделении. Но вот в остальное время, когда приступы проходили, женщина была абсолютна нормальна — как и все остальные люди. Уж точно не хуже меня, например. Мог ли человек, будучи безумным, при этом вести себя как совершенно нормальный? Ответа на этот вопрос я попросту не знала. В такие моментыневольно задумываешься — а сам-то ты ещё не сошёл с ума? Может, и у тебя самого уже давно шарики за ролики заехали. Однажды, много лет назад, когда я ещё не работала в психбольнице, одна пациентка рассказала мне — больше всего на свете та боялась, что сойдёт с ума, а никто вокруг и не заметит. И в этом, по сути, была своя доля правды. Я продолжала украдкой следить за загадочной пациенткой. Я знала, что та видела меня, хотя вида и не подавала. Женщина скорее всего догадывалась, что за ней наблюдали. Она ведь никогда не была глупой. Обмануть ту было крайне сложно. Женщина, скрестив ноги, задумчиво оглядела людей вокруг, будто оценивая. В её тёмных глазах блеснули жадные искорки. Губы тронула еле заметная улыбка. — Хотите, расскажу историю? — неожиданно спросила она. Женщина явно находилась вне общей беседы, однако парочка людей всё-таки обернули на неё головы. Ей никто так и не ответил. Кто-то неуверенно пожал плечами. — Ну, тогда слушайте, — невозмутимо начала она. — Жил-был на свете один Ангел, и он был прекрасен. Но однажды тот пал. Он оказался на земле среди простых смертных и лишился своих ангельских крыльев, — женщина грустно повела взглядом. — Виной тому были люди, и поэтому он их возненавидел. Ангел вознамерился отомстить людям за то, что те с ним сделали. Никто так и не обернул на неё головы. Казалось, всем было всё равно на рассказ женщины. Но я знала своих подопечных достаточно хорошо и видела — те слушали её. Кто-то вполуха, а кто-то и внимательно. — Ангел, хотя и пал, но по-прежнему был прекрасен, — продолжала женщина. — Люди тянулись к нему, как к свету в ночи, ведь у того была чистая душа. И Ангел этим воспользовался. Он соблазнял людей. Он соблазнял женщин своими ангельскими чарами. И те легко влюблялись в него. А завладев их душами, он искушал их. Доводил смертных женщин до самого дна, пока те окончательно не опускались, — она задумчиво посмотрела куда-то в сторону. — А когда женщины понимали, что их обманули, они начинали его ненавидеть. Женщина замерла на мгновение, но уже через секунду продолжила как ни в чём ни бывало. — Пока однажды Ангел не встретил девушку, которая отличалась от других, — её уголки губ слегка приподнялись. — Потому что она единственная знала о его ангельской сущности. Ведь она одна могла видеть его прежние крылья, — женщина вздохнула. —Девушке было жаль Ангела. Но полюбить его она не могла, ведь та любила другого, смертного мужчину. Мужчину, который никогда не мог полюбить её так же сильно, как она его. Та отстраненно посмотрела в противоположный угол. Я невольно обратила внимание, что всё больше людей откладывали свои дела. Многие повернули головы к женщине. — Ангел перепробовал всё, но это было тщетно, — продолжила она с горьким вздохом, — та так и не смогла его полюбить. Но уже было слишком поздно — ведь Ангел и сам успел влюбиться в девушку. Потому что только в отражении её глаз он мог видеть свои крылья такими, какие они были раньше. Это ужасно злило Ангела, но он ничего не мог с собой поделать. Он был особенно жесток с девушкой. Он унизил её больше, чем кого-либо другого, пока та не пала окончательно. На ней почти не осталось ни одного живого места, так сильно тот над ней поиздевался, — женщина задумчиво посмотрела на свои руки. — И тогда Ангел оставил её и удалился прочь. Но он не учёл одного — ангелы любят лишь один раз в жизни. Полюбив кого-то один раз, они не могут оставить в прошлом свои чувства, как это делают люди. Отныне Ангел был обречен вечно любить эту земную девушку. Она с загадочной улыбкой поднесла к лицу свои тонкие ладони. — Ангел ушёл в глубокую задумчивость, как это умеют только небесные существа. Он перестал соблазнять людей и скрылся от всех — и от неё тоже. Он сделал так, чтобы девушка никогда не смогла его найти. Неожиданно та замолчала и снова опустила задумчивый взгляд на свои руки. По толпе явно прошёл взволнованный шепоток. — А что же было дальше? — жадно поинтересовалась одна из пациенток. Женщина подняла взгляд. В её глазах заплясали весёлые искорки. — Ах, дальше… что ж, я могу вам рассказать и это, — та хитро сощурила глаза, а затем, немного подумав, продолжила печальным тоном. — Оставленная Ангелом, девушка вернулась к мужчине, которого любила, но тот её отверг. Ведь та уже была отмечена знаком Ангела. Теперь она была падшей, как и он сам. Девушка обращалась и к другим мужчинам, но это было бесполезно — они все отказывались от неё. Та заметила, что люди начали сторониться её. Ей больше не найти было счастья на земле. И тогда девушка решила во чтобы то ни стало разыскать Ангела, — женщина задумчиво закусила губу. — Она искала его повсюду. Но было уже слишком поздно— тот скрылся от неё, а значит, та никогда не смогла бы его увидеть. Та снова задумалась на несколько секунд, а потом, кивнув каким-то своим мыслям, продолжила увереннее. — Хотя по природе он был ангелом, но его сущность теперь была смертной. А значит, Ангелу было суждено умереть, как и обычному человеку, — грустно произнесла она. — Годы шли, и Ангел всё больше приближался к смерти. Наконец, силы совсем оставили его. Тот ослабил хватку лишь на миг — ведь ему всё равно суждено было умереть совсем скоро — и сделал себя видимым. И тогда девушка сразу увидела Ангела. Женщина сделала драматичную паузу. Все окружающие уже слушали её затаив дыхание. Да и я, признаться, тоже. — Ангел посмотрел на девушку своими печальными глазами, как он всегда на неё смотрел. Ведь в отражении её глаз он по-прежнему видел свои крылья — такими, какие они когда-то были, — продолжила та тихим голосом. — И тогда девушка сказала Ангелу: «Прости меня и весь мой род за то, что мы с тобой сделали. Ведь твоей вины перед нами нет. Я люблю тебя больше всех на свете и всегда любила». Ангел внимательно посмотрел на неё и сказал: «А ты прости меня за то, что я сделал тебе и всему твоему роду. Ведь вашей вины передо мной нет. Я люблю тебя и всегда буду любить, и никогда не смогу полюбить кого-то больше». Женщина пристально обвела взглядом толпу. — И тогда случилось чудо. Ангелу были возвращены его крылья. Такими, какие его возлюбленная видела их всегда. И тогда Ангел взял девушку на руки, взмахнул своими новыми крыльями, и они вознеслись вверх — в лучшие места. Она замолчала. История была окончена. Все окружающие явно были сильно перевозбуждены. Плохой знак. Мои пациенты, люди чувствительной натуры были неспособны слушать такие волнующие кровь истории. Я вздохнула и сделала быстрый знак медсестрам. Те сразу же поспешили принять меры. Пациентов явно нужно было чем-то отвлечь. Объявить о каком-то внеплановом увеселительном мероприятии, например. — Но ведь получается, — неожиданно подала голос одна из молодых пациенток, — Ангел не любил девушку по-настоящему. Он любил в ней лишь отражение самого себя. Он любил в ней лишь отражение собственных крыльев. А разве это любовь? — смущённо добавила та. Женщина загадочно улыбнулась. — Ты слишком строга к нему, —упрекнула она девушку. — Ведь он же ангел. А значит, его сущность иная чем у нас. Как раз в этот момент подоспели расторопные медсестры и диалог прервался. Все пациенты начали постепенно собираться. Я облегчённо вздохнула. Вдруг я поймала на себе пристальный взгляд женщины. Та лукаво улыбалась, смотря прямо на меня. В её глазах были весёлые искорки. Честное слово, она будто смеялась надо мной! Я нервно сглотнула. Только сейчас я поняла — ведь вся эта история предназначалась для меня. Смутившись, я отвела взгляд и отвернулась. Быстрым шагом направилась в сторону своего кабинета. Да, я догадывалась, кого та имела в виду. Вот только лишь она одна считала этого мужчину ангелом. Хотя тот далеко им не был! Я отчего-то грустно вздохнула. Недавно та сказала мне — она не верит в сумасшедших и нормальных. Есть лишь те, кто по своей природе были ближе к тьме и те, кто были от неё дальше. Вот и всё. Безумие, сумасшествие — это всё сказки. Просто кто-то знает тьму хорошо, а кто-то о ней пока не догадывается. Может, та была и права? Я изо всех старалась гнать от себя эти мысли…