Омут

От уличной прохлады в большом городе спасала толпа на остановке. В час пик Паша редко могла самостоятельно передвигаться в такой толпе. Обычно людской поток буквально заносил и выносил из транспорта. Можно было только слегка лавировать в момент посадки или выхода для найти место поудобнее. Сейчас автобус запаздывал. Как на зло, затянутое свинцовыми тучами небо начинало плакать мелкой моросью. Весна в этом году не задалась. Народа становилось все больше, а возможностей для передвижения все меньше. Где-то на краю людского моря заволновались. Судя по всему, долгожданный транспорт все-таки замаячил на горизонте. Девушка еще раз проверила и застегнула на себе все, что только можно было. Благополучно забытый в библиотеке универа пакет с книгами сейчас бы только мешал. А так на плече висела всего лишь небольшая женская сумочка. Правда, на давно заезженной молнии, что было существенным минусом в такой разношерстной толпе: мало ли какой воришка может позариться. Но с этим неизбежным злом приходилось постоянно бороться. Как и с кучей других мелочей типа выходок извращенцев или каких хулиганов. Толпа пошла мелкой рябью, а по прибытии автобуса - крупными волнами. Захлестнула весь правый борт и потоком хлынула в три двери. Пашку зажало между какими-то двумя грузными телами. Сзади чья-то рука скользнула вверх по ноге, но потерялась после плавного перемещения девушки. "Да, извращенцы в наличии", - усмехнулась она про себя. Кто-то крепко вцепился за ее сумочку. Быстрый взгляд и расслабление: детская ладошка не стоила внимания. Второй рукой малыш крепко держался за локон волос на загривке своей измученной матери. Наконец, волнение в толпе понемногу улеглось. Паша нашла вполне удобное место поближе к водительскому. Сейчас она преспокойно висела одной рукой на поручне, а второй на миг отвлеклась, отвоевывая немного территории. И в тот же момент почувствовала подозрительное шевеление в районе своей сумочки. Оказалось, рядом стояла какая-то шпала - не поймешь даже, пацан или девушка - и свернутым в трубочку журналом пыталась также отвоевать себе немного пространства. Маневр показался слишком подозрительным. - Что вы ищете в моих конспектах? - С улыбкой поинтересовалась она у шпалы. Выцветшие голубые глаза обдали тонной презрения: - Ха! Сдались они мне! Своих полно. На другом плече у вора висела полупустая спортивная сумка. Кого другого она, может, и ввела бы в заблуждение. Но Паша уже знала этот контингент. Она тоже хмыкнула в ответ и хотела уже выплюнуть в лицо негодяю колкие слова, что буквально вертелись на языке, как... Ее взгляд, рассеянно скользящий по окружающим лицам, упал вниз. Там, на последней ступеньке прижатый спиной к дверям стоял странный мужчина. Он был намного старше - где-то под тридцатник. Ей никогда в жизни не нравился такой типаж: Широкая кость, плотное телосложение и резкие черты лица. Но сейчас глаз было не оторвать. Она будто тонула в его взгляде необычайного зеленого оттенка. Это была трава в чистом виде. То чуть темнее, как насыщенная летняя, то светлее, как молодая весенняя. Этот взгляд приковал ее не хуже якорной цепи. Но почему-то не мешал разглядывать самого человека. Каштановые волосы, вьющиеся чуть длиннее, чем это принято в обществе, полностью скрывали уши и умудрялись блестеть даже в скудном освещении салона. Полные губы имели четкую границу, чуть темнее своего цвета. Римский нос, высокие скулы, широкий лоб. Брови прямые, широкие, как крылья у птицы. Мужчина чуть повернул голову, так и не отводя глаз, удерживая ее взгляд. Стала видна четкая линия подбородка. Он будто красовался перед ней, выставляя себя напоказ. Его куртка расстегнута и плотная фигура ясно обрисовывалась даже в невзрачной серой футболке. Почему-то Паша точно была уверена, что на нем нет ни грамма лишнего жира. По крайней мере до пояса - то, что можно было разглядеть. Ниже все терялось из-за наплыва людей. Автобус медленно остановился. За миг до открытия дверей мужчина приложил к своему сердцу широкую растопыренную ладонь с на удивление ухоженными ногтями и слегка кивнул. В следующую секунду его вынесло из салона людской волной. Наваждение схлынуло. Осталась только легкая тень сожаления, что нельзя пойти за этим мужчиной. Даже мысли не возникло искать его. Почему-то в голове засела четкая уверенность, что это дело опасное. И что они еще встретятся. Не сейчас, но позже, лет через несколько. Долговязый воришка с журналами пропал и уволок с собой кошелек с маникюрным наборчиком. "Вот будет ему сюрприз, когда внутрь заглянет", - улыбнулась Паша уже на своей остановке, перебирая попутно пальцами в сумочке. Где-то на дне в дальнем углу должны быть ключи от квартиры.