Птичка

знаешь, дура, потому что по ночам в подушку плачет и опять скучает о нём

      Когда его отчаянный стук снова гремит по её входной двери, он удивляется, что пришёл к ней снова, потому что каждый раз обещает себе всё закончить. Она — нет, потому что с рвением ожидает следующей встречи.       и слишком хорошо его знает       — Что она натворила на этот раз? — Это её дежурный вопрос ему. Она уже привыкла видеть его в коридоре своей квартиры: злого, растерянного, спешно скидывающего стильное пальто; а ещё к тому, что он вовсе не обращает внимание на её мягкий шёлковый халат и распущенные вьющиеся волосы. Ни сейчас, ни позже.       ещё бы привыкнуть на это забивать       — Неважно, — рычит он сквозь зубы, проходя в комнату. Она знает, что ответа не будет. Он никогда не рассказывает, что конкретно произошло, но одно ясно точно: это что-то серьёзное.       иначе он бы не пришёл       — Ну да, разумеется. Неважно, — она отходит вглубь комнаты и ухмыляется, щерит ровные зубы в отвратительной усмешке. В ней горечь, злоба и обида; впрочем, он не копается в её эмоциях.       а она тонет в нём, как в ебаном северном ледовитом       — Неважно, — продолжает она. — Ведь что бы эта дрянь ни натворила, ты всё равно вернёшься к ней.       ебаное колесо сансары       — Осторожно со словами. Я люблю её, — он крайне рассержен, но она знает, что, так или иначе, он никуда сейчас не денется. Потому что они взаимозависимы.       только ему от этого не больно       — Поэтому сейчас со мной? — она привыкла, что он никогда не отвечает на этот вопрос. Как и к его дальнейшим действиям, впрочем. К болезненным поцелуям, грубым касаниям, рваным движениям и хриплому голосу на периферии сознания.       и запаху его дорогих сигарет       К тому, что он никогда не остаётся на ночь, она привычна тоже. Как и к тому, что он не смотрит на неё и не видит её стеклянного взгляда. Знает, каково это — в очередной раз закрывать за ним дверь.       жаль, что сердце на замок закрыть не выйдет       Он всегда уходит. Получает своё, думая, что её это устраивает — или не думая о ней вовсе. Но даже если бы он остался, не увидел бы, как она рыдает и бьёт очередную дорогую бутылку виски.       потому что любовницам тоже больно

и остывший кофе вновь тебе напомнит про него себе ты обещала: будешь сильной

      Самое паршивое, что для окружающих они — близкие друзья, и когда-то так оно и было. Буквально пару лет назад ей было не в чем его упрекнуть: он прекрасно к ней относился и, наверное, даже не думал, что в их отношениях может что-то пойти не так.       а она, дура, в него упала       У них сотня общих друзей и миллион недосказанных фраз; и от того, и от другого она бы отказалась с удовольствием, но первое слишком ценно, а второе навсегда останется в её голове. Поэтому она опять на вечеринке, опять пьяна и опять смотрит на него.       лучше бы он не приходил       Он с ней. Снова. Кажется, что одно её лицо в обрамлении прямых чёрных волос вызывает желание сброситься из окна. Мысль о том, что он в какой-то мере принадлежит им обеим, но только одна из них рыдает по ночам, слишком губительна.       почему она лучше       И самое ненавистное: она ничего не знает. Подходит с милой улыбкой, бьётся бокалом о бокал, смеётся и приобнимает за плечи.       о, если бы ты знала       — Здесь мило, — щебечет, словно не видит, что её радость здесь никому не нужна. Пьёт — не спивается. Смеётся — не плачет. Обнимает его — знает, что имеет право.       если бы ты только знала, сука       Ей хочется рассказать. О, как ей хочется поделиться тем, где пропадает он во время ссор и конфликтов, но каждый раз, когда она открывает рот, слова застревают в горле отвратительным комом. Потому что сказать ей абсолютно нечего.       не хвастаться же его пустым взглядом       Она терпит бесконечный поток оптимизма и уходит только тогда, когда ей кажется, что она готова погибнуть. И, идя, старается не поднимать голову и не смотреть ему в глаза.       дура, дура, дура

отпускать так сложно лезешь вон из кожи ты себя влюбляться не просила

      — Открой. — Он в ярости, она это слышит и понимает. Внутри что-то рвётся с каждым его криком.       лучше бы оборвалась эта токсичная любовь       — Открой, блять, я знаю, что ты слышишь! — Он бьёт по двери, а ей хочется, чтобы на том месте оказалась её голова. Возможно, так она бы поняла, что он не тот, в ком она так отчаянно нуждается.       но что тут поделать       Она бунтует против себя самой, пытается вытравить чувства, себя же при этом и отравляя. Потому что без него умирает её пропитанное чернотой сердце. Противоядие — только в его руках.       и отравитель тоже он       Она сползает по двери, чувствуя, как она содрогается под её спиной. Бам. Бам. Бам. Её сердце колотится так же, разрывает грудную клетку.       открой       — Перестань дурить.       просто открой       — Ты нуждаешься во мне. Не делай нам обоим хуже.       открой, и всё будет хорошо       — Возвращайся к ней.       что ты, блять, делаешь       Стуки прекращаются. Она знает, что он озадачен. Он не догадывается, что творится в её душе. Как обычно. Главная причина всё закончить.       но ты не хочешь заканчивать       Когда он уходит, она чувствует, что её вывернули наизнанку. Ей одновременно хочется бежать за ним и связать себе ноги-руки, чтобы остаться на месте и больше не унижаться. Никогда. Она — не его игрушка.       зачем ты себе врёшь, идиотка?

дура, потому что ты его игрушка дура, потому что опять в эту ловушку

      — Зачем ты позвонила? — его голос холодный. Он всегда такой, но сейчас лёд не просто обжигает, а просачивается в горло.       чтобы снова ползти к тебе       — Слышала, вы поссорились. — Три минуты назад она набрала его номер по памяти. Четыре раза он сбросил вызов. В пятый раз поднял трубку.       ты же хотел этого, милый?       — И что с того? — он продолжает её резать, но теперь она уверена: всё он знает-понимает. Такие, как он, не могут иначе.       это мой шанс       Она сорвалась через две недели мучений и ломки, не продержалась и месяца. Она искала его любви, а нашла свой наркотик в безразличном выплёскивании эмоций.       но ты уже привыкла       — Ты можешь приехать, если хочешь. — Она выдыхает это, как предложение руки и сердца. Это даже важнее. Этими словами она снова вверяет ему себя.       безоговорочно и навсегда       — Хм. — Она как наяву видит его лицо по ту сторону трубки. Слишком хорошо его знает. И знания её когда-нибудь уничтожат. — Что заставило тебя одуматься?       ты, ебаный токсичный ублюдок       — Ты знаешь. — Она не будет перед ним унижаться. Не сейчас. Когда он приедет — пожалуйста. Иллюзии больше не работают, она готова к тому, что он может ей дать.       а нужна ли тебе его любовь       — Жди. — Он сбрасывает вызов.       лучше бы ты из окна сбросился, сломавший мою жизнь мудак       Она запахивает шёлковый халат и идёт к окну. В голове пусто, там вертится одно-единственное осознание.       ты проиграла свою жизнь

только вот привычка, ты к нему, как птичка позовёт — и ты опять сорвёшься по-любому