С днём рождения, детка!

      Сказочка всем известна, Золушка обычная уборщица, что мечтала попасть на бал, появилась крёстная фея, и свершилось её счастье вмиг озолотилось после потери хрустальной туфельки. А что вы думаете узнать об точно такой же ситуации в современном мире? Ангелина — сладкая леди, над которой настроены родственники очень горестно печально по отношению к ней. Не потешаются никто над этой деткой. Серьга лапает, бьётся подушками, удушает. Ни дед, что созывает её ежедневно по телефону, предлагая никому не нужную сделку, в условиях таковых, что девушке пришлось бы носить по 50 кирпичей на своей и так поломанной спине за малейшие зарплаты. Может и работа ей нужна и пригодится большие суммы для многих планов, а как ещё ей остаётся делать? Семья не даст ничего для закупок, приходится ей самой даже обеспечивать и приносить добычу в дом, а мать ко всему требует скорейшего выезда, кричит, использует ту как рабыню. Причинами заваливают по типу: «тебе 18 наступило!»       И что?! Она малышка совсем!       Крохотная бейбик! Куколка! В один из выходных дней от колледжа и уборки, рядом с нею сидела Ева, младшая сестра той. — Поиграем в Эльзу? — заманчиво пролепетала Яшкина старшая, в волосы впиваясь ей своими мягкими пальчиками с длинными коготками. — Какая нахуй Эльза?! — заорала Евка. Ангелина дёрнулась, выкидывая сестрёнку от себя и сама прыгая с кровати, грохотом провалившись на пол. Вот уж шок, никак не привыкнется, что трёхлетка сапожницей стала. — А во что тогда? — Сейчас в моде фандом Палитры! — руками показывая вверх, мелкая негодующе объясняла, — в нашей стране монархия, проснись! Что с тобою стало?! Ангина вздрогнула. Возникло недопонимание с её стороны. И как маленький ребенок так величественно пропела пять последних слов лучше, чем оригинальная песня? — На трон вошёл принц Виктория, — огрызнулась девчонка, вновь утыкаясь в свой планшет с политическим видео. — Может принцесса? А где Путин? — вставая с пола, Ангелинка, озорная, залезла и приставала к Еве, жамкая детские ляшки. — Сдох твой Путин, моя ты распутиновая распутная Распутин, — ткнула пяткой сестрёнка в свою биг систр, отставая свою личную территорию, — не буду дальше говорить, позёрка. Громко и гордо обиженно хмыкнула Ева, отворачиваясь. Зная, что за новым вопросом, на него последует плач и крик, девушка пожала плечами, кивая самой себе. Безнадёга. Она никогда не увлекалась такими вещами, как государство, депутаты, госдумы, долги стран и так далее. Почему-то, услышав о новом правителе и его имени, захотелось ей есть, пожрать, почавкать. Что угодно, умять бы чего-то, утолить жажду и малое возбуждение. Ничего, подрочит потом. А еда… — АНГЕЛИНААААА! — хлопнулась дверца холодильника обратно, когда обладательница этого имени открыла. Она не почувствовала испуг, а разочарование в форме мамы. Она стояла напротив её со скрещенными руками и злым взглядом. — Мы уезжаем к принцу, Ева так захотела! Она хочет на нем жениться! — возгласила эту затею вслух маму. — Что, разве это так работает? — хрумкая с наполненным ртом сладости, что успела прихватить во время речи, спросила дочка. — А как ещё?! Чтоб мы пришли, туалет был вымыт! И убежала топотушками. В доме настал гул, все собирались, скандалами выходили, подбирали вещи, ругались друг с другом. Аж сама Ангелина, что не участвовала в этом, вымоталась и вспотела. Шумом, закрылась дверь и везде надвигалось напряжение, срач и тишина в атмосфере. Все необходимые условия для лежания. Жаль, что от них надо избавиться. Может, в этом есть какой-то плюс. Домой прибудут не скоро. Успеет и отмыть, и отдышаться от средства. А позже, отдохнуть, порисовать, заняться своими хобби. Она всегда чувствовала лень, нежелание и отлынивание от задач перед ней, морально не была готова что-то сделать, непонятное уставание. Ей, конечно, одногруппницы говорили, что тоже самое было, а у неё попросту поздняя стадия. Однако она очень затянутая, из-за которых наворачивает крупные долги. Отпрянулась, это состояние ей надо перебороть! Мешает в жизни. Достала из полочек всё необходимое. То самое мучительное средство её носа, и перчатки, и маску. Как собралась радиоактивное вещество доставать с Чернобыльской зоны! Ей богу. Недоверчивыми шажками, подходила всё ближе к несчастному месту. Собралась духом, нагнулась. Как из дыры туалета, начало вылезать нечеловеческоподобное существо белого светящего безформенную тела без зрачков, измазанное непонятной фигнёй, что зыркнув, обрадовалась чему-то и захотела лезть к солнышку. Олеговне предстало больше что-то пугающее и отстранилась, кинув в лоб животу яйцу моющее средство, завопив, падая назад. А существо и не обиделась, потёрла ушиб и отошла. — Пардон, тебе наверное некомфортно — незнакомый монстр произнёс данное извинение и одним щелчком пальцев приобрел новый девичий образ, на секундочку, настоящего и живого человека. Яшкина не верила всему происходящему, запуганно затесалась в углу, не двигаясь, изучая пришедшую. — Т-ты кто? — голос предательски прорезался у старшей, что вниклась в сумасшедшую панику, от чего у неё задрожали руки. — Эй, остынь, детка, я крестная фея Жека, пришёл тебе помогать, успокойся, — недоумно сказала Евгения в силах успокоить крёстную дочь. А как же, ведь каждому в дом из унитаза вылезает духовный родитель каждый день! Кому нет? Ангелина удивилась, приподнялась, и рефлексно все же выставила перед собою зонтик в качестве оружия и защиты. На это вторая ничего не ответила. Поняла причину. — Ты одна из тех самых детей богов, поэтому у меня указ тебе поклоняться и давать шансы, ты чего, не знала? — выставила ладони так, словно это очевидно, — правда, я был так занят, и все эти 17 лет… — Мне уже 18. — Уже?! Как много! Время быстро летит. Вкратце, все эти 18 лет я был занят, так что припёрся только сейчас, ехе… — виновато макушка опустилась. Ангел могла поверить в эти истории про ту, что стоит перед нею неловко и волнительно. А происхождение её, что у неё есть запоздалая собственная фея, что пришла спасать её? Невиданно, она на сто процентов уверена в своей обыкновенности. Она к тому же знает своих родителей, и они являются людьми. Какая из неё ребенок божеств и как оказалась на земле? Несостыковки. Сумасшествие. Надо бы прогнать чудовище наружу, что выдумало или перепутала с кем-то и наведал чепуху. Зато узнала судьбу другого человека. — Идём избавляться от твоих конкурентов? — радостно и хитро прозвучал голос феи, доставая из карманов вонючие ножи, заляпаные кровью, струёй и белого, и жёлтого. Голубоглазая ужаснулась, прочь опрокинула эти лезвия из рук чужих, бросила в место, которое ей приказали чистить, и они мигом смылись. — Ты чего делаешь, дурёха? — Жека покрутила висок в доказательствах того, что это тупой поступок. Ангелина неровно и взволнованно задышала, — м-да, зато черепашки ниндзя не будут рвать пиццу ногами. — Зачем ты здесь, какая помощь?! — Зырь, ты боженька, однако, — иллюзией на стенах стали изображаться картины, — тебя схватили эти грешники, которую ты называешь семьёй. — У них есть мои черты лица, бред, они мои родственники. — Это маскировка, они заплатили кучу бабла, чтобы ты выглядела сексуализированной крошкой с большими сиськами, — Ангелина после этой фразы прикрыла грудь ладонями, растерявшись, засмущалась комментарию, а Жека и глазом не моргнула, а чё, правда же, — твоя настоящая форма иная, сейчас покажу. И именинница почувствовала застывшую тошноту в горле, колени задёргались, слабость взяла вверх над нею и та упала. — Черт возьми, надо было тебя в другом месте колдовать, ты же на кафель упала, ёмаё, — услышала эховым звоном эти слова жертва, прежде чем окунулась в тьму забытости и темноты.

***

— Аах! — Не стони, проснувшаяся красавица. Стонать будешь в кроватке с великолепным принцем Палитрой. Ангелина прыгнула и чуть вновь не упала вниз. Евгей тоже отскочил, схватил ту за нос, и назад оттяпнул сидеть. Так вышло, что села девица на ноги крёстной. Вся беда, что нос у неё сломанный после падение, и когда за больное сжали, инстинкто двинула хорошенько локоть в живот другой. — АУЧ! Я твой спаситель, какого хрена?! На это ничем не отреагировали. Они находились внутри кареты — помидора. Снаружи она определенно дизайн не видела, поскольку внутри была. Но всё объясняло присутствие растений, семян этого овоща, красный цвет везде. Кочка. Они вдвоем скатились на диване вправо, и теперь Муд напирала мощнее на красноволосую, что застряла между той и стенками кареты. И вы не ослышались. Красноволосая. Ангелина посмотрела на себя в отражении небольшого зеркальца. Она стала статнее, мужественнее, строгий костюм, грудь испарилась и между ног сарделька набухла, от чего, в штанах узко. Возбудилась на саму себя. — Это твой настоящий вид, который создали боги! И плюс, твое имя это Рудольф или Рафаэль, — разъяснила феечка, пожимая плечами и закрытыми глазами показала язык, типа: «не я делал тебя именно такой» — Куда мы? — сменила или уже сменил тему парень. — Как куда? Сватать. Забыл что ли? — Зачем?! — Этот принц заменяет Путина, а ты знаешь какой у него дворец! По моим бумажкам, тут назвали вы судьбами связанные возлюбленные. Ангелитра, мне нравится название вашей пары. — Так если я, мм, — вмешался Рудольф в шипперские фантазии, замялся, — бог, то разве я должен быть с простым смертным? И даже если он президент… — Принц. — Да-да, и таки, Вам не кажется это странным? — Неа, — хлюп из скорлупы яйца, — она тоже богиня. — Она?! Разве он не принц? — возмутился Раф. — И принцесса, и принц, и богиня, и бог, какая разница. Наша главная цель, — прижали парнишу за плечи фея, заставляя быть его более скомканным и покрасневшим, — не дать Еве быстрее тебя жениться. — И с какого перепуга ты думаешь её возьмут в жёны её или меня? — Она в отличии от тебя знает свою роль, ну ничего страшного. Нам нужно спасти Палитру! — резкое заторможение привело к ударам головы обо всё, — сотрясения нет, идём! Врата кареты отворились. Пред ними появилась красная площадь. Повсюду толпа. Образовались мини конкурсы на каждом месте. Украшено всё всем чем можно. Вечер. Маленькие огоньки. Царствовал весёлый беспредел. Танцевали тётеньки, дяденьки, народные артисты выступали. — Почему бал на улице? — спросил Рафаэль. — А кто захочет в дворец пускать русских? — И то может быть верно. — Хотя, а может, почетных впускают. Надо пробраться, посмотреть, — подозвала Жека крестника, и оба умчались куда-то далеко, уставали, лежали, шли и шли. Последовали они за таинственными ОМОН-овцами. Эти злые черныши охраняли недоступную территорию, запрещённую пересекать любому россиянину. Да к тому же сливались с темнотой! Рудольф даже чуть лицом к жопке чей-то не столкнулся. — Я тебя превращу обратно в девку, посооблазняешь перед этими неграми, я пока найду способ проникнуть в дворец. — Ок, договорились, — и не успел Рудик договорить. Мимолётным движением той не оказалось рядом. И пуп. Она стала такой шикарной дамой, как и раньше. Защитники расслышали неизведанный звук Энчантикса и небольшой холодный дым оттуда пронёсся по их спинам. На готовые отважно взялись за оружия и поспешили встречать. И разом у одного за другим разбивались защитные стёкла от того, как они ослепли. У них лилась кровь от всюду, и лишь из глаз текла от повреждений. За ними следовали крики. Ангелина стояла голой. Одежду отобрали. Попросить приодеть некого было. Её крестной феи нет рядом. У ОМОНа… интересно. Раз у всех всё поломалась, её не замечают, и пошагала в поисках кого-то раздеть и отобрать вещички. Лишь бы что-то прикрыть. И у неё возник вопрос. А если у правда неё судьба связана с этой принцессой, и родители, оказавшиеся всего-то опекунами, что украли её, знают об этом… смысл связывать Еву и нового правителя? И относятся к нею зачем, как к горничной, когда она действенный Бог? Зарядился чей-то пистолет, щелчёк, что-то направилось на в её затылок. Она опешила, вздрогнула, метко повернулась к нарушителю мыслей. Монбровый, бородатый, женственные пропорции тела, длинные ресницы… татар?! — Олег? Ты что тут делаешь?! — И тебе здрасьте. А ты видно ищешь мне замену, расхаживаешься, извращенка. Я здесь работаю, много получаю, как и ты, судя по всему… — Нигде я не работаю! — отрицает свою принадлежность к профессии проституции пансексуалка. Возмутилась нехило. — Я видел в твоей истории Инстаграмма, ты 2 часа была в Сочи, как ты в Москву приехала? Украли? — возмутился гей столь небрежной и непонятной ситуации. А ведь это объясняет её отсутствие ни треков, ни футболки, ни элементарный трусов и лифчика. Да и то, что она располагалась на самой запретной зоне. — Ээ, — и как вот ей объяснять истину? — я богиня. Мне нужно жениться на принце. Она шибанулась. Будто треснулось окно осознания, что она проговорила. Подумала о ненормальности причины, как тут же её озвучила. Побила себя. Фейспалм полный. — Ааа, я отведу тебя к ней. — Чегось?! — охерела она. Она думала, что такая информация недоступна и должна быть засекречена и её сейчас убьют за преткновения. А её тут приняли! Неладное унюхала. Не уж то весь мир знает о браке? И о том, кто там состоятся должен?! — Там впереди тебя Ева прошла, беги её догонять, садись в мою машину. — Какой процент, что ты меня не обманешь?! Я не буду с тобою сидеть! — Как знаешь, тогда принцесса Виктория умрёт и тебя выкинут в тюрягу. — Почему?! — ошалелась, испугалась. Как может зависеть смерть кого-то, если она не сядет в машину человеку, которому она мильком так, презирает?! — В машине расскажу, — Ангелина на услышанное раздражённо простонала и скривила лицо. Нахмуренные брови, сдвинутый нос вверх, зажатая челюсть. На это терпеливо проигнорировали, но внутреннее татар был недоволен. А Ангелина огорчилась и лениво поплыла за тем. Пистолет тот опустил, и подошли к джипу. Она села на задние сидения, а тот за руль. Длительное молчание томительно душило. Поехали. — Ну и? Где объяснения? — огрызнулась девушка. — Для начала, возьми из кармашка кресла простынь, ею прикройся, — скомандовал Алексеевна. Ангелина покорно достала оттуда ткань и свернула её на себя так, словно на ней белоснежное платье, — так то лучше. Я гей, мне не нужно твоё тело. — Ты думаешь меня это волновало? — Не знаю. И так, — иностранец затруднительно промычал, пытаясь связать пару предложений, — на весь разнеслась мысль, что Палитра обречена на гибель, если не встретит свою половинку. — Ну раз она меня не встретила, то и не умрет? — спросила Ангелок, что повела как черт. Ей покачали в отказе. — Если она жениться на не том, кто нужен, то всё, кирдык. На смерть вину накладут на тебя, ибо… когда я читал новейшую мифологию абобусов, то выяснил… — Ангелина заинтересовалась в нём, это что произошло оказывается, пока её не было в социуме? — что существует фейковая дочь, изменяю, Ева, её создали могущественные ведьмы. Они были противниками Ермаковых. Причина в этом ребенка проста: уничтожить последнее божество этого рода без проблем. — Надо же, моя сестра сама не в курсе скорее всего… — Дальше, тебя обвинят, что ты и есть то дитя противников. А Еву запечатлят как реальную. И настигнет хаос правление твоей семейкой. Поэтому ты срочна нужна остановить беспредел, — и надавил на газ мужчина. Автомобиль в прямом смысле полетел. Голубоглазая схватилась за ремень и нацепила на себя, тяжело дыша в тревоге. Приземлились на остров спустя время. Сердце леди выпрыгнуло, а душа покинула её. Правда, в неё прыснули водой на лицо с макияжем. И она оживилась. — Только подумала, что ты неплохой парень, как я опять тебя ненавижу, — цокнула Яшкина и вышла из машины. Она приобрела крылья и рог из багажника. И улетела под скорченным лимонным выражением лица. Босыми ножками торопливым шагом поскакала голая шалунья. Сквозь зелёные леса, тропинки, моста, горы Кавказа, издалека виднелся дворец. Близко она не шла. Везде люди ходят. О, а вот и машина знакомая. Семьи. Они, значит, внутри уже находятся. Сгрустнула от предательства. Судорожно вздохнула, почувствовав холодок. А как же? Вышла голой, в одном одеяле находится. И ей пришла идея. Её запалят, нужно самолично встретиться с Ермаковой. Чтобы ей сделать? На дерево она не имеет ни малейшего представления, как взберется, она лазила по ним лет 10 назад! И у них ветви находятся высоко, предстоит по коре лезть? Мяукнули. Ей не показалось? Она осмотрела окрестность и за кустами выглядывал серый кот. Олеговна не сдержала визг и умиление, стала подзывать. Та не шла. Обиделась девчушка, да не стала тратить внимания. Побежала, испугала зверушку, что в ответ тоже убегала. Пока она пархала, котик как резанный рвился вдаль. В некий лабиринт завёл, сам спрятался, и она опознала, что случайно приблизилась к берегу и как ей вернуться? Она заметила открытое замурованную в землю дверь. Значит, о таких секретных местах в своем фильме Навальный не врал. Подкралась, сжала кулаки в случае опаски. И наблюдает. А за нею, была трансформация. Серый кот стал в фурри в фиолетовом свитшоте сначало, типичная неко и чуть позже, в человека. И судя по удивлённому лицу другой, Ангелину заметили. А она не отступила. Затянулась на эти чарующие карие глаза с выбросами и небольшим оттенком зелёного. Таких людей встречается часто, но она… выглядела особенной. — Стража! Немедленно сообщите о…! — завижала волшебница в радиоприёмник. Вот здесь подбежала блондиночка, закрыла той рот, и уронила устройство об стену. Завязалась мини драка. Закончилась она тем, что простынь спала с тела, а встречная стала помидоркой. Не может она пинать столь прекрасную женщину. — Эм, и что ты тут делаешь? — спросила кошечка. — Я ищу принцессу Палитры, — ох уж эта рассеянная и наивная Ангелина, доверила снова информацию кому-то незнакомому. — Так это же… я? — Вика полагала, что её не узнали, и этим способом, достала бейджик с полным ФИО и ролью. датой рождения. Она оказалась младше её. Она принцесса. Она красивая. Она богиня. Она по совместительству может быть кошкой. Такой миловидной ангина точно не дала бы умереть, не зря их поставили соулмейтами, в такую нельзя не влюбится. Обречено, женитьба! Разговориться нужно в первую очередь. Раскрыть тайны, открыть глаза, как и ей самой эта фея и татар. — У тебя свадьба состоится? — Получается, что да, — неуверенно она отвернулась, её щеки стали гореть. С раздумьями была по типу: «что со мною, я считаю бандитку сексуальной?». А знаете, это и к месту, прямо сейчас эта самая бандитка считала принца няшкой даже больше, чем её кошачья форма. — А не рано ли? — Раз я узнала о существовании своей супруги, я немедленно должна с нею замутить, и плевать мне на её возраст и свой, — грубо и язвично отреагировала она, пряча свои эмоции и чувства под этой маской, ей надо соблюдать свою репутацию, как она тогда будет править самой большой страной после? — я тренировалась, ломала своё тело, рисковала, свои цели достигала не ради чтоб сдохнуть от невзаимности. Такая откровенность спугнуло нашу героиню. И сама будущая королева не на радостях. Всхлипнула, затянула поступившие слабые слезы от беспомощности к нечестности. От зрелища и Ангелина заплакать захотела. Приобняла младшую. Не отпускала. — Х-хей, ты тёплая, однако дискомфорт не снимет с того, что я прижимаюсь к такой гладкой коже… эти вишенек. С учётом с нашей разницей, — сцепилась пальцами об одну из этих ягодок Палитра, давая опомниться смутившейся второй, что застыдилась не от самого факта её раздетости, так ещё и настойчивого поведения! Но язык прикосновений так её любим… — Возьми мои вещи, — любезно протянула из полочек пыльные большие футболки и штаны. Не чистые, зато видно, что их никто и не носил. По всей видимости, на запас. Мало ли что произойти может. Например то, что идёт сейчас. Олеговну восприняли как глупую психованную шизофреничку, и наблюдать за её нелепыми поступками было невероятно мило. И как она забавно натягивает вприпрыжку, доказывая, что они чуть ей не подходят, жмут, как ей тут же отдают размер больше, как она примеряет. Плюс, на всякий случай, застать врасплох ту чрезвычайно просто, но делать этого не собирается. На почве всего, они друг другу понравились. — Оох, наконец подошло, — протянула в знак облегчение голубоглазая слоги. — Я тебя с этим поздравляю. — И я тебе, ой. Не важно. Кхм… — Что ты хотела мне сказать, рыцарь мой? — хихикнула Виктория. — Я… это прозвучит странно… вот ты же знаешь историю противников Ермаковых? — Конечно, вдобавок, там целью являюсь я. — Вот и хорошо… я твоя и есть любовь. Нелепое нависло молчание. — Я верю. — ЧТО?! — видимо, Ангелине стоит прекращать охеревать с каждым человеком в диалоге. — Я не доверяю рассказу этой сережки. Бе, — над ней рассмеялись, а она продолжила, — настоящая жена не стала бы торопить церемонию, а будь ты фейком, без труда меня сейчас поцеловала и я умер. Ты этого не сделала. И чем-то ты мне кажешься душой родной. — Неужели… — губы Яшкины шевелились неспециально на радостях. Ей нравится одобрение и признание её слов. Она не видела напротив неё, кого-то выше её статуса по смыслу, что это президент. Она видела неестественно изящную блаженство в виде людинки. Так тепло становилось. Внезапно наблюдение прервалось часами, что зазвенели, напоминая о заздавшимся будущему браку. Однако, после того как прозналось всё, нужно расторгать подписанный контракт. — Нам надо поспешить! — крикнула Погейтро. Дверь с грохотом закрылась от ветра. Пол под ногами затрясся. Две зайки прижались друг к дружке, спрятаться от бушующей опасности. И ангел будто током пробило. «Рыцарь мой». Послание. Она защитит во что это ни стало! Она ради этого здесь и находится! Заступилась. Взяла в руки залежавшийся 50-сантиметровый страпон и использует как меч, отодвигая свою королеву. — Эй, солнышко… ты чего, не стоит… — побеспокоилась та, которую защищали, как дверь отломилась со скрежетом, а в него заходили 3-метровые ноги… со страхом, оба отошли. И в бункер зашла 5-метровая версия сестры — Ева… — пОрррАааАа жЕнитьСссЯ! — Наверняка это заклятие ведьм! — предупредила Алексеевна, хватаясь за талию сзади её спасителя, — что когда мы увидели правду, сработал магический механизм в ее теле… нужно убить её! — Я не смогу, она же ребенок, даже если и… монстр! — Нет, разрушится только её сущность, она отрубится и магия с нее уберётся! Мы уничтожим династию Кристин и Полин! — гневно взбушевалась младшая, аж мурашки от пяток до волос у другой, — Они берут в заложники смертных, берут их в союзники или как жертвы, и то, дабы я легла! Этому не бывать! Суровая интонация привил большой адреналин Ангелине. Кивнула и в прыжке ударила трёхлетнюю громадину челюсти, а та стала замахиваться в пустоту и орать, что стали заглушаться уши. «Она, вероятно, стала неразумным титаном» — пораздумала героиня, прежде чем длюннющие конечности ребенка не прихлопнули ту к стене. Невеста ахнула, и её вытесняли помощь, жестом указывая о том, что она в порядке. Она фыркнула, но осталась на безопасном расстоянии. Не препятствовала. Пусть и знает о том, что она богиня тоже… её энергия в этой ситуации слаба. В последнее время, от болей применять сверхсилы становилось тяжелее. Осложнения и серьезные повреждения оставались. Она могла становится животным, исцелять, духи суккуба. Правда, от них она тоже уязвимее. Морально. Вытащить информацию, её нежность распускается как цветок, поэтому с Ангелиной она так запросто пообщалась и выдавила посторонней что-то. Глупо, очень глупо это знать от неё, зная её репутацию. По крайней мере, она прекрасно осознавала что умнее большую часть земли. Горилла в полной ярости дубасила, не давая отдышаться усталой девице, что уклонялась, и чуточку получала, подверждениям что были синяки и разбитый лоб, тем самым, её выносливость снижалась. Она была смелее. Боль не отвлекала. Дискомфортный белый шум. На ней с каждым разом усиливались текущие царапинки глубже, поскольку били по одним местам. И немного вырвали прядей. И здесь она прояснила одно и составила схему. В диапазоне несколько метров, пригнувшись, меньше шансов. Ногами та вяло управляла, в отличии от других частей. Уворачивалась, залезла на шкаф и оттуда прямо в горло мутузила. Маневрами шибануть сумела уже усерднее, и Ева выходила из строя. Скапливался пот от тяжести и непривычности, отдышка накапливалась. Она остановилась, когда монстр раскачивался. И между ними прошёлся взгляд один на один. Вопль настиг похуже. Едва прежде чем реакция поступила в мозг, заорала благим матом и отскочила в угол, нагруженный мебелями и до них добраться станет сложнее. — У неё всё покрыто толстой жижей, одними побоями её не удастся схватить, — воспроизводила логику Вика. — Что ты предлагаешь? — Посиди тут, я что-то придумала, — элегантно отобрала госпожа фаллоимитатор у своего воина и вылезла из укрытия, громко просвистев, отдёргивая гигантку от поисков. Как в Тарзанке, она прикрепила к лампе, используя простынь для веревки и каталась вокруг той и со спины врезалась той, таким вариантом, Ева упала, а Палитра безжалостно вцепила той в анальное отверстие резиновую колбасу по её изначальному применению. Чудовище пропищало, подобно динозавру. Из рта как дискотека засветилось. Прожигающий свет доставлял неудобство, от чего всем им пришлось прикрыть веки. На земле валялся человеческий ребенок. Без болячек, ничего не отломленного, без ран. Значит, все эти удары перенеслись на жижу, и та осталась в норме без колебаний. Всего-то уснувшая. — Сестрёнка! — принялась осматривать и так сама по себе израненная первенец. — Стой, тебя надо подлатать, — отодвинула Ангелину президентка к себе, и от леса ресурсы витали в воздухе, палитра их взяла, размешала, и те стали лечебной мазью неведомым способом. Впрочем, мы знаем её способности. Искалеченная действительно получила здоровье, как и всегда. Раны не щипали, прошли всякие приступы эпилепсии, лучше слух… ничего не болело и обескуражилась с благодарством. Лекарь присмущалась. — Я донесу её, — решительно Виктория проговорила. — Н-не, — отозвалась «пациентка», как ощутила такую искренность, что и заканчивать фразу не хотелось. Умилилась. И как резко хвать Евку, палитрины все мускулы просвятились. У ангины стоит. — Нам необходимо заменить на документах её на тебя, — носом указала Палитра на спящую красавицу. Голубоглазая солидарно согласилась, опрокинув на ту свой застывший взгляд восхищения.

***

В роскошном зале, всё везде белое, традиционные челленджи, конкурсы, танцы, почетные и важные люди прибыли в костюмах, платьях. Везде развешены имена. Подготавливали пиры. Ожидалось появление молодожёнов. Они прибывали в отдельных комнатах, где их самих украшали во что бы ни было. У Ангелины была проснувшаяся Ева, что не помнила произошедшее с нею, и то хорошо. Маленьким детям не неразумно уведомлять о таких кошмарах. — Я испытываю страх… я не достойна такого подарка судьбы… — признавалась честно своей мелкой, наряжаясь в пышное платьице с цветочками и блесточками, — она такая! Визгами покрылась комната. — И я не знаю, я считаю, эту свадьбу очень… я юна, я не готова! Ныла. А в её возрасте люди имели двух детей минимум! Эх, молодежь. Девственные до тридцати, всё ещё сосут соску, а не что-то положенное. — Здравствуйте, мисс… — в комнату вошла женщина средних лет, — надо деточку, — показывает на Еву, — забрать, чтоб лепестки раскидала. Потом вы выйдете. — Хорошо. Евочка, иди. И будучи непсихованной, она доверилась незнакомке и взяла за ручку её, удерживая корзину. В последний раз, Ангелина опрокинула просмотр на зеркале. Не нравилось ей в ней что-то. Такое впечатление, что вся история не закончена. И предшествует беда. Она заправила золотой ремешок, что держал юбку и полу-прозрачные перчатки в узорах. И фата на причёске. Сосредоточила дыхание. Пора выходить. Выходя из своего укрытия, на неё полились аплодисменты, свистки, свадебная песня заиграла во всю. Приглушила весь гам мыслями. Всё зрение остановилось на невестке, что нетерпеливо ждала, что улыбнулась так широко, сами глаза зажмурились у неё. Это было неотразимо. Добравшись спокойно, пара постеснялись и все же, взялись и соблюдали милейшую дистанцию. Вот прям минутка, и скоро вцепятся языками. Ограничивало лишь присутствие зрителей. Регистратор стал свой текст вычитывать. И кого-то она в нём знакомого увидела… — Дорогие молодые, любовь как большой попкорн. Лишь люди в нем могут делать её карамельной, солёной или сухой, — старый, добрый попкорщик! Как она могла не узнать этого паренька, с кем она встречалась некоторое время, и они пересеклись, засмотревшись, пока их не развязал грубый кашель палитры, — прежде чем заключить официальный договор, вам стоит открыть сердца, Ангелина Яшкина, вы готовы взять её в супруги? — Да! — А Вы, Виктор Борисов? Первая жена взволновало это продиктованое фамилия и имя. Она же видела её карточку! Это неверно! Она не с каким-то левым мужчиной собирается мутить! Виктория слабо и слегка приуныло покивала, от чего разрядилась обстановка чем-то… грустным. — Прошу вас обручиться кольцами! Борисов достала колечко, беря чужую ладошку с опаской и огромнейшей осторожностью, оберегая такие пальчики, в которую одну из них, прицепили изделие из золота. Тоже самое сотворила и другая. — Празднуем! — воскликнул гость, подскакивая со стула. Его поддержали и остальные. Им не дали договорить о поцелуе. На то и к лучшему. Первое, мягкое и нежное стоит устраивать между собой в тишине. А не перед толпой. Их увезли подальше друг от друга, каждый стал раздаривать поздравления. Что аж сама Ангелина развеселилась. И на предложение попеть в микрофон без раздумий взялась, напевая о «водке, пиво под конец корпоратива» и прося принести конфеты с ликёром, пританцовывая вап. А Алексеевна всё притихала… может ей не нравится такое. Но она даже ничего и взмолвила, как они пришли сюда. Беспокоило. Она, соостветственно, посмеивалась над глупыми и активными действиями своей «подруженьки», кушала сладости, что ей разложили прям кучу мала всё при всё и медленно поедала. Ева зачаровала старичков и выпендривалась перед ними. По крайней мере, у неё есть личная опека, что назначила принцесса. И выяснилось, что Серёжка и мамка свалили куда-то в Москве место. Оставив своих детей без присмотра. Спустя продолжительно долгое время, оба барышни устали. Одна подсела ко второй и позвала на брачную ночь в спальню. И как они туда прибыли, Ангейлина спросила самое её заинтересованнное: — Почему там назвали неправильное твое ФИО? — Как бы не сменилось правление, женщину президента не примут, да и к тому же, лесбиянку, — буркнула отвечающая так, будто и не желала затрагивать эту тему. — О-оу… — посочувствовала она и стала раздеваться, — а я в этих каблуках и форме так ужасно, всё тело болит похуже драки. Вика посмеялась с уважением и понимаем, снимая свой отличающийся прикид, с брюками и рубашкой. — Мне в туалет надо, я так долго мучалась! А здесь поржали. Но Ермакова сказала, куда пойти. И со скоростью флэша, туда примчалась. Олеговна закончила свои дела, пробывая несколько минут там и умывая руки с мылом. Осмотрела на крайняк чуток позже щетки неиспользованные, полотенца, паста. Всё заготовлено её жене. Повезло ей. И пустая стиралка начала работать. Её одолел испуг и поскорее нажимала на неизвестные кнопки, что отличались от остальных фирм производства этих одеждомоек. И она правда остановилась. А потом, с новым хлыстом она барабанила. И оттуда вылетела Жека в костюме супермена. — Ева, тебе надо расстаться с Вик-кооой… — и с непониманием оглядела. — Ты! Где была всё время?! — Эй, а ты?! Я тебя искала! Могла бы и намекнуть, что ты уже здесь. Я билет нашла для прохода в дворец! Официальный! — отчитывала и выёживалась крёстная, — прихожу обратно, а там все в крови лежат! Ни у кого не спросить! — Я, — ууу, пошло поехало хвастаться, — сама встретила, сама выиграла, сама уже женилась и иду… — Ебаться? — Не так громко! — Ехехееей! Молодец, а по мне тосковала? — Не слишком, — блеснула фактом детка, а ей почему-то не поверили и ехидничали. — Лады, я щас возьму спичку и буду держать свечу над вами. — Зачем? — Смотреть! И камеру найду… и, ау, подожди меня! Поскакала фея за крёстницей, что заходила обратно в ту комнату уединения со своим «мужем», равнодушно не замечая. — А кто это? — задалась вопросом невинная принцесса. — Ку-ку, я крестная и помогала твоей солнце в пути к тебе! — Рассказав одну истину и убежав, — фыркнула та самая солнце. Мрачно похохотала ни в чем не подозревающая девица от присутствия постороннего. — Кошмар какой, — сжала зубы Палитра. — А по мне, мечта! — вторженец присел на край кровати, — начинайте, иначе я не отстану! Теперь я с вами навечно! Вот же ж клеющая жвачка то прилипла к ним. Ни спрятаться, ни прибить эту муху. Пару раз замахивались, а она телепортировалась и откуда не возьмись достала к камере микрофон, отговариваясь «стоны погромче надо сделать». Решили притворяться, что её нет. — Готова, принцесса? — стояла дама перед оголённой лежащей палитрой. — Носки оденьте, заболеете, я хочу чтоб вы поправились! — прикрикнула Фея, а парочка раздражилась. Длинные ресницы голубоглазой завороженно уставились на киску. Опускаясь на колени, у неё это не был это жестом поклонение к царской персоне. А нечто близкое. Она жадно поглощала каждый милый комплимент, что услышала от партнёра, не приступая заранее к действию, нервно и смущённо отворачиваясь. Навязчивым манифестом, запоминаются эти приятности о её такой красоте тела, прекрасному голосочку и многое остальное. Приятно. Надо бы и ей приятное сделать. Вдумчивыми, медленными и скользящие, мягкие пальчики прикасалась к эрогенным зоны Ермаковы, и с каждым отгаданным местам, радовалась и проносилось её горячее дыхание к ним, получая явные звуки удовольствия той. Ловко Ангелина приподнялась, замирая лицами, а вторая предвкушала то, что и получила. Поцелуй. Влажный язык проникает внутрь тонкий губ Палитры, распоряжающийся всем: с напором лезет по нёбу, зубам, одаривая небольшим привкусом сладкого. От отстранения, Виктория упала назад на мягкие подушки. Обратно садясь вниз, ангел решается захватить ртом и клитор, уверенно и часто язычком потираясь по нему. Однажды ей такое делала Милана, и даже если она в конце расставания узнала о том, что та бабайка и её бывшую угнетали, обзывали, ненавидели без совести, ей тогда прямо-таки сильно стягивал низ живота от удовлетворения. Аж прошлась сейчас судорога оргазма. Возбуждение пошло с новой, громкой и заявленной волны. Толкается ритмично в женское достоинство, утыкается и носом, посасывает, лижет, целует, оставляет мокрый след слюны там… — СТОООЙ! Ангелина встрепетнулась разумом от ора. Нахмуренно безмолвно посмотрела на растерянную жеку, что запрыгнула на матрас, присаживаясь возле лежавшей Алексеевна. И здесь она подметила, что та лежала… как мёртвая. На её грудь положили голову, прослушивая сердцебиение. Не стучит. Кожа холоднее. Бледная. Неподвижная. Мышцы странно работают. — Что с нею?! — заволновалась девушка. — Я-я… подожди, — отошла в беспокойстве Муд, таким образом, Ангелина её заподозрила в чем-то, — тут такое дело… — Что же?! Что такое?! — запережавала крошка за свою любимую. — Я перепутала всё… — та принялась показывать какие-то бумажки в объяснениях, — это запутанно и длинно… — Кончай, скажи уже! — завопила горестно и гневно слушательница. — Ухх… изначально, мне дали в крестника Еву-у-у… я не люблю детей! И я выбрала тебя, как ближайшего родственника ей, ибо подумала, что это кровь не имеет значения! А потом, когда ты пропала, я узнала, что ты и есть эксперимент династии Кристин и Полин… и так вышло, что я опять забыла об этом и привилась к истории, что я тебе и рассказала… т.к. вряд-ли они ждали 12 лет после рождения палитры и ещё 9 месяцев, пока кто-то родит или самим создавать дитя… муторно. Получается, они взяли уже чей-то ребёнка, то есть, тебя… и вложили заклятие. — Ай, балбес ты. Невозможно! Почему тогда она была омрачена в жижу и безумна, как дикий зверь?! А моя форма Рудольфа?! — Это была Ева в роли Бога, встала на защиту своей возлюбленной, от того не нападала на неё, и не поддавалась тебе. Вы же её выиграли? Ведь к принцессе у неё нет того защитного слоя, открытость да и только. И как она видит, она так скажем… смягчается. А ты… всё-таки этот образ ты сама себе выдумала, а я лишь преобразил в реальность. И твои родители поэтому к тебе так относились и прятали правду и твою, и Евы от тебя самой. Ангелина схватилась за голову. — Ужас! Ужас! Ужас! Это намного всё больше объясняет ситуацию! Что нам делать?! Как восстановить её?! — та оглядела трупа. — У меня есть идея, — тише и неуверенно Женя произнесла, будто бы в ней было что-то непреодолимое проклятой девице. Но ради своей любви, она готова! — Какое?! — Пройти измерения… ты будешь в телах других версий тебя. Я тебя отправлю, а ты сама будешь перемещаться, если выполнишь миссию в одной, попадешь в другую. И Палитра оживёт. Яшкина сгорбилась, обдумывала. Если она это не выполнит, она останется в них навечно, супруга неживой будет и дальше, и в этом, своем, она исчезнет и сотрутся все воспоминания про неё у каждого человека. Она сняла кольцо. — Зачем? — озадачилась фея. — Если я пропаду, частичка меня всё ещё останется здесь. Я готова! — Хм, ну ладно. Абракадабра, идёшь на четыре стороны аушек! Бум. Взрыв. Телепортация.

***

Небольшая тяжесть в теле. Последствия перемещение меж пространства, предполагаемо. Уже и не доверяет героиня словечкам. Стоит быть на готове и не раскидываться услышанной новостью о себе всем. Она не наращивала, безусловно, обиду, на то, что координально всё изменилось от ошибки Евгении, и решает возродить призрака обратно, когда провернула путаницы, мечты, переустановление правил над самой матушкой природой. От того, и потушить огонёк, вот здесь ей не следует проворачивать дичь. В априоре, ей надо, в первую очередь, в незнакомом месте сначало ужиться и доверять правильным. Хрипло застонав, чутка вошла в шок от него. Стоял такой низкий тон. Будто и не её сказано. И тут налетел кто-то на неё. Резко, от чего та вскрикнула. — Утренний стояк, мм, кому бы её тебе затмить, а, сыночек? — на том самом месте бугорчике сидел неизвестный, поднакаченный парень. — Ну не пристыжай же ты его, Кирилл, — подключился новый мужской голос. — А чего он в 30 с нами в кровати до сих пор? — шутливо он отозвался, ласкательно побил «её» по животику. Ангелина выпучила глазёнки. Подрыгала ножками. Они стали более жёсткими? Управлять собою стало непривычнее. И растительность на теле больше, уж точно. Привстала, посмотрела вниз. Вместо груди какие-то два плоских квадрата. Нет, она мечтала уменьшить грудь, но не настолько и не таким образом. И в трусах жмётся. Трогает своё личико. Щетина присутствует. Она или, можно начинать говорить, он, лежала в точности такой же кровати, что и в её мире с Викой! Но чувствовалось иначе. Она менее уютная что ли… осмотрел помещение. Интересно, в этом мире получается она Рудольф? Подошёл Рудик к зеркалу. Выше, шире плечи. Воу. Словила краш на себя. — Эй, Люциферушка, я понимаю, что ты красавчик, а работа не ждёт! — огласил словно на весь свет черноволосый. Её так здесь зовут? Необычно. А этот видимо Жека, но как его то звать, если Вика это Кирилл… — Жека прав. Денюжки в сумочку нужны, хотя если пропустишь день, безработной останешься, прямо так, как нам и нужно, — возможно, Кирилл прочитал мысли. И почему у всех всё изменилось, а крестная так и осталась? — Фея, я не успела спросить, а что за миссии я должен найти? — лениво потянулся Люцифер. И не вслушивался в их диалоги о работе. Мальчишки посмеялись. — Я не фея, пфффтрхах… — сдерживался как мог Жеко Кун, — яяЯ… хм… кто я. — Вот тот же вопрос, — поддерживал успокоившийся Кириллчик, — Саш… — ОН ЛЮЦЦИИИК! — Да-да, Люц, у тебя температура? Почему в женском роде разговор? И о том, что Евгеша фея? — Я бы хотел быть Стеллой! Ангелина выпрямилась и пересказывать пережитое не собралась. Здесь она как поняла, их совместная общая жизнь в мужских ролях. Без магии и той суматохи. Как завидует она им. Среди них она вряд-ли узнает о выходе из этого мира. Они не в курсе. Может, найдет чего в путешествие? — Я на работу. — Не, слыш, сын, — скомандовал Жека, — если ты плохо себя ощущаешь, можешь не идти, безработица тоже хороша, налоги не платить можно. — Именно, что надо, — спокойно она ответила, но от смены пола, она походу рявкнула, что молоденький среди них упал от испуга. — Вот это рык льва! Король! — показал он палец вверх на полу. Люцик и ухом не повел на этот одобрительный отзыв от товарища. По телевизору был прогноз погоды. Прохладно. Вероятность дождя есть. Впрочем, в её жизни это не была причиной пропускать работу. Заглянул в шкафчик. Знакомая одежда, разве что побольше размером и жёсткой плотности ткань. И больше вещичек темных оттенков. Юбки и платья превратились в штаны и брюки. А здесь приятно офигела. Хороший плюс. Наряжалась так, что вспотела в самой комнате. По крайней мере, тепло оделась. Взяла рюкзак. Он, к счастью или сожалению, не изменился. Необходимое готово. Развернулась к пацанам. Невинно те ухмыльнулись. И сразу перешли к выпендрежу: «сами собрали!» — Глядите у меня, не будет что-то, обвиню, — пригрозила львица. И ушла. — Может за ним пойти? Он подозрительный, что-то случилось пади. И дом бардачить не хочется, он и так всегда убирается же, как домой приходит, — рассуждал нерешительно и сконфуженно Борисов. — Мне лень, — не согласился с выражением Евгений. И повалил вниз под его возмущенные стоны. Улицы пустуют, пока шла Ангелина в дороге. Внимательно изучала окрестность. Вся проблема заключалась в том, что дома, находящиеся справа раньше, были слева. И так наоборот. И путалась, натыкаясь на тупики или ненужное место. Добралась еле как. Даже отморозила себе свой агрегатный аллигатор — орган. Прибыла на место. Всё сделала как обычно. Не сказать, что она мчится навстречу к разгадкам. Соблюдать бытовые, но изменённые дела… лучше так, чем обрести вновь непонятное и решать. Сидела на стульчике, розетки, вся белеберда, ключи, типичные будни. Людей нет. Зазывать кого? Стала рассматривать свой телефон. Общение в интернете у неё звучат грубее и оскорбительней как-то. Лишь прознала своё поведение, ничего подцепить интересного нельзя. Хотя шутки некоторые заценила. Поржала. О, клиенты. Мамаша и дочь. До их внешнего вида она, конечно, не докопается вслух, а мнение внутри себя скажет. Те сначало пришли играть на соседних точках. Поиграли поиграли, а дочке всё что-то не нравилось или проигрывала. Мамка орала, угрожала, не останавливала суету. Бесят. И они приближаются к ней. О Господи. Такой срач наведут наверное. Сделал злобную мордочку. — Э, мужчина, вы чего так смотрите на мою дочурку чукабабу?! — разозлилась и насторожились женщина в защиту своего чада. — Осуждаю вас, — твердо настоял об этом Люц. Мамаша вошла в такое негодование, рассердилась, щас взорвется. И захотела протестовать. Набрала побольше воздуху, и начнет кричать. А не тут то было. Поперхнулась эта стерва и упала, колобком катаясь по земле, что поверхность как горка стала, наказывая её за всё. И дитятко за неё, принимая вызов веселья, покатилась. Правосудие! Выигрышно улыбнулась ангина. И кто-то тронул её за плечи. Аж перекосило победительницу, что громче мамочки закричала от внезапности. Это был… хозяйка?! И тоже в мужском обличии! — О-ой, здравствуйте хозяин! — тревога скрутила живот ей, и импровизировать придумала, — что такое? — изображает глупую овечку, ага. — Что это было, Люцифер Яшкин? — официальный тон. Всё плохо. Катастрофа. Олеговна избежала контакта с ним. Она и так была страшна, будучи бабенькой. А в бородатом мужике тем более. — Мистер, Вы дурашкин! — нервно он дёрнулся вперёд, — Я Игорь, смело ношу свою фамилию, а вы и оправдать своё родство не можете! Как вы могли оттолкнуть от себя человека и сказать о своем хамском и токсичном отношении к нему?! И они были представительницами слабого пола! Вам не стыдно? Ангелина огорчилась самой себе. Опозорилась. Не любила подводить, какими причинами объясняющими не были. Хотя здесь да… она переборщила и самостоятельно прогнала. Ну не хочется ей с такой возится! Игорь схватил его за запястье и передвинулся так, что их тела были вплотную вместе. Люцифер охерел, что пришлось наклониться назад и отойти. Но всё что, ему удалось, это жёпкой об бассейн держать. — Клянись, что будешь работать здесь навечно! — отдал приказ работодатель. Яшкин и выдавить из себя ни звука от обомления, — клянись! Иначе уволю! Вот это логика. Принуждение, при этом с выбором. Но ни то, ни другое, Олеговичу не нужно сейчас. И предпринял неудачную попытку оттолкнуть. Хозяин дал напора нагрузки на него, оттягивая у того резинку штанов, и просовывая руку внутрь, не переставая держать его, если тот убежит. У Люцика нарастала истерика. Нервы сдавали. Очень страшно. Подкашивались и не слушались дрожащие колени. И двинуться он не может. Так то, он знал, что его наниматель превосходит в силе, но не настолько, что и освободиться никак нельзя. Шершавые пальчики Игорёчка теребили интимную зону, и перешли на ягодицы, сжимая их и поглаживая. Люц сдерживал то, что это было так… занимательно. Особенно, с тем фактом, что у него чувствительное место поменялось на иное. Сжался и выдыхал через нос. И не упустил из виду мейл-Ирина этот знак. И принялся оставлять красные пятна. Надул губки, закрыл глаза, и трепетно потянулся к тому. И ведь вышло у него. Не сдержался Люцифер и ответил. Ибо возник план… люди стали подходить. Хороший способ людей зазывать романтикой! Любят страсти. И их кайф не будет идти долго. От того, что хозяин расслабился, это оказалось шансом. Подставил подножку, затянул ему локти назад и поменял их позиции. Теперь Игорь возле бассейна. И схватил Люцик его волосы, опустил голову в воду, от чего тот задыхался и бултыхался. Для профилактики, он его закинул полностью в бассейн под большой плюх! Кто-то закричал. Это охранник. Ладно, возможно, не будь всех событий, настоящий Люцифер переспал со своим хозяином. Но в нём была Ангелина, что не позволит собою играться! Захватила рюкзак и погнала как можно шустрее. Достала попутно телефон и написала в общую группу в «сем (ь)я». Там была ещё какая-то девочка Вероника, которую все называли Никой. О ней Яшкина узнала из второго чата без неё, что жалеют её из-за пола, это будет не по мужски с их стороны выбрасывать ту, т.к. «оНаЖеДевОчКа». Глупо. Если им не интересно с нею, надо бы скорее об этом поговорить, а не до конца. Ей самой не понравилось тип общения этой Ники. В общем, написала она, что лишилась работы. В ответ поступило сообщение «лол». Вздохнула. Не на эту реакцию надеялась. Перед нею, пока она бежала, появился фиолетовый портал. И, не теряя секунды, помчалась и прыгнула в него. Неужели в этой вселенной была миссия лишь потерять то, что приносит деньги? А может, просто на деле надо искать порталы? Зато быстро управилась и переместиться в остальные, что надо. Пройти сколько надо миров, она не знает, к несчастью. И надеялась их пройти тоже.

***

Ангелина очнулась на столе. Что она тут делала? И она осмотрела. Эта комната в точностью была похожей на её дом. Все эти события были сном? Ей не хотелось в это верить, даже если это было кошмаром. Затраты, силы, любовь, преодолевшие и всё ещё идущие трудности. Аж плакать чуть не стала, пока не отметила, что книги на столе… совершенно не те. Зачитала название из некоторых. Везде что-то о музыке. Она вернулась в прошлое, когда была в музыкалке? А вот и газеты на полках. «теории, что валисисиски живы»; «глупая ведьма надеялась войти в отряд стивов»; «самые слабые колдуны в возрасте 1700536 лет приказаны убить» Она услышала голос и из рук выпали бумаги. — Дочааа! Это была её мама. Ангина не чувствовала к ней радости, что спустя долгое время, что она с нею не виделась — встретились. И что-то подсказывало, что и правильно… потому что Элеонора почему-то была с заострёнными ушами и посохом змейки. Девушка аж отступила, используя одну из книг для битья и защиты от злодейского клона. А может… она взяла её же ушки. Она однажды покупала штучки, похожие на уши эльфов. Но мама… у неё они были будто живыми. От того и мрачнее. — В школу иди! — сказала она, неудивленная поведением дочери. И ушла. А у Ангелины здесь чуть приступ не случился! Но она уже взрослая… какая ещё школа? Уже на третьем курсе находится. Ей пришло уведомление. Телефон подлетел. Она не решилась взять её и лишь попыталась вглядеться в слова. Сверху был ник Жеки. И она написала что-то вроде: «приходи пораньше, вторая перемена самая длинная, мне есть что тебе рассказать ;) «. У неё привстала одна бровь. И подёргалось… ухо? Тронула. Острое. Схватила монстрический смартфон и в камере на фронталке осмотрела себя. Клычки, и как у матери, уши. Оживилась. Вздрогнула, руками махая. И ими она создала магические светящиеся… круги? Она могла и надеяться и думать о мечах, но точно не о них. Остановилась. А из них луч выскочил жёлтый. Они разрушили часть декораций дома. Ужаснулась и попятилась одеться. Лучше не здесь узнавать. Мало ли что сотворит что-нибудь. И убьет кого то рядом. Не не не. Не это хочет. На стульчике висела какая-то форма её размера. Красные лосины, футболка с длинными рукавами, серый сарафан непонятный, плащ и ремешок. Что за странный вкус в одежде у неё тут. Ладно уж, надела их и пошла. Перед выходом, её ноги обвила их домашняя кошечка. Умилилась. Взяла на руки, а она стала деревянным посохом! М-да. Даже она изменилась. Ну ничего, с собой возьмёт. И на улице собралась осматривать её. Гладкое всё. А само животное как египетский тотем. А когда оно выскользнулось и посадила на себя Ангелинку, она ввизгнула и те отправились на небо. В итоге они подлетели вниз наконец таки, ибо у мадамы скрутил живот и потемнело от такого перелёта. Перед неё возник взор на какую-то школу Хексайд. В училище было слышно и издалека, сколькими людьми оно переполнено ученика. Шагами она нацелилась на вход зайти. И из окна заметила Жеку, что махала ей в точно такой же форме и ушами, как у неё. Разве что та была фиолетовая и на их уроке они из парт создавали… слаймы? Только они принимали разные формы. Вот у её подруги например хуй вылез. Не её, безусловно, однако под её созданием. К этому времени сразу же наступил звонок и существа в один миг повыходили из классов. В том числе и феечка, что обняла за шею и стала хвалить: — Ты пришла ко второй переменке как раз! Обычно я тебя просила, ты вообще после уроков сюда приходила, к ночи. Ахах, эта Ангелина здесь приближена к ней настоящей. Примерно так и на пары подходит. — Так что ты мне хотела показать? — Детка, пошли, тише надо… — пальчиком та подозвала идти за нею. Чем дальше они шли, тем меньше народу и уже коридор. И темнее. Пока в целом то не оказались в пустом помещении со слизнями. Они вечно крутились возле пяточек Олеговны и кусали за пятую точку. Ребята подошли к одному из школьного шкафчика и оттуда вывалился… страж? Почему она в броне, маске, такой костюм? И золотая такая. — А теперь бежим, сейчас лак припрется, — напугала всех Евгей и бросила банку. И все ринулись обратно. Правда ангелинка сначало поскакала не в ту сторону, но её подняли и побежали. И пока она находилась на плечах их, она проговорила следующее: — А кто этот страж? И сидела там? И молчаливая. — Это золотой страж, во первых, а во вторых, я её украла, и в третьих, под маской у неё кляп, — на всё ответила она совершенно спокойно, словно это что-то обыденное. И трое забежали в комнату наказаний. Вырубили там мужлана и присели, — фух, здесь моя жена меня не найдет. Незнакомый страж спустила с себя капюшон и маску, выплевывая со рта кляп. — А, я его не зацепила тебе, а просто вставила? — Да. — ответила она. И тут Ангелина поняла, что это всё та же ее любимая палитра! Как её мечтала увидеть в привычном состоянии. А то от слабоумии с отвагой, заскучаться можно. — Вика? — переспросила неверещая голубоглазка. — О, так вы знакомы? А я вас уже знакомить и сватать хотела! — хлопнула тех влюбленных по спине Женя. — Мы не знаем, — косо насторожилась шатенка, — вы из семьи Блайт? Я не всех запоминаю на ярмарках и в особых днях. — Что… да нет! — судорожно улыбнулась ангина, — случайно узнала. — И откуда же у Вас эта информация? — опасливо хотела узнать что за неладное. — Ой, Палитрушка, не волнисись, она нам нужна для твоего же блага, относиська с ней также, как со мной, вы поладите и даже выглядите как пара, — подмигнула Жека. — И я ещё не согласилась на ваш план, — услышала их перешептывание Ангелина, — о чем вы? — Ах да, сейчас расскажу… Дело произошло около трёх часов назад. Жека прогуливалась вдалеке от своего дома, лес и так изучен вплоть до самих обитателей букашек там. И заплела на неизученную зону. Именно в то место, куда забралась она, карта перестала работать, отключаясь и ломаясь от большого использования опасной магии поблизости, что и связь начинает рушиться. Да и о подобном участке никакие жители не были в курсе. Надо было ей узнать, что за чудо здесь обитает, что о нём никто не знает. Переступила на порог, как шелест листвы пронесся сзади. И это было вовсе не соприкосновения ветра и кустов с листьями. Совсем здесь глухо никого. Получается, всё же зверь здесь есть. Направила мерзопакости куда-то, что собрались взорвать ту область. Возник писк, а после и какая-то ведьма, вышедшая оттуда, не желая оказаться мертвой. Инстинкт самосохранения появился раньше логики, что могла защититься и своим заряженным орудием. И как пришло осознание, посох откинулся вдаль, а к ней приблизились. Рефлектно золотая стражница оттолкнула от себя кого-то, разозлившись побежала биться, доставая из карманов кусочки бумажек с нарисованными шнягами, нажимая, а из них вываливались огненные шары, подрывая и сжигая всё на своём пути. Женька, однозначно, опешила, видя пред собою дикую магию, особенно от того, что её использует императорский гвард. Самый главный ковен, что против её, пользуются ею. Уму не постижимо! Из земли вышла рука мерзости, что схватило и не отпускало стража, что вырывался из хватки. — Эй, успокойся, — нашлась, блин, успокольщик. — Ты! Что тебе надо, преступница?! — разъяренно требовала объяснений Гвардейка, — а, оу. Ты школьница Хексайда? Форма их… ты чего здесь находишься? Тут опасно! — Опасно использовать незаконную магию, — хохотнула брюнетка, что нарадоваться не могла того, что поймала саму капитаншу самой крупной армии! — Ха, тебе показалось, ведь я… — Предательница! — крикнул какой-то стрёмный, противный голос. Это опять девушка со схожим дизайном одежды, как у нападательницы. — Погоди! — Стражница протянула рукой сквозь жижу мерзости, но той сучки и не оказалось. Испарилась, — нет нет нет нет! Обескураженно, та отрезвленно разочаровалась, сдаваясь в лапы какого-то тринадцатилетки. Ну всё, накосячила и спалилась, теперь выкинут с работы. — Эй? Кто она была? Почему у тебя такой вид? Разве в замке ты не почетная? Тебя не должны так легко уволить! — закидала вопросами Жека. Ей покачали в отказе. — Недавно, как выяснилось… я не настоящая наследница Императора. У него есть внучка. Её местоположение не нашли. Но то, что она на кипящих островах это точно, — её тело чуть дёрнулось, — так что малейшая оплошность может привести к беде. А сейчас беда похуже. Запретная магия. Меня казнят. — А откуда ты, впринципе, узнала как пользоваться ей? — В одних из буднях на задании… я увидела девушку, забирающую мои бананы. Я бросилась, а она кинула… глифы что ли. И победила. Забрала мои запасы. И не в этом дело, — Золотце замкнулась, давая мини отдых своей речи от трудностей будущего, что за последствия ожидают, — этот тип… впервые вижу. Я решила изучить и применять… ну и вот… — Подождите… ты это узнала 20 сентября? — Да?.. — Пизда. Короче, Ангелина ведь тоже так пользуется магией иногда. И никто другой так, как я знаю, не делает. Не знала, что этот вид является диким. И в понедельник на прошлой недели она пришла в школу с бананами… что-то тут не чисто, — Муд застыла в раздумьях. — Мне не интересны жизни разбойниц. Я всё ещё почтительная Золотая Стражница и мне нужно думать о том, как Император… — не успела договорить наша любименькая девочка, ей закрыли рот чем-то, засунули в рюкзак и убегают, оставляя посох в том же недоступном охраняемом месте, забывая о нем вовсе. — Тебя вешают на постеры, оглавляя злодейкой, знаешь ли, не думаю, что этот старый пердун дед достоин твоего уважения, — хмыкнула черноглазая, приближаясь бегством к И вернёмся к нынешнему времени. — О-бал-деть, — уже заметна реакция Ангелины. — И, о, хей! Палитра, у тебя фотография упала, подними, я нагибаться а то не собираюсь, а ты в этом спец, — рассмеялся альфа. Ермакова закатила глаза и присела разглядывать выпавшую вещь. И здесь… маленькая версия ведьмы, что было изображена в точностью копией похожа на новую знакомую. Её шоку не было предела. Это и есть наследница престола?! У неё есть шанс искупиться, благодаря этой находке! Конечно, не быть снова ей Гвардой, зато заголовки по поводу вознаграждение за её убийство уберут! — о Титан, я сама атеист, однако где ты взяла детку Ангилинушку?! Авв, она такая лапочка в прошлом! — Стой, Жека… нам нужно уйти отсюда. Срочно. И ты, как там тебя… уходим, — суровым тоном рассказала Палетка и подошла к доске, вырисовывая квадрат. Просунулась внутрь и позвала за собою. — Ангелину нужно показать императору. — Твоё служение к нему до сих пор есть, когда он тебя уволил? — скептически отнеслась Жека к этим мыслям. Не хочет свою детку отдавать мужлану. Шипперить то шипперить ее с кем-то, а отдавать на попечение… фу. Не хочется и представлять такие сцены. — Стивы стали яростнее обшаривать. Меня ещё не кикнули из чата с ними, моей сестрой и императором. Последние два приказали хоть насильно забрать тебя. Возможно, они уже прознали, где ты есть, — обшаривая двери, говорила Виктория, — а мне… надо возобновить статус. Я хочу вернуться. Мне некуда будет пойти… — А я тебе не гожусь в качестве домика? — флиртовать стала фиолетовенькая. — Нет желания жить на ветках. — А если Ангелина станет наследницей, то сможет сама тебя вернуть! — Поэтому для этого нужно и вернуть её. Все же, это её реальное предназначение, а не моё… Грусть поплылась в атмосфере. Ей внушали всю юность, отдавали самое драгоценное ей, занимались тренировками, и дарили самое лучшее, затраты на бытовые материалы дарились ей, ведь была последней родственницей деда. До тех пор, пока не раскрылось настоящее. Ангелина почувствовала себя некомфортно. Безумно стало жаль стражницу, пускай и ничего не знала, но поняла всю сложность ситуации. А вот Жека не поняла, зараза какая. Не знает толк в эмоциях. — Ок, о, зырьте, эта дверь проход в лабиринт, и его геолокация в дворце! Омежечка, ты знаешь как через него пройти? — обратилась она к золотой. — Э? Не знаю, нужно зайти… И зашли. Кирпичи, зелёные лианы заполнили стены, неприятный и мерзкий запах, пыльно. — Здесь два прохода… нужно разделиться, — предложила Женечка. — В хорорах доказано, что разделяться нельзя, — вдруг вмешалась Яшкина, что до их разговоров и словечка не сказала. — Хороры? Что это? — поинтересовалась Борисов. — Ты странно ведёшь себя, милая моя. Ты заболела? — и что же все намекают на её болезнь непонятную? — лучше, чтобы не заразиться, я с палитрой пойду вперёд, а ты вправо. Ангелина насупилась, огорчилась такому отстранению, но помыслив чуточку, кивнула и пошла туда, куда указали. Девочки печально опрокинули взгляды и тоже ушли своей дорогой. Интересно, как долго наша героиня будет здесь находиться? Как она понимает, тут реальность изменена на подобную фэнтези. Все таки, это лучше секса с хозяйкой с хуями. А что, если они вляпается и не выберется, застрянет навечно? Ей может и нравятся здешние её подружайки, но это не те, кого бы она хотела видеть. Наверное, это работает у всех остальных версий, что любят они друг друга, а не похожих на них, людей. Раздумывала, ходила недолго. И резко дизайн коридора изменился на более приличный. А вот и лестница наверх. Ей предстоит встреча с могущественным царём. Невежественной показаться нельзя. Возможно, а есть и высокая гарантия, что это и есть задание в этом мире. Провалится не стоит. Это только её заботит. Она пришла в такой зал просторный, большущий, но закрытый этим золотом, величественными предметами, интерьер дизайна барокко. Низкий, бархатный и эховый голос заполнил пространство. Все входы заперлись, а из откуда не возьмись, появился старый мужчина, в чьем образе одежды, от его костюма невозможно прознать его эмоции и внешность. Подобно кошке, девушка тихо зашипела этот выкрутасам. — Я думал тебя встретить самому. А ты сама ко мне явилась. — Ой, дедуля, знал бы ты, как я тебе не уважаю, — отмахнулась Ангелина, — такие глупости наделал похуже дитя в правлении. — А тебе бы мне ли учить? Ты чего такая борзая? Ты знаешь, что я могу и кинуть тебя в тюрягу. — И кирпичи таскать даже там? Пфф, не. — А вот и проведенный тест уже, — съязвил царь, заставляя вторую слегка недоумевать, — у нас здесь нет понятия тюрьмы и работы в строительстве. Откуда ты? Душа сжалась. Хотелось рассказать подробнее тому, кто раскусил тебя и скрывать не пришлось. — Что? Не знаю, о чем речь. — Знаааешь. Мне бы твоего способа узнать, как этими порталами пользоваться, — нагнулся и прошептал совсем не согревающе этот мужик. — Это нельзя разглашать. — Но можно красть чужие личности? Это разве благо? Ты изменяешь дальнейшее развитие и исход событии творишь не в то русло. А ведь в их изначальному версии, так быть не должно. Ты представляешь, то как им требуется больше, чем достаточно времени, лишь дабы привыкнуть? — Я это делаю для важного человека, я готова пожертвовать всем, ради неё… — признала то, что она творит не по своей воле. — Поэтому она и не будет рада, что ты причиняла вред остальным, что повторно разгребают кашу, — змеино оглушил Император, — вступи ко мне сама, именно ты из другого мира. Твои знания и умения пригодятся. Незнайки и в помине не годятся. Ты станешь сильной ведьмой и займешь мое положение. — Нет, — настояла на этом вердикте она, — это не моя роль! Если ты боишься, то бери к себе обратно Золотого стража на работу и даже повысить должность требуется! И скинула миллиарды идеальных глифов в воздух, хлопая в каждую из них, отвлекая и убегая обратно в тот лабиринт. И по пути, пошла там, где должны быть двое её друзей. И что она видит? Их пригвоздили как-то. Набравшись смелости, она обратила внимание подчинённых рабов к себе. Но и те не успели отреагировать на появление чудо женщины. И были атакованы. Намечалась драка. Правда, мы не станем описывать, как она прошла, потому что автор дебил и хочет спать. Произошло великое и не всем подвластное излучение из её посоха и все стали под гипнозом. Приказывать им что-то не удавалось, ибо они были как зомби и работоспособность мала. Схватила ведьм и айда выбираться из злополучного жуткого места. И как они перенеслись в безопасное убежище, Палитра заговорила: — Ты… нагрубила императору? — Ну да, а что? — Мне так жаль, что нас не оказалось рядом! Но почему ты это сделала?! Он же должен был переименовать как всё, второй он! — Это… личное, — пристыдилась ангина. — Всем в мозг императорским поступила информация, что тебя… теперь хотят прикончить. — Боже, мне надоел этот цирк, — разгневалась Жека, — мы идём сами убивать его. — Так вас двоих войска сами легко обезоружили… — Это не одно и тоже. Приступаем! И на следующий день, Ангелина сидела на железном стуле, зацепленная ремешками. Перед нею дед с пультом и злая сестра. — Операцию можно начать, через… 3… 2… — диктовала Полина, пока ей в голову не врезалось яйцо, что упало ей глубоко внутрь в дырку уха и та кричала. Император обезопасил себя, забывая о своем преданном магу, что отчаянно ему служит. В общем, ни того, ни другого не жалко. Ворвалось в помещение отряд родителей-подростков, начавшие устроить беспредел и не контролируя силы, закидывать все изученные техники магии в него. Или даже обычные бросания штуками делали. И ведь у них то получалось хорошо окружить его, не позволяя тому от старчества что-то сделать. В его рот запихивали бананы, в зрачки тыкали длиннющими ногтями без маникюра, в нос запихнули кам, и сопли приняли совсем другую форму, пинали по бокам, сжимали, как арбуз, его череп. — О да! Мухаха! — злобный смех Жеки. — Стоп… Ангелина, ты как? — повернулась Вика узнать состояние её. И в горло поступил ком, и дёрнулся голос, а ручьями всё полилось из глаз. Она лежит бессознания?! Как они могли не заметить, что пульт… сработал. Взглянули на двух этих охеревших тварей. В деда выстрельнули. Полину пожалели жизнью и выгнали проживать на территории червей, на подобии хути. Да чтоб там с ума сошла! — Детка?! Проснись, детка! Ты жива?! В порядке?! — хотела оклемать, достучаться и пробудить солнце сами знаете кто, — не бросай нас! Детка… Мы без тебя не сможем, ты нужна нам! — Подожди, я где-то из книги вычитала, что можно так вот сделать, — присела на уровне с Ангелиной, Алексеевна развязала её и чуть приобняв, прошептала, — мы… тебя… любим. Сработало! Ангелина действительно слабо стала дышать, управляя своим телом еле как, забывая, как и встать. — Детка, не пугай нас так больше! Палитрюнечка еле как достала из того света, — бикнула Жекочка по носику выжевшей. — Не так уж и сложно это было, — постеснялась лечебница. — Ч-что произошло? — всё же обеспокоилась Яшкина. — Ооо, много что! А ещё, отныне президент Палитра, раз дед откинулся. — Пф, неплохо.

***

Восемнадцатилетняя, что убили, некоторое время видела темноту и шум. И когда он превратился, она попала обратно к себе. А значит, настоящая она там снова стала собою. Ангелина зыркнула на окружение. Мало ли куда опять попала. Смотрит, а там её невестка попивает чайку с крестной! — Что?! Это был сон?! Палитра не умирала?! — Умерла от твоей поцелуя, но я потом вспомнила, что как-то написала книгу, как воскресить человека, и потеряла его. Вспомнила и по инструкции вернули, — истолковала такой мини рассказ Евгения, от чего волосы путешественницы дыбом встали. — Я переживала! А ты оказывается и так могла её вернуть?! — Ну, тебе же наверняка понравилось там. Можем ещё куда-то отправить, — порекомендовала она, от чего принцесса мягко улыбнулась, тоже радуясь прибытию жены, — ты с таким уверием, что не вернёшься. Сквозь твой обморок видели. Ангелина надулась, оскорбилась, обиделась и рассердилась! Злой походкой пошла к выходу. — Не злись! Все равно же всё обошлось! — умильнулась Женя с того, что на неё зла такая пупсик. Виктория тихо пошла следом. — Моя любовь, всё хорошо… — остановила она её, поправляя и заглаживая той прическу. — Знаю, но она такое творит! Аргх… — А где твоё кольцо? — Оно вроде должно быть в комнате, не? — смутилась героиня. И сомнительно поплелась с расспросами у феи. — Упс! Я его вместе с тобою кинула туда! Придется идти обратно! — ЖЕКААААААААА!