POP's

      Чонин стоял у черного выхода в клуб, выдыхая сладкие клубы дыма. Ветер развивал его темные локоны. Стрижка «малет» была в моде, ровно, как и IQOS. А его начальник любил все новое и модное. Ким всегда шел в ногу со временем, ему нравилось хоть что-то менять в своей жизни. С 15 лет все шло ровно и размерено, и лишь новинки, придуманные и созданные молодежью раскрашивали его серые будни. Хотя… серой его жизнь не назовешь. Бесконечные тусовки, шикарные костюмы, богатые клиенты… это была его работа – быть эскортом.       Сделав последнюю затяжку, он бросил стик в мусорный контейнер, стоявший у стены и дернул ручку двери.       - Черт, - выругался он, осознав, что забыл выдвинуть щеколду, чтобы дверь не захлопнулась.       Медленно, на высоких каблуках, он шагал по переулку, свет лился лишь из оконного проема верхнего этажа, тускло освещая путь. Экстравагантный прикид и макияж привлек внимание проходившей мимо девушки, как только Чонин завернул за угол по направлению к главному входу.       Вывеска «POP’s» горела ярким неоном, переливы розового, голубого и желтого даже резали глаза, но парень привык. Эту вывеску он видел каждый день на протяжении последних 13 лет и 7 месяцев.       - Ким Чонин, - с искренним удивлением в голосе окликнул его кто-то, как только парень подошел ко входу.       Его многие знали в этом городе, особенно в этом районе. Здесь он был звездой! Шикарный высокий мужчина (да, уже давно мужчина) со смуглой гладкой кожей, безупречными бедрами и сладкими губами. Ох, эти губы испробовало не мало.       Ким обернулся и попытался скрыть удивление за холодным призрением. В свое время в клубе ему дали прозвище за такой взгляд – Кай. Имя мальчика из сказки про Снежную Королеву ему очень подходило. Но на самом деле он таким не был, он был робким, нежным и добрым…по крайней мере раньше. Возможно человек, стоявший напротив него таким его и помнил, потому что виделись они последний раз 13 лет и 9 месяцев назад.       Чонин молчал. Его «брат» тоже. Не дождавшись никаких действий Ким просто продолжил свой путь назад в клуб. Скоро была его очередь выступать.       - Ты так и уйдешь? – его резко схватили за руку.       Воспоминания нахлынули на него обжигающей ледяной водой. Он одернул руку.       - У меня работа, - он даже не обернулся и вошел внутрь.

˜”*°•..•°*”˜

      До Кенсу прогуливался по окрестностям уже давно забытого родного города.       Он остановился у яркой неоновой вывески, похожей на название какой-то забегаловки. Рассматривая ее ему очень захотелось есть, в животе заурчало, во рту начала выделяться слюна. Если честно, он не ел толком уже почти 2 дня. Кофе с шоколадным мафином, съеденным сегодня утром, он не считал едой вовсе. После похорон отца, которые прошли вчера, ему хотелось вновь погрузиться в знакомую обстановку. Но знакомой ее точно нельзя было назвать. Хотя скорее, он хотел погрузиться в воспоминания, единственное, что у него оставалось от первой любви.       У входа в заведение появился высокий темноволосый парень, одетый в блестящий, кажется красный, костюм без рубашки и на высоких каблуках. На мгновение Кенсу застыл, боясь, что он не обознался.       - Ким Чонин, - бросил он громко удивленным тоном.       Его встретило холодное призрение длинных ресниц, черной подводки и самых невероятно ослепительных глаз во вселенной. Эти глаза он помнил всю жизнь, они снились ему каждую ночь, он любил их…безмерно! Как и того, кто был их обладателем.       Но ТАКОГО он не ожидал увидеть даже в самом страшном кошмаре. Казалось прошла вечность, прежде чем Ким Чонин, его Ким Чонин (хотя в этом он уже сомневался на 89%), продолжил свой путь в заведение, которое теперь Кенсу совсем не казалось забегаловкой с молочными коктейлями и картошкой фри.       - Ты так и уйдешь?       Не осознав своих действий парень сорвался с места и за долю секунды схватил Кима за руку. Его кожа был очень нежной и гладкой, такой горячей. От него пахло чем-то сладким, вроде ягод, и кажется текилой.       Чонин что-то ответил, но До не слушал его. Кожа и запах больше не были в поле его внимания. Чонин уже зашел внутрь. Рука застыла, дыхание замедлилось, а сердце начало пропускать удары. О не мог понять, как так вышло. Хотя, чего уж обманывать самого себя, все он прекрасно знал. Прошло уже почти 14 лет с тех пор, как они виделись в последний раз. Все было плохо для До Кенсу, которому было 17 и который хотел уехать от тирана отца, избивавшего его и мачеху. Для Ким Чонина, только потерявшего родителей, который был младше его, это было хуже в миллион раз.       Кенсу медленно потянулся к ручке двери и вошел внутрь. Издалека доносилась легкая музыка, вроде джаза или кантри, коридор был узким и обшит красным бархатом, внутрь вела прямая лестница, делавшая резкий поворот где-то вверху. С каждым шагом музыка становилось громче, но он ее слышал все меньше. Мысли бегали из угла в угол. В голове была паника, нет, страх. Он боялся, боялся того что мог сейчас увидеть. Шаги стали быстрее и ближе к повороту он уже перешел на бег.       Лестница так быстро закончилась, что Кенсу даже не осознал, что врезался в кого-то. Музыка сменилась, До поднял голову. Путь ему перегородил мужчина примерно в два раза выше и шире него самого. На нем была черная футболка с надписью «Securiti» и черные солнцезащитные очки. Зачем вообще и в без того темном помещение носить темные очки? Он никогда этого не понимал.       - 45 долларов вход, - басистым голосом ознакомили его с местными расценками.       - Карточкой?       Громила нацепил Кенсу на запястье черный бумажный браслет.       - Оплатишь у барной стойки, тебе поменяют браслет, если этого не сделаешь, будешь отрабатывать натурой, - на последней фразе мужчина повысил тон и приблизился к его лицу. До нервно сглотнул и кивнул. Да кто же в здравом уме подумает ослушаться?!       Путь был свободен. Кенсу отодвинул бархатные плотные шторы и на него резко нахлынули звуки аплодисментов, сексуальная музыка и запах элитного алкоголя. Дорого же ему обойдется узнать что стало с Ким Чонином. Зал был полон, многочисленные столики были заняты и мужчинами, и женщинами в элегантных костюмах и платьях. Обслуживающий персонал двигался меж столиков с невероятной быстротой и ловкостью, расставляя бокалы, легкие закуски и принимая заказы. Сцена светилась в софитах и на ней, сексуально двигаясь телом, танцевал он.       Ким Чонин всегда был хорош по части танцев. В детстве родители водили его в балетную студию, а когда он стал его «братом» отец посчитал, что глупо заниматься парню бабскими танцульками. За желание и даже попытки сбежать в балетный класс Чонина неоднократно избивали всем, что попадалось под руку.       Кенсу подошел к барной стойке и присел на свободный стул в самом центре. Бармен предложил водки и До согласился. Он редко пил, только когда совсем было тяжко. Возможно он избегал алкоголя из-за вечно пьющего отца и мачехи, которая напивалась лишь для того, чтобы не чувствовать боли. Сейчас был именно тот момент, когда нужно было выпить, много выпить. Кенсу оплатил входной билет и ему поменяли черный браслет на красный из блесток, в тон костюма Ким Чонина, а точнее сказать - часть костюма. Пиджак полетел куда-то в толпу, когда Кенсу выполнил все свои денежные обязательства перед барменом. Довольная толпа взвизгнула и по лицу Кима растеклась довольная улыбка. Неосознанно Кенсу тоже улыбнулся.       - Понравился? – к барной стойке подошла невысокая девушка с длинными розовыми волосами. – Пока что он свободен на эту ночь, но после такого, - она обвела зал рукой, усыпанной витиеватыми татуировками, - его расхватают как горячие пирожки на прилавке самой известной и элитной французской пекарне.       - Сколько? – спросил Кенсу. Он интересовался не тем, чем могли интересоваться другие в этом зале. На самом деле ему была даже противна сама мысль о сексе за деньги.       - 800 баксов дорогуша.       У Кенсу отвисла челюсть.       - Чего ты ожидал, пупсик, его тело самое востребованное в этом городе. Какой товар, такая и цена.       Повисло молчание, Кенсу бросил взор на сцену. Чонин уже стоял в одних плавках, штаны перетягивали в споре какие-то парни в самом дальнем углу зала.       - Карточкой?       Девушка позвала бармена.       - Учти, сладенький, мы закрываемся в 2 ночи, затем он твой до 8 утра. Есть ряд ограничений – никаких повреждений кожных покровов! Мы ценим чистую кожу этого шоколадного похитителя сердец. Нужно подписать договорчик, ты несешь полную ответственность за его сохранность и отсутствие даже возможности заразить венерическими заболеваниями.       Кенсу не вчитывался в суть договора и просто поставил подпись. Он не собирался ничего делать с Кимом, ему нужно было просто время.       - Отлично котенок, - девушка протянула ему ключ-карту, - это от номера в отеле неподалеку, он забронирован нами только для Кая и его клиентов, там есть все необходимое для отличного время препровождения. Ты можешь дождаться его здесь, либо в номере, я ему сообщу.       До кивнул и направился в сторону выхода. Он не хотел скандала в этом заведении. Лучше будет встретить его в уединенном месте. Хотя, возможно его встретят таким же холодным презрением и просто выполнят свою работу. Кенсу осознал, что на самом деле очень сильно хотел Ким Чонина. Особенно сейчас, когда тот был так горяч. Но он хотел не просто секса, он хотел его себе, вернуть его в свою жизнь, хоть и прошло почти 14 лет…

˜”*°•..•°*”˜

      Зал заливало громкими разговорами, смехом, звоном бокалов, сигаретным дымом и сексом. Помещение просто ломилось от бушующих в воздухе гормонов. Чонина провожали к барной стойке пожирающими взглядами.       Бармен уже наливал ему в бокал виски. Говорить ничего не нужно было. Казалось все здесь подчинялось ему.       - Погоди малыш, - Рэми положила ладонь ему на руку, преграждая возможность почувствовать прохладу и крепость напитка, - твоя работа еще не закончена...       Чонин тяжело вздохнул и поставил бокал на деревянную столешницу.       Он вернулся в гримерку лишь для того, что бы сменить каблуки на высокие ботинки на шнуровке и взять сумку.       Отель который регулярно бронировали для его клиентов находился неподалёку, поэтому брать машину смысла не было. Уже на автомате Чонин приветливо кивнул парню на ресепшене, совсем не удивившемуся его внешнему виду, зашел в лифт, нажал на нужную кнопку не опуская взгляда на панель. Пока лифт медленно поднимался, Ким задумался.       Почему сейчас? Он был очень ошарашен встречей с Кенсу, но это естественно. Сын бы не смог не приехать на похороны родного отца, а вот Чонину там делать было абсолютно нечего. В Чонине вспыхнули воспоминания прошлого, пробудившие и возбуждение. Отчасти ему было противно от этих мыслей, а с другой стороны, было бы неплохо трахнуть плод своих фантазий сейчас, когда он научился разным штучкам.       Дверь лифта открылась и, шагая по коридору, парень начал рыться в сумке в поиске ключ-карты. Ручка двери поддалась под напором и Чонину в лицо ударила прохлада и сладковатый аромат мужского парфюма. Бросив сумку и обувь в маленькой прихожей он медленно зашагал в комнату, минуя большую гостиную с диваном и телевизором.       - Прости что заставил ждать, - он не обращался по имени потому что не знал кто его мог ждать, да и ему было все равно. Это была работа, приносящая и отличный доход, и удовольствие.       Он остановился в дверях, сжав ручку. Кенсу сидел на краю кровати с помятым лицом и взъерошенными волосами, простынь кровати была немного скомкана. Кажется, он уснул в ожидании. Чонин не мог промолвить ни слова, не мог даже сдвинуться с места. Ему стоило большого усилия взять себя в руки. Он натянул на себя маску легкой игривости вперемешку с заинтересованностью и полнейшим отстранением от реальности. Он долго практиковался в этом, но все же, благодаря такому выражению лица ему было проще распрощаться с некоторыми постоянными клиентами, которые начинали трогать его хрупкое сломанное сердце.       - Кажется, ты даже задремал, - он нежно провел пальцами по скуле Кенсу, от чего парень напрягся. - Мне нужно принять душ, буквально минут 10. Если хочешь, можешь присоединиться!       Ким подмигнул и направился за дверь по правую сторону от кровати. Закрывать он ее не стал, оставил небольшой просвет. Кенсу перекосило от напряжения. Он не знал, намеренно он это сделал именно для него или же это было обычным делом. Вспомнив его лицо на улице, он понял, что все-таки второй вариант больше подходил.       До естественно не присоединился. Его начало трясти, он нервно мял пальцы не сдвинувшись с кровати ни на дюйм. Ужасно захотелось пригубить еще пару стаканчиков чего-нибудь крепкого и его взгляд упал на трюмо у стены, на котором красовался графин с темной янтарной жидкостью и пара бокалов. Из ванны доносились только звуки включенного душа.       К тому моменту как Чонин появился в дверном проеме абсолютно голый, Кенсу полностью осушил графин. Его немного шатало, он расслабился и уже смотрел на Чонина с легко опьяневшей улыбкой. Чонин сглотнул увидев плод своих фантазий в таком состоянии. Вообще, насколько помнил Ким, старший обещал никогда не пить, потому что всегда боялся стать таким же, как отец. Кенсу же со своей стороны просто млел от вида голого, слегка мокрого торса, напряженного члена и стройных ног.       - Что же ты так, - улыбаясь подошел к старшему Чонин и глотнул из бокала остатки напитка. Его пальцы легко коснулись Кенсу и тот застонал.       Чонин сам не понял, как так произошло, но Кенсу резво впился в его губы страстно их посасывая. Чонин отвечал ему спокойно, не противясь, желание все распалялось в нем, когда они вместе упали на кровать и Кенсу придавил его своим горячим телом. Чонин резким движением перевернул их обоих и оказался сверху. Отрываясь от его губ, он оседлал его как наездник и выпрямился. Из глаз Кенсу текли слезы и он жадно смотрел в глаза младшему.       - В чем дело? - с легким испугом спросил Ким.       - Просто ничего не говори, давай сделаем это...       Глядя в глаза До, младший понял, что сейчас, как бы они оба ни хотели остановится, они не смогут. Их желание томилось в заперти почти 14 лет, воспоминания пожирали обоих. Хоть Чонин и осознавал, что теперь от его сердца не останется ни пылинки, он хотел старшего здесь и сейчас.       Чонин медленно слез, расстегнул ширинку штанов Кенсу и положил член себе в рот. Кенсу почувствовал, как твердеет с каждым погружением в рот младшего. Он сжал простыни пальцами и закрыл глаза. Его желание было настолько сильным, что как только язык Кима очертил на пенисе круг, До кончил ему прямо на лицо. Щеки залило краской, когда Чонин поднялся. Но казалось, ему было наплевать, он выдвинул средний ящик трюмо и достал оттуда пачку салфеток, прошёлся по лицу, и выбросил их в урну.       - Продолжим, - игриво улыбнулся Чонин и снова оседлал Кенсу. Он медленно расстегнул рубашку не сводя взгляда с его глаз.       Кенсу был опьянен. Нет, не алкоголем, а Чонином. Настолько был поглощён его великолепным видом, что даже не заметил, как младший погрузил его член внутрь себя и начал медленно двигать бедрами. Кенсу поднял тело на локтях и стянул рубашку. Ловким движением он принял сидячее положение, обхватив стройную талию Чонина. Его губы потянулись к нему и они слились в страстном поцелуе. Спустя мгновение Чонин оказался на животе, а Кенсу безудержно входил и выходил убыстряя темп.       - Ударь меня, - на секунду Кенсу замер и шлепнул Чонина по влажным от пота и спермы бедрам. Из Кима вырывался громкий стон и Кенсу это безумно понравилось. Он растворился в Чонине.       Настолько, что не хотел ничего на свете кроме него, каждую секунду, постоянно.       Чонин проснулся посреди ночи от того, что ему стало не выносимо жарко. Кенсу обнимал его рукой, уткнувшись носом в плечо. Его светлая кожа даже в лучах раннего утреннего солнца резко контрастировала с кожей Чонина. Младший аккуратно убрал руку и сел на кровати. В голове крутились воспоминания минувший ночи и Ким понял, что улыбается. Нет. Ему нельзя было быть счастливым с тем, кто бросил его и разбил его сердце на куски. А если учесть, что сделал сам Чонин...       Он медленно поднялся и бросил взгляд на Кенсу. Старший не шевелился и тихонько сопел.       Ким направился в ванну привести себя в порядок. Время препровождения истекало и Чонину нужно было покинуть комнату как можно скорее. Не только потому, что Рэми запрещала, а еще потому, что он боялся разговоров, на которые мог рассчитывать Кенсу. Приняв душ, он надел легкий светлый свитер с длинными рукавами и джинсы, которые лежали в комоде. Он хотел уже двинуться в сторону выхода, как его позвал старший.       - Ты решил уйти вот так?       Чонин обернулся и увидел разгневанное лицо До.       - А чего ты ожидал? - Ким снова натянул маску безразличия.       - Я хочу поговорить с тобой.       - Нам не о чем с тобой разговаривать...       Чонин направился в сторону коридора. Схватив сумку и ботинки, он вышел в коридор. Лифт ехал слишком медленно.       - Нам есть о чем поговорить, - резко развернул его за плечо Кенсу. На нем был халат.       - Хоть у меня сегодня и выходной, я не собираюсь тратить его на тебя.       - Почему ты так резок? Ночью же было все так...прекрасно.       - Я выполнял свою работу и ничего более.       Кенсу отшатнулся будто от пощёчины. Он отступил, позволяя лифту увезти Кима вниз. Его сердце треснуло, боль сдавила грудь и Кенсу задержал дыхание, чтобы успокоиться. Он так любил его и хотел ему сказать это, но кажется, Чонин не разделял с ним эти чувства.

˜”*°•..•°*”˜

      Ким сидел в своей любимой кофейне и смотрел на улицу через прозрачное окно. Точнее так казалось. На самом деле парень погрузился в мысли о далеком прошлом и неминуемом будущем. Возможно Кенсу попытается найти его и поговорить. А о чем им можно разговаривать? Да и нужно ли это вообще им обоим.       Чонин мечтал о спокойной жизни, даже не о той, в которой он сейчас. Он всегда мечтал преподавать танцы в колледже или университет для таких же как он - страстных и любящих свое дело. Но жизнь повела его по пути, который ему навязали в детстве. Теперь же, этого была его настоящая жизнь. Она ему даже нравилась, но иногда он углублялся в мысли о светлом, позволяющие пережить всю ту боль, которую испытывала его душа.       Его вырвал из мыслей отвратительный звук движущегося по кафелю стула и он повернул голову. Кенсу сел напротив с кружкой кофе. Он осмотрел на Чонина и заметил на руке один из браслетов, которые подарил ему перед отъездом.       - В клубе мне рассказали, где ты проводишь свободное время.       - Нужно будет поговорить потом с Феликсом об этом. Что тебе нужно?       - Если ты в городе, почему не был на похоронах?       Ким замер. Через мгновение он расслабился и откинулся на спинку стула.       - А я должен отвечать? Он получил то, что заслужил...       - Почему ты так говоришь?       Кенсу не дождался ответа, на его мобильник позвонили. Полицейский на том конце провода сообщил, что возможно смерть его отца была не случайной, они нашли в одежде золотой браслет с подвеской. Судя по описанию Кенсу знал, кому он принадлежал. Чонин смотрел на него с отвращением, пока Кенсу слушал пояснения полицейского. Он перебирал в мыслях все возможные варианты и не отрывал взгляда от руки младшего.       - Ты все еще носишь мой браслет, - безразлично сказал Кенсу, положив мобильник обратно в карман, - только чего-то не хватает.       Чонин снова напрягся, быстро поднялся и вышел на улицу. Кенсу догнал его и схватил за руку.       - Ты убил нашего отца? - Кенсу не мог поверить тому что сказал.       - Твоего отца, - он сделал ударение на первом слове и растянул лицо в отвращении. Кенсу не понимал почему. Что случилось после того, как он сбежал? Он звонил родителям раз в несколько недель и они говорили что у них все отлично, Чонин говорил что все отлично и они счастливы.       - Хочешь, можешь сдать меня полиции, - Чонин говорил это с таким спокойствием. Он закурил. - Либо никогда и никому не говори об этом... В любом случае - исчезни из моей жизни раз и навсегда! Ким медленно развернулся выдыхая сладкий дым табака До в лицо. Он знал, что Кенсу никогда не сдаст его, не сдаст из-за отданного сердца, которое только что выбросили на съедение голодным собакам.