Диалог

Остановившись перед дверью, человек угрюмо изучил увесистую конструкцию из металла и дерева, обитую старой и потрёпанной кожей, а затем перевёл свой взгляд на еле-еле держащийся на тоненьких замасленных от времени проводах, звонок. То ли нарочно, то ли по привычке он отвёл пустой взгляд на дверь и отточенными движениями позвонил два раза во входную дверь. Ответа не последовало. Было не понятно услышал ли хозяин квартиры звонок, поэтому гость несколько раз постучал тяжёлым кулаком в дверь, желая, наконец, попасть в неприступное жилище своего друга. Сразу после глухих хлопков по двери, в помещении за дверью что-то зашевелилось, и, через несколько минут, дверь с тяжёлым скрипом отворилась, а на пороге мужчину встретил Антон Николаевич – ведущий инженер небезызвестного Челябинского радиозавода "Полёт". Это был высокий, но чуть сгорбленный мужчина средних лет, одетый в коричнево-зелёные тона, дабы особо не выделяться внешне из толпы, как стремились многие. Он всю свою жизнь провёл за различными станками завода и был достаточно почитаемым человеком среди рабочих, его нисколько не смущало своё положение работника руками, даже наоборот, это придавало мужчине некую гордость. Тем временем, инженер провёл своего друга на кухню, остановившись лишь на несколько секунд в коридоре, дабы товарищ снял куртку, а затем продолжил молчаливое следование. Только когда пришедший Иван Степанович уселся за стол и молча уставился на кружку, куда был налит чёрный чифирь, а затем разбавлен уже вскипячённой водой, гость дома начал диалог: – Если вы меня вызвали в середине, – человек рывком руки отбросил ткань клетчатой рубашки назад и демонстративно смерил взглядом ни в чём не повинный циферблат часов, – ночи, то я должно быть вам срочно понадобился. – Верно, – последовал тихий, но ежесекундный ответ, – простите, Степаныч, но мне просто необходимо побеседовать о своих мыслях. – Значит это будет внеплановая терапия? – удивлённо спросил психолог и даже как-то заговорщицки улыбнулся, – неужели вы всё-таки решили попробовать что-то новое? – Да нет же, – инженер отмахнулся, как бы изгоняя из головы собеседника даже мысль о подобном, – я вспомнил ваше обещание и решил с вас его взять... – Обещание? – лицо Степаныча снова приобрело устало-отстранённый вид, но всё же он попытался изобразить интерес, – что же это, раз мне пришлось ехать через половину квартала? – Вы обещали мне рассказ о группе, которую вы курировали на протяжении... Года, если мне память не изменяет? – мужчина сделал задумчивое выражение лица и замолчал, дав возможность собеседнику начать мысль. Психолог ей воспользовался и, отпив чай, водрузил скрещённые в замок руки на стол, немного поодаль от чашки. В какой-то период своей жизни ему доводилось работать с различными группами в совершенно разнообразных городах. В Петербург его пригласили по рекомендации старого знакомого – профессора, который предложил ему работать с незначительно большой группой заядлых наркоманов(6). Также ему неоднократно приходило предложение о работе из разнообразных ВУЗов в Новосибирске, но он тактично отказывался – с коллективом он был знаком, ведь проработал с ними около пяти лет, и он, мягко говоря, был не очень приятным даже на первоначальном этапе знакомства(10). Существовали, помимо прочего, и другие заманчивые предложения о работе, но они не вызвали особого интереса у мужчины-психолога. Он был достаточно доволен своей работой. Не имение альтернативы это, или же прочее – у Ивана Степановича было достаточно клиентов, поэтому ему было незачем одобрять свои поездки в места, о которых он ничего не знает, дабы нагружать себя сверх своих обязательств психолога. – Начнём сначала, – мужчина почесал бороду и подпёр кулаком челюсть, как герой небезызвестного советского фильма, – а именно с того, что меня пригласили работать в Петербург. Относился Я к этому с крайним скепсисом, ибо о переезде не думал, да и думать об этом некогда было. – Вы, если мне память не изменяет, психолог? – инженер прищурился и внимательно оценил взглядом собеседника, тот утвердительно кивнул, – так чего же вас потянули разбираться в делах психиатрии? – Вопрос так и останется открытым, – человек развёл руками, – стандартная версия – мало людей, нужно больше сотрудников, хотя куда уж больше... Все здания набиты персоналом, – снова сложив руки в изначальное положение и сгорбившись над столом, надавливая на него так, что крепкое дерево жалобно заскрипело, Иван Степанович продолжил, – так вот, Я приехал и меня без "здравствуйте-пожалуйста" сразу же отправили в кабинете, где дружным рядом сидели пациенты. – А это, разве, не врачебная тайна? – Антон Николаевич прервал рассказ, который сам желал услышать. – Нет, как позже выяснилось, все там прекрасно справляются, а надобность там меня заключалась в основном в том, чтобы я побеседовал с интересными экземплярами людей. Врач пожал плечами, показывая своё недовольство и непонимание по отношению к происходившему, а после уставился в окно, выискивая взглядом что-то на алой полосе горизонта, где уже отдалённо начинал заниматься рассвет. Нашёл! Поймав мысль и отойдя от негодования, Степаныч спешно продолжил своё повествование. Итак, по прибытию его посадили перед горсткой пациентов, что весьма недоверчиво его изучали – интересно видеть нового человека, настолько спонтанно появившись. Но, скорее, врач был пациентом, а не люди с зависимостями, с которыми ему пришлось работать. Они, как хирурги, аккуратно, но верно, препарировали ментальное состояние новоприбывшего, заставляя непроизвольно доставать из черепной коробки разнообразные мысли. Например, о том, что больница находится в весьма интересном квартале – спальный район, с огромными промежутками между домами. Уровень преступности тут был соответствующий, частенько в широких дворах люди, чувствуя давление одинаковых домов вперемешку с ощущением фальшивой свободы из-за пространства, дебоширили, занимались некими мелкими кражами, а иногда, как выяснилось из последующий беседы, даже забирали людей по 105 статье(4). Опустим подробный рассказ с жестикуляцией о быте людей в больнице, и позволим себе вклиниться в середину диалога. Иван Степанович повествовал Антону Николаевичу о прошлом некоторых пациентов. – Это, конечно, никак не связанно напрямую с тем, что этот человек, назовём его гражданин Б, имел некие зависимости, но, возможно, косвенно это повлияло. Я думаю... Определённо повлияло, – мужчина уселся поудобнее, прищурившись и блеснув глазами, там наконец-то зарождалась положительная эмоция от беседы, – молодой мужчина по наставлению матери, жены и прочих родственников, единогласно был направлен на педагогическое обучение. Отучившись, соответственно, переступив через нелюбовь к профессии, пошёл преподавать. Он, стараясь убежать от давления семьи, приехал на первую попавшуюся должность в город, где заработная плата была даже ниже среднего. – То есть он покинул Новосибирск, считающийся центром образования, и направился в малоизвестный город сугубо ради того, чтобы избавиться от семьи? – инженер пожевал губы, удручённо потирая виски, – И что же? Он ударился в меланхолию? – Именно! Ничего не мог с собой поделать, озирался, ходил с озлобленным видом и продолжал преподавание в университете. Спрашивается – зачем? Существует ведь огромное количество мест, где ты будешь нужнее. Нет же, вцепился и сидит(3). Да ещё и отгородился от преподавательского состава. Сам признавался – глупый был, а считал их идиотами за выбор профессии. – Глупость ли это? – Нет, скорее какие-либо навязанные убеждения. Я не копал вглубь, от меня этого не требовали. Но, могу сказать точно, что он попытался сбежать от проблем, а в итоге приобрёл ещё больше количество хлопот(8). А рассвет продолжал всё больше и больше нарастать, маленькими шагами отгоняя ночную тень и вселенскую тоску прочь от спящего города. Здания потихоньку начали отбрасывать еле-еле заметные продолговатые тени на улицы Челябинска, и уже где-то немногочисленные птицы начинали свой громкий спор, давая понять, что пора и остальным обывателям проснуться и отправиться выполнять рутинные обязанности, серые, как и сам город, который лишь с рассветом и закатом приобретал некие краски. Два друга уже более оживлённо и громче, чем раньше задавали друг другу вопросы, всё подливая друг другу чая. С какого-то момента не было точно понятно, что это психолог объясняет собеседнику трудности и тяжбы других людей, а скорее казалось, что они просто спорят о чём-то обыденном, как, например... У кого лучше дома чайник, сколько стоит класть в чай сахара. Настолько беседа приобретала непринуждённый характер. В какой-то момент Степаныч даже рассказал о том, как был подвержен абсолютно непонятной ему грусти, в перерыве от приёмов. Как выяснилось позже, ему нужно было освоиться, прежде чем брать на себя огромное количество обязанностей(9). – Говоря о работе, был у меня один человек, весьма интересный. Именно решениями, по большей части, – потирая руки, Иван Степанович поставил локти на стол и придвинулся к Николаевичу, который в свою очередь тоже пододвинул стул по незримой инерции, – букв у нас осталось уже не так много, поэтому пусть будет граждан Н. – Что же ты на филологический не пошёл? – как бы невзначай сказал инженер, – там бы ты ещё больше разнообразных букв узнал. – Да бросьте вы, ещё к названием пристаёте, репейник, – осадил психолог собеседника, – вернёмся же к мальчику. Он работает в офисе, перевели в новый отдел, в котором он ни разу ни бывал. Как-то не довелось захаживать. И вот, приходит туда, сидит неделю, две. Начальник приходит жаловаться, дескать: "зачем вы мне трутня подослали, и так тошно?". Ну, ему и говорят, что он всегда работал, ничего случиться не могло. – Значит, случилось? – Да, естественно. Инициативу не проявлял, вот и расценили это как нежелание работать. В другом коллективе и устав другой, понимаешь?(11) – Примерно представить могу, хотя, кажется это всё достаточно чудаковато. – Согласен, Николаич, но так уж сложилось... – помедлив некоторое время, потянув интригу, рассказ продолжился, – не хватало мальчику беды, так ещё он неожиданно связался с весьма интересным человеком. – В каком плане "интересным"? – А в плане того, что этот человек как раз и был весьма ленив, не шибко умён, да и не пример для подражания, скажем так, кхе-кхе, – психолог смешливо кашлянул, – он не то что инициативу не проявлял на месте, а делал всё в основном только то, что было необходимо. В план еле уложиться, и, считай, счастлив(7). – Ситуация, – казалось бы, подытожил Антон Николаевич, и уже хотел было заняться морализаторством в сторону этого сотрудника и начальника, но увидел, как собеседник собирается продолжать. Чуть за голову не схватился. – Да, ситуация не приятная, но это не целая картина. Его постигла учесть человека, не разбирающегося в людях. И он... Общался с ним на протяжении какого-то количества времени. Активно контактировал, можно сказать. – Задаюсь вопросом – почему же он начал контактировать с таким человеком. Он не внушал доверия даже на первых парах(1). Так в чём же смысл? Оказалось, что он недавно пришёл на новую работу и тут же стал цепляться за абсолютно любого человека, что хоть как-то положительно отозвался о нём(2). Собеседник хмыкнул. – Ничего удивительного, паренёк находился в состоянии стресса и вряд ли мог принять адекватное решение. И снова потянулась долгая нить рассказа, переходящая то к одному, то к другому, но неизменно возвращающаяся к главной теме диалога. Тем временем, город начинал оживать. Солнце било в окно весенними лучами, прогоняя ночной холод теплом, выгоняя из дома даже самых ленивых, заядлых домоседов, которые поначалу угрюмо, а затем с каким-то душевным опьянением двигались на работу, вынимая хорошее настроение наружу, как наши герои. Струясь, обсуждение плавно подходило к концу, уже чашки отправлялись в раковину, а стулья скрипели от облегчения, когда с них вставали. Точку в столь длительном диалоге поставил вопрос о том, что жена Степаныча давно хотела переехать в Петербург и, поэтому, в скором времени, туда они и отправятся. Заступил он на работу туда, хотя изначально не хотел, да и "жизнь там приятнее", так было сказано. Жена его собиралась заниматься искусством, так как карьера не была её коньком, к несчастью. Поэтому она нашла в себе силы попробовать всё сначала, в другой сфере(12). Провожая друга, Антон Николаевич ехидно поинтересовался: – То есть тебе пришлось по душе слушать подобные вещи? – друг покосился на Степаныча с наигранным осуждением. – Нет-нет, ты что! – подыграл он, а затем, хмыкнув, тем самым оценивая неожиданный юмор со стороны собеседника, снова посерьёзнел, – было достаточно непросто общаться с тамошними специалистами, они научены по-другому, да и методы у них отличаются. Поначалу мы не поладили, но вскоре Я смирился с тем, что находиться Я там буду определённое количество времени и как-то... Привык, что ли, – психолог пожал плечами, – перенял вот от них новые методы, своими поделился. Будем пользоваться(13). Остановившись на пороге, психолог дружественно похлопал по плечу инженера, радостно улыбаясь. – Спасибо друг, непроизвольно выполнил мою работу, был рад тебя снова увидеть, после стольких новых людей, – попрощавшись, Иван Степанович развернулся на пятках и удалился в глубину коридора, который засосал его своей темнотой, оставляя лишь приятную ауру спокойствия(5). С интересом наблюдая за тем, как друг стоит у дома, смакуя сигарету и, как за ним приезжает машина, где уже сидят дети и жена, инженер с какой-то ему непонятной радостью проронил вслух: – Всё же едут в Петербург. ПРИМЕЧАНИЕ: курсивом выделены отрывки, которые принадлежат к определённым рекомендациям, данным ниже. (1). Первый, и самый главный совет заключается в избегании тесных (дружеских/деловых и т. д.) контактов с типом людей, показанном ранее. Подобные персоны склонны к разрушению себя и всего вокруг, а человек после переезда меньше всего хочет оказаться в токсичной среде. (2). Важно понимать, что процесс адаптации весьма длительный и занимает 2–3 месяца, да и то в достаточно спокойной среде. Поэтому следующим советом будет являться – сначала нужно узнать лучше окружение и местность, а затем только сближаться с людьми (3). Несмотря на то, что резкое сближение может оказаться фатальной ошибкой, нельзя закрываться в себе, ибо это чревато впадением в меланхоличное состояние. Из данного периода есть выход, но крайне разумно не впадать в меланхолию в принципе (4). Также важен выбор района для проживания. Спальный район может быть весьма удачным и недорогим решением, но важно избегать кварталов с достаточно большими расстояниями между однотипными домами. Психологически большое расстояние между строениями часто содвигает людей на необдуманные поступки, а также множество убийств было совершено именно в подобной местности (5). Пусть переезд и означает начало новой жизни, важно не потерять связи с прошлыми знакомыми, ведь прошлое нельзя вычёркивать из жизни. Иначе – человек лишается некого фундамента и основ бытия (6). Следует почти сразу же начинать поиск работы при переезде, а лучше устроится на работу незадолго до него, чтобы не столкнуться с весьма частой проблемой мегаполисов – безработицей (7). На работе нужно быть инициативным хотя бы на первых парах, потому что современное общество весьма приветствует идейных и активных работников (8). НО перед тем, как совершать переезд нужно понимать, что это действие не сможет решить моментально все проблемы, что имеются у вас, а иногда переезд может даже добавить хлопот (9). Даже несмотря на возможное возникновение проблем, важно давать волю своим эмоциям и чувствам. Во время адаптации совершенно нормально испытывать бурную реакцию на происходящее (внезапная злость/радость/грусть), важно разрешать себе плакать и помнить о том, что слёзы – это нормально (10). Будьте готовы к тому, что люди в разных городах имеют свои особенности. Этого невозможно изменить, и есть только 2 варианта развития событий: смириться с этим или искать новый коллектив (11). Также важно изучить свои права и обязанности, ведь новый город или даже страна – это система со своим рядом правил, которым человек должен неукоснительно следовать (12). Откажитесь от зависимости от чужого мнения. Карьера – далеко не единственный показатель самореализации. Главное, суметь держаться с достоинством в любой ситуации (13). И, самый последний, но не менее важный совет. Все ситуации, с которыми вы столкнётесь – это опыт. Плачевный или нет, но этот опыт, который пригодится вам в этом, а возможно и в следующем коллективе/городе