Полицейское управление

      Квартира Йора отличалась идеальным порядком. Все вещи из минималистичной обстановки всегда стояли на тех же местах. Беспорядок вносила Лориндэль при каждом своем визите, оставляя в прихожей туфли на шпильках и сумку, в холодное время года – верхнюю одежду. Иногда там же начиналась цепочка из снятой мужской и женской одежды, которая заканчивалась в спальне.       Сегодня Йор ее встретил приглашением пройти на кухню. Мортхил кивнула. У аспида настроение не пылкое, значит, они сначала поужинают. Негодовать полицейский психолог и не думала. Ее устраивали любые настроения Йормунганда, потому что вели они к одному и тому же.       Готовил он, кстати, очень хорошо. Лориндэль же, когда их встречи проходили на ее территории, заказывала еду по интернету или приносила готовую из кафе. Психологу было впервые стыдно перед гостем, что она не умеет готовить. Внешне она этого не показывала, тем более не говорила вслух. Йор не возражал, и Лориндэль успокаивалась до следующего раза.       Любовником Йормунганд был почти обычным, коих Мортхил за свою богатую опытом жизнь повидала немало. Но что змей творил своим длинным гибким раздвоенным языком… Лориндэль ужасно громко стонала, отчего ей потом было неудобно перед соседями, вынужденными слушать посреди ночи женские вопли. Как-то она даже порывалась зайти к ним и извиниться. Йор ее отговорил: если соседи не стучат в стену – значит, или их нет, или они заслушались эльфийскими страстными криками.       В спальне Мортхил по привычке отметила, что им не хватает распечатанной плоской «предохранительной» пачки. По первости она шарила в сумочке и, когда понимала, что запас давным-давно исчерпался, начинала одеваться, чтобы идти в аптеку. А пока то да се, желание потихоньку улетучивалось… Каждый раз Йор ее убеждал, что у него отличный самоконтроль и защита не нужна ни ему, ни ей. И не подводил, о чем свидетельствовали отрицательные тесты на беременность, покупаемые при малейшей задержке. Доверившись змею, Лориндэль бросила тратить деньги на тесты, а привычка шарить по тумбочке взглядом еще оставалась.       Они лежали на спине и отдыхали. Мортхил ощутила жажду и потянулась за бокалом шампанского – Йор всегда ставил на столик у кровати бутылку самого дорогого напитка и несколько закусок вроде икры или устриц.       Лориндэль хотела спросить аспида, будет ли он тоже пить, а обернувшись, заметила, что у Йормунганда закрыты глаза и на лице расслабленная полуулыбка. Пару секунд поколебавшись – будить неудобно, Мортхил все-таки тихонько произнесла:       – Ты спишь?       – Нет, хотя сильно устал в управлении. Приятно вот так валяться, – змей потянулся и чуть скривился.       – Прости, я тебя что-то сильно поцарапала… – смутилась психолог от собственной ярко выраженной пылкости в виде отметин на спине Йора от ее ногтей.       – Ничего. В следующий раз сброшу кожу, и все пройдет.       – А когда прошлый раз сбрасывал? – вдруг поинтересовалась Лориндэль, раньше совсем не спрашивая аспида о его бытовых или личных делах.       – Позавчера, – ответил Йормунганд со смехом, и Мортхил застыдилась еще больше.       – Извини… – пробормотала она. – Еще долго до новой линьки?       – Пять месяцев. Заживет само, – беспечно проговорил змей и попросил передать ему бокал. – Спасибо.       – Сбрасывать – это больно? – окончательно разговорилась Лориндэль, изумляясь сама себе. «Шампанское, что ли, градусов сорок?..»       – Нет. Но эстетически некрасиво. Больнее менять ипостась. И пакостнее тоже. Зрелище не для слабонервных. Линька происходит в змеином облике, так что лучше эти вещи проворачивать в одиночку и без зеркала.       Трепетной ланью с запасом нюхательной соли Мортхил не была, однако по-детски просить не стала: «Покажи, покажи! Я не испугаюсь». Да, интересно бы взглянуть на смену ипостаси змея. Полные и частичные трансформации оборотней-волков она наблюдала, а об аспидах знала лишь то, что у них всегда вертикальные зрачки, и как-то слышала, как Йор сетовал об исчезновении речи в змеином обличии при сохранении разума.       – Радует, что на моей должности трансформация абсолютно не требуется, – продолжил он. – А к примеру, волкам из оперотдела необходима: они быстрее догоняют преступника на четырех лапах, чем на двух ногах.       – Раньше требовалась? – смело и легко спрашивала Лориндэль, ощущая себя пьянющей в дрова гномихой или троллихой, но остановить поток вопросов не могла. – Мне кажется, ты подлил в шампанское водку, – она недоуменно крутила в руке пустой бокал.       – Я же при тебе открывал бутылку. Разве что на винном заводе кто-то намешал коктейль. Раньше чего только ни требовалось.       – А раньше – это где?       – Внешняя разведка. Я был агентом национальной безопасности. После задания с выдачей лицензии на убийство подал в отставку.       – Не понравилось убивать?       – Наоборот.       Мортхил обдало холодком. Йор же наполовину змей, а они прирожденные убийцы: ядовито кусают, душат, поедают жертву живьем… Будь Лориндэль человеческой женщиной, она бы выскочила из постели и в костюме Евы умчалась от аспида на другой конец города. Эльфы относились ко всем расам гораздо терпимее людей. Если и был шок от сообщений, подобных тому, что сказал Йормунганд, то проходил он быстро.       Вот это действительно самоконтроль на высшем уровне! Переступил через себя, не позволив себе же удовольствия убивать…       Пора забыть про поиски на тумбочке того, чего там нет, и полностью ему доверять.       – Я в душ, – Йор поднялся с кровати. Мортхил рассеянно кивнула. – Пойдешь со мной? – змей подал ей руку, и пораженная Лориндэль вложила в нее свою ладонь. Он никогда не звал ее до этого дня. Шел один, а присоединяться к нему или нет, психолог решала сама.       Что сегодня поменялось? Пока Мортхил гадала, аспид включил душ, и на них полились почти горячие струи. Он, как любая змея, обожал тепло и сырость, подолгу находясь в ванной. Лориндэль очнулась от плавных поглаживающих прикосновений пальцев Йора, убиравших назад ее длинные волосы со лба.       Шампанское или что-то еще накрыло повторно, и Мортхил обняла аспида за шею и поцеловала.

***

      Лориндэль не спалось. Она смотрела на давно заснувшего Йормунганда, лежавшего на правом боку к ней лицом. Змей любил спать на спине, но ей в дýше повторно досталось, и когда они вернулись в спальню, Мортхил обработала царапины перекисью, кляня себя последними словами. Ей бы хоть чуточку аспидова самоконтроля! Ну как он будет носить одежду с такими бороздами на спине? Постоянно болезненно морщась?       Обычно они спали далеко друг от друга – широкая постель позволяла. Этой ночью вышло так, что легли поближе. Лориндэль подвинулась еще ближе, и вдруг рука Йора, вроде бы спавшего, а там кто знает, обняла ее за талию, вынуждая прижаться потеснее. Оказывается, так спать гораздо приятнее, чем на расстоянии.       Утром Мортхил проснулась раньше будильника, осторожно высвободилась из змеиных объятий и принялась быстро одеваться. В прихожей она вытащила из сумочки банковскую карточку, впрыгнула в туфли и выскочила на лестничную площадку. На улице Лориндэль спохватилась: впопыхах она не надела бюстгальтер – благо блузка плотная – и не заперла дверь. Возможно, оставила ее настежь. Ну ничего, она мигом.       Вернувшись, в прихожей психолог случайно глянула в зеркало и обнаружила, что легендарная эльфийская красота с ней не ассоциируется – блузка застегнута криво, юбка надета задом-наперед, волосы взлохмачены, лицо без макияжа.       Из кухни одуряюще пахло кофе, и Мортхил, плюнув на свой плачевный вид, пошла на аромат.       – Решил, что у тебя что-то случилось, и ты спешно убежала. Но часть твоих вещей здесь. Все нормально? – спросил Йор, не надевший халат, чтобы лишний раз не травмировать кожу на спине. – Кофе будешь?       – Да, – и в чашку из турки (аспид предпочитал варить кофе лично, не доверяя процесс приготовления всяким машинам) полился дымящийся напиток.       – Что это у тебя? – спросил Йор.       Лориндэль показала коробочку с тюбиком:       – Заживляющая мазь. Аптекарь сказала, что буквально за час раны и порезы начнут затягиваться. Для всех рас подходит. Давай прямо сейчас помажу.       Йор поставил турку на плиту и смотрел на Мортхил, будто видел ее первый раз. Она не знала, что делать или говорить. Да и надо ли было?       – Давай, – улыбнулся змей.