ascendancy

      На улице было дождливо, а Тэхён был слишком ленив, чтобы вставать с постели. Он только сейчас решил, что сегодня у него будет один из тех ленивых дней, когда он практически ничего не делал... Иногда так приятно было просто побыть одному.       Ким переворачивался на другой бок в кровати и прислушивался к мягкому, постоянному шуму дождя, барабанящего по крыше.       Жалюзи на его окне были опущены, защищая от света и поддерживая глубокие тени в комнате. В доме было тихо: Чимин, без сомнения, был на работе, а у Кима не было никаких посетителей.       Парень вытянул руки над головой и провел рукой по своим спутанным волосам. Ему стоило сходить в душ и расслабиться. Да, душ действительно звучал очень заманчиво.       Этой ночью Ким спал в свободной рубашке с длинными рукавами поверх нижнего белья, и так как он собирался провести сегодняшний день в одиночестве, решил, что не станет переодеваться во что-то другое.       Вздохнув, Тэхён встал с кровати и потащился из комнаты. Весь дом был освещен нависающими тенями, и на мгновение у парня по рукам побежали мурашки. У него было ощущение, будто за ним наблюдают.       — Глупо, — пробормотал Ким себе под нос с улыбкой, качая головой. Конечно, он чувствовал себя параноиком, находясь в доме один. Он только недавно видел видеозапись убийства своего парня — и убийца знал его имя! Тэхён имел право чувствовать себя настороженно, верно?       Парень тихонько напевал себе под нос, когда пошел на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Облегчая пересохшее горло, он заметил рамку с фотографией, стоящую на кухонной стойке. Поставив стакан, Ким подошел ближе и прищурился, узнавая. Это невозможно.       Что?       Это фотография с ним и Юнги — та, которая исчезала, а затем появлялась снова. Та, с красными волосами, которые Ким так не переносил. Тяжелое чувство тревоги охватило Тэхёна: он не помнил, чтобы приносил рамку из своей комнаты на кухню. Как она вообще тут могла оказаться?       Чимин, наверное, увидел фотографию, когда заходил в комнату к Киму. Но зачем было тащить ее на кухню? Тэхён снова покачал головой, когда понял, насколько он параноик. Парень решил, что выпьет немного вина позже. Но сейчас душ для него на первом месте.       Ким взял полотенце из шкафа и зашел в ванную, не потрудившись закрыть за собой дверь. Он снял рубашку и нижнее белье и включил воду, убеждаясь, что она горячая и дымящаяся. Затем парень залез под душ, с наслаждением выдыхая. Несколько мгновений или даже больше он позволял струящейся воде стекать по его лицу. Закрыв глаза и поджав губы, он чувствовал, как тепло вокруг окутывает его своим успокаивающим объятием. Тэхён не хотел думать ни о чем плохом. Прямо сейчас он чувствовал себя довольным. Он не беспокоился о том, что в его бывшей квартире находился серийный убийца, и он не помнил, что смотрел, как умирает его парень на ужасном видео. Тэхён обрел покой.       Когда парень вытащил голову из воды и повернулся, чтобы намочить волосы, он услышал, как что-то стучит. Звук исходил не из ванной, а из какого-то другого места в доме. Инстинктивно прикрыв нижнюю часть тела руками и тихо ругаясь себе под нос, Тэхён внезапно пожалел, что оставил дверь ванной широко открытой. Что это за шум? Кто-то зашел в дом?       Повинуясь инстинкту, Ким начал искать что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. К сожалению, единственное, чем он сейчас смог бы воспользоваться — это гель для душа.       Тэхён совершенно застыл, встревоженный, когда осторожно посмотрел на открытый дверной проем, пытаясь увидеть, движется ли какая-нибудь из теней снаружи.       Вокруг была тишина и журчание воды.       Может быть, Тэхён не слышал шум? Может быть, это его ноги случайно ударились о стену душа?       Поняв, что все в порядке, а сам парень в безопасности, он сделал глубокий вдох и выбросил из головы мысль о том, что кто-то посторонний мог быть рядом. Затем Тэхён намочил волосы и начал размазывать шампунь по волосам. Парень мыл голову столько, сколько хотел, массируя кожу и довольно улыбаясь. Когда он закончил с волосами, Ким вымыл тело с гелем для душа и вышел.       Обернув полотенце вокруг бедер, он быстро расчесал свои темные волосы и вернулся на кухню. В животе у Тэхёна урчало. Он тихонько напевал себе под нос, заглядывая в холодильник, но когда он взял в руки коробку с остатками еды, у парня возникло четкое ощущение, что кто-то наблюдал за ним. Он чувствовал, как чей-то пристальный взгляд обжигал ему спину, и это было почти... в каком-то смысле больно. Тэхён точно чувствовал чье-то присутствие.       Его глаза расширились. Он боялся обернуться.       Ким медленно закрыл холодильник. Его сердцебиение резко участилось в груди: парень слышал, как оно стучит у него в ухе.       Затем раздался мягкий звук топающих шагов. Да, там кто-то был. Рядом с Тэхёном.       Ким знал, что если бы это был Чимин, он бы уже дал о себе знать. Черт возьми, любой в здравом уме сделал бы это. Так что Тэхён знал, что этот таинственный человек вероятнее всего убийца — тот самый, который убил Юнги.       И Тэхён следующий.       Парень никогда по-настоящему не задумывался о смерти, в основном из-за того, что боялся умереть. А кто не боится? Мысль о том, что тебе будет так больно, что ты буквально перестанешь существовать, приводила Тэхёна в ужас. Но сегодня, возможно, тот самый день. Это может быть конец.       Или Ким мог попытаться бороться. Ведь, если он и умрет, то, по крайней мере, он сражался. Верно?       Шаги остановились прямо у Тэхёна за спиной. Руки парня покрылись мурашками, и он чувствовал, что дрожит от дикого страха. Ким крепко вцепился в полотенце, свободно висящее вокруг бедер. Боже, если он умрет прямо сейчас, то это полотенце будет его посмертной одеждой? Тэхён подумал, что явно не все выбирают, во что хотят быть одеты, когда умирают.       — Тэхён, — едва слышно прошептал мужской голос, и один этот звук заставил сердце Кима упасть. — Пришло время узнать тебе.       Время узнать что?       — Убирайся из этого дома, — сказал Тэхён, пытаясь сохранить спокойный и собранный голос, конечно же терпя неудачу.       Когда человек сделал еще один шаг ближе, Ким развернулся за долю секунды, не задумываясь и не осознавая, что наконец-то увидит, кто это. Рука Тэхёна оказывается сжатой в воздухе, прежде чем он успевает нанести удар. Его глаза встречаются с темными, практически черными, такими знакомыми глазами и кривой, слегка насмешливой ухмылкой.       У Тэхёна перехватило дыхание, когда он увидел лицо парня. Его лицо.       Черные волосы. Родинка под уверенно растянутыми в ухмылке губами.       Чонгук.       — Ты? — неверяще прошептал Ким, шок мучал каждую клеточку его тела. Страх, который Тэхён испытывал несколько мгновений назад, исчез. На мгновение парень ожидает, что черноволосый закричит "БУ" и сделает ситуацию странной шуткой. Но этого не происходит. Чон продолжал стоять на месте, держа Кима за руку твердой хваткой, не позволяя ему двигаться.       — Я, — Чонгук наклонил голову, его ухмылка немного расширилась.       — Какого черта? Зачем?       Темные черты Чонгука смягчились, и он ослабил хватку на руке Тэхёна, скользя своей ниже, чтобы взять парня за ладонь и переплести их пальцы. Ким был слишком ошеломлен, чтобы должным образом отреагировать. Затаив дыхание, он наблюдал, как Чонгук нежно целует костяшки его пальцев, не отрывая темного взгляда от его лица.       — Потому что ты мой, — прошептал Чон.       — Т-ты парень Чимина. Я не понимаю. Он любит тебя, — выдохнул Тэхён. Он чувствовал, что его горло чем-то забито, ему было трудно говорить.       Ухмылка Чонгука вернулась, и она отличалась от тех улыбок, которые Тэхён видел у парня раньше. Его улыбки были игристыми и уверенными, но в то же время по-своему милыми. Привлекательными. Эта же ухмылка была хитрой и слишком пугающей, и она сбивала Кима с толку.       — Я ничего не чувствую к твоему другу, — сказал Чон, после чего внезапно дернул Тэхёна за руку, прижимая к своей твердой груди. Ким чувствовал себя максимально уязвимым рядом с черноволосым, будучи одетым только в полотенце. Единственное, что мешало ему быть голым — это эта ткань и ничего больше.       — Ты ублюдок, — прошипел Тэхён сквозь стиснутые зубы, мгновенно толкая парня в грудь. Ярость нарастала в Киме тихо, но внезапно, и она легко пересиливала шок, который Тэхён испытал несколько мгновений назад. — Убирайся! Ты чертов псих! — Тэхён даже не осознавал своих криков. Он сопротивлялся Чону и толкал его в грудь, но руки черноволосого крепко и безжалостно обнимали парня, не давая ему вырваться. Ким чувствовал, как черноволосый ухмылялся над ним, наслаждаясь тем, что Тэхён не может от него убежать.       — Можешь прогонять меня, — Чон пожал плечами, словно разговаривал с ребенком. — Но ты все равно будешь моим.       В один момент Тэхён был в ярости, а уже в следующий — истерически рыдал. — Т-ты убил Юнги?       — Он был веселым. Но не забывай, я также убил твоего друга. Как его звали?       Рыдания Кима усилились. — Х-хосок? — он убил Хосока? Но как? Полиция сказала, что это было самоубийство.       — Это было легко — составить такой план, — начал рассказывать Чонгук, как будто говорил о погоде, так небрежно. — Просто выстрели ему в голову и положи пистолет рядом с ним. Не оставляй отпечатков пальцев. Парень только что пережил тяжелый разрыв и был в депрессии — он покончил с собой. Забавно, да? — руки Чона нежно начали пробегать по волосам Тэхёна, как будто пытаясь успокоить его. Но говорить Чонгук продолжал страстным, почти соблазнительным шепотом. Ким чувствовал, как горячее дыхание черноволосого овевает его шею, когда тот шепчет ему на ухо: — А вот с твоим маленьким парнем было сложнее. Он боролся. Я отдам ему должное — он никогда по-настоящему не сдавался. В эти спасительные мгновения перед смертью можно многое узнать о человеке. Юнги умер храбро, но мне, конечно, было очень весело резать его и смотреть, как он плачет.       Тэхён снова начал давить парню на грудь. Он не мог поверить, что Чонгук, будучи человеком, который обнимал его, когда ему снились кошмары — был тем самым убийцей, который все эти кошмары и вызывал. Ким не мог в это поверить. Это, должно быть, какой-то запутанный кошмар.       Но это не кошмар.       — Ты мой, Тэхён, — Чонгук нежно поцеловал Тэхёна в лоб, а слезы последнего так и не переставали течь. — И любой, кто встанет у меня на пути к тебе — умрет. Я обещаю тебе это.