Незнакомцы

Внезапный уход Алана заставил прежние чувства проявится внутри юного Северуса. Апатия вновь овладела телом и разумом парня. Теперь Грей придёт только завтра, да и то не факт, потому что кто знает, что может случиться в будущем. И что вообще в голове у этого незнакомого юноши, может он и не вернётся вовсе. Возможно вообще Алан приходил не потому что ему нравилось, а просто чтобы поразвлечься и посмеяться над Северусом. Странно, про последние Северус никогда не думал. Его уже давно не беспокоило мнение людей насчёт него. В этот раз всё было по-другому, что-то особенное было в общении Северуса и Алана. Это нельзя было назвать дружбой, но они и не были просто знакомыми. Они не знали друг о друге практически ничего, хотя ощущение, что они знакомы целую вечность. Эта неизвестная связь возникла просто так, из неоткуда. Она-то и заставила парня беспокоиться о каком-то незнакомце. Северус взял блокнот и убрал его вместе с остальными принадлежностями. Губа заныла, парень зажмурил глаза. Стало ужасно неприятно. Жуткая боль отдавала в зубы. Проклинать отца было мало, Северус был готов закопать его заживо. Парень лёг на кровать, уставившись в потолок. Делать что-то попросту не хотелось. Надо было узнать, сколько времени, ведь видеть сейчас кого-то в доме, а особенно отца, тоже не хотелось. Встав с кровати, парень поплёлся на первый этаж. Часы умеренно тикали, но сильно раздражали. Полная тишина прерывалась на этот звук, и вдруг пробило четыре часа дня. Северус потупил взгляд, отводя глаза от часов. Повернув набок голову, у парня хрустнула шея. Мальчишка перевёл взгляд на кружки, стоящие на столе. Алан не сидит за столом, хотя так было где-то час назад. Пустота была приятной, но не такой, как компания неожиданного гостя. Северус пошёл на второй этаж. В комнате он откопал в ящике пачку маглловских сигарет. Просто от безделья, или специально затравливая свой организм, Северус делал затяжки. Откинувшись к стенке, парень уставился в окно. Комнату чуть наполнил дым, в воздухе повис запах табака. Горьковатый, съедал внутренности. Организм был затравлен этим дерьмом. Люди, что фигурировали в роли родителей, даже и не думали показываться на пороге, как минимум часа четыре. Это было просто чудесно. Собственные мысли были такими интересными, поэтому надо было в них покопаться, выкурив при этом полпачки. Всё же, это действительно успокаивало. На молодого человека подействовал табак, его накрыло. Взяв пачку, он глянул на заднюю картонку. Ничего необычного, просто добавлен какой-то лишний компонент, из-за которого мозг отключился немного быстрее, чем от простых сижек. Стеклянные глаза снова поползли в сторону окна. Какой-то человек шёл недалеко от дома. Горизонт, видневшийся за окном, тоже был интересным. Выкурив сигарету, парень не брал вторую, Северус просто выкинул бычок через окно. И снова уставился стеклянными глазами куда-то в пол или стену. В комнате ощутимо пахло дымом, им же заволокло пространство. Но его было мало, от чего он не был слишком густым. Хотя это было видно, ведь помещение было закрытым и циркуляция воздуха была не такая активная. Парнишка лёг на кровать, облизнул губы. Пачка сигарет полетела с кровати вниз. Глаза заслезились непонятно от чего. Нахмурив брови, он попытался остановить это. Северус поджал нижнюю губу. Рана напомнила о себе, только мальчишка уже не обращал должного внимания на боль. Свежая рана закровоточила, тогда уже парень сдался и зашипел, сильно прижимаясь к своим коленям от боли. Боль начала отрезвлять молодого человека, но он всё ещё не был до конца вменяем. От резко усилившейся боли парень вскочил с кровати, побежав в ванную. Яркий белый свет ударил по глазам. Когда молодой человек перевёл взгляд на отражение, он окончательно пришёл в себя. Губа кровоточила, мысли спутались от боли. Негативная энергия заполнила парня. Холодная вода потекла из крана. Взяв откуда-то кусочек ваты, Северус намочил его. Судорожно утирая рану, он всё морщился от боли. Вата мгновенно изменила свой цвет, а кровь всё не утихала. Спустя продолжительное время кровотечение стало понемногу останавливаться. Последний раз приложив вату к губе, Северус уставился на своё отражение. Ничего нового. Гнев не утихал. Выключив воду и оставшись в полной тишине, парень вышел из ванной. Он ударил рукой о стену, зайдя в свою комнату. Подойдя к своей тумбочке, мальчишка начал её долбить. Громкий стук раздавался по всей комнате. Снова боль, но теперь она усилилась в разы. Прекращая бить деревяшки, парень снова улёгся на кровать. Всё, ему уже было нечего делать: хотелось либо уснуть, либо броситься из окна. Сбежать поскорее отсюда и больше никогда не вспоминать. Просто забыть этот город как страшный сон. Но жить негде, тут хотя бы есть крыша над головой. Хогвартс волшебная сказка, только до тех пор, пока там не появляются Мародёры. Шайка шавок во главе с Джеймсом. Лили дружила с ним. Так больно уже не было, он принял это. Но ненависть к этому подонку была сильной, несмотря на то, как он себя ведёт. Ненависть к отцу тоже переполняла его. Парень просто настолько устал, что действительно лёг спать. Уснул, потому что хотел укрыться от гнетущей боли. Не хотел просыпаться, потому что знал, кто будет вокруг. Сбил и без того сломанный режим. Северус заснул в холодной постели, и от того она казалась ужасно неуютной. Чёрные волосы разлетелись по белой подушке, а лицо во сне, казалось, ни капли не расслабилось. К вечеру домой пришли родители, они даже не обеспокоились своим сыном. Тобиас особенно. Да, ему плевать было. Дом немного оживился, когда в нём находились два взрослых человека. Элен не стала долго бодрствовать, а пошла спать довольно рано. Тобиас в свою очередь сидел в гостинной допоздна. Этим вечером даже не было побоев. Все более-менее спокойно разошлись.

***

Северус проснулся в такой же неуютной кровати с ужасным настроением. Желание сброситься из окна выросло в два раза. Оставалось только ждать Алана, который мог даже не прийти. Это было всё равно, что играть в русскую рулетку. Либо незнакомец явится в дом с минуты на минуту, либо ничего не происходит. Был солнечный день, хотя изредка небо заволакивало тучками бледно-серого цвета. И Грей действительно появился. Он, словно маяк в бескрайней тьме терзаний Северуса. Он будто на самом деле спаситель, посланный самой проказницей-судьбой, лучик света в этой самой темноте. Он появляется, он вытаскивает апатичного Северуса на улицу. Там прекрасный свежий воздух. Они вместе пошли на пикник, туда, к самой речушке. И Северус чувствует себя свободным, просто отпуская то, что было и то, что будет. Он наслаждается природой, своим незнакомцем, просто живёт. Жизнерадостный Алан постоянно задаёт вопросы, пытается рассмешить "серого" парня. Алан муза, что снизошла на бренные плечи Северуса. Северус рисует его снова, делает лёгкие эскизы, Грей подходит сзади и шепчет что-то про красоту и мастерство, оперевшись на плечо. Странно, Северус ощущает его голос по всему телу. Он такой весёлый и звонкий, даже шёпотом, что оставляет шлейф мурашек по его телу. Парни едят вкусные фрукты, разговаривают о чём угодно, но не о доме. Оба мальчишки не затрагивают эту тему, потому что они отдыхают от тяжёлой жизни в нелюбящих семьях. Сегодня самый идеальный день лета, который когда-либо был. Изредка над ними пролетают жуки и пытаются полакомиться их едой. Солнце окончательно вышло из-за туч, больше оно не собиралось прятаться и пугать ребят дождём, который мог вот-вот пойти. Северус не беспокоится о будущем, даже от незнания. Он не думает об этом сейчас, у него в голове только он - его незнакомец. Он знает только то, что тот спас его от отца, ото всех. Как бы он хотел узнать, кем он будет в будущем для этого человека, ведь сейчас его даже не существует. Еда кончается, но никто не расходится. Мальчишки продолжают разговаривать, сидя на пледе. И время застыло только для них, для них этот прекрасный день. Северус думает, что Алан лучше Лили, лучше Регулуса, он лучше кого бы то ни было. Он был бы с ним всегда, молчали бы они или разговаривали, было бы холодно или тепло. Был бы Северус старше или они были бы одногодками. Лучи светят на красивое, загорелое лицо со шрамом на лбу. В его очках играют солнечные зайчики и улыбка на его лице кажется самым приятным зрелищем. Волосы его немного растрёпанны, а солнечные лучи переплетаются в них. Северус бывает завороженно смотрит на свою прекрасную музу. Грей ведёт его прямо к речке. У самой кромки воды он чуть не подскальзывается и "серый" мальчик крепко обхватывает его предплечье. Зеленоглазый всё смеётся, а молодой человек испугался за него. Он даже начал его отчитывать, но мальчишка убежал дальше от него, с просьбами поймать его. Северус догоняет его и снова хватается за предплечье, но мальчишка всё пытается вырваться. Снова убегает, на этот раз последний, ведь когда, уже хмурый парнишка нависает над Грейем, они падают на мокрую траву. Алан снова заливается звонким смехом, слышным, наверняка, даже в поле. Северус пытается встать, но не может, потому что сверху Грей. Северус чувствует над собой дрожащее от смеха тело и тоже начинает тихо смеяться. Уже через некоторое время мальчишки поднимаются с травы. Северус оглядывает своего друга с ног до головы. Смех у обоих сошёл на нет, какая-то неловкость повисла в воздухе. Опять Грей спас неловкий момент. Снова что-то предложил. Уже сгущающиеся сумерки сиреневого тумана скрасили ответ на предложение от Алана. И в закатной темноте, когда уже вода начала остывать, а на траве появилась испарина, два парня сидели на деревянном мостике, свесив ноги в воду. Пока ещё не совсем стемнело, вдали видна какая-то деревушка, там ходят какие-то людишки и Северус с Аланом наблюдают за ними. Небо всё в пёстрых облаках, подсвечиваемых снизу заходящим солнцем. — Мне холодно. - жалуется Алан. — Плед лежит сзади тебя, накройся. - нарочито раздражённо бросает его собеседник, укрывая его плечи тёплым пледом. Вдоволь насладившись природой, ребята начали окончательно замерзать и решили пойти домой. В поле с высокой травой низкий паренёк отбежал вперёд, снова заливаясь задорным смехом и что-то крича длинноволосому. Последний снова побежал поймать своего незнакомца. Северус ухватился за предплечье Грея, и они побежали через пыльные улочки Коукворта. Остановившись у знакомого крыльца Северус навис над мальчишкой в очках. Они замерли, глаза стали изучать глаза напротив. Как бы долго они не оттягивали этот момент, всё же Северус первым сказал прощальную фразу. — Спасибо, - благодарно вымолвил он. - надеюсь ты придёшь ещё. — Конечно! — Ладно, пока Грей, буду ждать. — Пока! Слова выговоренные, будто в пустоту. Тёмная макушка скрылась за дверью, а силуэт, стоявший на пороге, испарился в воздухе, будто бы ничего и не произошло. Как-будто сегодня ничего не было: ни пикника, ни переглядок на речке и даже созерцания заката в сумерках не было. Всё вместе с этим силуэтом растворилось воздухе, будто и не существовало вовсе. За дверью Северуса снова ждал очередной скандал, а Гарри предстояло пережить ещё один летний день. День, в котором будут мелькать воспоминания о прошедшей ночи, которая положила начало крепким дружеским отношениям с таинственным незнакомцем из снов. Тихо зайдя в дом, Северус неспешно поплёлся к себе, ещё не утратив те весёлые и прекрасные нотки хорошего настроения. Как и ожидалось, его окликнул отец. Круто развернувшись, парень прошёл в сторону гостиной. Отец стоял и ждал, пока паршивец зайдёт. Мальчик устремил пустой взгляд в глаза напротив. Что-то внутри взрослого мужчины сжалось, но он тут же перевёл свои мысли подальше от этой темы. Тяжёлый взгляд напротив брал своё, Тобиас замялся перед тем, как начать говорить. Он опять сорвался на крик, но мальчишка, казалось, его не слушал. Крик усиливался, и сопровождался ударами по всем, видимым вокруг, поверхностям. Это всё начало приобретать слишком абсурдное состояние, и в какой-то момент Тобиаса остановил безжизненный тон. — Ты достал орать. Я ничего не сделал, а мама, так тем более, поэтому слушать твои бессмысленные крики я не хочу. Просто завали и сваливай из дома. - голос приобрёл лишь толику усталости. — Как ты смеешь, маленький ублюдок!? - самолюбие мужчины задели. - А ну иди сюда! - подходя ближе закричал он. — Ну, снова будешь угрожать? - чёрная бровь изогнулась. Отец снова попытался избить Северуса, даже успешно, потому что оставил синяк на плече, но парень сломался и терпеть больше не стал. Он сам избил отца, ну как минимум разбил его губу и оставил синяки. Его терпение не стоило испытывать никогда. Может быть он и казался спокойным, но в его душе хранилось столько злости, сколько его отец никогда не видел. После этого спать было спокойнее, а отец опять сбежал из дома.