Мама не узнает

Красивое, просторное помещение встречает юношу яркой светящейся вывеской «Tattoo Moon», закрывающая половину стены. Слева — большая округлая стойка, за которой сидит вполне симпатичная девушка, а справа — голубой диванчик. В салоне слышится звук работающих тату машинок за стенкой, повсюду стоят полочки со всякими принадлежностями, от украшений, до мягких игрушек. Туда-сюда ходят люди с цветными волосами и в футболках с рок группами. Антон мысленно радуется, что выбрал такое хорошее место, ведь он мог проколоть язык и в подъезде, ему даже предлагали, но Шастун ведь ссыкун редкостный, он доверится только мастеру своего дела. Парень подошёл к этому делу с крайней осторожностью, ведь ни мать, ни отец не должны узнать ничего, пока юноша сам не осмелится рассказать. Слишком уж тот боится, что отец прогонит его со словами «пидорас», а мама неодобрительно покачает головой и скажет, что он испортил своё тело. Знаем, проходили. Найти место, где было бы необязательно присутствие опекуна было безумно трудно. Парень буквально весь вечер оправдывался перед девушкой, что записывала его на процедуру, что мама просто не сможет прийти из-за работы, а в другой день он категорически против. Согласились при условии письменного соглашения, но раз он смог подделать фотку паспорта для того, чтобы ему продали пиво, то написать какую-то записку, мол «я разрешаю своему сыну творить с собой хуйню» — раз плюнуть. Так Шастун и пришёл, с почти тремя тысячами в кармане (которые он между прочим копил месяц) и небольшой бумажкой. Подойдя к стойке, парень поздоровался, сразу протягивая листочек. — Вы по записи? Сколько вам полных лет? — Светловолосая девушка на лет 25-ти мило улыбнулась ему, беря записку в руки, — Хорошо-о, буквально через пару минут подойдёт мастер, подождите его на диване. Антон быстро кивнув, послушно уселся на мягкий, синий диван, без возможности вытянуть ноги. Коленки задрожали, пальцы онемели, все как положено вообщем то. Юноша с нетерпением ждал, потирая влажные ладони о джинсы. Шастун смотрел много видео, как делают прокол, прочитал кучу статей и пришёл уверенный в том, что как минимум не грохнется от страха. — Добрый день, пройдемте, — Антон не заметил, как возле него оказался высокий темноволосый мужчина, приглашая его пройти с ним. Шастун ожидал увидеть девушку с татушками и пирсингом, как это обычно бывает, но впереди него шёл вполне обычный мужчина очень приятной внешности. Они прошли буквально пару метров и мужчина завёл его в импровизированный кабинет. Парень огляделся, замечая кольцевую лампу, всякие ящички, полочки, даже кран с раковиной. — Присаживайся на кушетку, — Темноволосый указал ему рукой на чёрную, длинную кровать, укрытую тряпочкой. Юноша послушно уселся. — Я Антон, — Зачем то представился парень, а после сразу покраснел, понимая, что сморозил хуйню. Но мужчина лишь улыбнулся, повернулся к ящику, достал оттуда перчатки, а после вернул взгляд обратно на Шастуна. — Арсений, — Тот надел две пары чёрных перчаток, а после принялся распаковывать иглу, зачем то нарезать тряпочки и открывать всякие баночки непонятно с чем, попутно объясняя, чем обрабатывать прокол, как он вообще будет делаться, сколько заживать и ещё про всякие нюансы с ним. Антон внимательно слушал, смотря на мастера снизу вверх, чуть кивая. — Вопросов нет? — Шастун мотнул головой, — Тогда начнём. Мужчина чуть приподнял голову парня, держа за подбородок и попросил высунуть язык. — Ого! У тебя прекрасный язык, тебе очень пойдёт, — Самый странный комплимент, который Шастун когда либо слышал. Юноша уже хотел было сказать «спасибо». но вовремя вспомнил, что его язык сейчас в чьих-то руках, причём в прямом смысле. Арсений чуть пощупал, а после начал процедуру, отзываясь о Шастуне всеми ласковыми прозвищами, которые только есть на свете, чтобы тот если что не испугался и не засунул язык обратно. Прокол прошёл быстро и почти безболезненно, из Антона разве что вырвался тихий скулёж. Арсений дал парню зеркало, чтобы тот посмотрел на сиё творение. — Спасибо большое! Очень красиво! Главное, чтобы мама теперь не узнала, — Антон проговорил это, чуть шепелявя, заулыбался, а после посмотрел на мастера. Арсений был бы рад за очередного счастливого клиента, если бы не услышал то, что Шастун старательно скрывал ото всех. Темноволосый стоял с минуту, пока не вспомнил, что парню ещё рот нужно прополоскать, чтобы тот не захлебнулся слюнями с кровью. — Антон, ты охуел? — Тут уже в шоке сидел сам Шастун, который только сейчас понял, что сказал совершенно не то, что стоило бы, — Ты понимаешь, что если твоя мать узнает, меня может ждать чуть ли не суд? Ты головой думал вообще? — Арсений правда не хотел переходить на «ты» и в принципе ссорится с, как оказалось, несовершеннолетним клиентом, который сделал прокол без соглашения матушки. Теперь ему явно влетит. Мужчина уже настраивал себя на худшее, где он сидит в тюрьме за то, что недоследил за чужим ребёнком. — На, — Попов наконец протягивает парню пластиковый стаканчик с раствором. Тот молча встаёт и полоскает рот, выплевывая жидкость в раковину. После того, как все казалось бы закончено, Антон ставит стакан и поворачивается к Арсению лицом. — Извините, — Единственное, что вымолвил юноша, склонил голову и начал теребить многочисленные кольца на пальцах. — И что мне с тобой делать? — Попов сложил руки на груди, но на парня совершенно не злился. В его возрасте он и сам всякую дичь творил, о чем мать до сих пор не знает. — Я могу что-то сделать для вас? Не говорите только маме, пожалуйста, — Антон поднимет взгляд и смотрит так робко и жалостно, на сколько может. — Не скажу я, не боись, — Арсений кладёт руку парню на плечо, — Не спались только, — А после мягко улыбается и отпускает парня, давая ему памятку по ухаживанию за пирсингом. Антон вылетает из салона и бежит к автобусной остановке, думая, как мог так облажаться.

***

Попов ещё с минуту стоит, обдумывая, точно ли все будет хорошо, а после выходит и направляется к стойке. — Кать, дай номер парня, что только что был у меня, — Арсений подошёл к девушке, вставая за ее спиной. — Тебе зачем? — Мужчина не осмелился сказать, что сделал прокол юноше не совсем по правилам, да и не его это вина, как Екатерина вообще могла поверить в этот цирк и пропустить Антона? — Забыл памятку оставить, напишу в сообщения, что делать с проколом, — Арсений закатил глаза, а после переписал цифры с ноутбука к себе в телефон.

***

Весь рабочий день Попов только и думал об Антоне. Не увидела ли его мама? Прополоскал ли рот по приходе домой? Не ест то, что запрещено? Арсений решил себя не мучать, а спросить прямо, написав сообщение.

Привет! Это Арсений, твой мастер по пирсингу. Как там прокол?

Парень прочитал сразу и ответил на столько быстро, будто у него уже был заготовлен ответ. Антон О! Здрасьте! Все отлично! Практически не болит. Я сделал все, что было написано в памятке Мама не знает ;)

Арсений

Отлично.

Молодец =)

Арсений кладёт телефон, предполагая, что диалог закончен, но спустя пару минут от Антона вновь приходит сообщение с прикрепленным фото. Шастун прислал фотку с высунутым языком, демонстрируя, что все и правда хорошо. Попов буквально каждый день видит языки, но почему то именно его показался Арсению на столько красивым, даже особенным, поэтому ему пришлось держать себя в руках, чтобы не написать о том, какой мальчишка лапочка.

Арсений

Очень красиво! :)

Антон Спасибо! И за комплимент, и за прокол. И за то, что маме ничего не сказали)

Арсений

Хочешь, прогуляемся завтра? Проконсультирую тебя ещё раз, так сказать.

Арсений шлепает себя рукой по лбу. Каким дураком надо быть, чтобы предложить прогуляться парню, под предлогом «консультации»? Попов уже было хотел стереть сообщение и закончить на этом общение, как видит ответ. Антон Я не против :)) Всё, Арсений уже вписывает себя в список Питерских педофилов, причём нихуя не карандашом, а маркером, чтоб наверняка. Ему стыдно, и страшно, и вообще зачем он это написал, собирался ведь только про язык спросить. Попов откладывает телефон, чтобы вновь не ляпнуть лишнего и укладывается спать, пытаясь нормализовать и их прогулку, и в принципе все мысли насчёт юноши. Это ведь и вправду обычная консультация. По крайней мере Арсению хочется думать именно так.

***

Антон вот уже час стоит у зеркала, пытаясь понять, что ему надеть, чтобы было и красиво, и не холодно. Шастун очень удивился предложению прогуляться и на эмоциях ответил согласием, а сейчас стоит и думает, зачем. Не зря говорят, что ночь опьяняет похлеще алкоголя. Чтоб ещё раз он принимал какие либо решения ночью, да ни в жизни. Спустя еще нескольких минут метаний у шкафа, Антон решил не испытывать судьбу и как обычно надеть черное худи, в котором он ходит буквально всегда и везде. Беспроигрышный вариант. Перед выходом парень ещё раз все обдумывает, взвешивает все «за» и «против», и так и не находя ни одного «против», шагает к кафе, что находится через несколько домов.

***

Попов сидит за столиком в вполне уютной кафешке. Вокруг висят гирлянды, стоят растения, создавая очень приятную атмосферу. Мужчина время от времени глядит на часы, думая, что Антон вообще не придёт. Проснувшись утром, Арсений тысячу раз подумал, на сколько это было плохой идеей и ещё тысячу раз подумал, какой парень привлекательный и что идти стоит, а если тот не явится, то точно не судьба. Дверь открывается, оповещая всех почитателей колокольчиком и в кафе заходит высокий, раскрасневшийся юноша. Оглядывается, ища нужный столик, а после ловит взгляд Арсения и идёт к нему. — Привет, — Парень трёт руки, а после прикладывает их к ушам, согревая их. — Замёрз? — Попов уже успел дать себе по лбу за то, что выбрал такое место встречи, и за то, что не заехал за Антоном, а после ещё раз мысленно пинает себя, не хватало ему ещё заезжать за юношей, они ведь не парочка. — Немного, — Антон робко улыбается, — Вы ещё ничего не заказали? — Тебя ждал, — Темноволосый уже хотел было заказать мальчишке какой нибудь горячий шоколад, но вовремя вспоминает, что ему, вообще то, нельзя горячее, особенно, когда прокол буквально только сделан, — Могу взять тебе какой-нибудь лимонад? До заживления лучше не пить горячее. — А можно взять кофе и подождать, пока остынет? Я только согрелся, — Шастун смотрит на Арсения, улыбается ярко, а после чуть поворачивается, показывая свои краснейшие щеки. — Хорошо, — Вообще, кофе не очень то желательно даже холодное, но Попов просто не может отказать этому парню, особенно, когда тот смотрит так, будто от глотка лимонада превратится в ледышку. Темноволосый делает заказ, а после утыкается в сложённые руки лицом, глядя на Шастуна. — Не болит прокол? — Арсений улыбается, когда видит, как юноша высовывает язык и мотает головой. — Когда курю слегка щиплет, а так все хорошо, — Парень смотрит в ответ в голубые глаза, замечая их невероятную красоту. — Антон, ты дурной? — Попов вздыхает и сводит брови к переносице, — Какие сигареты? Они противопоказаны до полного заживления. Они в принципе очень вредны, тебе же даже 18-ти нет. — Вы прям как дед говорите, — Шастун чуть краснеет, ловя себя на том, что его пристыдили, — Выглядите на 20-ть, а ворчите на все шестьдесят! — Мне и так двадцать, Антон, — Арсений ухмыляется, понимая, на сколько парень юн и мил, а после обводит своё имя в блокноте педофилов, — А тебе? — Шестнадцать, — Юноша видит, как его кофе ставят на стол и принимается дуть на него, чтобы тот быстрее остыл. — Ты такой ребёнок, — Попов смеётся, уверяя себя в том, что милее людей он точно не встречал. — Взрослый нашёлся, вы посмотрите, — Антон лыбится и принимается пить чуть тёплый кофе. — Перестань обращаться ко мне на «вы», я не на столько тебя старше, — Арсений улыбается, смотря, как Антон продолжает дуть на кофе. Попов, за эти полчаса времяпровождения с Шастуном, улыбался больше, чем, кажется, за всю свою жизнь. Он и правда ещё ни разу не встречал таких солнечных людей. Арсений считает Антона многосторонним и очень открытым человеком, он прям светится, смеётся постоянно, откидываясь на спинку стула и поднимет ноги, совсем как ребёнок, но в то же время, когда Попов начинал серьезные темы, спрашивал парня о планах на будущее, по поводу учебы и тому подобное, Антон отвечал очень по взрослому, будто юноша уже весь мир повидал, со всеми трудностями жизни встретился и теперь у него жизненного опыта хоть жопой жуй. Арсений восхищался юношей. Голубоглазый давно не школьник, но рядом с Антоном чувствовал себя самым маленьким мальчиком, и это вовсе не из-за роста. Попов и не вспомнит, ощущал ли он к кому-нибудь такую теплоту и нежность. Антон по детски наивен, Антону будто и не шестнадцать вовсе. Арсений заметил, как часто меняются эмоции юноши, как часто тот крутил многочисленные кольца на пальцах, как немногословно кивал на каждые слова Попова и это казалось ему особенным. — Не хочешь прогуляться? — Куда пойдём? — Парень поднялся, выкинул допитый кофе в урну и направился к выходу, то и дело оборачиваясь, чтобы удостовериться в том, что темноволосый идёт следом. Попов помог Шастуну надеть куртку, сам накинул своё пальто, которое, вообще-то, вовсе не по погоде и вышел следом за младшим. Антон, по привычке, уже тянется к карману. Прохладный воздух приятно окутывает, а парень только что кофе бахнул, прекрасные условия, чтобы покурить. — Антон, — Арсений чуть хлопает юношу по руке, — Мне за тобой следом ходить? Только попробуй закурить и твой язык скажет тебе «пока, пошёл нахуй», — Попов хватает Шастуна за руку, ведя за собой. Антон ничего ответить не успевает. Ему, в общем то, и не хочется. Хочется, разве что, только курить. Арсений подводит его к чёрной иномарке и открывает дверь на пассажирское сиденье. — Не бойся, в лес не увезу, — И Антон верит. Будь Попов отцом юноши, давно бы дал ему подзатыльник. Ну кто садится в машину к незнакомым людям? А вдруг серьезно в лес увезёт? Шастун садится и покорно ждёт, когда владелец машины обойдёт ее и сядет на соседнее место. — Тебя родители не учили, что в машину к незнакомым дядям садиться нельзя? — Парень молчит пару минут и Арсений уже думает, что сейчас тот опомнится и вылетит из салона также быстро, как «залетел». — Учили, — Антон дергает плечами, — Но тебе я доверяю, — А потом смотрит своими большими, зелёными глазами на Арсения, и глаза такие родные — родные, что хочется утонуть в них, смотреть, не переставая и видеть эту ласковую траву каждый день. Попов улыбается, а после выезжает с парковочного места, везя юношу в место, которое ещё никому не показывал, нет, серьезно, даже девушек своих туда не водил, потому что считал (и считает до сих пор) его слишком родным и сокровенным, но с этим мальчишкой почему — то так и хочется делиться родным и близким. Все время в пути парни не разговаривали. Антон глядел в окно, иногда поворачиваясь в сторону Арса, а тот думал, не слишком ли это всё быстро происходит. Они буквально не знакомы, видятся во второй раз в жизни, но сердце Арсения почему то остановилось, замерло, отдышалось немного и снова пошло. Арсений останавливается около жилого дома, выходит, а после, как истинный джентльмен, открывает дверь со стороны Антона и помогает тому выйти. — Мы что, к тебе домой приехали? — Как говорится, спасибо, что не в лес, — А не рано ли? Попов не подумал, насколько странно это будет смотреться, ведь дом то и правда его. Он и не собирался тащить парня на первом, вроде как свидании, к себе домой, он же романтик. — Так не терпится? — Арсений ухмыляется, видя, как смутился юноша, а после хватает того за руку и тащит в сторону подъездной двери, — Забежим ко мне, возьмём кое-что. Шастун лишь кивает. Заходит в подъезд, топает за Арсением на третий этаж, а после мнётся у входа, пока владелец квартиры сам не крикнул «да заходи уже». Квартира Попова выглядела совершенно обычно, правда, довольно пуста. Заходя в помещение, можно было сразу учуять то, что живущий тут человек одинок и в принципе дома появляется не очень часто. В квартире очень чисто, прохладно, и как-то неуютно. Парень проходит вслед за Арсением на кухню, где стоит очень маленький столик и один стул. Попов начинает рыться во всех ящиках, попутно бегая из комнаты в комнату. Шастун совершенно не понимая, что происходит, сидит на месте, дожидаясь хоть каких то объяснений. Спустя время, на столе стоял большой термос, серый плед и чёрная толстовка. Комплектация так себе и где она может пригодиться, Антон все ещё не понимал. — Иди обувайся, и надень мою куртку, а не свою ветровку, — Шастун ничего так и не понял, но послушно нарыл в шкафу чёрную дутую куртку. Обувшись и дождавшись Арсения, который нацепил черную толстовку и взял рюкзак, парни вышли с квартиры. Антон уже направился по лестнице вниз, но Попов перехватил парня, направив в сторону лифта. — На крышу, Шастун. Дождавшись лифта и зайдя в него, Арсений нажал на кнопку, показывающую самый последний этаж и до Антона дошло только сейчас. — А, — Парень прижимается спиной к стенке лифта и смотрит на Попова так, будто тот умолчал невероятную тайну всей вселенной, — Откуда у тебя ключи от крыши? — У меня нет ключей, — Мужчина пожал плечами, — Там решетка погнулась, пролезем, — Арсений улыбается, двери лифта открываются и тот ведёт юношу к лестнице. Они поднимаются чуть выше 17-того этажа и Антон видит голубую дверцу, зубцы которой сильно погнулись. Их буквально будто кто-то разъединил руками и Арсений, видать, первый и единственный, кто это заметил. Попов аккуратно пролазит через щель между железными прутьями и ждёт, пока тоже самое сделает Антон. Поднявшись ещё по одному пролёту лестницы, Арсений открывает дверь и взору парней открывается свободная крыша и заходящее солнце, что оповещает о том, что уже скоро будет виден алеющий закат, который свойствен в середине осени. Мужчина аккуратно проходит порог и берет Антона за руку, чтобы тот, если что, не оступился. Шастун немного теряется, хотя вроде ничего и не произошло. Он чувствует тёплую ладонь, накрывшую его и то, как Арсений переплетает их пальцы и внутри буквально верещит. — Не боишься высоты? — Попов усмехается, ведёт парня ближе к краю, а после поворачивается к нему лицом. — С тобой не боюсь, — Антон улыбается, продолжая держать Арсения за руку. Попов отпускает Шастуна, расстилает плед, а после садится, хлопая рядом, приглашая Антона на импровизированную ложу. Тот послушно садится рядом, задумываясь, на сколько ему спокойно с этим человеком. Они сидят одни на огромной крыше дома Попова, наблюдают за уходящим закатом и кажется, что лучше и быть не может. может — Если я тебя сейчас поцелую, будет слишком быстрый ход событий? — Антон мгновенно краснеет и поворачивается в сторону Арсения. Парень хлопает глазами, думая, что он, может, ослышался, галлюцинации там, свежий воздух в голову ударил, но Попов напротив него смотрит прямо в глаза, ожидая ответа. — Считаю, что нет, — Шастун пожимает плечами. Арсений, удивленный ответом, сразу тянется в сторону Антона. — Нужны всякие милые прозвища, чтобы ты не испугался? Прямо как на процедуре, когда я тебе язык прокалывал? — Мужчина смеётся и Антон сразу же расслабляется, ему и до этого было не страшно, но когда ещё можно услышать эти милости от Попова? — Нужны. Арсений ярко улыбается, берет Антона за руку и вспоминает всех самых милых животных, похожих на Шастуна. — Котёночек? — Неплохо — Зайчик? — Уже лучше — Милый мой? — Ну всё, хватит, — Антон притягивает того к себе, а после целует со всей нежностью. Арсений изначально ни на что не надеялся, но очень сильно удивился, когда Шастун первым разбавляет легкий поцелуй страстью, добавляя язык. Не успев распробовать все прелести французского поцелуя с Антоном, тот ойкает и отстраняется. — Язык болит, — Парень прикрывает рот ладошкой и чуть улыбается. — Прости, я забыл, — Арсений смеётся, ему невероятно легко с Антоном и от этого хочется забрать парня целиком себе, — Тебя мама не отругает? — За то, что я только что поцеловался со своим пирсинг-мастером? Думаю нет.

***

Арс

Прокол зажил? Не терпится поцеловать тебя как тогда, на крыше

Антон Зажил Не болит по крайней мере

Арс

Два месяца прошло

Я мог целовать тебя так, как хочу уже через недели две

А ты все отказываешься

Антон Я стесняюсь

Арс

Меня?

Антон Нет Того, что тебе не понравится

Арс

На крыше мне все понравилось =)

Хватит разглагольствовать, выходи давай

Жду внизу :*

Антон кладёт телефон в карман и выходит из квартиры. — Я тебя заждался, — Арсений улыбается, когда видит, как быстро бежит Шастун. — Не ври, ты только приехал, — Антон обнимает Попова, а после чмокает в губы. — Анто-он, — Арсению кажется, что он скоро с ума сойдёт. — Не ной, — Шастун смеётся, а после притягивает Попова ближе и целует, целует своего парня как тогда, на крыше.