Однажды на диком западе. Часть 2.

      Люди засуетились, законники ринулись к месту происшествия, а парни тем временем направились прямиком в банк. Сейчас там начнется веселье, но мне же остается только ждать, когда они выйдут оттуда с деньгами. Но тут перед банком начали собираться законники. Какого хрена? Хозия же отвлекал их внимание, как они узнали, что банк грабят? Их все больше и больше. После чего я увидела Милтона. Ну конечно! Этого поганца долго звать не приходиться. Но откуда он обо всем узнал? Тут раздался крик Милтона:       — Выходите, игра окончена! — после чего он вывел Хозию, наставив на него револьвер. — Датч, выходите.       Вот же поганый ублюдок. Боже, Хозия. Нет! Мне безумно хотелось вмешаться и сделать хоть что-то, но я боялась даже шелохнуться, ведь, если меня заметят, мне конец. Послышался голос Датча:       — Мистер Милтон, отпустите моего друга или эти люди, они погибнут ни за что ни про что.       — Вашего друга? Зачем я должен его отпускать?       — Ну же, Милтон...       — Игра окончена. Никаких больше условий. Никаких сделок.       — Мистер Милтон, это же Америка. Тут всегда можно договориться.       — Я уже дал вам шанс. — тут Милтон толкнул Хозию вперед. У меня от сердца отлегло, на секунду появилась какая-то надежда. Шанс, что он выкарабкается. Но стоило Хозии сделать лишь пару шагов, прозвучал выстрел.       — Нет! — прокричала я, и сразу же пригнулась, чтобы меня не заметили, прикрыв рот рукой, но через пару секунд осторожно выглянула вновь, взглянув на бездыханно лежащего на земле Хозию. Я просто не могла поверить. О, Хозия... На глазах появились слезы. Милтон, жалкий ублюдок! Вот доберусь я до тебя. Ты за все ответишь!       В этот момент началась перестрелка. До сих пор находясь в шоке, я просто стояла и наблюдала, боясь вылезти из своего укрытия. Пинкертоны все перли и перли, а ребята в тот момент продолжали отстреливаться. В какой-то момент ребят начали сильно зажимать. Я смотрела на здания и в окна, стараясь увидеть хоть кого-то из парней. Я заметила в окнах Хавьера, Билла и Чарльза. Остальных не было видно. Через несколько минут нескончаемой пальбы прозвучал взрыв. Я испугалась, решив, что что-то пошло не так. Не рыпаясь с места, я продолжала наблюдать. Спустя какое-то время, я увидела, что агенты начали падать замертво один за другим. Их кто-то отстреливал, но кто? Подняв голову вверх, на крыше здания рядом с банком я увидела Артура. Спустя секунду он заметил меня. Вот черт. Я спряталась обратно. Так все, нужно уходить от сюда, пока следующим, кто меня заметит, не оказался Милтон. Стараясь не привлекать внимание, я начала потихоньку убираться, аккуратно двигаясь в сторону переулка, где осталась Морган. Но тут вдруг от куда ни возьмись на меня напали пинкертоны. Я уже была готова вытащить револьвер и начать стрелять. И тут прозвучали выстрелы. Оба агента упали на землю. Обернувшись, я увила Джона и тут же подбежала к нему.       — Ты что тут делаешь, Джон?       — Я что тут делаю? Это ты какого хрена здесь делаешь?       — Я здесь просто... я...       — Ладно не важно. Уходи пока можешь.       Тут за его спиной послышались крики и мы заметили бегущих на нас пинкертонов.       — Вот черт. — обронил Джон. — Беги, Скарлетт, беги!       — А как же ты?       — Беги, мать твою! — он бросился к пинкертонам, вероятно отвлекая их внимание на себя. Пару секунд я стояла, как вкопанная, разрываясь между желанием помочь ему и здравым смыслом, который настоятельно подсказывал мне поскорее убираться от сюда. В какой-то момент здравый смысл одержал верх и я бросилась на утек, по дороге изо всех сил высвистывая Морган. Наконец, она появилась в поле моего зрения и, едва приблизившись к ней, я взобралась в седло и погнала прочь.       В лагерь я ехала все возможными обходными путями, чтобы не привести за собой хвост. Назойливые мысли не давали покоя. Произошедшие события всплывали картинками в голове. Джон, эта перестрелка и... Хозия... Слезы текли просто нескончаемым потоком, застилая глаза и разлетаясь от ветра и бешенной скачки. В какой-то момент из-за этой пелены я уже перестала что-либо видеть. Я резко остановила Морган и спрыгнула. Ноги словно отказались меня держать и я свалилась на колени, едва коснувшись земли. Все возможные чувства и эмоции просто переполняли меня, вырываясь наружу слезами и громким плачем. Я рыдала, прижимая руки к груди, словно очаг всех этих чувств находился именно там. Я оплакивала Хозию, словно он был мне родным человеком. И на самом деле это было так.       Наконец, я немного успокоилась и в голове среди всего этого кошмара промелькнула светлая мысль. Надо ехать в лагерь. Еще раз убедившись в отсутствии хвоста, я погнала Морган дальше. На подъезде к лагерю, я увидела Седи. Спрыгнув с лошади прямо на скаку рядом с ней, я вновь упала на колени. Хорошо еще не разрыдалась.       — Скарлетт? Скарлетт, ты меня слышишь?       — Что?       — Где остальные?       — Я... я не знаю. Там были агенты, Милтон, Хозия... — а вот и слезы.       — Что? Что Хозия?       — Милтон убил его.       — Черт, твою мать... Так ладно. Скарлетт. Скарлетт?       — Что?       — Вставай, вот что.       — Я... я не...       — Вставай. Понимаю, да. Мне жаль. Но поднимайся, надо готовиться.       — К чему?       — К худшему. Пошли.       Сделав глубокий вздох, я встала и пошла вслед за ней. Мы приблизились к дому и на меня тут же набросилась мисс Гримшо.       — Скарлетт, ты где была?       — Я... да не важно.       — В смысле "не важно"? Пришла Эбигейл, рассказала о том, что было в городе и тут ты пропадаешь. Уезжаешь из лагеря, никого не предупредив, а если бы...       — Я была в городе, ясно?! И я видела все! — вспомнив этот ужас, меня снова начала одолевать истерика, а в голосе слышался плачь, который сдерживать было невозможно. — Я видела, как Милтон убил мистера Мэттьюза. Он пристрелил его на моих глазах без всякого сожаления!       — Успокойтесь, мисс Джонсон! Возьмите себя в руки! Сейчас не время для истерик.       Уж не знаю, как она это сделала, но из-за ее слов плачь действительно стих, позволив задуматься о более важных на данный момент вещах.       — Мисс Гримшо, что же нам делать? — спросила я, вытирая рукавами слезы.       — Подождем до полуночи. — вмешалась Седи. — Может быть кто-то из наших вернется. А до того времени нужно потихоньку собираться. Здесь оставаться больше небезопасно.       — Полностью с вами согласна, миссис Адлер. — поддержала ее Сьюзен. — Мистер Пирсон! Мистер Суонсон! Собирайте вещи.       — Поверить не могу, что мы покинем это место.... — я, конечно, была за эту идею, ведь это, пожалуй, все, что нам сейчас остается. Но все равно как-то грустно на душе. Когда мы уже сможем хоть где-то прожить в спокойствие больше, чем несколько недель. Честно говоря, я даже не вижу в этом особого смысла. Все повторяется. Мы каждый раз уходим куда-то, где-то прячемся, а Милтон все равно нас находит. Почему он просто не оставит нас в покое? Одна только мысль разрывает мне сердце: теперь все будет по-другому. Я больше не увижу Хозию. Не выпью с ним кофе с утра и услышу его, кажется уже повторяющихся нравоучений, которые мне не раз спасали жизнь. А ведь он так и не успел сказать Артуру то, о чем я его просила. Ох, Артур... Только бы ты был жив. Я даже не знаю, где он сейчас, все ли с ним в порядке. От этого стало еще хуже.       Собрав свои вещи, я направилась в комнату Артура. Сомневаюсь уже, что он успеет вернуться до нашего отъезда, так что надо бы и его вещи сложить. Когда я закончила, за окном была уже ночь. Я выглянула на улицу и первое, что привлекло мое внимание, была Седи, которая все еще стояла на стреме в нескольких метрах от лагеря. Признаться, я восхищаюсь ей. Я сразу вспомнила девушку, что когда-то сидела каждый день в слезах. Опустошенная, не видящая смысла даже в собственном существовании. Я по себе знаю, какого это, когда теряешь самое дорогое. Когда-то и я через это прошла, так что очень хорошо ее понимаю. Понятно, что она так до конца не оправилась и никогда не оправится. По крайней мере, она взяла себя в руки, когда это было нужно и, надо сказать, она держится молодцом. Мне стоило бы брать с нее пример. С этой мыслью я направилась к ней.       — Седи?       — Да?       — Тебе бы передохнуть. Что скажешь, если я тебя подменю?       — Что, о чем ты? Лучше присоединяйся. Вдвоем веселее.       — Как скажешь.       — Ты как вообще?       — Да никак в общем. Паршиво. Хозия был мне другом. Даже не знаю, как я теперь без него.       — Все мы кого-то теряем. Такова, мать ее за ногу, жизнь. Сама посуди. Я... потеряла мужа, Датч подобрал меня. Теперь я с вами, но мне его по-прежнему не хватает.       — Мой муж однажды напился и пытался убить меня. Но вместо этого убил нашего нерожденного ребенка. Так что я не хуже тебя знаю, насколько жестокой иногда может быть жизнь.       — Да уж... мне жаль.       — Знаешь, я... Подожди, ты это видишь?       Мы уставились в даль и прищурились, стараясь в темноте рассмотреть стремительно приближающийся силуэт. Переглянувшись, мы схватились за винчестеры и приготовились защищать лагерь.       — Стой! Кто идет? — грозно прокричала Сэди, когда неизвестный был уже в нескольких метрах от нас.       — Это я! Чарльз! — прозвучал ответ, после чего он слез с коня и, наконец, вышел из тени.       — Чарльз? Боже! Ты живой! — бросив оружие на землю, я подбежала к нему и крепко обняла.       — Да-да, живой. — ответил он, похлопав меня по спине.       — Где остальные? — спросила Седи.       — Где Артур? — влезла я.       — Дайте хоть отдышаться.       — А, да, конечно. — опомнилась я.       Мы прошли в лагерь и банда тут же принялась с облегчением и радостью встречать Чарльза. Мы усадили его у костра, напоили и, наконец, выудили у него информацию.       — Так, где остальные? Что произошло? — в очередной раз спросила Седи.       — После того, как нас окружили агенты, мы начали убегать по крышам соседних зданий. Потом убили Ленни. Джона мы вообще потеряли и не видели его.       — Что? — вмешалась Эбигейл. — В смысле? Где он?       — Я не знаю. — ответил Чарльз.       — Я знаю... — вмешалась я. — Он помог мне бежать, а его схватили люди Милтона.       — О, боже. Нет, его убьют. — заволновалась Эбигейл.       — Нет, Эбигейл, его не убьют. Мы найдем его и вытащим, где бы он ни был. Ясно?       — Согласна. — поддержала меня Седи, после чего обратилась к Чарльзу. — Что было дальше.       — Мы скрылись в доме и дождались ночи. У Датча появился план. Мы собирались уплыть на время. Но там были охранники. Я отвлек их на себя, после чего скрылся. На счет остальных я не знаю. Скорее всего они уплыли и уже далеко.       — Они нас бросили? — не поняла Седи.       — У нас был выбор? Мы вовсе не собирались вас бросать, мы хотели скрыться на время. Датч посчитал это правильным.       — Что ж ладно, уходим от сюда. — решительно заявила Седи.       — А куда? — поинтересовался Пирсон.       — Мы найдем место.       Спустя недолгое время мы уже приготовились к отъезду. Я отвязала Морган от коновязи и тут ко мне подошел Чарльз.       — Эй, как ты?       — Вроде нормально.       — Все обойдется.       — Да, я знаю.       — А где Седи?       — По-моему она в доме. Сейчас схожу на ней.       — Хорошо, только быстро. Надо уходить сейчас же.       — Да-да, сейчас. — и я направилась в дом, где уже с порога принялась звать Седи. — Эй, Седи? Нам нужно уходить.       — Я здесь. — Отозвалась она из соседней комнаты.       — Что ты тут делаешь?       — Пишу письмо.       — Письмо? Кому?       — Артуру. На случай, если они сюда вернуться, чтобы знали, где нас искать.       — А ты уже знаешь, куда мы поедем?       — Да, знаю. Есть одно место. Называется Лейк.       — Хорошее место?       — Не очень. Там вроде живет пара каких-то дегенератов, но мы с ними расправимся.       — А как иначе? Нам выбирать не приходится. Идем, нам пора.