Мы становимся друг другом

— Ох, ангел, — вздыхает Бейн, изучая глазами чужое тело, — Ты слишком прекрасен для чего-то порочного. Сейчас между ними как нельзя лучше видны все отличительные черты. Они чересчур разные, с совершенно непохожими принципами и устоями, традициями и нормами морали, точнее у Бейна они вообще отсутствуют, но почему-то ему стыдно за некоторые свои поступки, особенно за совращение немного доверчивого ангела. Магнус приближается к Алеку как к своей добыче, медленно и аккуратно, пытаясь не спугнуть. Пора прекращать такие встречи, но искушение слишком велико, и Бейн не может себя больше сдерживать. Он никогда не признается, что Александр для него важен, что к Александру у него чувства, хоть такого у демонов быть не может, но Магнус будет наслаждаться, причём не как обычно у себя в аду, нет. Другой вид, другие возможности. Сторонник тьмы понимает, чем ему грозят межрасовые отношения и связи, только здравому смыслу места не остаётся. — Что тебе от меня нужно? — с какой-то обречённостью говорит ангел. И Магнусу ужасно хочется успокоить его, сделать всё, чтобы на этом прекрасном лице появилась улыбка и чтобы она с него никогда не сходила. — Что ты хочешь? — спрашивает Бейн, ставя Александра в ступор. Они никогда не знали интересов друг друга, никогда не были такими вежливыми и учтивыми. Статус соперников трещит по швам, грозясь сделать Лидии незабываемый подарок судьбы. — Принимать решения, не следуя при этом закону, — говорит Алек. Другими словами он признаёт, что желает сейчас быть здесь и готов на всё, что Бейн хочет с ним сделать, но ему нужно разрешение с выши, которое, конечно же, никто не даст. Приходится нарушать правила, и если для Магнуса это в порядке вещей, то для идеального во всём ангела это невозможно. Демон не должен ему давать выбор, демон должен взять своё, не спрашивая разрешения, тогда всё получится. Бейн не может читать мысли высших сил, так же как и Александр не может прочитать его мысли, зато он способен увидеть всё по чужим глазам. Магнус не говорит больше ни слова, впиваясь в чужие уста поцелуем. На этом они остановились в прошлый раз, и оба не против продолжить. Бейн не груб, он всячески сдерживает свою тёмную сущность, рвущуюся наружу, чтобы не спугнуть невинного Алека. Не хочется всё делать так: во время обмана, вынуждая Александра подчиняться, но у демона нет выбора. Он чертовски желает, чтобы на нём тоже появилось что-то говорящее, что он принадлежит ангелу. Последний плавится в его руках. Для него слишком много ощущений. Сейчас алкоголь не дурманит разум, и всё — слишком ярко и неправильно, но вместе с этим так приятно. Александр и не думал, что его соперник, приносящий только боль и разочарование, может творить с ним такое. Алеку уже даже наплевать на неправильность своих действий, он подаётся вперёд, чувствуя, как кожа встречается с чужой, и по телу принимается бегать теплый табун мурашек. Правильно будет отстраниться и уйти, не совершая такую гигантскую ошибку, но ангел уже не может этого сделать. Его будто заколдовали, и он не способен больше оторваться от разжигающих внутри огонь губ, от сладковатого запаха. Руки демона ощущаются тоже ужасно приятно. Александр толкается навстречу, слыша стон Магнуса и утопая в гармонии этого звука со всем происходящим. — Мой невинный ангел, только посмотри на себя, — тянет Бейн. Он не пытается издеваться, единственная его задача — распалить их обоих. Ему очень нравится говорить такие слова и наблюдать за реакцией своего Александра, — Теперь твой рот наполнен моим вкусом, а кожа пахнет моим запахом. Кто теперь скажет, что ты не принадлежишь мне? Демон усмехается, придвигается ещё ближе, шепчет на ухо что-то сильнее искушающее и отстраняется, наслаждаясь реакцией. Его Ангел выглядит так прекрасно, когда краснеет. Чужие щёки заливаются румянцем, а глаза устремляются в пол, он смущается, не находя слов, чтобы ответить. Бейн даёт себе вольность провести ладонью по чужой груди и получить в ответ громкий несдержанный стон. Александр уже смиряется с тем, что демон будет над ним издеваться, упрекать его в невинности, унижать, но почему-то чужие слова звучат как-то по-доброму, будто им восхищаются, будто восхваляют. Как Алек ни старается не стыдиться, этого у него, к сожалению, не получается, ему не наплевать на мнение демона, как должно быть. Что по-настоящему подумает о нём Магнус, понравится ли тому его тело, не будет ли Бейну противны его недостатки, хотя их нет. Ангел всё равно чувствует себя каким-то закомплексованным. — Не надо, — просит Александр, когда чужие пальцы скользят по его уже избавленной от одежды спине и спускаются ещё ниже. — Я хочу чтобы все видели, что ты мой, — демон оставляет ощутимый укус на бледной коже шеи. Он прекрасно знает, что, когда Алек примет свой настоящий облик, от всего этого не останется и следа, но он не может отказать себе в удовольствии поиздеваться над этим телом. Пальцы проникают под оставшуюся одежду, царапая нежную кожу ногтями. Ангел пытается уйти от прикосновений, они слишком чувствительны и необычны. Ему нравится, но он не желает признавать этого, не желает сдаваться во власть чужих рук. Магнус проходит в спальню, тянет его за собой, и на Александра накатывает волна ужаса, неужели они и правда будут делать это? Ангел смотрит на метку на своей руке, понимая, что бежать уже поздно и некуда, да и не хочется. Через секунду щелкает выключатель, и свет в комнате потухает. — Зачем? — спрашивает Алек, в темноте ничего разглядеть невозможно, и он немного теряется, а потом слышит мягкий ласковый вкрадчивый голос, да как такой вообще может быть у демона?! Этот самый голос становится ориентиром на ближайшие часы для него. — Не хочу, чтобы что-то нам мешало, Александр. Зрение часто доставляет лишние проблемы. — Алек ощущает как его берут за руку и тянут к кровати, — Я не вижу тебя, ты не видишь меня, всё честно. Бейн прав. Ангел теперь не отвлекается на созерцание и смущение, у него остаётся только чувственное восприятие, а ещё слух, обоняние, осязание и вкус, и этого более чем предостаточно. Алеку помогают лечь на кровать и поудобнее устроиться на подушках. А дальше начинаются часы его персонального ада. Язык Магнуса слишком влажный, а ещё чересчур юркий, а из-за того, что демон тоже ничего не видит, то делает всё на ощупь, попадая по всем эрогенным зонам. Сначала это кажется необычным, потом — очень неправильным, и в итоге Александр впадает в практически бессознательное состояние. Для него это слишком много. Наверное, Бейн исцеловал и облизал уже всю его кожу вдоль и поперек, Алек чувствует себя мокрым и чистым, последнее спорно. — Хватит, — наконец выдавливает он из себя, когда язык подбирается к нижней части тела снова. В первый раз Магнус не уделил ей так много внимания, но сейчас он тщательно выцеловывает каждый миллиметр бёдер. Алек знает, что его кожа не идеальна, в каких-то местах у него имеются шрамы, он уже не говорит о волосяном покрове, но Бейну будто всё равно. — Мой ангел, — демон отрывается от своего занятия, и Александр ощущает по чужому дыханию на его коже, что он перемещается в верх пока не накрывает губы. — Ты такой красивый. — Алек не понимает — это жест поощрения или это всего лишь сарказм, — Такой нежный и податливый. — последнее уже больше похоже на оскорбление, но у Александра только тянет приятной болью внизу живота. — Такой независимый и доверчивый. Ангел пытается отвернуть голову, заткнуть уши, для него это слишком, и Бейн понимает это, прекращая что-либо делать. На сегодня достаточно, и он просто ложится рядом и засыпает, обычным человеческим сном, по-собственически устроив свои руки на чужом теле. Алек не знает, что происходит, но его тоже постепенно утягивает в царство Морфея. Он засыпает с размышлениями о чужом имени на своей руке. Проблема в том, что при превращении в человека всё, делающее его ангелом, и какие-то отличительные черты исчезают. Имя напрямую связано с его ангельским обликом, а поэтому оно тоже должно пропадать, но почему-то остаётся, и Алек не знает, как это объяснить. Он доверяет демону, пытается воспринимать себя как связанного с кем-то, и эта связь не теряется при смене обличья. Александр чувствует себя защищённым, а ещё таким свободным, хоть он и находится теперь в чужой власти. Магнус его понимает, видит его желания, даёт только то, что ему нужно. К большому удивлению Алека, Бейн не беспокоится о своём личном удовольствии, всё время уделяя ему. Александр ощущает себя из-за этого особенным. Утром он просыпается рано и пытается выпутаться из чужих рук. Бейн держит его очень крепко, а ещё вжимается в его плечо носом, слегка сопя. Ангел не знает, почему эта картина кажется ему слишком милой. Он долго разглядывает спящего демона, не может от него оторваться. Тот практически весь одет, у него только рубашка расстёгнута, в то время как сам Алек полностью голый. Ангел решает для себя, что в человеческом обличие его соперник выглядит намного лучше, чем в том, что дано ему от природы, всё-таки Александру, как войну света, противны чёрные крылья. Алек наконец отрывается от созерцания Магнуса и направляется в ванную, чтобы умыться, перевоплотиться в свой привычный облик и отправиться на свой пожизненный пост, помогать людям и направлять их на правильный действия, но, как только он замечает своё отражение в зеркале, ему становится плохо и он орёт на весь номер. — Господи, — именно под этот пронзительный крик просыпается Бейн и, понимая, откуда и из чьих уст исходит звук, вскакивает с места и бежит в ванную, не представляя, что его там ждёт. Александр с ужасом смотрит на себя в зеркало, и Магнус не осознаёт первые несколько секунд на что именно. Всё чужое тело покрыто засосами, фиолетовыми и красными метками, отпечатками зубов — демон постарался на славу, но чужой взгляд обращён совершенно не на это. — Чёрт, — ругается Бейн, когда всё же понимает, что не так с ангелом. Из зеркала вместо двух небесно-голубых глаз на них смотрят ярко-жёлтые, с узкими кошачьими зрачками. — Блять, — он прикусывает язык, потому что знает, что Алеку неприятно слышать все его выражения, и резким движением разворачивает ангела на себя. — Что это? — со страхом в голосе допытывается Александр. Магнус молчит, разглядывая свои настоящие глаза, которые он ненавидит всем сердцем. Он не хочет отвечать, это для него слишком сложно. Бейн всегда скрывает их, даже находясь в своём настоящем облике. — Подожди, сейчас я уберу это уродство, — Магнус в секунду перевоплощается и кладет свою ладонь на глаза Александра. Всё-таки та информация из книг была правдива, и теперь Алеку предстоит сложное будущее. Бейн не хочет больше так мучить своего ангела, — Прости, — шепчет он, избавляя чужие глаза от проклятой метки, а тот не понимает, почему демон так изменился и смотрит на него грустно и растерянно. — Всё хорошо, — на Алека опять из зеркала глядят два голубых чистых кристалла, и он успокаивается и пытается понять, что произошло, почему у Бейна такой виноватый вид. Он хочет рассудить всё разумно. Необычные глаза очень пугают его, но, с другой стороны, они не такие уж и уродливые, как их назвал Магнус. Алеку они даже нравятся, но он не хочет их видеть у себя. Ангел встряхивает головой, прогоняя тревожные мысли, и принимает свой обычный облик. Магнус уже успевает сбежать, наверное, он отправляется к Лидии. Александр взлетает и догоняет его. Демон молчалив, он вообще с ним не разговаривает, а Алек и не пытается завести разговор, потому что стесняется всего, произошедшего вчера, но Бейну похоже важно только то, что случилось утром. И Ангел совершенно не понимает его. Лидия просыпается, и они немного забывают о своих личных проблемах. Только Магнус становится слишком покладистым и совершенно не пытается спорить со своим соперником. Александр пытается наладить жизнь своей подопечной, но его взгляд не может оторваться от демона, сидящего на противоположном плече, тупо смотрящего вперёд и постоянно молчащего. Бранвелл становится немного легче, потому что сегодня её преследует всего лишь один голос. Через несколько часов Алек не выдерживает и вызывает Бейна на контакт, видимо, Лидия радовалась слишком рано, потому что её ждёт очень насыщенный чужими разговорами в голове день.