ты сказал, что я тебе нравлюсь

Римус открыл глаз. Блядский свет, слишком яркий. Мерлин, он, что опять с похмелья? Или на этот раз обкуренный? Открыв оба глаза, но до сих пор прищуренный, он увидел лицо Сириуса. Тот стоял и сверху наблюдал за попытками Римуса понять реальность. — О, уже проснулся? — Сириус подал ему что-то отдалённо напонимающее стакан. Отглотнув, Римус на секунду надеялся почувствовать в содержимом вкус огневиски. — Ты кто? Блять, в смысле… я… что происходит, почему я… где мы вообще нахо…– Римус не успел договорить, Сириус, который до этого уже поспел уйти разглядывать какие-то странные плакаты на стенах, сейчас подошел ближе и уселся на краешек кровати, на которой лежал Римус. — А Джеймс говорил, что не нужно было пить эту маггловскую дрянь, а ты сказал это водичка, или водка? подожди… или… — Ясно. — Римус закрыл глаза, голова перестала болеть так сильно, и в воспоминаниях Римуса появилась сцена, где они с Сириусом, Питером и Джеймсом планируют их летние каникулы: «сходить в маггловский бар, чтобы напиться до усрачки. потом еще на пляж можно… кэмпинг, точно!» затем сцена, где они «банда магов» — как выразился Сириус, заходят в бар «3 палки», уж слишком напоминавший их, уже родной, бар «3 метлы». Потом они пьют водку, или только Римус? Внезапно Сириус выдернул его из размышлений и как-то чересчур осторожно спросил: — Так это правда? То, что ты сказал? — А что я сказал? — блядский боже, этот придурок, что действительно думает, что, если Римусу неясно даже где он сейчас находится, он вспомнит, что он там наговорил? — А где Джеймс и Питер вообще? И мы где? Проигнорировав первый вопрос, Сириус ответил только на последний: — Ну, они поехали к Лили, а я решил, что тебе надо где нибудь поспать. Мог бы я выбрать вокзал или лавочку, конечно выбрал бы, но тогда ты бы занял там все место. Поэтому мы сняли комнату в каком-то хостеле. Римус кивнул, и комната снова погрузилась в тишину. Сириус кусал губы, пытаясь не смотреть на Римуса. Тот, в свою очередь, почувствовал облегчение — должно быть, то зелье в стакане сработало. Он задумался откуда в маггловском Лондоне взялось зелье? Или персонал любезно поделился с ним таблеткой обезбаливающего? — «Ты мне нравишься!» В смысле ты сказал, что я тебе нравлюсь! — выпалил Сириус явно резче, чем того ожидал. Он продолжал закусывать губу и теперь теребил в руках свою палочку. (Видимо на случай, если Римусу не понравится этот разговор.) Римус онемел. Неужели он все знает? Римус, что, проболтался? Он решил, что больше никогда не будет пить. Или это очередной глупый прикол? — Блять… — только и вырвалось из горла, — ну, рано или поздно ты бы всё равно узнал. Осталось только подготовить палочку. (Тоже на случай, если Сириусу не понравится этот разговор.) — Значит, правда, — Сириус едва заметно улыбнулся и положил свою палочку на тумбочку. — Ты сказал, что я тебе нравлюсь, и я сказал, что ты мне нравишься в ответ. Черт. Черт. Черт. Не так Римус себе это представлял. Он, если честно, представлял это много раз и ни один из них не был таким. А что, собственно, делать? Это было признание в любви или… сранный Годрик, как все сложно. Поэтому он предпочёл просто молчать. Они не сказали ни слова до тех пор, пока Сириус не приблизился почти вплотную к Римусу и не прошептал ему в шею: — Мерлин, Лунатик, скажи, что я тебе нравлюсь. — Он поднял голову. В силу меньшего, чем у Римуса роста, он казался таким малышом. — Или скажи, что перепутал меня и Регулуса, и тогда я больше не брошу и слова об этом. Только учти, помогать вам я точно не собираюсь. То есть он, идиот такой, ещё и шутит. Явно нервничает. Ещё секунду Римус молчал, не в силах произвести ни звука, а потом: Они поцеловались. Римус не знает, кто первым это сделал. Кто первым приблизился и вцепился в губы другого. Кто первый нежно обнял второго за шею и начал перебирать волосы. В этот момент реальность испарилась. Казалось, они находятся где-то далеко и это далеко точно не этой вселенной. Спустя время, также не ясно кто первый отстранился и крепко обнял. Сириус обплел шею Римуса, а Римус, в свою очередь, обвил талию Сириуса. Римус на секунду задумался, а не сон ли это? Вдруг заиграла музыка, послышался стук. — Эй-й! Сириус, Риму-ус, открывайте! — это был Питер, он приташил с собой радио, — вы, что, оглохли?! Римус кивнул в сторону двери, а Сириус невнятно выругался, мол, вовремя они всегда. — Эй-й, вы вообще там? Сириус открыл дверь. По всей видимости, он специально её запер, чтобы никто не смог им помешать. Не зря. — Оо-о, Питер, брат, какими судьбами? — Питер немного смутился, но Сириус продолжил, — ладно, сейчас только палочку Лунатика найдём. — Я скажу Сохатому и Лили, они внизу. А ещё они просили быть скорее. Питер ушел, оставив их наедине. Римус смотрел на палочку у него в руке. Сириус пожал плечами и неловко схватил его за руку. — То есть Регулус тут не при чём? — усмехнулся Сириус. Римус закатил глаза, не желая отвечать. Он схватил радио, которое Питер оставил на столе возле входа, там только объявили песню Mott The Boople — «All The Young Dudes». — Побежали скорее, это любимая песня Джеймса! — Эй, вообще-то моя тоже! Пока они бежали до друзей, Римус перерешил больше никогда не пить. Потому что, будь он трезвый, этого дня точно бы не случилось.