Биомасса

Сказать, что я заинтересован в людях, значит, ничего не сказать. Человек - венец творения божьего. Все в нем гармонично. Любое слово, выпущенное из его уст, просто обязано быть наполнено здравым смыслом. Должно нести в себе суждение, что приводит в трепет сердца многих. Я часто перелистываю трактаты древних мудрецов. Их мысли прекрасны. Их суждения верны. Их взгляды были устремлены в великое будущее. По моей коже проходят мурашки, когда я читаю высказывания Великих. Когда пытаюсь настроиться на их волну, представить себя учеником такого светлого разума. И тогда, откидываясь в кресле и прикрывая глаза, я отпускаю свои мысли, предаваясь размышлениям о величии бытия. И как же мне противно открывать глаза, и, поворачиваясь к огромному окну моего кабинета-квартиры, смотреть на низменность нынешней жизни. Люди погрязли в пороках, и в них они прекрасны. Люди потакают своим желаниям, и тут они правы. Но куда же ведет нас такой быт? Деградация. Частичная и полная деградация личности. Даже поклоняясь золотому тельцу, нельзя забывать о высоком. Люди древности, даже предаваясь плотским утехам, видели в этом сакральный смысл. И находясь по уши в грязи, были чисты душой. Так почему сейчас все стало по-другому? Почему мы придумали себе мораль, по которой, якобы, должны жить и при этом нарушаем ее на каждом шагу? Смех да и только. Складывается впечатление, что весь мир себя ненавидит, презирает. И в каждом своем поступке пытается унизить себя. В древней Руси была одна казнь, когда осужденного сажали в бочку, до краев наполненную говном, и методично проходили по кайме острым мечом. Чтобы выжить, человеку приходилось нырять в это дерьмо с головой. Вот так и с нынешними людьми. Большинство просто сидит в этой бочке и постоянно ныряет глубже, чтобы как-то выжить. И ни у кого не хватает смелости вылезти из нее. Я тяжело вздохнул и открыл глаза тут же бросая взгляд на вибрирующий телефон. Протянув руку, я взял аппарат и, несколько секунд вглядываясь в незнакомый номер, принял вызов. - Орихара слушает, – голос немного сел, поэтому я прокашлялся и снова приложил телефон к уху. - Я достал то, что ты просил, и готов на обмен хоть сейчас, – мужчина был весел и приветлив. Я уже давно имею дело с этим искателем приключений на свою пятую точку. Он мне приятен именно тем, что уже давно вылез из своей бочки и активно развивается, в чем я не против ему помочь, естественно за определенную плату. - Превосходно. Где ты сейчас, я подойду, – я взял листок и карандаш, приготовившись записать адрес, который мой знакомый незамедлительно мне продиктовал. – Все, выхожу. Сбросив вызов, я встал с кресла и потянулся, встав на носочки. Мне приятно ощущение глубокой ночи. Оно манит, раскрывая свои объятия, избавляет от страхов и скрывает грязь, скрывает наши грехи от всевидящего ока создателя. Поэтому работаю я исключительно ночью, а днем решаю дела. Взяв с полки пакет с необходимыми мне документами и фото, я накинул на себя кожаную куртку и вышел из квартиры. И, возвращаясь к прошлым рассуждениям, понял, что мои мысли двояки. Мне нужно конкретнее представить перед собой постулаты. Нервно прикусив губу, я направился на встречу. Проходя мимо школьниц, чьи лица уже не олицетворяют чистоту и непорочность. Я почувствовал запах одной, и меня затошнило. Неужели она сама не чувствует, как гниет? Черт. Я пошел быстрее, и моя привычка всматриваться во все происходящее сыграла со мной злую шутку. Я заметил слишком многое, снова убедился в ничтожности нынешнего общества. Мне интересны люди, я люблю людей, но это больше не люди. Это просто биомасса. Животные. Хуже, чем животные. Они тормозят развитие светлого и великого. Я должен помочь истине освободиться. Я должен помочь людям со своим мнением, со своими суждениями выйти из этой руды и стать алмазами. Я остановился, широко распахнув глаза. Вот! Вот оно! Я понял свое предназначение в жизни. Я должен помочь алмазам. И должен довести это стадо до полного распада, чтобы возродить истинных людей. Возродить то, что утратила эта масса. Захотелось засмеяться, но я сдержал порыв и все-таки дошел до места встречи, где меня уже ждал Георг. Он был доволен и постоянно оглядывался по сторонам в поисках моей персоны. И когда отыскал в толпе мой силуэт, расплылся в радушной улыбке. Георг был старше меня на пару лет и имел более статную фигуру, только почему-то скрывал ее под мешковатой одеждой. Как только я к нему подошел, он по традиции сгреб меня в охапку и потрепал по голове. Сам не понимаю, почему прощаю ему такое отношение, но что-то заставляет меня просто улыбнуться в ответ на такие нежности. И вот, когда с приветствием было покончено, он достал из-за пазухи довольно увесистый пакет. По силуэту можно было понять, что там книга или папка. Георг протянул пакет мне. Я, в свою очередь, передал ему конверт с информацией. - Как же приятно иметь с тобой дело, – Георг был доволен и буквально светился, заглядывая в конверт. - Взаимно, – отозвался я, и распрощавшись со старым знакомым очень быстро вернулся домой. Там, не став дожидаться чуда, тут же распаковал пакет. Мои руки дрожали, и я снова закусил и без того покусанную нижнюю губу. У меня в руках красовалась папка с подлинной рукописью Бруно Беттельга, что являлся психоаналитиком и описывал опыт узников концлагерей Дахау и Бухенвальда.