Бурный шторм

Ветер попутный – что верность красотки распутной

Яркое светило, которое не закрывала ни единая наглая тучка, освещало малость волнующееся лазурное море и плывущий большой корабль, сделанный из туи, который достался капитану этого судна от его деда — пирата, в своё время успевшего обокрасть ни одну торговую посудину. Парусник направлялся на юг. Капитан Кэйа хотел найти остров, на котором его дед спрятал все свои сокровища. Молодая кровь, что вскипала при мыслях об куче золота, не давала покоя шкиперу. Но опыта парню было не занимать. Всё свое детство синеволосый провел либо около прибрежного дома с книжками о мореплавание, либо брал небольшую парусную лодку и выплывал подальше, за бухту. Отец занимался торговлей, но Кэйе это не нравилось, потому что отец торговал свечами, мылом, поленым сахаром и изредка какой нибудь дорогой атрибутикой. Юноша не понимал, почему его родитель занимается именно такой торговлей, можно же торговать слоновой костью, дорогими тканями, редкой рыбой и золотыми украшениями. Да и эта торговля давала им мало видеться. Но это всё на что он жаловался. Денег было в достатке, был воспитан, обучен грамоте. Чего ещё желать? Если только красивую женщину в будущем, но с красивым личиком Альбериха это не такая уж и большая проблема. Начинало вечереть. Судно всё ещё двигалось на юг. Предстоит пройти долгий и тяжёлый путь к заветному острову. — Капитан Альберих, чайка задом на воду села, не к шторму ли? Да и тучи вон на горизонте — неторопливо сказал Хоффман и посмотрев на море, немного поёжился от собственных мыслей. Волноваться насчёт таких мелочей его работа, он всё же штурман. — да там туч то, как золотых у старой бабки. Не переживай ты так — улыбнувшись, шкипер поднялся к штурвалу и постучав ногой по полу так, чтобы все услышали, закричал — Спустить паруса и бегом набивать всем трюмы*! Кок пусть сготовит что нибудь! На палубе сразу же начался радостный ор и топонье ног, бегущих как можно быстрее доделать поручение капитана и побежать набивать животы ново изготовленой едой. Такие приказы Кэйа говорил не часто, потому что, обычно на корабле просто напросто не было времени. Парусник постоянно куда-то двигался, да и припасы были строго расписаны по месяцам. Боцману конечно, не нравились такие подарочки, но ничего сказать он не мог. Это его работа, следить за припасами и писать списки, пересчитывая каждую крошку. Через 15 минут, все кто был на борту, собрались на шкафуте*, предварительно схватив по тарелке свежего пюре, в котором были сливки, что считалось редкостью, мясо и вино с хлебом. У всех было хорошее настроение, и понятно почему. Обычно после таких застолий все от штурмана до музыкантов в стельку пьяные. Но капитан сам старался не перебирать, так как следить за всеми надо, а то они как дети малые когда напьются. — Капитан, вы сегодня добрый! Что на этот раз на вас нашло? — сказал плотник Драфф, сидя рядом со своим помощником Алланом, иногда похлопывая того по плечу по неизвестной причине. — Да, Драфф прав, может случилось что? Или вы просто решили побрататься с морскими дьяволами* боцмана? — Эльзер отпил из стакана и посмотрев на Кэйю, улыбнулся, как будто зная, зачем Альберих всё это устроил. — Ха-ха, не угадали старые пройдохи*, просто настроение сегодня хорошее, да и радовать вас надо, а то будете считать плохим шкипером, а мне такого золота не надо — веселье в голосе парня всё не утихало. Кэйа был счастлив, так как изначально даже не мог найти эту злосчастную карту. Его не пугали мысли о долгом пути или шторм. Не пугало, что они могли наткнуться на другой флот, который мог бы взять их в плен и всех перебить как ненужный скот. Весь остаток дня команда пила, веселилась и танцевала. Кто-то пел песни, кто-то уже успел вырубиться и уснуть рядом с грот-мачтой. Даже боцман перестал злиться и как обычно за компанию напился с Фарром — бондарем. Все кто был на корабле ценили такие моменты, даже крысы которые доедали всё, что оставалось на тарелках после пьяниц, которым уже еда подавно была не нужна. В скором времени наступила полночь. Луна уже давно вышла на чёрное как смоль небо и осветила всё вокруг, в том числе и уснувшие туши пьяных, но счастливых пиратов. Подойдя к левому борту корабля, Кэйа приулыбнулся и закрыв глаза, зачесал волосы рукой. Радовать этих пьяниц нравилось капитану больше всего. После такого застолья можно спокойно повесить на глаза чёрные метки* и смотреть счастливые сны о куче золота на дедовском острове. Осмотрев корабль ещё раз и уняв своё беспокойство за всех, шкипер ушёл в свою каюту. Парень уже начал готовиться ко сну, перед этим запалив свечи в канделябре и сняв с себя рубашку с обувкой, но разные мысли затянули Кэйю глубоко в себя. На кровати он ещё просидел около получаса и когда уже начал готовиться ко сну, немного напрягся. Море начало волноваться. Пока что ещё не сильно, но до этого был полный штиль. Да и туч на горизонте не было, а ветер не дул так сильно, чтобы притащить беду откуда-то. Всё это очень странно. Обратно обувшись и накинув на себя сверху рубашку, синеволосый вышел из своей комнаты, по пути застегивая рубашку. Подойдя к правому борту и ничего не увидев, Альберих подбежал к левому борту. Парень сразу же насупился. — Вот какой черт понёс меня к этому левому борту?! Сам себе как будто накаркал! — повернувшись к спящим, Кэйа ударил по мачте и спящие рядом с ней сразу же проснулись — быстрее все просыпаетесь, на сегодняшнюю ночь отдыха хватит! У нас беда! От крика капитана сразу все проснулись. Даже пьяный пират — пират, а значит свои обязанности каждый сможет исполнять. На корабле сразу же начался кипишь. Море потемнело, а тучи на горизонте сгустились так, что даже самую яркую звёздочку не сможешь увидеть. Молнии из этого клубка опасности сочились одна за другой, а гром наконец-то стал доходить до корабля, сотрясая воду ещё сильнее. Всего лишь за полтора часа погода изменилась до неузнаваемости. Такое случалось очень редко. Ветра даже не было, а сейчас он мог достигать до восьми — десяти метров в секунду. Видны развитые в длину, но не крупные волны, достигающие до двух — двух с половиной метров . Повсюду видны белые барашки, иногда образуются брызги, но пока что видимость хорошая. Кэйа постарался проанализировать ситуацию. — «Экапиж полупьяный, погода не лучшая.. Состояние корабля в норме. Нужно будет постараться..» — обдумав всё за секунду, капитан подбежал к штурвалу. — Проследите, чтобы все крепления парусника были надежно зафиксированы, в том числе якорь и тузик! Если что-то работает неисправно, сделать так, чтобы работало нормально! Пока что продвигаемся по курсу, обойти шторм никак не получится, придётся идти на пролом! — закрепив штурвал, Кэйа побежал проверять, чтобы все люки на судне были герметично задраены, а двери закрыты. Заодно схватив верёвки, парень начал подбегать к каждому из товарищей и привязывать того к бочке, чтобы если что, когда корабль перевернётся, никто не утонул. Верёвки были длинными и крепкими, так что мешать движениям не должны были. Все припасы уже были надежно закреплены и спрятаны, чтобы не промокнуть и не сломаться, паруса были готовы для спуска или же наоборот. Сами пираты уже были готовы. Долго ждать не пришлось. Шторм пришёл быстро, точно так же как и громоздящиеся волны, срывающиеся гребни волн и пена, ложащаяся полосами по ветру. Волны достигают до пяти с половиной метров, а ветер до четырнадцати — семнадцати метров. Видимость становится хуже, что очень сильно мешает. — Зарифить полностью грот и сократить площадь стакселя! — Капитан Кэйа, корабль готов и находится в исправном состоянии, паруса готовы как и экипаж! — Хоффман после этого сразу же убежал дальше выполнять свою работу. Взяв штурвал в руки, Кэйа еле заметно улыбнулся, как будто показывают морю что ему не страшно, после чего начал стараться опускать корабль с волн как можно аккуратнее. — Капитан, судно будет достигать сорока восьми — пятидесяти пяти узлов! Мы не справимся! Дальше будет только хуже — опять же прибежав, сказал Хоффман, смотря с опаской в сторону огромных страшных туч. — Разве я разрешал паниковать?! Трусливый щенок! Бегом на свое место, если есть способ избежать сильных повреждений и потерь, то мы обязательно должны ему следовать, так что пошёл вон и искать выход из ситуации! — Альбериху уже с трудом давалось управление штурвалом, но Кэйа старался как можно ровнее держать корабль, не показывая собственного страха где-то глубоко глубоко в душе. Он переживал, что по его вине могут погибнуть подчинённые. Это самый главный его страх. Через 10 минут всё стало ещё хуже. Как и говорил Хоффман, корабль достиг сорока восьми узлов. Управлять штурвалом уже было невозможно, поэтому шкипер закрепил штурвал и побежал помогать опускать все паруса. — Подветренный борт касается воды, капитан, а судно идет под креном больше 30 градусов! — сказал из одних подчинённых, после чего побежал дальше. — И сам вижу! Всем приготовиться, возможно корабль перевернётся, штурвал неуправляем! — вернувшись к штурвалу, Кэйа схватился за него как можно крепче. — «раз уж на то дело пошло, то капитан должен погибать вместе с судном» — промелькнуло в голове у Альбериха, после чего, увидев что впереди идёт большая волна, которая накроет их, закрыл глаза и улыбнулся. — если кто из вас помрёт, достану с того света, поняли меня?! Вы мне ещё столько дублонов должны! Это последнее, что капитан успел сказать, тихо посмеявшись. Волна всё же накрыла их, сломав мачты и перевернув корабль с ног до головы.