Шива

      В этой комнате был только один предмет мебели — стул. Он стоял посреди помещения с серыми бетонными стенами. И единственным человеком в помещении был парень лет двадцати, привязанный к этому стулу.       Тишина нарушалась лишь сопением спящего на стуле. Казалось, что он не испытывает никаких неудобств, однако спустя некоторое время его голова дернулась и немного приподнялась. Тихие всхрапывания сменились невнятным бормотанием и парень попытался потянуться, чтобы размять затекшие конечности, однако единственное, что ему удалось это поерзать на стуле. Несколько рывков никак не изменили ситуацию — он все также был привязан к стулу, а руки были скованы за спиной.       — Это для твоей же безопасности. — раздался голос из-под потолка. — Не пытайся сломать стул или перетереть ремни.       — Кто вы и зачем я вам нужен? — спросил парень. Он сам поразился своему спокойствию. Его, студента педагогического института, сына небогатых родителей, — похитили. Единственное, что его удивляло, это то, что он хорошо видел без очков.       — Уважаемый, вы наверное задаетесь вопросом зачем вас похитили? — спросил другой голос и парень молча кивнул. — Вы историк-востоковед. С детства увлекались Индией и Китаем.       Парень снова подтвердил кивком слова говорившего. Его спрашивали биографию практически до мелочей.       — Значит мы не ошиблись, брат — в центре комнаты из пустоты появился невысокий китаец с жезлом в руке.       Лицо азиата было волосатым, а оттопыренные уши напоминали обезьяньи.       — Сунь Укун. — протянул он руку привязанному.       — Мартин. — пожал руку парень и с криком свалился со стула. Из-под правой подмышки торчал рука, которая через несколько секунд словно растворилась.       — Мы не ошиблись, Шива.       — Откуда вы знаете мой ник. — удивлённо протянул парень. — Стоп. Сунь Укун это же царь обезьян.       — Угу, бессмертный и всё такое, — усмехнулся азиат.       В гладкой стене прорезалась щель и, расширившись, открыла проход, в котором вдоль стены стояли солдаты с автоматами. В дверь вошёл высокий старик в медицинском халате с широкой бородой и лысиной.       — Извини за неудобство, но мы должны были убедится, что ты воплощение Шивы. Наш брат обещал уничтожить весь мир, когда переродится. Мы долго его искали, но недавно его дух начал пробуждаться в твоем теле.       — Вы с ума сошли. С чего вы взяли, что это я?       — Ну, во-первых — твои раны и твоё тело. — азиат со всего маху ударил парня по ноге жезлом. Мартин взвыл от боли и скрючился, стараясь перетерпеть       — Изверги, что я вам сделал?       — Успокойся — перебил старик. — Такой удар сломал бы ногу любому человеку, а у тебя даже нет синяка.       — А во-вторых? — чуть успокоившись спросил парень. Боль от удара начала стихать.       — Во-вторых. — протянул Укун. — Ты сам видел. У тебя шесть рук.       — Ага, — усмехнулся ошарашенный Мартин. — и четыре лица.       Старик поднёс к его лицу зеркало и парень снова вздрогнул. Вертикальная морщина посреди лба представляла собой приоткрытый глаз с чёрным белком и радужным зрачком. Ему даже показалось, что кожа приобрела голубоватый оттенок.       — Ещё вопросы, Шива-разрушитель? — спросил старик       — Смерть и ниспровергатель миров — неожиданно для себя закончил парень.       Старик и азиат переглянулись.       — Он пробуждается, Зевс, — сказал азиат. — надо его уничтожить, пока он не уничтожил нас. В руке у старика заплясал электрический разряд шаровой молнии.       — Эх, склеротики вы. — со смешком проговорил парень, — Вы бы вспомнили сначала почему я хотел уничтожить этот мир.       Сунь Укун с размаху ткнул посохом в висок пленник, но появившаяся рука перехватила его. Хлопок о пол ещё одной парой рук и пол покрылся трещинами.       — Смертные настолько перестали быть самостоятельными и приходили ко мне за лечением всякой мелочи. Я же лекарь.       Мартин-Шива дёрнул Укуна на себя и, уперевшись тремя руками в пол швырнул его на Зевса. Заряд молнии из руки последнего ушёл в потолок, пробив в нем дыру.       Не раздумывая пленник подпрыгнул и уцепившись руками за край пробоины скрылся в помещении выше этажом. Две руки так и остались прикованными ремнями к телу.