Когда гаснет свет

      — Эм… Мисс, а вам точно нужно…       — Да, именно столько мне и нужно, — закатив глаза, вздохнула Глоу. — Честное слово, миссис Кейк. Я хожу сюда раз в неделю и каждый раз делаю один и тот же заказ, разве не пора ли привыкнуть?       Стоящая за прилавком тучная кобыла замялась, после чего, тихо вздохнув, опустила голову вниз, вскоре вытащив на свет две коробки из-под шоколадного печенья.       — С вас пятнадцать битов, Глоу Шторм, — положив коробки на стол, буркнула продавщица.       Пурпурная пегаска подняла крыло и засунула его в приоткрытую седельную сумку на боку и, нащупав заранее отсыпанные ещё в доме монеты, небрежным взмахом кинула те на прилавок.       Не обращая никакого внимания на заохавшую кобылу, принявшуюся хватать покатившиеся по столу битсы, Глоу молча положила коробки себе в сумку, вдруг почувствовав у себя на затылке чужие взгляды.       Она резко резко развернулась, отчего сидящие за столиками пони вздрогнули и быстро сделали вид, что увлечённо поедают свои кексы, а одна кобылка, видимо, хотевшая её осадить, уже стоя за её спиной и протягивая к ней копыто, пискнула и забавно шмякнулась на круп, стоило ей только встретиться с ней взглядами.       — Ну? И? — Глоу склонила голову набок, снисходительно глядя на рассевшуюся перед ней дрожащую жёлтую пегасочку. — Ты, наверное, хотела что-то мне сказать, да? Говори, я жду.       — Я… И-извините… — судорожно сглотнув, Флаттершай быстро поднялась на ноги и, развернувшись, выбежала из кофе-кондитерской с сорвавшимся с губ тихим всхлипом, пока ей вслед смотрели два покрасневших от недосыпа алых глаза.       «Защитница, блин. Тоже мне нашлась…»       Фыркнув себе под нос, пурпурная пегаска с кьютимаркой грозового облака и бьющей из него молнией защелкнула защёлку на седельной сумке, и, не желая больше оставаться в этой пропахшей диабетом цветастой дыре, потрусила прочь к выходу.

***

      — Солнце-солнце-солнце, выгляни в окошко, и слети скорее прямо на бордюр! — поняв, что музыка не очень помогает, Глоу убедилась в отсутствии рядом жеребят и тихо выругалась, движением крыла вытерев текущий со лба пот.       Грёбанное солнце, грёбанная принцесса-тортоедка и грёбанная вторая сумка с продуктами и перегретый камень явно не хотели, чтобы она спокойно закупилась всего раз за неделю и поскорее дошла до дома, чтобы не вылезать оттуда до последнего. К счастью, которого вовсе не было, из-за летней жары на улице было почти пусто, если только не считать двух придурковатого вида жеребцов, которые при одном её виде драпанули так, будто вместо неё на них взглянула Найтмер Мун, соблазнительно качнув крупом и оскалившись в приветливой улыбке.       Нет, конечно, крупом она никому не качала, обойдутся. Да и не улыбалась, вроде… Но один взгляд, и всё — природа прямо на её глазах очистилась и стала лучше, правда осадок всё равно остался. Всё же, пусть она и живёт здесь последние три года, у неё всё ещё никак не получалось привыкнуть к тому, что все пони в этом городе либо наивные неженки, боящиеся простого взгляда, или законченные лицемеры.       Почему лицемеры? Ну, ей было удобно считать ими всех сразу — обычно, работает этот метод безошибочно… И она может это даже доказать прямо сейчас.       — Эм, извините! — заприметив на своём пути сидящего на скамейке белого единорога с ярко-синей гривой и хвостом, крикнула она и быстрым шагом поцокала в его сторону.       — Э-э!.. Да, мисс? Вам нужна помощь? — забавно вздрогнув, перевёл на неё взгляд со своей газеты жеребец с глазами приятного золотистого оттенка.       — Да, очень. Я недавно в городе и совсем забыла, где здесь улица Звёздная. Не подскажете, как мне её найти? Уже час плутаю, и никак… — разумеется, она знала путь к себе домой чуть ли не наизусть, чего этот понь, судя по модному бежевому пиджаку и галстуку, какие обычно носят только Кантерлотские снобы, уже не знал.       — Далековато, мисс. Это в другом конце города, да и сам я там никогда не был. Район говорят плохой, — и даже не дожидаясь от неё какого-либо ответа, он опять уткнулся в свою газету.       «Нда. Даже защитника кобылок не стал из себя строить…».       — Вы… не проводите меня? — робко улыбнулась Глоу. — Знаю, у вас наверняка есть и свои дела, но… Я даже не знаю, как вернуться домой, а меня уже ждут дети. Вдруг что-то случится, пока я не найду дорогу?..       — Извините, мисс. Но это не мои проблемы, — отмахнулся единорог, не поднимая глаз с газеты.       — Ты читаешь её вверх-ногами, придурок. Я твоя соседка, к слову, — и не обращая никакого внимания на в который раз вздрогнувшего жеребца, пурпурная пегаска потрусила дальше по пустой улице, вернувшись к своей привычной нейтральной мордочке.       Ну, вот. Что и требовалось доказать — случайный пони, и тоже лицемер. Ещё и этот пиджак на себя напялил, в такую-то жару. Придурок…       «Надеюсь, миссис Кейк не положила мне опять засохшее печенье…» — тяжело вздохнув, Глоу Шторм опустила взгляд, полностью уверившись, что на её пути больше никого не было. — «Я, конечно, понимаю, что не свечусь особой радостью как новогодняя гирлянда, но до сегодняшнего дня вела себя с ней получше, чем с другими. К той двинутой психопатке, а не земной пони с конфетами на крупе, я уж точно больше не пойду…» — она поморщилась. Да, к Бон Бон идти, себя не уважать. Вроде, та даже её соотечественница, но это ещё хуже, хотя и многое объясняет…       — Ха! Ну, что ты теперь будешь делать, пустобокая?       Пурпурная пегаска резко притормозила и, навострив ушки, повернула голову на голос молодой кобылки.       — Да она даже нормально ответить не может, Спун! Ты только посмотри, у неё уже слёзки потекли!       Розовая жеребёнок ехидно засмеялась, и ей вторила её серая подруга, пока в метре от них, судя по донельзя грустной мордашке, едва сдерживала всхлип вымокшая до нитки белая единорожка, сидящая в луже рядом с опрокинутым ведром.       «Отлично… Я только сегодня убедилась в том, насколько же мир полон дерьма, а он ещё и напоминает мне об этом… Ладно, нужно скорее попасть домой и сразу в душ. Грёбанная жара…»       Глоу Шторм отвернулась и уже было собралась продолжить путь, даже приподняв копыто, чтобы сделать шаг, как до неё донёсся настолько жалостливый голос, что что-то глубоко внутри заставило её замереть на месте:       — Пожалуйста. Просто… Просто оставьте меня в покое…       Глоу медленно опустила ногу и вернула взгляд обратно на другую сторону улицы, где сидящая в луже единорожка принялась тихо плакать, тогда как над ней, надрываясь, в голос ржали две земные жеребёнки.       «Это… Не мои проблемы, верно?..» — подумала про себя пурпурная пегаска, но вспомнив, кто именно говорил ей эти же слова буквально пару минут назад, устало вздохнула. — «Ладно… Проблема, конечно, не моя, но я ещё не настолько очерствела, чтобы пройти мимо…»       Она быстро скинула с себя седельные сумки, на всякий случай спрятав те в большой зелёный куст возле одного из домов, и, не теряя времени, расправила крылья, после чего оттолкнулась от земли и взмыла в небо.       — Ну, это даже не весело. Это жалко… — розовая кобылка с диадемой махнула копытцем. — Идём, Сильвер. Может, где-то здесь есть ещё пара пустобоких, чтобы мы…       Не успела Даймонд Тиара договорить, как сверху неожиданно грянул гром, и на испуганно вскрикнувших кобылок ровно через две секунды буквально свалился шар из ледяной воды.       Позади Свити Белль, на которую чудом не попало и капли, хотя она и так была вся мокрой, кто-то приземлился, и жеребёнок, обернувшись в ожидании увидеть за собой Рэйнбоу Дэш, с удивлением встретилась взглядом со сложившей крылья пурпурной пегаской, которая тепло улыбнулась ей в ответ.       — С-спасибо, — шмыгнув носом, белая единорожка не сдержалась и слабо улыбнулась.       — Кто?! — мокрая розовая жеребёнок, рядом с которой в поисках очков барахталась её серая подруга, громко закашлялась. — К-кто посмел это сделать?!       — Ну, наверное я? — Глоу выступила вперёд, закрывая собой белую единорожку, после чего она снисходительно посмотрела на диадему едва ли не оскалившейся на неё розовой кобылки. — Дорогая вещица, вижу. Твои родители наверняка очень богатые, да?       — Да! — избалованная мелочь — а назвать эту пони жеребёнком у неё язык не поднимется — вскочила на ноги. — Мой папа самый богатый пони во всём Понивилле! Филси Рич, знаешь такого? Я расскажу ему про всё, и у тебя будут огромные проблемы!       Серая кобылка, наконец, нащупала в луже свои очки и, надев их и подняв глаза, тут же уменьшила свои зрачки до миниатюрных блюдец.       — Хм… И что же я такое сделала? — украдкой подмигнув узнавшей её жеребёнке с кьютимаркой ложки, Глоу Шторм фыркнула в мордочку пышущей на неё злобой мелочи. — Не думай, что я не знаю, кто ты, Даймонд Тиара. Мне глубоко плевать, кто твой отец, мачеха, и насколько у них много битов в закромах, а потому я могу легко взять, и сказать тебе в твою розовую мордашку, что ты никто. Даже твои друзья, если они у тебя есть, дружат с тобой только ради денег твоих родителей.       — Э-это не правда! — растерявшись поначалу, быстро пришла в себя Тиара. — Я расскажу всё папе! У него везде есть связи, и где бы ты не работала, тебя уволят!       — Или… — протянула Глоу, — я просто найду твоего отца, когда он, скажем, будет прогуливаться по оживлённой улице, и при половине города расскажу ему про твои подвиги. Он ведь постоянно занят работой и не уделяет тебе должного внимания, я ведь права?       Розовая жеребёнок опустила ушки, растеряв весь былой запал, и словно потускнела.       — Даймонд! Нам нужно уходить! — подкравшись к застывшей подруге сзади, шепнула ей серая жеребёнок.       — Знаешь… — Глоу широко улыбнулась. — Я не думаю, что узнав то, в кого ты выросла, он захочет когда-либо проводить с тобой время. Кому вообще нужна такая жалкая дочь, как ты?       Даймонд Тиара молча развернулась и побежала прочь, едва не сбив с ног стоящую за ней до этого незнакомую Глоу кобылку, которая, крикнув: «Тиара! Стой!», кинулась за ней следом, вскоре скрывшись за ближайшим поворотом.       — Это… было сильно, но…       Натянутая ухмылка быстро сошла с мордочки пурпурной пегаски, и она медленно обернулась.       — Вы могли быть с ней помягче, — смотря на неё снизу-вверх, белая единорожка с растрёпанной шёрсткой и гривой грустно опустила ушки.       — Знаю, — Глоу тяжело вздохнула и отвела взгляд. — Но так надо, поверь. Если бы мне кто-то сказал нечто подобное раньше, то я, может, спала бы сейчас крепче…       — Свити!!! Белль!       Внезапно из-за того самого дома, куда недавно убежали две земнопони, выбежали желтая кобылка с розовым бантом на вишнёвой гриве и оранжевая пегасочка с фотоаппаратом на груди.       — Твои друзья, да? — получив кивок от улыбнувшейся белой единорожки, Глоу обернулась и громко свистнула уже было пробежавшим мимо них жеребятам.       Те обернулись, и, увидев свою подругу, замахавшую им копытцем, с обрадованными мордочками кинулись в их сторону.       — Фух, Свити! — добежав первой, выдавила из себя тяжело дышащая пегасёнка. — Мы тебя повсюду искали, как увидели Даймонд Тиару с Сильвер Спун!       — Ага! Они так бежали, будто удирали от кого-то-А-А-А! — не обратившая должное внимание на большую лужу жёлтая кобылка зацепилась утонувшим в грязи копытцем и со вскриком едва не шлёпнулась в воду, но вместо этого она благополучно врезалась в грудь пурпурной пегаски, вовремя приобнявшей её, прижав к себе как к опоре и тем самым не дав свалиться.       — Поймала, — снисходительно фыркнула Глоу Шторм, когда жеребёнок, подняв на неё глаза, отстранилась и смущённо улыбнулась.       — Это… Что здесь вообще произошло? — переведя взгляд с лужи на растрёпанную белую единорожку, нахмурилась пегасёнка с фотоаппаратом.       — Ну… — Свити неуверенно обернулась на лежащее перед ней ведро, — меня поймали и облили водой Даймонд и Сильвер Спун, а эта пони… — единорожка указала на неё копытцем, — проткнула над ними облако, тоже облив, и, похоже, довела Тиару до слёз.       — Правда?! Кру-у-уто! — во взгляде посмотревшей на неё пегасёнки было так много восхищения, что Глоу впервые за долгое время стало приятно на душе.       — Так ей и надо! — стряхнув с копытца облипившую его грязь, заявила жёлтая жеребёнок. — Она и Сильвер Спун постоянно издеваются над нами, будто то, что у нас нет меток, даёт им на это право! Спасибо, что заступились за Свити, мисс…       — Глоу, — подсказала пурпурная пегаска, едва сдерживая так и рвущуюся на мордочку дебильную улыбку. Да почему она так хочет улыбнуться?!       — Стоп, Глоу?.. — растерялась пегасёнка. — Это почти как Глоу Шторм… В-вы ведь не её родственница?       — Эм, нет… — Глоу украдкой прикусила язык. Вот жешь…       — А что ещё за Глоу Шторм, Скуталу? — вдруг спросила Свити, поднявшись из лужи.       — Ты?!.. — словно что-то вспомнив, пегасёнка глухо застонала и ударила себя по лбу. — Ах да, ты же у нас совсем недавно…       — Вообще-то, я тоже ничего не знаю ни про какую «Глоу Шторм», — вмешалась жёлтая кобылка.       Глоу уже было собралась обернуться и незаметно уйти, но замерла на месте, стоя к жеребятам полубоком.       Конечно, она знала, что примерно услышит о самой себе, но… Может, всё будет не так плохо?..       — Хорошо, — закатив глаза, фыркнула Скуталу. — Я расскажу вам, но сразу предупреждаю — история не для слабонервных, и уж тем более не для тебя, Свити…       — Эй! — белая единорожка обиженно надулась.       — Это что, твоя очередная глупая городская легенда? — нахмурилась жеребёнок с большим красным бантом. — Учти, Скуталу. Если ты сейчас скажешь, что Глоу Шторм это серийный маньяк, который похищает жеребят по ночам, я больше никогда тебе не поверю… — стоящая за ней Глоу поджала губы.       «Маньяк, крадущий жеребят… Отличное описание принцессы Луны…»       — Ну… Она не маньяк, — неуверенно помявшись, возразила Скуталу. — А может, кстати, даже и хуже. Я сама её никогда не видела, но про неё слышали почти во всём городе. Вы же знаете, что Пинки Пай встречает всех новеньких пони в городе?       Жеребята, да и сама Глоу, уже прекрасно знавшая следующие слова пегасёнки, кивнули.       — Так вот, — понизив свой голос до полушёпота, продолжила кобылка. — Несколько лет назад в наш город приехала новая пегаска. Она не улыбалась, ни с кем не здоровалась, а просто сошла с поезда, и пошла по улице, где её и встретила Пинки. Пинки тогда почему-то решила, что той пегаске очень плохо, из-за чего она попыталась развеселить Глоу Шторм, на что та наговорила ей такое, что… Пинки просто взяла и убежала, чуть ли не рыдая…       «Сама виновата. Я её прямо предупредила, что если не уйдёт, то я заставлю…» — Глоу неожиданно для самой себя почувствовала укол вины. Ей ведь… не нужна была какая-то там помощь, и ей вовсе не было тогда плохо, ведь так?..       — А… Что было дальше? — земная пони, имя которой она ещё не узнала, неприятно поёжилась. — Жёсткая пони, на самом деле… Ей, наверное, только Эпплджек что-то сможет нормально ответить…       — Я даже не могу представить Пинки, которая плачет, — грустно кивнула Свити. — Надеюсь, мы никогда не встретим эту Глоу Шторм в Понивилле. Таких злых пони — не бывает…       Пурпурная пегаска молча развернулась и, не оборачиваясь, быстрым шагом потрусила прочь. Жеребята, как и ожидалось, окликнули её, на что Глоу лишь опустила голову, ускорившись до быстрой рысцы.       Они не должны увидеть её слёзы, иначе тут же всё поймут…       Таких злых пони — не бывает!       Глоу сдавленно всхлипнула и сорвалась на галоп.

***

      — Глоу! Да стой ты! — ещё раз крикнула Скуталу, но поняв, что пурпурная пегаска с фиолетовыми гривой и хвостом и не собирается останавливаться, быстро уселась на круп и взялась за фотоаппарат, сделав снимок уже почти скрывшейся за поворотом пони.       — Эм… Зачем ты её сфотографировала? — Эпплблум вопросительно посмотрела на подругу.       — Т-с-с!!! — Скуталу шикнула, и в нетерпении обернулась на свой бок с широкой улыбкой. Секунда, две… — Вот же круп… — поняв, что кьютимарка так и не появиться, нелетающая пегасёнка свесила голову.       — А я с самого начала говорила, что метки фотографов нам не найти, — заметила Эпплблум.       — Да почему?! — топнув, вспылила Скуталу. — Это несправедливо! Я же сделала отличный снимок, так где моя кьютимарка!       — Мы уже пробовали быть репортёрами, и всё ещё пустобокие, если ты не помнишь ту историю с газетой, Скут… Свити? — жёлтая кобылка обратила внимание на белую единорожку, которая, не издавая звука, молча смотрела вслед ушедшей Глоу.       Вздрогнув и словно придя в себя от обращения к ней подруги, Свити Белль медленно повернула голову на Скуталу и Эпплблум, и тихо спросила:       — Скуталу, скажи… Какого цвета шёрстка и грива у Глоу Шторм?       — Эм… — замялась пегасёнка. — Она вроде как пурпурная, а волосы чуть темнее, почти как у меня. А что?       — Какого цвета была Глоу?       Скуталу и Эпплблум переглянулись, после чего синхронно покидали ошарашенный взгляды на дом, за которым скрылась пурпурная пегаска.       — Да нет, Свити… — Скуталу нервно усмехнулась, обернувшись на подругу. — Какая из Глоу Глоу Шторм? Она же заступилась за тебя, а Глоу Шторм не заботит никто, кроме себя любимой!       — Ты можешь нормально объяснить, чего такого плохого в Глоу Шторм? — топнула копытцем Эпплблум. — Серьёзно, Скут! Ты просто рассказала историю, как какая-то пони нагрубила Пинки. Чего в ней такого страшного?       — Она из Сталлионграда!       Единорожка и земная кобылка вздрогнули.       — С-сталлионграда? — дрожащим голосом переспросила Свити. — Рэрити мне рассказывала, что в этом городе почти никогда не светит солнце, там всегда пасмурно, холодно и постоянно идёт снег, а пони никогда не улыбаются друг другу…       — А… Такое вообще возможно?.. — Эпплблум попыталась представить заснеженный город с серыми домами, среди которых бродили такие же серые жеребцы и кобылки, угрюмо смотрящие себе под ноги — и вздрогнула от пробежавших по спине мурашек. — Л-ладно. Это и впрямь то ещё местечко…       — Ну? Теперь вы поняли? — раскрыла свои миниатюрные крылышки пегасёнка. — Глоу Шторм, это самая злая, ужасная и закрытая пони во всём Понивилле. Она живёт здесь несколько лет, но у неё до сих пор нет ни одного друга, и она никогда не улыбается! Вообще!       — Улыбается, — тихо возразила Свити Белль. — Когда она облила Тиару и Спун с облака, она улыбнулась мне.       — Может, она не такая уж и плохая, на самом деле? Глоу же заступилась за Свити, да и Бабуля часто говорила мне, что все пони на самом деле добрые — просто жизнь у них злая…       — Погодите! — привлекая к себе внимание, прервала их пегасёнка с фотоаппаратом. — С чего вы вообще решили, что та пегаска — Глоу Шторм? Ладно, у них одно имя, шкура и грива, да и кьютимарка, вроде…       — Ты же сделала её фото?       — Ну… Да, а что? — Скуталу растерянно посмотрела на Эпплблум.       — Вот мы и проявим снимок, а потом покажем его мисс Черили и она скажет, правда это Глоу Шторм, или нет, — улыбнулась подруге жёлтая кобылка.

***

      По стеклу окна мелко покрапывал дождь, разнося по комнате мерный стук бьющихся с той стороны капель.       Глоу Шторм, укрыв спину и плечи белым одеялом, молча сидела на своей кровати, подперев передние копытца друг к другу и уставившись сонным взглядом на укрывшие ночное небо тучи.       Небо, как и само окно вскоре, вдруг осветилось синим, и через секунду снаружи раздался оглушительный раскат грома, заставивший пурпурную пегаску вздрогнуть и судорожно сглотнуть.       Забавно… Раньше, молнии, да и сам дождь в целом, никогда её не пугали. Даже кьютимарку, и то, она получила только тогда, когда, наблюдая за очередным промозглым дождём из своей комнаты в родительском доме, она не решила, что вот — вот её стихия. Но теперь…       Теперь она всем сердцем ненавидела этот дождь, грозы, и грёбаные раскаты громы, не дающие ей уснуть уже который день…       Глоу потянула копытце и взяла из коробки у подушки шоколадное печенье, сделав маленький надкус. Может, ей и пришлось пару часов назад снова выйти на улицу и вернуться к тому кусту, где она забыла сумки с продуктами и печеньем, когда как последняя слезливая дура убегала от жеребят, но это точно стоило того, ибо печенье было свежим.       Хоть что-то хорошее за весь этот Дискордов день…       — И чего я убежала? — вздрогнув от очередного раската грома за окном, вслух спросила у себя Глоу. — Подумаешь, какие-то жеребята бы узнали во мне это ничтожество, у которого нет друзей, живущее на деньги родителей, и постоянно портящее всем настроение? Всем было бы только лучше, если бы я исчезла… Кроме мамы с папой…       Она тяжело вздохнула. Нет… Нужно гнать такие мысли прочь. От них всё равно никакого толку, а ей ещё даже двадцати нет, чтобы думать… Об этом…       За окном вновь прогремел гром, отчего в очередной раз вздрогнувшая Глоу едва не свалилась на пол, но вовремя упёрлась передними копытцами о край кровати, после чего облегчённо выдохнула.       — Нет, — выпрямившись и посмотрев на окно, укрытая одеялом пурпурная пегаска тихо фыркнула. — Так дело не пойдёт. Если я и дальше буду сидеть здесь, к утру я точно поседею…       В коридоре что-то стукнуло       Глоу Шторм вздрогнула, резко обернувшись на закрытую дверь своей спальни, освещаемой лишь слабым светом из окна.       — Кажется, что-то упало… — тихо прошептала про себя Глоу, и, скинув с себя одеяло, осторожно спустилась с кровати на пол.       Она обошла кровать и поцокала к двери, почему-то пытаясь идти как можно тише, после чего подняла копытце и взялась им за дверную ручку, неожиданно даже для себя замерев на месте.       «Что там вообще могло упасть?» — подумала она, пытаясь прислушаться к происходящему в коридоре сквозь звуки дождя за окном. — «Там ведь… ничего нет, кроме того дряхлого стула, который я так и не выбросила. Может, мне просто это показалось?..»       Пурпурная пегаска нахмурилась.       «Ладно, я всё равно буду всю ночь оглядываться на эту дверь, пока всё не проверю» — с этими мыслями она резко отворила дверь, полнейшая темнота за которой вместе с холодом как-то быстро заставили её растерять всю уверенность.       Поджав губы, Глоу подняла и робко протянула вперёд копыто, немного высунув его за дверной проем в чернильную темноту перед собой, после чего тихонько поставила ногу обратно на пол.       Сквозняк… Откуда? Разве она не закрывала все окна буквально час назад, когда начался шторм?..       Пурпурная пегаска сглотнула и медленно вышла в тёмный коридор. Убедившись, что слева на лестничном пролёте, ведущем в гостинную, всё было в полном порядке, Глоу повернула голову уже вправо, где коридор заворачивал влево, ведя на балкон… Точно, она же его не закрыла!       «Наверное, сквозняк всё же скинул тот Дискордов стул, а я, глупая, уже навоображала себе», — найдя для себя объяснение недавнему стуку, Глоу слабо улыбнулась и тихо хихикнула в копытце. Всё же, нервы у неё не резиновые…       Избавившись от страха и прогнав его в самые дали разума, пурпурная пегаска бодро потрусила дальше по коридору, дабы поскорее закрыть балкон и вернуться к себе в комнату, но когда она дошла до поворота и повернула голову…       Глоу Шторм замерла на месте, устремив застывший взгляд на стоящий у раскрытой балконной двери чёрный силуэт жеребца, пялящегося прямо на неё.       Улицу вновь осветило ярко-синим светом, и Глоу с криком подорвалась со своей кровати. Тяжело дыша, пурпурная пегаска кинула испуганный взгляд на раскрытую дверь своей спальни, но там никого не было.