Дневник Командора Кусланд.

- Мне кажется, или тут похолодало? – спросил Алистер, взбираясь в гору.       Я поднимаю на него взгляд, вопросительно вскинув бровь. Но, действительно, чем выше мы поднимемся, тем холоднее становится. Как будто сама природа даёт намёк на то, что, рано или поздно, случится что-то плохое… или здесь и правда творятся не очень хорошие дела.       Я оборачиваюсь назад, оглядывая спутников. Смотреть на Морриган мне теперь менее холодно: на ее плечах меховая накидка темно-зеленого цвета, явно прекрасно греющая свою хозяйку. В отличие от моего плаща и… доспехов, которые наоборот больше собирают холод, чем дарят тепло. Я опускаю взгляд на пластинчатый нагрудник, провожу по нему рукой и понимаю, что под ним, кроме простой длинной рубашки, у меня ничего нет. Кажется, я замерзну тут. Интересно, заказывали ли Морозные горы двух Серых Стражей и его компанию?       Я останавливаюсь на небольшом пятаке между скал, и придирчиво обхожу его. Оборачиваюсь к спутникам и машу рукой, давая понять, что пора бы сделать привал. Уж лучше набраться сил перед предстоящим путешествием, чем упасть посреди пути. - Я не знаю, сколько нам еще подниматься в горы. Поэтому, отдохнем немного, - заявляю я, сняв со спины спальник, раскладываю его на земле за небольшой скалой, чтобы укрыться от ветра. Достаточно того, что леденящий душу холод пробирает до мозга костей. Я падаю на спальник и стараюсь расслабиться, что выходит не очень хорошо. Неудивительно, ведь в горах, лишённых всяких удобств для забредших путников, мягкой и тёплой постели нет. Вернуться бы в «Избалованную принцессу» и отдохнуть, как следует. Но нет, вместо того, чтобы нежится в кроватке, я должна лежать на этом спальнике, который, как хвалили его торговцы, «очень теплый, холод земли не пропустит». В глубине души я, конечно, понимаю, что если я не сделаю хоть что-нибудь, для спасения эрла, у меня не будет армии. А если не будет армии – то не будет и битвы с Архидемоном. А будет ли? Кто знает, где я буду, когда Архидемон решит нанести удар. А, может, он так и будет сидеть в своей теплой норе, ликуя и глядя через взор одного из своих темных порождений, будет радоваться, что все живое умирает от его темных лап… Не принимая участия в битве, чтобы не быть убитым Серым Стражем. Умный, с его стороны, ход.       Пока я размышляю, жизнь в лагере идет своим чередом: Алистер разжег огонь, а Лелиана и Винн принялись за готовку мяса и картофеля. Я задумывалась много раз, и задумываюсь сейчас, а стоит ли доверять рыжеволосой разбойнице? Да, она добра душой, но что ей мешает притвориться, что она такая? Она ничего о себе не рассказывает. Ни о том, как попала в церковь, ни о своей жизни там. Нужно узнать ее лучше, чтобы… избежать потом ножа в спине. Она закрыта, в отличие от Морриган, которая сидит и бросает палочку моему мабари. Она открыта, хоть и груба… Но ведь до этого момента она практически ни с кем, кроме Флемет, не общалась. Пес, весело прыгая, бежит за палкой и приносит обратно. И в этот момент я понимаю, что даже для него простой способ отвлечься от дел, которыми мы занимаемся – манна небесная. Еще меньше я знаю о своем спутнике-коссите. Этот рослый кунари заставляет меня дрожать всем телом. Я никогда не встречалась раньше с этим народом, и мне всегда казалось, что они подобно животным – дикие. Может, это мое видение этого народа. Нужно… пообщаться с ним… Я поднимаюсь на локтях, после чего, разминая замерзшие под доспехом кости, замечаю, что кунари идет ко мне. Кажется, он думает о том же, о чем и я. Я решаю пока посидеть, дождаться его, но он ускорил шаг и, подойдя ближе, ухватил меня за нагрудник, хорошо так встряхнув. Перед моими глазами поплыли звезды… и я не сразу поняла, что сейчас происходит. - Ты теряешь время, Страж, - со своей обычной холодностью заявляет коссит, но видно как ему сейчас тяжело сдерживать свои эмоции. - О чем ты?.. – непонимающе спрашиваю, смотря в глаза Стэна. Что происходит в голове кунари? - У меня такое чувство, что мы решили идти на север до тех пор, пока он не превратится в юг, и напасть на него. Наша цель – Архидемон. А что делаешь ты – мне совершенно непонятно. - Нет, Стэн, мы идем за Урной. Нам нужно найти ее. Если она есть, то мы обязаны отыскать ее. Если это поможет эрлу Эамону, то… - Мы ищем простую урну, в которой пепел какой-то женщины… - Мы делаем это для блага моей родины! – кричу я, пытаясь выбраться из хватки великана. Но, видно, я недооценивала мощь Стэна, потому что выбраться мне не удаётся. На мой крик сбежался отряд, беспомощно смотря, что же будет дальше. Винн приготовилась для нападения на коссита, Алистер уже выхватил меч. Но я машу рукой, призывая остановиться. Это сейчас лучшее решение для того, чтобы избежать лишней резни. Резни, между моим отрядом… - Нет, мы позорно прячемся! Я устал прятаться и избегать боя! Если ты так жаждешь спасти свою родину, то по какой причине ты не идешь в бой? - Стэн! Вернись в строй! – командую я. - Нет. Этого не будет, - отрезает великан и откидывает меня в сторону. Я стону от боли, пытаясь подняться на ноги и дать достойный отпор. Лелиана, подоспевшая сзади, помогает мне встать на ноги и я, благодарственно коснувшись ее руки, смотрю на насупленного коссита. - Теперь я командую отрядом. Я ошарашенно смотрю на своих друзей, ожидая их реакции: Морриган открывает рот, чтобы что-то сказать, но в лице каждого я вижу, что они не хотят такого командира. Только в лице Алистера я замечаю легкое сомнение, и это пугает меня. Но об этом я поговорю с ним попозже. Сейчас есть дела более насущные. - За тобой никто не пойдет, Кунари! – огрызаюсь. - Что же, проверим, Страж… - коссит выхватывает свой двуручный меч из ножен и бросается на меня. Сталь, внезапно, ударяется о мой доспех, и я понимаю, что уже сейчас мне нужно что-то делать. Избежать удара мне удалось, только сделав кувырок в сторону. Лелиана уже натягивает тетиву с наложенной на нее стрелой, но я отталкиваю рыжеволосую, давая понять, чтобы она ничего не делала. - Это наш бой! Никому не лезть! – кричу я, в панике понимая, что на меня вновь летит меч. Избегая прикосновения метала, я падаю на землю. Лезвие вновь стремительно летит ко мне. Переворачиваюсь на живот и чувствую, как меч бьется о пластины доспехов. Удар у кунари более чем хороший, кажется, некоторые пластины треснули. Но это я узнаю потом. Я приподнимаюсь на одно колено и, пока следующий выпад несется ко мне, отталкиваюсь от земли и прыжком достигаю оружия. Прикрывшись щитом и выставив вперед меч, я делаю несколько неуверенных шагов назад, дабы дать себе больше места для действий. - Я не хотела, чтобы до этого дошло! – кричу я кунари. – Но раз так, то я покажу тебе, кто у нас здесь главный! С вызывающим рыком Стэн бросается на меня, занося двуручник над моей головой. Я успеваю прикрыться щитом и, разрезая мечом воздух, раню ногу великана. Тот рычит еще сильнее и громче, начиная вновь размахивать мечом, словно создавая бурю. Я отпрыгиваю, но конец двуручника оставляет на моем лице повреждение. Струйки крови падают на платины обмундирования с подбородка. Насколько опасно это ранение? Или это только царапина? Одно я знаю точно: он хочет обезглавить меня. Что ж, посмотрим, как ему это удастся. Трясу головой, чтобы волосы не мешали моему бою и, прикрыв щитом правый бок, огибаю коссита, после чего наношу ему удар в живот. Другой хотя бы пошатнулся, но не этот кунари. Он хватает меня за шею и, приподнимая над землёй, начинает сдавливать ее. Он давит с такой силой, что мне кажется, сейчас я потеряю не только способность дышать, но и держать голову. Кажется, я уже посинела, а из уст доносится едва слышный хрип. Слышат ли это мои соратники? Я пытаюсь подтянуться, чтобы ногами ударить Стэна в живот, но они не слушаются. Я чувствую себя такой беспомощной в этой мёртвой хватке, но нужно продолжать бороться. - Стэн! Прекрати это! – слышится крик Винн, и я понимаю, что кто-то может меня и ослушаться. Верный, послушав моей команды, не лезет все это время. Но когда понимает, что уже вот-вот не останется последней из рода Кусланд, пес срывается с места и вцепляется в ногу коссита. Тот, не ожидая этого, выпускает меня из цепких кунарийских лап. Мабари с разворота получает по морде, а потом, с сильного удара ноги великана, отлетает к ближайшему холму. Воспользовавшись моментом, я крепче хватаюсь за щит и налетаю на великана всем весом, призывая к себе силы, которые ещё могу найти. Я не уверена в них, но нужно надеяться хоть на что-то. Кунари не ожидает моего выпада, ровно так же, как я приложу край щита к его шее и нависну над ним. - Есть что сказать на прощание, кунари? – последнее слово я будто выплёвываю, смотря ему в глаза. - Это бы нечестный бой. - Это был бой, в котором я поняла, что мои друзья пойдут за мной. Особенно те, в которых есть часть меня. - Друзья изменчивы. - Нет, Стэн. Не все. Тебе есть что сказать? - Я вернусь в строй, на первое время. Я убираю щит от его шеи и перешагиваю через лежащего кунари, направляясь к своему спальному мешку. Вот так вот я и поладила с еще одним спутником, отлично. Может быть, мне стоит подрабатывать иногда на площади искателем проблем на свою задницу? Хотя, их у меня и так хватает и новых набирать без надобности. Все тело после удушья, как ватное. Даже, кажется, что мне намного холоднее, чем было до боя. Я обессиленно падаю на спальник и устремляю взгляд в небо. Кажется, я не замечаю, как начинаю засыпать. И это хорошо…       Я просыпаюсь, а единственные солнечные лучи, которые хоть как-то озаряли Морозные Горы, уже исчезли. Я смотрю на друзей, которые сидят у жаркого огня, и жалею, что они не перенесли его сюда. Слегка повернувшись, я замечаю рядом с собой Алситера. Невидящим взглядом он смотрит туда же, на огонь. Его губы посинели от холода, и мне захотелось коснуться их. Но я вспоминаю, как четко написанное сомнение было на его лице, когда Стэн почти вытолкнул меня с моего поста и занял его. Кое-кому придётся за это ответить прямо сейчас. - Предатель! – рычу я и набрасываюсь на Алистера. Тот падает на бок и успевает только перевернуться, чтобы прикрыть лицо, на которое я так яростно нацелилась в своих перчатках, покрытых пластинами. Я же достигаю его лица, одной рукой убирая его руки, а второй нанося ему тяжелые удары. - Элисса! – взмолился Алистер, пытаясь перехватить мои руки. - Не прощу! Не прощу, Алистер! Никогда! – кричу я, продолжая бить его. Я не замечаю, как он ловит мои руки и пытается удержать. Я пытаюсь вырваться, но ничего не выходит. Без сил я падаю лицом на его грудь, уткнувшись лбом в грубые пластины. - Не прощу, никогда… - шепчу я, тяжелыми кулаками нанося ему удары по плечам. Я плачу, но не собираюсь показывать свои слезы никому из них. Даже Алистеру. На мою истерику сбежались Винн и Лелиана, они попытались оттянуть меня, но я не поддалась, только крепче вцепившись в Алистера. Он, лежа на холодной земле, обнял меня. Мне кажется, он чувствует, как дрожат мои плечи. Главное, чтобы он никому не сказал об этом. Не сейчас… Я сильная. - В чем дело? – интересуется Винн, присев рядом с нами. - Наверное, дурной сон… - отвечает Алистер, и я только сильнее кулаком ударила по его плечу. Мог бы придумать что получше. Не хочу показаться напуганной маленькой девочкой. Старая магесса гладит меня по голове, но долго задерживаться с нами не собирается, возвращаясь к тёплому костру. И я рада этому. Безумно и сильно рада.       Не знаю, сколько я пролежала там. Сколько потом просидела в одиночестве, отогнав Алистера от себя. Меня это волнует теперь меньше всего. Я иду дальше вверх по склону горы, крепко сжимая кулаки. Винн обработала наши раны какой-то травянистой вонючей дрянью, которая сейчас бьет мне в нос. Лучше бы в эту царапину, которую оставил на моем лице Стэн, попала какая-нибудь зараза.       Тропинка превратилась вполне в проходимую дорогу. Я с радостью ступаю на протоптанную и хорошо вычищенную тропу и замечаю, что метров через десять по краям этой дороги идут невысокие гористые возвышения, на которых растут высокие деревья, составляющие лес. Я бы не сказала, что он очень густой. Но мне почему-то кажется, что он явно не слишком приветлив. Я останавливаюсь, недолго всматриваюсь в окружение, после чего подаю знак отряду идти дальше. Не смотря на спокойствие в этом месте, мне все равно кажется, что тут что-то не так.       Нагорный снег все прибавляется под нашими ногами. Его хруст раздается все чаще. На редких ветвях деревьев тоже лежит тонкий слой снега. Кажется, с этой горы высокие деревья смотрят прямиком в небо, они тянуться к нему. Поднимаю глаза и не могу сдержать восторженного оханья. Небо так близко… Белое, без единого облачка… Кажется, протяни я сейчас к нему руку и смогу прикоснуться к нему. - Эй, соня, мы пришли почти, - оторвала меня от моих размышлений Морриган. А ведь действительно. Я поднимаю голову и вижу высокую деревянную арку, которая, кажется, служит воротами в эту деревушку. Только арка. Забором служат горы, но это не дает понять, что деревня защищена. Позади этой арки я вижу серый пейзаж. Старинные дома из потемневших от времени брусьев покрыты белым снегом. Небольшая площадь, на которой, в любой другой бы деревне играли бы детишки. Ничего, что бы могло бы сказать, что здесь – жизнь. - Я не могу пропустить вас в Убежище! – слышится в стороне. Я поворачиваю голову в ту сторону и вижу, как к нам подходит мужчина в тяжелом шлеме и пластинчатых доспехах. Кажется, это здешний часовой. Не очень дружелюбно, учитывая, что мы не проявляем никакой явной агрессии по отношению к этому месту. - Нам нужно кое-кого найти, - отвечает Алистер, выступая вперед. Я вижу лицо часового. Он выглядит так, словно чем-то болен. Большие синяки под глазами, усталый вид. Бледный, будто несколько недель не видел солнца. - Нет! Я не могу вас пустить! – более агрессивно отвечает он. - Вы не можете нас пустить, а почему? – спрашиваю я, подходя к часовому ближе. - Такие правила. - Тогда просто ответьте, брат Дженетиви… он не проходил здесь? – интересуется у того Алистер. - Если бы кто-то ждал гостей, я был бы предупрежден, - как одурманенный, отвечает мужчина. – О таком, и чтобы его кто-то ждал – я ничего не слышал. - Такого не может быть! – встревает Лелиана, подходя к нам. – Вспомните, может, кто-то проходил… - Может, отец Эйрик знает… - так же фанатично отвечает он, словно повторяя хорошо выученный текст. Другой бы показал какую-нибудь задумчивость, побегал бы глазами по окружению, пытаясь хоть что-то вспомнить. Но этот смотрит вперед, словно нас тут и нет. Смотрит сквозь. На его лице нет ни единой эмоции. - Преподобный отец? Что-то новенькое, - с подозрением произносит Алистер, и я, повернувшись к нему, едва заметно киваю. Вскользь я замечаю соглашение на лице Лелианы. - У нас всегда так было! – отвечает наш собеседник. - Хорошо, - киваю я, призывая мужчину успокоится. – Где нам найти отца Эйрика? - Он служит в Церкви, его нельзя беспокоить! – отрезает мужчина и готовится уйти. Мы оглянулись. Алистер пожимает плечами, давая понять, что извиняется за то, что ничего не смог сделать. Но Лелиана шагнула вперед. - Стойте! Если мы не можем найти того, кто нам нужен, быть может, вы разрешите нам пройти и купить немного припасов? Нам они очень нужны… Часовой оборачивается и показывает в сторону, где стоит деревенская лавка. Я счастлива, что благодаря Лелиане, смогу пройти туда. Расспросить о творившихся здесь делах купца, наверное, возможно. Если только он не является частью этой странной игры, что мы ведём с часовым. - Покупайте припасы и уходите, - отрезает мужчина, пропуская нас.       Мы ступаем не деревенскую площадь, и я решаю осмотреться вокруг, оглядывая каждый дом от его основания до самой крыши. Там, у арки, мне казалось, что деревня не слишком дружелюбна. Думала, что это первое обманчивое впечатление. Но нет, здесь действительно было все слишком серо… слишком мрачно. Вдалеке я увидела голубой ручей и, кажется, пристань. Даже тут слышно, как журчит спешащая вода. Будь времени у меня больше, я бы дошла до ручья и с радостью искупнулась, но нет… Времени не так много.       Я твердым шагом прохожу в лавку, приоткрывая дверь. Лавочник, заслышав звон колокольчика на двери, мигом выбегает из комнаты в дальнем углу и натягивает слишком неестественную и наигранную улыбку. Очередной что-то скрывающий человек, встречающийся на нашем пути. - Рад видеть посетителей в своей скромной лавочке! – она складывает руки на груди и подходит ближе. – Чем я могу помочь? Я прошу остальной отряд побыть на улице, просто махнув им за спиной. После я прохожу и, закрыв за собой дверь, по-дурацки улыбаюсь. - Добрейший, мне нужны припарки и немного еды. Мы и мои спутники изнываем от голода. Мы идем издалека. - А-а-а, это у меня имеется! – говорит он, метнувшись к длинному столу у стены, доставая из-под него припарки. Я смотрю на мужчину и подхожу к нему ближе, чтобы он не утруждал себя в том, чтобы подойти ко мне. Но, когда я зашла сюда, я почувствовала резкий запах гниющей плоти, и это настораживает меня. А сейчас, когда я почти рядом с трактирщиком, я чувствую этот запах сильнее… - Скажите, а Вы, добрейший, не замечали здесь гостей? Брата церкви, или, может быть, солдат… - говорю я, изображая задумчивость. Хотя, задумчивость изображать и не приходится. Меня слишком сильно волнует то, от чего исходит такой мерзкий запах… Не может человек держать в доме забитый скот… Да и что другое может так вонять, если не мёртвая плоть? - Нет, вы и ваши спутники первые, кто прошел здесь, - с каким-то сожалением произносит он. Хоть здесь я чувствую пресные эмоции, что-то мне дает понять, что не все в этой деревушке потеряно. Я смотрю, как мужчина вновь лезет за чем-то под стол, и, пока он там копается, я медленными и тихими, насколько это возможно, шагами иду туда, откуда доносится запах. Я захожу в дверной проем, и запах ударился мне в нос сильнее… - Вам нельзя туда! Это мой дом! – громко возмущается трактирщик у меня за спиной. Я успеваю увернуться, как на меня устремляется кинжал. Своим весом отскакиваю на небольшую бочку и роняю ее, не успевая вовремя достать меч. Судя по тому, что сюда никто не ворвался, друзья не слышат меня… но так будет легче. Меньше толкотни и больше шансов увернуться от ударов. Мужчина вновь набрасывается на меня. Лезвие его кинжала устремлено мне в голову. Я успеваю поставить блок щитом, который только что успела отцепить от крюков на спине. Заметно, что вояка из мужчины никудышный. Я вижу, как он размахивает кинжалом, но никаких приемов ему не известно. Когда я отпрыгиваю назад на не слишком большое расстояние, я начинаю медленно отходить к двери, также медленно опуская щит, чтобы вдеть лицо трактирщика. Он вновь заносит кинжал. Я ставлю новый блок и, быстро оголив свой меч из ножен, что есть сил протыкаю его мечом. Брезгливо отталкиваю трактирщика, повернувшись к двери, открыв которую приглашаю спутников войти. - Здесь стоит ужасный смрад… - констатирую я. – Забирайте все, что видите. Все, что может пригодиться. Я должна кое-что глянуть. Пропуская друзей один за другим, я плотно закрываю за собой дверь, на случай, чтобы если мы оказались в безвыходной ситуации, мы, хотя бы, это услышали. - Ты убила его? – поинтересовалась Винн, стоя рядом с трупом трактирщика, небрежно распластавшегося на полу. - Он набросился на меня, что я могла сделать? – говорю, будто оправдываясь. - Нужно было взять кого-нибудь из нас, - говорит рыжеволосая разбойница, осматривая склянки с какой-то жидкостью, что стоит на полках. Я только соглашаюсь, после чего прохожу через всю лавку и сворачиваю в дальнюю комнату, из которой не так давно появился трактирщик. Комната была обычной, ничего так сильно в ней не привлекало внимания, если бы не запах… и по этому запаху я и иду. Верный, вбежавший в комнату со всех ног, ринулся к этому запаху скорее меня. Сев на свою мохнатую пятую точку, он заскулил, склонив голову. Что он увидел там, за углом? Я подходу ближе и смотрю на изуродованное тело, что лежит на постели. Череп размозжен чем-то тяжелым, а живот вспорот. Такое чувство, что здесь побывали порождения тьмы. От мысли, что этим занимался человек, я не смогла сдержать рвоту. Я облокачиваюсь рукой о стену и даю своему вчерашнему ужину выйти наружу. - Элисса? – обеспокоенно направляется ко мне старая магесса, положив руку на плечо. Я поднимаю на нее изможденный взгляд и, проследив за ее взглядом, понимаю: она тоже увидела. Омерзение и ненависть проступают на ее лице, и, кажется, она понимает меня. Она успокаивающе хлопает меня по плечу и отводит в сторону. Алистер подходит туда же, с такой холодностью и спокойствием осматривает изуродованный труп, а после он поворачивается спиной, показав жестом на хорошо отполированные доспехи. - Это рыцарь Редклиффа, - выносит он свой вердикт и оборачивается. Я прикрываю рот рукой, скрывая омерзение от самой себя. Смотрю на остальных, кто остался в комнате. Стэн стоит около двери, своим взглядом сверля ее, чтобы никто не смог зайти. Лелиана обчищает полки. И только Морриган заглядывает в комнату, лукаво улыбаясь. - Бедный редклиффовский рыцарь. Бдительность он потерял здесь, и оп, уснул, и его нет, - со своей прежней спокойностью говорит она. Я зло сверлю ее взглядом, после чего смотрю на доспехи. - Алистер, переодевайся, - командую я, быстрым шагом направившись на выход из злополучной комнаты. Запах блевоты и гниющего мяса слишком пагубно влияют на меня, заставляя отвлекаться. Я подхожу к окну в первой комнате, где не так сильно доносится этот запах. Но происходящее за ним заставляет меня спрятаться за стену и немного присесть. - Они прячутся в укрытия… - себе под нос говорю я, слегка наклонившись к окну, чтобы видеть, что происходит на улице. – Их много… Я смотрю на то, как за окном прячутся солдаты в таких же пластинчатых доспехах, как и тот часовой, что встретил нас на входе в деревню. Мысленно я уже готовлюсь к худшему. Слишком увлекшись, я замечаю, как Алистер выходит из комнаты в новых доспехах, и одобрительно киваю, понимая, что сейчас они ему как нельзя кстати. Обернувшись к друзьям, я смотрю, все ли закончили сбор нужных вещей и все ли полки обчищены. - У нас проблемы, - говорю я, собрав друзей так, где вид с улицы из окна в дом не достигает взора. – Там, за оградой, спрятались лучники. Еще мельком я увидела мага, но он тоже где-то спрятался, кажется, за деревом, – я перевожу дух от многочисленных, сказанных на одном дыхании, слов. – Так же я увидела еще нескольких: двое с тяжелыми топорами. А сколько их еще – демон их знает. Изложив проблему, я выслушиваю тактические мысли друзей, как лучше поступить. Лелиана предостерегает, что, возможно, среди них есть те, кто обучен разбойническому мастерству, поэтому уязвимые места нужно держать под защитой и, насколько это возможно, оглядываться по сторонам. Винн и Морриган соглашаются работать сообща, защищая меня и рыжеволосую лучницу, потому что наши доспехи не дадут нужной нам защиты, как новые доспехи Алистера. - Тогда, Лилиана, возьмешь лучников. Их намного легче ударить издалека. Стэн убьет мага, - говорю я, после чего направляюсь к двери. - Постой, - останавливает меня лучница, и, применив какой-то неизвестный мне прием, становится почти прозрачной, словно туманная дымка. Я недоумевающе смотрю на магесс, но они только пожимают плечами. - Я возьму лучников и еще нескольких, кого смогу достать, - говорит лучница. – Поэтому я иду первой, они заметят меня, но не сразу. Открывай. Я открываю дверь, пропуская мимо себя невидимую тень. Я видела, как раньше применяли что-то такое, но почему-то думала, что это магия. Но сразу передо мной валятся два трупа, и я осознаю, что если бы не Лелиана, в черепной коробке кого-то из нас была бы не хилая скважина. Внимание остальных устремлено на меня, и стрелы из-за ограды летят прямо в цель. Я закрываю за собой дверь так резко, чтобы стрелы не долетели до меня. - Алистер, пошел! – командую я, вновь открываю дверь, и мужчина вооружившись, выбегает. Лелиана была права, говоря, что среди них будет кто-то, кто владеет мастерством разбойника. Сразу на Стража нападают разбойники, они так же находятся в невидимости, как Лелиана, но эта невидимость быстро сходит. Магические заклинания мага обрушиваются на Алистера, но он, размахивая мечом, оставляет после себя трупы… Стэн собирается нападать на мага, и я, в ногу со своим псом, выбегаю следом, наобум разя почти видимых врагов, которые обрушиваются на Алистера. За спиной я слышу треск магического щита, который поставили на меня магессы, и оборачиваюсь: там еще один лучник… - Винн, заморозь его! – кричу я, бросаясь на следующего разбойника. Но труп лучника упал, позаимствовав стрелу в лоб. Я смотрю вперед и вижу барда, которая расслабленно опускает руку после выстрела. Кажется, это был последний… Я осматриваюсь, и не вижу ничего, что хоть как-то напоминало бы церковь. Но, почему-то, мне кажется, что нужно подниматься наверх по горе. Больше пути нет, кроме как обратно. Я поднимаю меч, будучи наготове отразить любой удар. На руке висит щит, на случай, если придется защитить мой царственный торс. - Это церковь! – восклицает Лелиана и со всех ног бежит вверх по горе. Я не понимаю ее стремления, но то, что она узнает церковь – я уверена. Я иду за ней, поражаясь ее неосторожности. Из-за столба выходит огромный громила, и я вижу, как он замахивается топором, чтобы ударить разбойницу. Она вовремя отскакивает и падает на землю, я бегу к ней, ругая ее за то, что она рванулась так стремительно, и себя за то, что не смогла остановить. Я сцепляюсь в схватке с силачом, но моих сил категорически не хватает. Слишком хорошая физическая форма у мужчины. Мне на выручку бегут Стэн и Алистер. Но из-за столба чуть подальше выпрыгивает еще один такой же силач… Магессы наложили на них сковывающие заклинания, и нам немного полегче… но я слышу, как за моей спиной просвистела стрела и жалит один из столбов. В ответ мне слышится, как с другой стороны летит сгусток ледяной энергии, и не просто слышится, а чувствуется. Мою спину охватывает холодок. Я проследила за тем, куда летит этот сгусток, но он уже встретил своего «нового владельца», превратив его в статую. Стэн проткнул одного из громил своим двуручником, и я благодарно смотрю на него. После мы переключаемся на второго, с которым бьется изо всех сил Алистер. Магесса творят еще одно совместное сковывающее заклинание и направляют на громилу, это позволяет нам убить его скорее, чем он дотянулся бы до нас. - Бешеное поселение, - рычу я, срываясь с места. – Скорее, пока еще кто-то не пожаловал, чтобы рубануть нас по голове! Мой отряд безоговорочно бежит за мной. Иногда мне нравится эта послушность, но с тех пор, как Стэн высказал все, что обо мне думает – мне стало скучно. Не думаю, что все довольны моим командованием, так что… я просто жду, когда они покажут зубы. И тогда я обнажу свои.       Я влетаю в церковь, где читается какая-то проповедь. Преподобный отец говорит что-то о святой матери, которая избрала всех жителей этой деревни для своей защиты. В моей голове звучит едва заметная усмешка. - Я слышал, что у нас гости. Я надеюсь, вам у нас понравилось? Я подхожу к мужчине почти вплотную, яростно разрезая рукой воздух, и указываю на него пальцем. - Что ты несешь? – шипение срывается с моих губ. – Я слышала много про вашу Андрасте, но подобного бреда мне выслушивать никогда не доводилось! Зачем превращать этих людей в безвольные столбы? Понравилось… Понравилось? У вас?! Гостеприимностью вашей можно только подтереть задницу! Моим монологом можно только кого-то разгневать, и, кажется, если бы, когда я не закончила, на мое плечо не обрушилась рука Винн, я бы придумала что-нибудь еще. Но я благодарна магессе, остановившей поток слов, иначе мне была уготована плачевная судьба. И не факт, что я среагировала бы в нужное время и молниеносно. - Вы ворвались в Убежище и стали убивать наших соплеменников! На какое вы рассчитывали гостеприимство? Вы – несете нам зло. Вы не такие, как мы… Я замечаю, как за спиной преподобного отца перестраиваются солдаты, готовясь к атаке. - Брат Дженетиви. Он тоже был не такой, как вы? – огрызаюсь, шагнув еще ближе к старику. - Мы не обязаны отвечать. У нас есть священный долг, и если мы не защитим нашу Пророчицу – все не имеет смысла. Мужчина подает сигнал стражникам напасть и сам налетает на меня. Я отпрыгиваю в сторону настолько далеко, насколько это возможно. Жители деревни в панике выбегают из церкви. - Лелиана! – кричу я, взмахнув руками в стороны стражников, которые стоят к ней ближе всего. Стрелы показываются в радиусе моего взора и поражают свои цели. После я выхватываю меч и налетаю на преподобного отца. Мабари набрасывается на одного из стражника поодаль, разорвав его глотку. Я протыкаю старика мечом. Он болезненно сгибается, кровь хлещет из его раны, и пока я выдергиваю из нее меч, он сыплет проклятьями. Я делаю вид, что не слышу его. Кажется, он еще в сознании. Так пусть разделит участь редклиффского солдата, которого мы нашли в доме трактирщика! Я заношу меч над его головой и изо всех сил прорезаю им воздух, пока лезвие с противным треском не входит в его черепную коробку. - Обыщите тут все, я не хочу, чтобы что-то тут осталось, когда я сожгу это пристанище Темного Бога, - я вытаскиваю меч из черепушки преподобного и сажусь рядом с ним, обыскивая его одеяния, надеясь найти что-то стоящее. - Опять в стервятника оборотилась… - слышится голос Морриган у дальней книжной полки. Я зло смотрю на нее, в глубине души понимая, что, возможно, она права, и присоединяюсь к друзьям в поиске чего-нибудь важного. Но ничего, кроме древних книг, на которые уже давно есть копии, и старого барахла. Даже в комнатушке было пусто. Я смотрю на друзей и пожимаю плечами, направившись в сторону выхода. - Нужно вернуться и сказать эрлессе, что мы не нашли брата Дженетиви, - с грустью от своего поражения говорю я. Особой радости предстоящий спуск с горы и возвращение в Редклифф не вызывает. Но за мной пошел только пес, не заслышав шагов, я оборачиваюсь. Мне кажется странным то, что никто даже не шелохнулся. Но, увидев Лелиану, идущую вдоль правой стены и стучащей по ней кулаком, я вскидываю вопросительно бровь. - Что ты делаешь? - Проверяю камень… - отозвалась она коротко. - У нас нет на это времени, Лелиана. - Несколько минут… Она останавливается почти у самого края стены и оборачивается к сопартийцам, долго смотрит сквозь них и поворачивается обратно. Она водит руками по каменной стене, изредка простукивая то по более светлому камню, что на тон темнее. - Она… немного темнее здесь, - говорю я заинтересованно и подбегаю туда, чтобы посмотреть, что она собирается делать. - Да, и тут нужен ключ, - отвечает девушка, показав мне на маленькую щель в этой стене. Я узнаю форму щели и достаю из сумки небольшой кулон, который изъяла из кармана Эйрика. Осторожно я прикладываю его к щели и дверь, о которой мы даже не догадывались, отворяется перед нами. Я не могу сдержать радости и крепко стискиваю разбойницу в объятьях. - Добрая фея, - радостно говорю я, благодарно смотря ей в глаза и тря ее плечи. – Что бы мы делали без тебя-то, а? Она улыбается, и мы проходим в комнату. Посреди серой и холодной комнаты лежит человек, он сильно изранен и ему едва хватает сил издать стон, который все-таки с хрипотой вырывается из его губ. - Брат Дженетиви? – громко спрашиваю я, подбегая к нему. - Это… я… Кто здесь?...