with you

— Нуна, я... У Минги возникает такое чувство, будто сердце нескончаемо болит. Словно что-то вновь и вновь сдавливает его грудь, заставляя почти кричать от это неприятной боли. «И это называется любовью? – думается парню, – эта уродливая чёрная дыра, поглощающая меня изнутри?» Он знает, что чувства не взаимны. Не просто чувствует, уверен на сто процентов. Ты – взрослая нуна, у которой работа, свои цели и мечты, а он всего лишь жалкий студентишка с факультета искусств, который подвернулся тебе на какой-то ярмарке давным-давно. Вы весело провели время и с тех пор стали друзьями. — Хэй, Минги, что случилось? Его заплаканный и разбитый вид пугает, поэтому ты быстро вводишь код от двери и почти затаскиваешь его внутрь, чтобы не простыл сидя на холодном полу. Сон трётся у входа, не решаясь пройти дальше, опускает голову ещё ниже. В свете слабой лампы в прихожей ты замечаешь его сильную худобу, снова натыкаешься на померкший взгляд. — В университете проблемы? Или с подработки уволили? Что такое, Минги? Всё, что видит Минги – дружеская забота. Да, твои глаза горят искренним вниманием, ты осторожно касаешься его плеч, стараясь отвлечь на себя, вытянуть из мрачных мыслей. Закричать бы на весь мир, что с ним такое, да вот только ты вряд ли поймёшь. Ты не видишь в Минги парня, хорошего друга – несомненно. — Ты... — Да? — Ты случилась... — Минги? Впервые за этот вечер Сон поднимает пустой, ничего не выражающий взгляд на тебя. — Ты...хорошо себя чувствуешь? — Я знал, что ты не поймёшь, — тихо начинает парень, постепенно повышая голос. — Конечно, у всех свои вкусы, куда уж мне до тебя. — Это...что это значит, Минги? — Я люблю тебя, нуна, — безжизненно выбрасывает он, продолжая прожигать тебя взглядом. — Так внезапно? — у тебя дыхание спирает, будто холодной водой облили. — Да если бы. Три года как. Ты пораженно смотришь на ещё недавнего друга. В голове проносятся все его взгляды, прикосновения, которые теперь приобретают иной смысл. Вихрь воспоминаний сменяется звенящей пустотой. Неужели три года?... — Минги...мне жаль, но я... —...не можешь ответить на мои чувства. Ага, — на его лице появляется смутное подобие ухмылки, и ты не понимаешь к чему он так гримасничает, пока не слышишь тихое, но чёткое: — Я просто не могу держать это в себе. Не могу нести это бремя больше. Знаю, что не смогу разделить его с тобой в полной мере, просто потому, что я для тебя лишь друг. Тишина режет воздух. Ты не решаешься посмотреть в глаза Минги, хотя стоило бы, для того, чтобы найти в них прощения, искупления. — Минги, я... — Не надо, — он тяжело вздыхает, чуть разворачиваясь корпусом к двери, — всё пройдёт. «Это всего лишь любовь» – думается ему, но вслух он так и не говорит. Просто делает ещё несколько шагов назад и уходит окончательно. Любовь не уйдёт, никогда. Она будет выветриваться из его сердца порциями, пока не останется лёгкое дуновение той самой первой звонкой любви.