Принцессы из Тайги

Утро "красило нежным светом" окружение. Точнее, не особо, ведь чтобы все же поохотится, пришлось встать рано, еще затемно.  Стефана толкнула дверь в коридор, сонно поправив рубашку, в которой спала.  – Ярик, идем. Пока они санузел не заняли, – немного сонно позвали русую.  Голубоглазая лениво поднялась на ноги, потянувшись.  – А где радио?.. – уныло протянула русая.  – Мы в лесу.  – А радио разве не достает до ближайшей станции?  – С гостями. Какое радио, Яр?..  – С гимном, гимнастикой и Пугачевой.  Беловолосая тяжело вздохнула, покачав головой и направилась вперед. Вот только, спросонья, контроль пламени сбоил. Так что алоглазая запнулась о порог, чуть не упав.  – Черт… Ненавижу пороги… И лестницы… И ступеньки… Как много в мире ненавистных мне вещей… – выдала беловласка, цокнув языком.  – Вы не ушиблись? – послышался бархатный хрипловатый бас.  – Да, я в порядке… Контроль пламени слегка сбоит по утрам,  – вздохнула девушка направившись было вперед, но вновь чуть не споткнулась, повторно. Однако, упасть ей не позволили.  – Прошу, будьте аккуратнее. Иначе мне придется нести вас на руках, – слабо усмехнулся черноволосый.  – Заманчиво, но я откажусь, – улыбнулась девушка. – Спасибо.  – … У моего отца есть ателье, где матушке шили платье на свадьбу. А с выкупом невесты мы договоримся, – обратилась непосредственно к японцу Ярослава.  – А?.. – не поняла Стеша.  – У меня есть знакомые в Америке, костюм пришлют за два дня… – выдал "возникший из ниоткуда" Савада.  – На мне ювелирка…  – … Вы, случаем… в себя поверили?  – … Ярик… Ты че, ахуела?! – более грубо, но в то же время крайне емко передала их эмоции Стефана.  – Да. Около пяти лет уже как, – звонко засмеялась русая.  Девушка явно попыталась пошарить в карманах брюк, выискивая чем бы таким кинуть в подругу.  – А ты, друг мой, уже не молод. Тебе уже положено, – заметил Савада, с важным выражением лица. – Иначе нас Бьянки опять начнет сводить, а травиться ее "презентами" я не хочу! Да и Киоко у меня есть, менять ее на мужика я не согласен!  – Могу помочь избавить тебя от мучений. Быстро, надежно… – Ну-ну. Для начала девушку найди, а там мне не страшно уже будет помирать…  – Леон… – протянул черноволосый, но ящерица обнаружилась на плече Тсуны. – … Предатель.  – Леон меня поддержал в моем благородном начинании! – гордо фыркнул парень. – Мы побеседовали и выяснили, что ему больше нравится хозяин-натурал, – ехидно выдал он.  Стеша же в это время таки нашла в себя в кармане фантик и запустила тот в лоб Ярику, усилив пламенем.  – Скотина такая… Нас обложили, оружия нет… Выход есть, – выдала девушка. – Предлагаю сбежать, затем похитить оружие и кроваво отомстить.  – Я согласен, – кивнул киллер.  – Отлично, – девушка хмыкнула, юркнув в комнату, затащив за собой мужчину, после чего подошла к другой части комнаты. – Не поможете? – выдала она, постучав по шкафу. – Там дверь. Ошибка в планировке. Выйдем как раз с их спины, – пакостливо, как ребенок, улыбнулась алоглазка, сверкая каким-то детским азартом.  Черноволосый усмехнулся, выполняя просьбу девушки.  Та тихо открыла дверь, после чего бесшумно юркнула к подруге, резко схватив ту и заведя ей руки за спину, повалив ту на пол.  – Будешь еще мне тут свадьбы назначать, а?! – хищно выдала Радчикова. – Будешь?!  – Нет! – с перепугу воскликнула русая.  – Ха! Поняла кто тут страшный и ужасный лидер?! – гордо хмыкнула та, весело щуря глаза, медленно позволяя "пленнице" подняться. – Ты имеешь право хранить молчание и пройти в санузел! – ребячась, выдала обычно серьезная Стефана, сдув с лица упавшую челку, посмеиваясь.  Киллер остановился в дверях, наблюдая за развернувшейся картиной с легкой улыбкой. Главным образом кареглазый смотрел на преобразившуюся беловласку. Ее улыбка… была ему интересна.  Савада покосился на темноволосого, после чего гаденько ухмыльнулся и тычком локтя под ребра вывел из состояния транса.  – Ну ты меня в шаферы позови, как разберетесь в себе, – ехидно скалясь выдал парень, после чего перекатом ушел к перилам от удара.  – Приду отпевать тебя на похороны…  – Сначала я спою на твоей свадьбе! – парень юркнул за перила, вообще спрыгнув на первый этаж. И вовремя. Ибо скрыться от гнева кареглазого было сложно…  Стеша покосилась тому вслед с удивлением.  – Что на вас всех нашло, черт подери? – полюбопытствовала у подруги она.  – Март скоро! Весна, – протянула девушка.  – Ваше весеннее обострение, я смотрю, скоро меня доконает… – дернула бровью беловолосая, скаламбурив скорее по привычке. – Мы просто парой фраз перебросились, что в этом такого? – зашла за подругой она, пошарив на полке и забрав расческу.  – Да не бери в голову. Я ведь пока молодая, вот и дурю, – весело ответила голубоглазая.  – Ну нет, знаю я твое "я пока молодая"! Я тебя в покое не оставлю, пока не освобожу твою головушку от таких мыслей, – отвесили той щелбан.  – Да я шучу просто, сказала же… Нет, я серьезно. Мы ведь вчера уже все обсудили, – успокоилась русая.  Беловолоска хмыкнула, после чего слабо улыбнулась.  – … Знаешь, я и правда ему симпатизирую, – выдала после паузы она. – Так что, придется убрать эту фигуру с доски, – умывшись произнесла альбинос, направившись на выход. – Буду ждать внизу.  Голубоглазая проводила лидера взглядом, расчесывая ровные пряди, еще не успевшие подвергнуться завивке. Вздохнув, девушка исправно выполнила все утренние процедуры и завязав волосы в хвост, натянула вчерашнюю одежду.  С тех пор, как начались "90-е", на радио все чаще начали пропускать утреннюю гимнастику и бодрое приветствие диктора сменилось унылыми новостями о том, как в мире все плохо. А в стране - еще хуже.  Это вгоняло в апатию и разочарование в непостоянстве всего сущего…  С такими, поистине философскими мыслями, голубоглазая направилась к кухне.  И столкнулась с еще одним итальянцем.  Скайрини хотел было возмутиться за то что на него столь нагло налетели, но после взгляда на девушку внезапно хмыкнул.  – Эй, малая. Хочешь бесплатный совет по привлечению внимания? – выдал он, ухмыльнувшись. – Никогда не крась свое лицо той дрянью, которой обычно пользуешься, – взяли девушку за подбородок, осматривая. – Отбиваешь все желание на тебя смотреть.  Русая подавила резкое желание шарахнуться в ближайшую комнату с крепким замком и дополнительным выходом на улицу, где ее уже ждал бы вертолет, летящий куда-нибудь в Австралию.  Алые глаза внимательно отслеживали реакцию девушки.  – Боишься меня? – оскалился Занзас.  – … Боюсь ли я неизвестного мне мужчины, стоящего около ванной комнаты в доме, в котором я проживаю?  – Я жду пока ты закончишь, это очевидно. Кстати, целых десять минут.  – Простите, что причиняю неудобства своими гигиеническими процедурами, – с нескрываемым упреком высказалась девушка.  – Случается, – не восприняли сарказма, флегматично на ту глядя.  Ярослава секунды три постояла, глядя на гостя взглядом полуприкрытых глаз.  – Не вижу движения с прохода.  – Вспомнила. Мне надо кое-что забрать, – схватила ручку двери русая, резко дернув ту на себя.  Парень смешливо покосился на рукоять в руке девушки.  – О, я вижу…  – Сука… – на русском выругалась голубоглазая, аккуратно положив ручку на тумбочку. – В любом случае, это не я, – пожала плечами Ярослава, шагая на выход.  – Разумеется, – кивнул парень, ухмыляясь. Алые глаза сверкнули чем-то. Но лишь на мгновение. Аура, что давила на мозг в присутствии Скайрини, распалась.  – Ну что? Пойдем? – спросила у беловолосой Ярослава.  – Все на месте? – поинтересовалась та.  – Все, – откликнулся Занзас, накинув куртку.  – В таком случае, вперед, – позитивно выдала беловолосая.  Охота прошла в штатном режиме. Не сказать, что без приключений. Но три птичьих жирных тушки компания раздобыла. Как ни странно, усилиями не только Скайрини и Реборна, но и Савады с Ярославой.  А вот возвращение в "усадьбу" вышло роскошным. Учитывая стол, что встречал проголодавшихся охотников - так точно…  – Миша и Степа расстарались, небось… – прокомментировала Стеша, привычно сев во главе стола с Ярой по правую руку. – Грех их разочаровывать, – с этим высказыванием согласилось большинство, после чего, включая, как ни странно и самих "изготовителей", принялось за избавление стола от столь богатых яств.  А вот потом пошла привычная и знакомая каждому русскому душевная беседа. Которая не обходится без ста грамм…  – Да ладно, от одной рюмки вы не откинетесь, зуб даю. Самогона чище этого вы точно у нас не найдете, – нахально подбивал Саваду Степан.  – Д-да я не пью…  – Не пьют только больные и те у кого на уме недоброе, – прозаично выдал Медведь, чуть ли не силком впихнув рюмку бедному парню. Тот закашлялся с непривычки. Но быстро пришел в себя.  – Ужас… – кашлянул он. – Но привкус интересный.  – А то, мы со Степкой сами варили. Домашнее, не магазинное, авось, – хмыкнул Миша. – Пейте, вам на пользу пойдет. Всю дрянь из организма враз убирает. И вы ребят присоединяйтесь, сидите как бедные родичи. Оно ж полезно, – важно выдал неопытному молодняку мужчина.  – То-то я смотрю вы уже себя продезинфицировали все понемногу, – ехидно заметила Радчикова.  – А что? Это для сугреву было! На улице вон какой мороз, – выдал Яша, что все же отхватил за неготовность самовара к использованию. – Да и к тому же, коньяк и виски на столе тоже наши, так что не только первак хорош.  Беловолосая хмыкнула, краем уха слушая как два брата-Разины накачивают несчастного Саваду и его сопровождающих спиртным. Да так, что уже через две минуты парень был вдрызг и готов любить все живое, дыша перегаром в лицо таким же пьяным в дрова Хранителям.   – И не стыдно вам гостей спаивать? Они же в жизни ничего крепче виски не пили небось… – пожурила подопечных беловолосая.  – А вы, лидер, не хотите подать молодежи пример как правильно пить?  – Э, нет, не при гостях, – хмыкнула девушка.  – Ну а чисто на пробу? Мы даже Ярику вон налили, сидит хлебает…   Девушка вздохнула.  – Кошмар какой. Вы же знаете, что я не пью…  – Ну разочек можно же! И вообще, ваш угол стола как неродной, чес-слово! Вон, итальянец ваш с перьями в башке и тот согласился сразу. А вы отказываетесь?.. Не стыдно? – возмутился Яша.   – Не стыдно. Впрочем… Один бокал коньяка я могу себе позволить. Чтобы вы не пытались впихнуть мне что покрепче, – хмыкнула девушка, взяв со стола бокал и ожидая пока Степан наполнит его. Тот себя долго ждать не заставил. Впрочем, нахально смешав коньяк с первачом. Тем временем, агит-компания имени пьяного в дрова Десятого и его собутыльников, искренне пыталась уговорить Реборна хотя бы снять пробу. Осложнялось это тем, что на стороне тройки оставался не занятый Миша и энтузиасты Ромка и Яшка.  Последней каплей стал стандартный вопрос, способный задеть гордость любого мужчины. А именно: "Ты нас не уважаешь что ли?!" в исполнении русских.  Черноволосый киллер тяжело вздохнул, все же дав слабину.  – Ладно. Хорошо. Только одну, – принял рюмку кареглазый.  – Конечно, об чем речь! – согласно закивали Разины, чуть ли не синхронно улыбнувшись. Стефана на это только тяжело вздохнула, пригубив бокал и чуть не подавившись, однако сумев глотнуть обжигающую жидкость.  – … Все? Довольны? – чуть скривился черноволосый.  – Закусывайте, – посоветовал Миша. – Между первой и второй нельзя, – важно выдал Степан, нахально впихнув итальянцу вторую.  – Твоя правда, но он же непьющий.  – А на кой хрен они непьющие такие к нам приехали? Без ста грамм русскую душу не понять! – выдал темноволосый брату. – Да вы пейте, пейте, – похлопали по плечу итальянца "медвежей лапой", попутно наливая себе. – Вы такого больше нигде не найдете! Зуб даю! Вон, даже босс ваш со мной согласен. Да и шеф не особо протестует, а? – покосился на светловолосую, что на чистом принципе допила бокал, чтобы не дать слабину перед подчиненными. Девушка молча кивнула. Ибо говорить после такого, поначалу, было трудно… Как и дышать, собственно…  Русая закатила глаза, отодвинув от себя подсунутый старшим товарищем аперитив. Окинув обстановку взглядом, девушка поняла, что больше за столом ей ловить нечего, и дальнейшие блюда будут лишь закуской. Кто бы сомневался…  – Я пойду… – тихо оповестила беловолосую Ярослава, поднявшись на ноги.  Алые глаза с искренним желанием крикнуть "помогите" переместились на ту. Но беловолосая на это вновь смогла только кивнуть.  Внезапно, сзади послышались шаги.  – Я провожу, если не против, – хмыкнул Скайрини. Что странно, без грубостей. – Второй порции чистого спирта я не выдержу…  Радчикова с искренним пониманием во взгляде вздохнула.  – Даже не спорю… Эта пара алкашей кого угодно заставят собственное имя забыть…  – выдала девушка, старательно контролируя заплетающийся язык. – Ярик, проводи. Заблудится еще…  Русая послушно кивнула, задвинув стул за собой, последовав к выходу, периодически ожидая гостя.  Тот же следовал за девушкой. Притормозив только около лестницы.   – Слушай. А ты и впрямь меня боишься? – поинтересовался парень, с неким любопытством.  Русая обернулась, чуть удивившись. Но лишь на долю секунды. Голубоглазая смешливо прищурилась, мотнув головой.  – Нет. Я боюсь не тебя, а то, что ты можешь сотворить.  – Вот как… И что же я такого могу сделать? – подошли к девушке, с легкой усмешкой глядя на ту сверху вниз.  – Много чего. Можешь, но не сделаешь, – выдала русая.  – Вот как? И почему ты так уверена в этом?  – Ну ты же не идиот. Более того, похоже, ты намного умнее, чем кажешься на первый взгляд. Или я ошибаюсь? – наклонила набок голову русая.  – Может быть. А не боишься говорить мне это настолько прямо? – оскалился темноволосый. Алые глаза сверкнули чем-то странным.  – А что ты мне сделаешь? Убьешь? – весело улыбнулась голубоглазая, скрестив руки на груди.  – Убью?.. Пхах. Нет, я не настолько лишен фантазии… – темноволосый, слегка ухмыляясь, поднял на себя лицо девушки за подбородок. – Поверь мне, я знаю множество способов навредить. И убийство из них - самый банальный.   Ярослава чуть отпрянула, стараясь оборвать нарастающий конфликт.  – Однако… Вредить я здесь никому не собираюсь. Особенно, такой маленькой трусишке, – парень ухмыльнулся чуть шире. – Ты забавная…  Русая с трудом подавила скрип зубов. Стефана сказала русским языком - налаживать отношения с данной стороной, а не усугублять их. Но как же хотелось бросить что-нибудь едкое. Такое, чтобы стереть эту мерзкую ухмылочку с лица парня.  – Съязви. Я жду, мусор… Мне нравится, как ты злишься.  – Ну ты мудак… – тихо прошипела голубоглазая.  – Не оригинально, – только и рассмеялся темноволосый.  – Убери свои руки от меня, животное. Я имею гордость, чтобы не поддаваться на провокации пьяного сумасброда, – горделиво вздернула подбородок русая.  – А кто сказал, что я провоцирую?.. – парень усмехнулся. – Знаешь, ты так похожа на ежика. Иголки топорщишь и фырчишь. Вот только… Иголки у молодых ежей легко ломаются, – высказался Скайрини, убрав руку от лица девушки. – Запомни одну простую вещь. Если ты кого-то заинтересовала, не зубоскаль понапрасну. Иначе клыки выбьют.  – Ну конечно. Я обязательно воспользуюсь советом, – пропустила мимо ушей голубоглазая. – Мне ведь именно этого не хватало. Разговора с идиотом, возомнившим себя учителем по философии.  Девушку резко припечатали к перилам, заставив больно ударится позвоночником.  – Я никому не позволяю грубить в свой адрес дважды, – надавили пламенем. Взгляд пылал бешенством. – Малолетки вроде тебя, у которых еще даже минимальных мозгов нет, должны ценить, что с ними так возятся. Будь ты хоть каплю умнее, прислушалась бы к моим словам вначале, – темноволосый чуть сжал руку на шее девушки. – Единственное, что спасает тебя - то, что за тобой стоит твое начальство. Но как скоро мне станет на него поебать - хер знает, – темноволосый был настолько близко, что можно было ощутить его горячее дыхание. – Так что настоятельно рекомендую засунуть тебе свой язык в жопу, – пророкотал хриплый бас. – Иначе тебя заткну уже я…  Русая тихо посмеялась в лицо черноволосого, насколько рука на горле позволяла.  – Ты еще не понял, гений? Плевать мне на весь твой жизненный опыт. Ты мне никто и звать тебя никак. Тебе голову оторвут, если со мной что-то случится.  – Вот как… – недобро ухмыльнулся парень, после чего резко приблизился. – А давай проверим… – резко накрыли губы девушки поцелуем. Грубо, жестко и без капли нежности. Впрочем, целоваться темноволосый явно умел… И очень даже хорошо.  Русая замерла, чувствуя, как сердце упало куда-то в ноги. Девушка начала нервно соображать, и мозг нашел способ лучше, чем толкнуть черноволосого.  Ударить парня Ярославе показалось хорошим решением, чтобы избавиться от "внимания" со стороны итальянца.  Вот только увы, сделать она этого не успела. Темноволосый сам отстранился, все так же скалясь.  – А теперь посмотрим, что со мной будет. Беги, жалуйся своему боссу, а я понаблюдаю, – хохотнул алоглазый, сунув руки в карманы, развернувшись к лестнице. – Салют, – зашагал вперед он, оставляя русую.  Голубоглазая сжала перила, часто вдыхая воздух. Страх предательски охватил сознание.  "Как маленькая" – звучало в голове, не давая девушке расплакаться прямо на лестнице. Страшно и больно. Все еще хуже, чем пишут в заметках про девушек. Русая побоялась идти в комнату, спустившись на первый этаж, и сразу выходя на свежий воздух. Только не плакать. Мама всегда говорила, что на морозе плакать нельзя, иначе - заболеешь.  Мысли о семье, оставшейся где-то далеко только усугубили ситуацию, поэтому сегодня Ярослава приняла решение переночевать в сторожке. Она не так далеко находилась в лесу, но зато там ее точно никто не найдет.  И радио там ловит с кабельным.  Шмыгнув носом, русая накинула на плечи колючее одеяло, обула сапожки и выдвинулась с порога в темный таежный лес. Вдали послышалось протяжное скуление, оповещающее о наличии стаи волков. Возможно, голодных. Возможно не одной стаи.  Но радио, журналы и кабельное, что можно смотреть хоть до трех ночи стоили того, чтобы миновать все препятствия.  Мысли о скором "персональном рае" отогнали недавние неприятные воспоминания, и на середине пути, минуя знакомые деревья, девушка уже слабо улыбалась, изредка вытирая глаза рукавом куртки. 

***

Стефана вздохнула, явно почти не вслушиваясь в происходящее вокруг. После второго стакана, который ей опять же нагло всунули братья-Разины, голова слегка кружилась. Поэтому, девушка приняла решение стратегически отступить, верно подметив, что ей на сегодня точно хватит… Девушка аккуратно и как можно тише выскользнула из зала в коридор, после чего вздохнула чуть свободнее. Было жарковато из-за выпитого алкоголя. Светловолосая зашагала было вперед, однако ее прервал звук шагов, заставляя прислушаться и остановиться, обернувшись к их источнику. – Решили вновь составить мне компанию? – выдала девушка, слабо улыбнувшись. – Верно подметили… – как можно тише произнес черноволосый, держась за голову. – Черт… Кажется, я перепил… и снова с русскими, какая… ирония. – Случается… Уж больно мы любим это дело, – вздохнула девушка, прикрыв глаза. – Мне во второй бокал, кажется вообще налили медицинский спирт, вместо коньяка… – негромко пожаловалась она, подойдя к мужчине. – Вы как? Голова сильно кружится? С непривычки может занести… – Да… Весьма неприятное ощущение, – поделился черноволосый, прикрыв глаза. – Если вы плохо себя чувствуете, я могла бы проводить. В конце концов я более привычна к такому градусу выпивки, – предложила беловолосая, вздохнув. – Чувствую, когда протрезвею эти братцы-кролики у меня получат… Вы уж простите за подчиненных. – Был бы весьма признателен, – согласился на помощь кареглазый, чувствуя, как координация начала заносить ноги вправо. – Осторожнее, – мягко взяли того под руку. – Боюсь, на руках я вас не унесу, так что не падайте, – светло улыбнулась алоглазка. – Благодарю, – вздохнул чуть виновато черноволосый, впрочем, нисколько не теряя "лица" перед девушкой. – Пустяки, – хмыкнула та, направившись вперед неспешным шагом, что был, на удивление, тверд. – Говорите, это не первый раз? – полюбопытствовала она. – Верно. Я уже рассказывал, что лет 20-ть назад приезжал в Россию по делам. А гостеприимства вам не занимать… – Это да. У нас любят гостей, – вновь улыбнулась девушка. – Для нашего народа, гости - это чуть ли не праздник. Так что, новым лицам мы всегда рады. Даже несмотря на то, что многие ворчат, мол, "понаехали". Хотя, сомневаюсь, что кто-то, помимо моих мальчиков, способен вам такое сказать. – Рад слышать… – усмехнулся черноволосый, иронично вспомнив "мальчиков". – И не трудно вам одной с ними справляться? – Бывает. Однако, я справляюсь. Это легче чем кажется, – девушка тихо хихикнула. – Я понимаю какой эффект может оказать эта орава несносных мальчишек на постороннего. Однако, они уже давно прочно заняли место в моей жизни. Мужчина вздохнул, понимающе кивнув. Голову пронзила новая порция "шатаний", заставив черноволосого болезненно взяться за нее рукой. – Боже, вы в порядке?.. – едва успела того поддержать девушка, крепко сжав локоть итальянца, оказавшись чуть ближе чем следовало бы. В алых глазах скользило беспокойство. Темноволосый замер, глядя на беловласку. Во взгляде читалось едва заметное удивление от собственных действий, мыслей и чувств, что явно "развязались" после алкоголя. Почему-то совсем пропала острота ума и притупилась этика. А стоящая перед киллером девушка вновь открылась совершенно с другой стороны. "Она… переживает?" Реборн отпустил голову, аккуратно убрав белоснежную прядь с лица девушки, даже не стараясь оправдать свои действия. Та удивленно вскинула брови, явно слегка растерявшись. Скулы украсил легкий румянец. – Ч-что вы… – попыталась что-то сказать Стефана. Но замолкла. – Вам помешала бы… – не связно пояснил мужчина, после чего вздохнул, смирившись с тем, что язык начинает заплетаться. – Простите. Вам, должно быть, не приятно… – Н-нет-нет, что вы, – поспешила заверить того девушка. – Ничего страшного… Она бы и впрямь мешала. Спасибо… – покраснела еще сильнее она, опустив взгляд. Кареглазый слабо улыбнулся подобной реакции. Спонтанное решение стрельнуло в голову бредовой идеей. Под градусом эта идея, правда, была логично обоснована. Чем-то. Но главное, что обоснована… Черноволосый медленно наклонился на уровень алых глаз девушки. Всегда ли они были такими… живыми? – Толкните, если… вам будет неудобно, – тихо произнес черноволосый, и прежде чем беловласка успела ответить или сообразить, губы альбиноски накрыли, аккуратно целуя. Даже сейчас киллер не мог стереть своих рамок до конца. А хотелось. Радчикова поначалу опешила, откровенно растерявшись. В груди что-то замерло, после чего отдалось стуком в висках. Девушка не чувствовала ничего подобного ранее. И может это было влиянием алкоголя. Но алоглазая ответила на поцелуй, словно пытаясь оставить это чувство трепета в своей груди. Темноволосый опустил руки на талию девушки, обняв ту, прижимая к себе все крепче, став увереннее в своих намерениях. Беловласка прикрыла глаза, положив руки на плечи итальянца. Но… Она не отталкивала его. Совсем нет… Мужчина нехотя отстранился, глядя на беловолосую с долей тумана "мягкости" в глазах. Отпускать ее совершенно пропало желание. – … Неплохо… Однако, позвольте показать, как это делается у нас, – чуть отдышавшись, усмехнулась девушка. После чего уже губы итальянца накрыли поцелуем. Нежным, но в то же время глубоким. Он не давал здраво мыслить. Запоминался, словно его ни разу до этого не целовали девушки. Только она. У черноволосого сбилось дыхание от неожиданности, но… эта "неожиданность" была весьма приятной, заставляющей забываться в порыве чувств и ощущений. Будто бы ничего больше нет. Будто бы она - одна единственная. За спиной Реборна захлопнулась дверь какой-то комнаты, после чего, на подсознательном уровне, взгляд нашел пустующую "поверхность". И как удобно именно кровать оказалась "поверхностью", на которую темноволосый поспешил опустить девушку, перехватывая инициативу. Беловолосая закинула руки тому за шею. Алкоголь ударил в мозг, подавляя всякий здравый смысл. Однако, она четко могла сказать - меньше всего она хотела, чтобы ее отпустили. Эти прикосновения и поцелуй словно лишали остатков разума… Черноволосый опустился чуть ниже, аккуратно целуя изгиб бледной шеи. Соображение отошло на второй план, ставя в приоритет интерес. Ему хотелось понять ее, разобрать ее мышление на мелкие детали, чтобы убедиться, что что-то не так или наоборот, что нет никакого подвоха. Кареглазый чуть прикусил кожу ключицы беловласки. Девушка тихо застонала, рвано выдохнув. Это… Было не правильно… В голове, сквозь одурманенный алкоголем и мужчиной рассудок, пыталась пробиться какая-то мысль. Та, что не давала покоя. Светловолосая не хотела к ней прислушиваться. Однако… Поддаться порыву чувств сейчас означало утратить гордость. А к ней девушка относилась бережно. Беловолосая титаническим усилием воли, иначе и не скажешь, прервала поцелуй со стороны темноволосого, мягко коснувшись подушечками пальцев губ того, выдохнув. – Ты же понимаешь, что мы сейчас оба пьяны… – тихо произнесла она. Мужчина шумно выдохнул, сглотнув. – Я тебя понял, – хрипло ответил Реборн, неохотно отстраняясь от девушки. Правда, алкоголь решил, что черноволосый в том положении, когда снова можно упасть куда-то в сторону… поэтому кареглазый болезненно шикнув, завалился на бок, рядом с красноглазой. – Черт… – Ничего… Вот похмелье завтра будет - это да, проблема. А так, со всеми случается, – негромко хмыкнула беловолосая. После чего вздохнула, прикрыв глаза. И неожиданно для самой себя, обняла темноволосого, доверчиво уткнувшись тому в плечо, вдыхая аромат кофе и пороха, что так гармонично смешался с мужским одеколоном. – … Я пьяна, так что имею право творить ересь, – прокомментировала она, слегка покраснев и пряча лицо. Словно ребенок… Мужчина невольно усмехнулся, неосознанно приобняв девушку за плечи, утыкаясь в светлую макушку. Сейчас, именно с ней, было так спокойно на душе… Возможно, он еще сможет кому-то доверять. Алоглазая прикрыла глаза, выдохнув. Сейчас ей так хотелось ощутить под боком чье-то надежное плечо. Она и впрямь так устала тянуть на себе все сама… Конечно, у нее была Ярик и мальчики, но… Это было не то. Может… Может она и впрямь сможет доверить кому-то спину снова?.. – Можно я посплю с тобой? – тихо попросила беловолосая. – Не хочу уходить. С тобой хорошо… – пробормотала она. – Можно… – буркнул мужчина, лишь крепче прижав к себе девушку. Та прикрыла глаза, сонно засопев, засыпая в руках итальянца, слегка сжимая лацкан его пиджака, не желая того отпускать. Слишком спокойно рядом с ним. Девушка, сама того не понимая, ощущала себя защищенной сейчас. Такая детская уверенность, что все будет прекрасно… Она подумает и пожалеет об этом завтра. Обязательно. Но все завтра. А сейчас можно и расслабится…