Лимит наших желаний

Чертоги памяти из летнего уикенда Максим... Происхождение имени от латинского означает «Величайший». Этому имени присущи и гордость, и честолюбие, но больше представляет собой благорасположенного человека, способного многого добиться. Но значение имени никак не отражается на характере человека. Максим был спокойный, честный, верный. Он часто искал стереотипы в вещах. Его могли вывести банальные вещи, такие как: школа до поздна, мама, когда он гуляет до поздна, ревность к своей девушке. Но он никогда не показывал своё недовольство. Он держался на позитиве. Я тем временем никогда не разговаривала с ним про их с Ариной отношения. Это не моё дело, я и не лезу. Но иногда хочется крикнуть ему: «Макс! Оглянись! Смотри сколько всего вокруг! Поживи для себя! Не принадлежи никому! Ещё всё успеется!». Но я вижу, как светятся глаза Макса, когда он смотрит на Арину. Я её очень люблю и уважаю, но бывают такие моменты, когда она пилит Максима из-за пустяков. И в эти моменты хочется защитить его. Я обожаю подколы Арины на счёт Шувалова, но мне не нравится то, что когда я говорю ей что-то на ухо, то она произносит это на всю нашу компанию. Если я говорю ей это на ухо, значит я не желаю, чтобы кто-то ещё это слышал. Низенький рост, крашенные рыжим цветом волосы, худенькое телосложение и очки, которые придают её имиджу ещё больший акцент. Я люблю гулять с ними, слушать разные истории, о том, что что-то где-то произошло, или же с кем-то что-то случилось. Я не хотела рассказывать им тот самый секретный случай, когда Илья всех выгнал из класса, об этом знает только Вика, и больше никто. Но Арина не преставала перечислять то, что могло произойти в классе, а я тем временем отнекивалась от всех тех глупостей, что приходили на ум Арине... — Он тебя насиловал? — Нет. — Заставлял делать что-то очень плохое? — Нет. — Трогал? — Нет. — Ну а что тогда, не чай же пили вы с ним там. — Может и пили, а может и нет. — Почему ты не расскажешь? — Может, потому что я не хочу. — Ну и не рассказывай, я на тебя обиделась. — Арин, не заставляй человека, раз не хочет. — ворвался в разговор Максим. — А что на счёт той ночи, на последний звонок? — А ты откуда знаешь? — Максим рассказал. — Максим!- я посмотрела на него, как на предателя. — Что? Ты же не говорила никому не рассказывать. — И что теперь? Тебе постоянно надо будет говорить, что рассказывать, а что нет? — Ну а что тут такого?, — спросила Арина, — Ведь ничего же такого не было. Только лишь то, что Шувалов о тебе так позаботился. Это с одной стороны мило, но… — Но с другой стороны он не всегда таким будет.- произнёс Макс. — А если? — Варь, только не говори, что ты настолько наивная. Я знаю его больше, дольше и лучше. Он не постоянен, он как маятник, то туда, то сюда, то так, то сяк. Он всегда что-то менял. А если он снова будет лезть, то если это будет возможным, я постою за тебя. А в тот день, когда он всех выгнал, меня не было, потому что я заболел. — Ой, это было давно, пора уже забыть. — Но после этого он не перестал тебя доставать, хоть я и говорил ему отстать от тебя. Так что предупреждаю, его доброта и забота ненадолго. Я улыбнулась Максиму. Это был единственный человек, который мог дать отпор моему врагу. Я каждый раз улыбалась, идя по дороге после того, как Макс меня проводит. Улыбалась от того, что с ним хорошо, есть о чём поговорить, излить ему душу. Это же круто, когда есть такой человек. Но иногда его нет рядом. И это печально. Как же всё таки прикольно дёргать его рыжие волосы, надевать его тонкую, но тёплую ветровку, идти с ним вместе домой. Мои мысли прервали чьи-то голоса и шаги. Мы сидели на теплопроводных трубах возле котельни, и из-за угла появляются четыре знакомых юношей. Это были Дима, Никита, Саша и конечно же Илья. Как только он меня увидет, то сразу подошёл ко мне и не церемонясь столкнул с трубы. Я упала на землю, но не сильно, трубы то были по колено. — Зачем ты это сделал?! Я оттряхнулась и посмотрела на Илью недовольным взглядом. — Это моё место. Он хмыкнул и снова посмотрел на меня своей маниакальной улыбкой. — Тебе что, принципиально где сидеть? Не приставай к ней.- заступился Макс. — Да, прикинь принципиально, тем более, ты уже место нагрела. Я посмотрела на Макса, но он лишь непонимающе глядел на своего друга и поднял меня за локоть. Я села рядом с Ариной, по дальше от Ильи. Дима, Саша и Никита встали напротив нас. Никита достал с кармана куртки пачку сигарет и раздал всем кроме меня. Я не курила. — Возьми сигарету.- сказал мне Илья. — Не хочу… — Меня не волнует. Из-за тебя чувствуется неполноценность команды. Быстро взяла! Мне конкретно не нравился его тон. Видимо Арина и Макс были правы. Он будет продолжать делать то, что ему нравится. Я повернулась к нему. — Я! Не- Хо-Чу!!! — Ладно. Его тон на этот раз был спокойным. Меня иногда выводила из себя его неопределённость. То ли он бешенный, то ли спокойный. — Вставай, сядешь со мной. — Зачем? Я не хочу. Я с Ариной буду сидеть, а не с тобой. Илья встал и подошёл ко мне вплотную. И чтобы я не дышала ему в пупок, он наклонился. — Мне пофиг с кем ты хочешь сидеть, ты будешь рядом со мной, как собака на привязи. Я влепила ему пощёчину, а Шувалов, который смотрел на меня со злостью, дёрнул меня за руку, прижал к стене и сильно сжал горло, отчего стало трудно дышать. — Илюх, угомонись, пусть уходит, нафиг она тебе сейчас сдалась? Илья посмотрел на Диму, который решил заступиться. Он схватил меня за локоть и подвёл к товарищу. — Димон, это моя вещь, что хочу, то и делаю с ней. Захочу- отпущу! Он сильно толкнул меня в спину, отчего я упала на бетонную поверхность возле котельной, и растёрла о неё свои ладони. — Захочу- оставлю здесь! После этих слов он схватил меня за ворот куртки и толкнул к трубам. — Илья! Перестань! — Арина ударила Шувалова по спине и подбежала ко мне, успокаивать. Я с ужасом посмотрела на него, глаза заливались слезами, а Илья отвернулся от меня и посмотрел на Максима — Макс, бабу свою укроти, а то она слишком дикая. — Да кто бы говорил. — Я знаю какой я. — Может быть. А знаешь ли, кто сидит внутри тебя? — Не начинай. Ты не понимаешь? Или забыл? Макс замолчал. — Тогда почему она? Лицо Шувалова искозилось в брезгливой гримасе. — Я же сказал - не начинай. Илья, выкурил всю сигарету. Тем временем, Арина, держала меня за руку. Успокаивала и гладила по спине. Мне тоже не терпелось узнать, почему под его горячую руку всегда попадаюсь я. — Подвинься! Илья спихнул Арину со своего места и обнял одной рукой мои плечи. Я, как можно дальше, пыталась от него отстраниться. — Сидеть! Он толкает меня к себе за шею, и я всё таки спокойно села, чтобы не получить ещё несколько таких толчков. — Вот так. Хорошая девочка. — он погладил меня по голове, но это было унизительно и ужасно. Ненавижу, когда меня хвалят таким образом. — Господа, что же так тухло сегодня? Давайте-ка сыграем. — Ну давай, а во что? — спросил Никита. — В правду или действие. Все заулыбались и кивали, кроме меня и Макса. Ведь мы оба знали, что в этой игре у Ильи нет предела фантазии. — Ну что ж, я начну.- Шувалов повернул голову ко мне.- Правда или действие? — Я не играю. Илья сильно сжал локтём моё горло. Я пыталась разжать его схватку, но всё было тщетно — Нет уж Варя, ты будешь играть, а если нет, то всё что находится в этом крохотном пакетике, окажется в твоём поганом рту.- Илья достал с кармана маленький пакетик насвая и начал мотылять им у меня перед глазами.- Ну, выбирай. Я смотрела на эту противную смесь и думала, что если он запихнёт мне его в рот, то меня неприменно вырвет. — Играю. Правда… Я выбираю правду. — Вот и умница.- Илья ослаб схватку.- Так-так-так… Скажи, тебе было приятно, когда я был таким добрым к тебе? Хотела ли ты, что бы я всегда таким был? Слишком долго я раздумываю над этими вопросами, ведь понимала- это подлая игра, и то, что сейчас он спросил всё сильнее меня усугубило. — Ну, не молчи, отвечай. — Да. Илья усмехнулся и приблизился ко мне в плотную, говоря шёпотом на ухо: — Мне тоже, но увы. — Тогда зачем? Зачем ты так делал? — Я не подлец, не крыса и не ничтожество. Обещания я всегда сдерживаю. — Слушайте, может хватит вам ворковать, давайте продолжим. — сказал Дима. Что за обещание знаем только я и он, больше никто. И то, что он так подло им воспользовался, всё больше делает его и подлецом, крысой, и ничтожеством. И то, что он задаёт такие болезненные вопросы- это всё делает меня слабой. Пугливая мышь, которая не справляется с этим громадным котом. И на глаза снова накатываются слёзы. — Ты плачешь? Чем же я тебя так обидел? Я отвернулась от него и вытерла слёзы, чтобы тушь не растеклась. — Как же здорово видеть твои слёзы, чувствую свой триумф, когда довожу тебя до них. Так понятно, что я сильнее тебя, и ты не сможешь мне сопротивляться, не хватит смелости и сил… — Илюх, — Максим недовольно посмотрел на него, — может продолжим? Ты тут не один. — Пожалуй да. Кто следующий? — Давай я.- Серёжа посмотрел на Диму.- Правда или действие? — Давай действие. Серёжа, видимо уже продумав свой план, достал из кармана джинсов телефон и включил камеру. — Целуйся с Никитой. — Никитос, готовь свои сладкие бразильские губки.- посмеялся Илья. Дима и Никита, конечно отнекивались, но если бы они не сделали это действие, то, как правило, должны были бы выполнить, особый «карточный долг». Они долго мешкались и смеялись, но всё же в долгожданном терпении, они начали по тихоньку приближать свои губы друг к другу, смеясь и на некоторое мгновение отстраняясь. Но всё же с толчком Серёжи, который внезапно встал с труб и взявшись за их головы, приблизил их друг к другу. Они, по мнению срывающейся от смеха аудитории, жарко поцеловали друг друга. Это было очень смешно. Серёжа, снимая этот момент, сильно ржал. Когда они отстранились друг от друга, то начали сплёвывать слюни и старательно вытирать губы. Все вокруг смеялись, даже сами «голубки». За некоторое время провождения здесь, играя в эту игру, ребята то лезли на крышу котельни, то лизали друг другу живот, кто-то признавался в каком необычном месте он мастурбировал. И тут пришла очередь выбирать мне жертву. Я посмотрела на Никиту. — Никит, правда или действие? — Действие. — Сними верхнюю одежду и сиди так всю игру. — Да ну. Смотри какая отличная погода в июне. Дождь, ветер, грязь, м-м-м. Какая красота. Так что нет, не буду делать. — Тебе сказано было действие, так выполняй его.- прорычал Илья. Никита не сразу врубился от такого тона. Но, поняв стратегию Ильи, он всё же начал раздеваться. В один момент все засмеялись, когда увидели на теле Никиты татуировку, которая была расположена прямо под левым соском: «Потерянное поколение». — Что? Совсем потерялся, друг? — недовольным взглядом посмотрел Илья на Никиту, — мы же договаривались, что не будем ничего бить. Почему у тебя на теле это? — У тебя кольцо в губе проколото, такая же гадость на теле. Так что не надо мне говорить что-либо, ты первый его сделал. Шувалов не стал ничего говорить, только покрутил языком кольцо… Моя улыбка начала медленно сползать с лица. Илья повернул голову в мою сторону. — Правда или действие? — Почему именно я? — Кого хочу, того и спрашиваю. Правда или действие? — Правда.- недовольно ответила я. — Ну уж нет, правда уже была, теперь действие. И снова на его лице появилась та самая улыбка. — Зачем тогда спрашивал, что мне выбрать? Он сжал моё плечё, и я нахмурила брови. — Воспроизвожу интригу.- Илья раздумывая над действием.- Оголи свой верх. — Илюх, по-моему это перебор, — сказал Серёжа. — Твоего мнения никто не спрашивал. Такова игра. - Ты же не серьёзно.- сказал Макс. - Почему же? Очень даже серьёзно. — Я не буду этого делать. У тебя совсем уже спермотоксикоз в голову ударил? Я хмуро посмотрела на Илью. Собралась уходить, как вдруг почувствовала резкую боль в затылке. Я вскрикнула и попыталась отбиться от рук, которые схватили меня за волосы. — Стоять! Кто как не Илья будет пытаться остановить меня. Я слышу крики Арины и угрозы Макса, которые упорно пытаются вырваться из рук Димы и Никиты. — Пацаны, держите-ка их крепче. Я сейчас покажу этой дикой, как не слушаться! Последнее предложение Шувалов проговорил мне прямо на ухо, сильно сжимая мои волосы. Он ударил ногой по сгибу моих коленей, и я упала. Илья резко дёрнул меня за волосы назад. Я кричала будто бы меня пытали. Хотя это можно отнести к одним из пыток. Мне казалось, что ни одна пытка не сравнится с тем, что человек, который тебе нравится, сейчас издевается над тобой так, будто бы над беспомощными животными издеваются браконьеры. Я уже лежала на спине на холодном бетонном покрытии, начала кряхтеть и кашлять, так как мне было трудно дышать. Ведь Илья встал на моё солнечное сплетение коленом в тот момент, когда я всеми силами пыталась встать. — Лежать! Я сквозь слёзы сумела выразить только одно — Отпусти… У меня уже не было сил с ним бороться. — Отпустить?! Ты посмела просить у меня что-то?! Хах! Ты реально тупая дура! Ты думала, что я увидя твои слёзы, отпущу тебя?! Как бы ни так! Своим нытьём ты делаешь для себя только хуже! — Илья! Отпусти её немедленно!- Арина кричала во всё горло. — Макс, а ну заткни свою бабу, пока я её не заткнул! Я лишь в перевёрнутом кадре своих глаз увидела, как Макс ударил локтём в живот Никиту, подбежал к Илье и столкнул его. Моё дыхание облегчилось. Я попыталась встать, но меня перехватил Серёжа. Он зажал мои руки и прислонил меня к стене. Всё что происходило в этот момент, фастом пролетело у меня перед глазами: Макс стоит над Ильёй, тот ударя ногой по лодыжке друга, сразу повалил его. Всё что я слышала, это крики Арины и удары кулаков Ильи о лицо Максима. Это был лишь сплошной хаос в моей голове. И в один момент мне стало не только эмоционально, но и внутренне плохо. — Хватит! Отпусти его, я сделаю всё, что хочешь! Только прошу не надо!!! В один момент было такое чувство, будто бы мою жизнь поставили на паузу. Мир сам будто замедлился. Я вижу заплаканное лицо Арины, умалишённые парни неподвижно смотрели на Илью, который в данный момент сидел поверх Макса, держа на весу окровавленный кулак. А Максим лишь лежал на холодном бетонном покрытии земли и, вытирая рукой губу, сплёвывал кровавый сгусток слюны. Илья смотрел на Макса, будто не понимал, что происходит. Его взгляд напоминал ошарашенное изумление. — М-Макс, прости меня Макс, прости пожалуйста Макс… Максим смотрел на Илью с теплом, уронив голову на бетонную поверхность. Он улыбнулся. А взгляд Ильи стал жалким, такой взгляд мог говорить только о большой ошибке и о принятой вине. Он поднял Макса и обнял так, будто брат вот-вот потеряет своего брата. — Илюх, эта наша первая драка друг с другом, самая настоящая. И мне плевать, что ты меня побил, я тебя прощу за всё, ты же мне как брат, и я не потеряю своего брата. Просто не психуй. У тебя все пройдёт. Если надо, сделай больно чему угодно, только не людям. — Прости Макс, прости, прости, я идиот, прости… — Илюх, всё хватит, хватит, успокойся, я простил тебя, всё. Илья отстранился от него, подрагивая от содеянного. — Пошли до колонки, тебе надо умыться… — Да, кстати… В этот момент Арина сумела вырваться из рук Димы и подбежала к Максиму, отталкивая Илью. Её глаза были очень сильно заплаканные, мне действительно было её жалко. — Если Макс тебя простил, это не значит, что простила и я! Арина схватила Максима за руку и потащила к колонке. Илья лишь поджимая губы, смотрел им в след. — Значит… Сделаешь всё, что я захочу? Он так же смотрел прямо, в след ушедшим. Взял с кармана сигарету. — Серый, отпусти её. — Ты уверен? — Я что, похож на попугая что бы повторять? — Есть немного.- посмеялись Дима и Никита. Когда Серёжа меня отпустил, ко мне подошёл Илья. Он взял меня за локоть и потащил к Диме, взяв у него ещё одну сигарету. Затем повернулся ко мне и медленно и задумчиво сказал: — Значит… Сделаешь всё… Пошли. — Куда? — Просто пошли со мной. Илья взялся за мою руку и через дворы многоэтажек повёл к домику котлованы. Он шёл поспешным шагом сквозь эти, казалось бы, маленькие пятиэтажки, проходя мимо просёлочного сада. Когда мы дошли до домика, Илья пропустил меня вперёд на железную лестницу. — Стой здесь. — Ты пришёл сюда со мной, чтобы просто постоять? — Не только. Он взял в зубы сигарету и зажёг, делая несколько тяг. Потом повернулся ко мне и подошёл в притык. Смотрел на меня взглядом умиротворённого человека. — Приоткрой рот. Я смотрела на его шею, ибо выше просто не могла поднять взгляд. Когда я раскрыла свои губы буквально на немного, Илья сделал тягу и чуть не касаясь моих губ, выдохнул сигаретный дым мне в рот. Я спонтанно пропустила этот дым в горло и ядовитые пары едко защекотали моё горло и полость рта, да так, что я закашляла, будто у меня хронический туберкулёз. — Ну чё ты такая кляча? — Я же не курю. Кх. — Это правильно. ЗОЖ-это хорошо. — А что же ты тогда не соблюдаешь его? — Не знаю. Раз попробовал и всё. Понеслось. Илья снова сделал тягу и выдохнул мне в лицо. — Кх. Ну может хватит? Он поднёс бычок сигареты к моему лицу. — Сделаешь одну тягу, и я перестану. — А можно без этого? Илья закрыл глаза и ехидно улыбаясь, помахал головой. — Если я закурю, меня убьют родители. — Они не узнают. — Ты их не знаешь. — Не знаю, и они не узнают. Тем более ты должна сдерживать свои слова. — Почему только я должна это делать? — Потому что должен быть баланс. Ты сдерживаешь обещания- я их нарушаю. — Так не должно быть. Илья приблизился ко мне очень близко, он оградил меня руками с двух сторон, опираясь о стену, и сказал прямо дыша в губы: — Не ври самой себе. Тебе нравится всё это. Я знал, и мне говорили, что ты недотрога, но почему-то ты позволяешь мне делать то, что я хочу делать с тобой. Так что возьми эту чёртову сигу в рот и сделай тягу. Я не прошу выкурить всю. Только одну тягу. Ну же, давай. "Как нам можно забрать у него власть?" Илья подставил к моим губам сигарету. Я посмотрела ему прямо в глаза, прямо в самую его радужку. Раньше она казалась темнее обычного, но сейчас его глаза были светлее, будто глаза говорили, какой он сейчас. Добрый или псих. Он снова сделал тягу и задержал дым во рту. Посмотрел на мои губы, те губы которые были на миллиметр от него, те губы которые дрожали, когда я думала, что же он сделает дальше. Каково его дальнейшее действие? Он не сильно сжал рукой мою челюсть, тем самым отрывая мои губы от друг друга. Приблизился лицом, и я почувствовала те самые тёплые и мягкие губы Шувалова. Я уловила в своём рту сигаретный дым, который выдохнул в меня Илья. Теперь мне не казалось, что этот дым был до противности гадким и горьким. На этот раз он был мягким, словно пар. Илья на секунду отстранился от меня, чтобы я выдохла дым, а я спонтанно, не зная куда дется, выдохнула ему в лицо. Он закрыл глаза и вдохнул его носом, казалось бы приятный для него аромат. Поглаживая мои скулы, Илья поцеловал меня. Я чувствую его язык во рту. Всё тело немело, требуя больше тепла и ласки, но Илья грубо подсадил меня на выпирающий подоконник, заколоченного окна и так же грубо сжал мою талию. К моему же удивлению мне нравилась эта грубость, она была искренней. И как говорят, что «хорошие девочки любят плохих мальчиков». С этим утверждением, я была полностью согласна. Илья медленно расстегнул мою куртку и прижал меня ещё ближе к себе. Я была настолько стеснена к нему, что и не хватало воздуха, чтобы дышать. Его массивные руки крепко держали меня за невеликий обхват талии. Я лишь задавалась одним и тем же вопросом. Почему он не может всегда быть таким? Несмотря на то, что подоконник был холодным, внутри меня пылал огонь и, чувствуя, как от него исходит тепло, поспорю, что у Ильи происходит то же самое. — Опа на, нифига себе! Моё спонтанное увлечение прервал чей-то голос. Илья отстранил свои губы от моих и посмотрел на меня взглядом, настолько мне не знакомым. Мы фастом глянули в направление, откуда доносился голос, и увидели Диму, который стоял возле лестницы. — Ребят, чё за фигня здесь происходит? Илюх, ты её только по земле валял, а теперь сосёшься. Ты уж определись как-то. А ты тоже хороша. Чё, на БДСМ потянуло? Я вспомнила те страшные моменты травли и всё же спустилась с небес на землю. Посмотрев на Илью, я оттолкнула его, спрыгнула с подоконника и в безумной панике ринулась бежать. Последнее, что задержалось у меня в голове, это то, что Илья пытался остановить меня, но мне не хотелось наступать на одни и те же грабли. Я не хотела замечать, как расталкивала на пути Диму, Никиту… Последнее, что я слышала, это крик Ильи: «Стой! Подожди!». Я добежала до Викиного дома, который находился на улице пятиэтажек, и увидела, как Макс, целуя Арину провожал её до подъезда. Когда Арина зашла в дом, я подбежала к другу с глазами отчаяния. Он смотрел на меня с глубоким пониманием и теплом. — Илья? — Угу. — Снова издевался? — Нет. Просто… На глаза наворачивались слёзы. — Ладно, ладно, если хочешь, я не буду больше спрашивать. Я кивнула. После недолгого диалога мы с Максимом отправились домой. Провожая меня, Макс рассказывал, что в дружбе всегда должны быть перемены. И драка не должна быть исключением. — Но на последок я скажу тебе, что нужно терпеть и ничего не бояться.