Одна пачка мармелада

Писать на природе всегда было одним из любимых занятий. Теплые солнечные лучи грели бледную кожу, а вода в бутылке почти заканчивалась. Сынмин обустроил себе место недалеко от дерева. Зеленое покрывало почти сливалось с травой, своими маленькими ворсинками щекоча голую кожу ног. Клетчатые шорты переливались на солнце, притягивая к себе яркие лучи. Тень от дерева удачно падала, позволяя видеть экран ноутбука. Очки то и дело падали с носа, заставляя хозяина внутри бушевать. Ким — писатель. Вполне себе успешный, с огромной кучкой фанатов - подростков, которые не только его книги любят, но и смазливую мордашку. Писать о проблемах молодого поколения становится таким удачным решением, что былое фэнтези совсем забывается где-то в черновиках. Только вот уже два года Ким и строчки не написал. Даже в мыслях никакой идеи не было, за которую можно ухватиться всеми конечностями, и как клубок разматывать, чтобы к концу дойти. Последняя работа высосала из парня все соки, ибо «Побег на затворках памяти» оказалась слишком тяжелой не только для читателей, но и для писателя. После этой книги парень несколько месяцев посещал психолога, а ночные кошмары закончились только после курса таблеток. Спустя два года захотелось непривычной легкости. Заполнить полки книжных магазинов чем-то столь приятным, чтобы у людей от счастья слезы скатывались по щекам, а на губах улыбка сияла. Только Сынмин совсем не учел тот факт, что писать о чем-то легком и прекрасном не его конек. И вот уже неделю пустовало даже возможное описание героев. — Чертова любовь. — парень отложил в сторону ноутбук, ложась на спину и прикрывая глаза. Писать о чувстве, которое заставляет сердце гореть, а глаза светиться от счастья — оказывается так сложно, когда сам ничего подобного не испытывал. Сынмин даже списывался со своими друзьями писателями, которые пишут первоклассные романы, но всё было не то.

Любовь — это что-то особенное для каждого человека.

Вздохнув, Сынмин перевернулся на бок, подперев голову рукой. По тропинке шли люди. Кто-то шел с друзьями, кто-то со своей парой, а кто-то один, покачивая головой в такт музыки из наушников. Все куда-то спешили, ведь время не стоит на месте. Вот только время для Кима остановилось в тот момент, когда он поймал на себе чей-то взгляд. Двое друзей сидели на лавочке и в открытую пялились на писателя. Один из них испуганно подпрыгнул, завидев ответный взгляд Кима и отвернулся всем корпусом к другу, который в свою очередь посмеялся, махнув в приветственном жесте. Сынмин подумал, что его узнали фанаты и ответил милой улыбкой, укладываясь на живот и подтягивая к себе ноутбук. — Ты выглядишь как придурок, Чонин, — блондин продолжал посмеиваться с друга, смотря на отвернувшегося Кима. — Заткнись, он увидел, что мы пялимся, — парень захныкал, прикрывая лицо руками. — Наверное, он думает, что мы больные. — Он будет так думать, если ты все же не подойдешь с ним познакомиться. — Ликси, давай сыграем в кнб и если ты проиграешь, то возьмешь его номер для меня. Младший поднял воодушевленный взгляд на парня, пытаясь состроить щенячью мордочку, но сразу же получил подзатыльник. — Или ты поднимаешь свой зад и идешь брать номер этого красавчика, или я возьму его номер для себя, — последнее слово Феликс отчетливо выделил, чтобы дать другу хоть какую-то мотивацию. Чонин бросил короткое «изверг» и поднялся с лавочки, отряхивая невидимую пыль с бедер. Было страшно отвлекать незнакомца от занятия, но внутренний трепет туманил здравый смысл, вынуждая на ватных ногах идти к чужому укрытию. Повернувшись к другу, младший заметил его одобрительную улыбку и два пальца вверх. С каждым шагом цель становилась все ближе, а ком в горле все больше. Хотелось развернуться и позорно убежать, но незнакомец принял сидячие положение и развернул голову к Яну, с интересом рассматривая. Кончики ушей покраснели и деваться было некуда. — Здравств… — парень прокашлялся, тормозя рядом с зеленым покрывалом. — Привет. — Кислые червячки, — Сынмин поднял голову, чтобы лучше рассмотреть незнакомца. — Что прости? — Я люблю кислые мармеладные червячки, — Ким улыбнулся, вскидывая брови. Чонин нелепо моргал, не понимая, к чему клонит парень, но как только тот погладил свой впалый живот, до него дошел смысл сказанных слов. Младший пообещал скоро вернуться и кинулся к ближайшему магазинчику, пропуская крики друга мимо ушей. Сынмин тихо посмеялся, быстро печатая пришедшую идею в ноутбук. Вдохновение будто вмиг накатило одной большой волной и слова сами появлялись в открытой программе. Теплое чувство раскатилось по всему телу, забираясь в кончики пальцев. Хотелось неотрывно писать, дать наконец волю фантазии и той самой легкости, за которой гнался писатель. Запыхавшийся парень опустился коленями на покрывало, протягивая юноше пачку мармелада. — Я Чонин, — парень хватал ртом воздух, пытаясь наконец отдышаться. — Сынмин, — старший взял мармелад в руки, подарив парню милую улыбку и показывая свои яркие брекеты. — Что пишешь? — Ян присел рядом, с интересом заглядывая в ноутбук. — Книгу, — открыв сладость, парень протянул одного червячка новому знакомому. — Как назовешь? — Чонин перевел взгляд на Кима, заглядывая в его глаза. Старший прикусил губу, а потом наклонился ближе, шепнув на ухо: — Одна пачка мармелада.