Допрос

Ничего не вижу. Где я? Почему так болит голова? Я попытался двинуться, но не смог пошевелить даже пальцем: руки мои были крепко связаны. Было совершенно ясно, что ничего с этим не сделать, лишь терпеливо ожидать своей участи, какой бы она ни была. Не знаю, сколько прошло времени, наверное, всего несколько минут, но было ощущение, словно я сидел здесь уже много часов. Вдалеке я услышал равномерный стук каблуков: похоже, кто-то идёт. Стук становился всё громче и громче, пока наконец не послышался скрип открывающейся двери. Женский голос что-то крикнул на непонятном языке, однако было предельно ясно, что это некий приказ. С моих глаз сняли повязку, в глаза ударил тусклый, желтоватый свет лампы под потолком небольшой комнаты. В помещении без окон было всего два стула, к одному из которых я и был привязан. На втором же стуле сидела высокая девушка с длинными синими волосами и сигаретой в руке. Её тело облегала черная военная форма, ноги были обуты в высокие чёрные сапоги, на руках были чёрные перчатки, а на голове красовалась фуражка с символами в виде орла и черепа с перекрещенными костями. От одного только взгляда на неё мне стало не по себе. Несколько минут мы сидели в полной тишине, слышен был лишь треск лампочки и биение моего сердца. Наконец, девушка подняла голову и бросила на меня суровый взгляд. Её лицо пугало, но одновременно казалось таким знакомым.. В чём же дело? Где я мог видеть её раньше? Не могу ничего вспомнить, ужасно болит голова... Девушка встала со стула и подошла ко мне ближе, посмотрев прямо в глаза. Неужели это? Нет, этого не может быть... Мейби?.. Мои мысли оборвались резкой болью от ожога на руке: девушка затушила об неё сигарету. Она вернулась на свой стул и спросила: —Wie heißt du? Я промолчал, ведь я даже не был уверен какой это язык. Она повторила: —Wie heißt du? Я снова ничего не ответил. Мейби лишь усмехнулась. Она встала со стула, быстро подошла ко мне и схватила моё лицо своей ладонью. Девушка яростно крикнула: —Beschissen russisch schnauze! Я снова не понял значения фразы, однако судя по всему это было оскорбление. Она прокричала ещё несколько фраз, а затем резким движением опрокинула мой стул. Я упал на бетонный пол вместе с ним. Не успел я опомниться, как мне прилетел удар носком сапога в живот. Её жесты явно показывали, что та требует подняться вместе со стулом. Я приложил все свои силы, и, хоть с трудом, но поднялся. На губах чувствовался вкус крови. Внезапно Мейби скинула сапоги, начала снимать штаны вместе с трусиками, расстегнула пуговицы на кителе и рубашке под ним. Спустя мгновение она уже оказалась верхом на моём члене. Синеволосая девушка скакала на нем не сбавляя темп. Она прижалась своей грудью к моему окровавленному лицу, чуть не задушив меня. Я чувствовал, что уже на подходе, но девушка двигалась всё яростнее и яростнее. Толчок. Ещё один. Мой член пульсирует, изливая в киску Мейби свои соки. Я ослаб, глаза начала застилать мутная пелена. Девушка быстро оделась, накинула фуражку на свою голову, подошла ближе и, приподняв мой подбородок, страстно поцеловала меня. Мейби отошла на несколько метров, резко вынула из кобуры свой чёрный Вальтер, который переливался даже при таком тусклом свете, и нацелилась на меня. Она нежно проговорила на русском с сильным акцентом: —Мне жаль. Выстрел. Я почувствовал, как в мою плоть врезается пуля. Силы окончательно стали покидать меня. Девушка по рации сказала: —Nimm es weg. Последним, что я услышал перед погружением во тьму был тот же равномерный стук каблуков о бетонный пол.