Возвращение в свою обитель

      После нескольких лет и неудачных попыток справится со своими чувствами Драко возвращается в Малфой Мэнор. Холодный ветер растрепал блондинистые волосы, но Малфоя это не волновало. Вдохнув промозглый воздух полными лёгкими он пошел по вымощенной камнем дороге прямо к главному входу. Он заранее предупредил отца, что приедет, по этому думал что его уже ждут.       Поднявшись к двери, он толкнул ее. Высокая дверь легко поддалась и открылась. Зайдя внутрь в нос ударил самый знакомый и любимый запах книжной пыли. В каждой комнате, будь то спальня, гостиная, рабочий кабинет отца, стоял хотя бы небольшой шкаф с самыми нужными книгами. В конце длинного, темного коридора, горел теплый оранжевый свет.       Поставив свой большой кожаный чемодан у двери, Малфой направился ко свету. Стук его каблуков звонко отскакивал от каменного пола и раздавался гулким эхом в стенах здания.       Подойдя к двери он застал отца, что сидел в высоком кресле, смотря на огонь, что во всю разгорался в камине. – Отец. – Голос немного сиплый, но все же с характерными нотками, что не изменились за несколько лет. - Драко, ты уже приехал. Как добрался? – Люциус перевел взгляд сначала на сына, а потом на кресло, стоящее напротив него.       Драко понял отца без слов, сел в кресло, закинув ногу на ногу, во всем подражает отцу. – Нормально. Без происшествий. – он стал рассматривать отца.       Высокой мужчина, его длинные, белые волосы спускались ниже плеч. Аристократическое лицо освещалось ярким огнем из камина, в бездонных серых глазах мелькали языки пламени. – Почему ты решил вернуться? – мужчина повернул голову в сторону уже совсем взрослого сына. – Соскучился по дому. – немного помолчав ответил Малфой младший. Люциус промолчал, вставая со своего места, облакачиваясь на трость, что не поменялась за столько лет. – Ужин уже подали. – Голос Малфоя старшего звонко отозвался эхом в стенах здания.

***

      Ужин прошел в полном молчании. После смерти Нарциссы они почти перестали говорить.

***

      Выпитого за ужином алкоголя хватило, что бы развязать язык Драко. Они уже переместились в гостинную, где свет от камина играл на стенах, отражаясь в блестящей поверхностей бокалов и огненно- жёлтой жидкости в них. Надо сказать, Люциус был устойчивее к алкоголю, чем Драко, по этому его "разнесло" уже на третьем стакане огневиски, а Люциуса же он (алкоголь) почти не брал. – Драко, расскажи, у тебя появился кто нибудь? – Люциус поставил пустой стакан на столик перед собой и стал смотреть на своего сына, что явно не ожидал такого вопроса и думал что ответить, хотя алкоголь путал все мысли – Да нравиться. – Малфой встал со своего места, подходя к отцу и тут же садясь к нему на колени, – И это ты.       Тут же бледные губы Малфоя коснулись тонких губ отца. Кажеться, он совсем не понимал что творит, но он хотел этого ЧЕРТОВЫХ ТРИ ГОДА.       Пару секунд Люциус не понимал, что творит его сын, но тут же взял инициативу на себя, начиная покусывать губы сына, грубо и властно, притянув к себе за талию. От таких внезапных действий отца, Драко невольно простонал в губы старшего.       Отстранившись через несколько секунд из за нехватки воздуха в лёгких, Драко был красным как фон герба чертовых гриффиндорцев. – Марлин, никогда не думал что мой сын так хорошо целуется. – Люциус не отпускал сына, хрипло рассмеявшись. – Замолчи... – тихо буркнул Малфой, утыкаясь в плечо отца, дабы скрыть свое смущение. – Я тоже тебя люблю, Драко. – Нежный поцелуй куда то в макушку окончательно растопили Драко.       Из-за большого количества алкоголя и такой нежной теплоты, что расплывались по всему телу, Драко уснул прямо на руках отца, не желая его больше отпускать.       Вздохнув Люциус осторожно поднялся с сыном на руках, направляясь к лестнице.       Поднявшись на второй этаж и невербально призвав палочку, Малфой старший открыл дверь в комнату сына, кладя последнего на его кровать.       Драко поморщился, поняв что отец отпустил его. Люциус же с помощью магии раздел себя и сына до нижнего белья (тратить на это время сейчас просто не хотелось), после ложась под одеяло со своим чадом, обнимая его.       Люциус уснул довольно быстро, хотя обычно его мучали постоянные ночные кошмары.       Драко проснулся посреди ночи, и оглядываясь по сторонам, понимая что он в своей комнате. Голова Малфоя раскалывалась. Он осторожно встал, пошатываясь, подходя к столику и наливая себе воды. Выпив стакан воды он услышал шорохи позади себя. – Пап?... – Драко повернулся к отцу, что сел на кровати – Драко... Ты чего встал? Ночь на дворе. – Люциус направил свой взгляд на настенные часы, которые вот вот пробьют третий час ночи. – Не спиться... – Он сел на кровать, а после одним махом пересаживаясь на колени Малфоя старшего. – Драко.... Что ты дел... – но Драко не дал договорить отцу, прилипая к его губам.       Люциус обвил руками талию сына, прижимая его к себе, проводя тонкими длинными пальцами по выступающим позвонкам.       Нехотя оторвавшись от губ сына, Люциус чуть облизнулся – Драко .... Это не правильно.... – Пап.... Для нас ... Нет ничего не правильного... – Драко заглянул в глубокие серые глаза отца, находя в них некое одобрение. – Не останавливайся ... Прошу...       Получив некое разрешение от сына, Люциус увалил сына на кровать, припадая губами к его шее, начиная целовать и покусывать его нежную шею, спускаясь все ниже, сначала поикусывая его выпирающие ключицы, чувствуя как грудь сына бестактно вздымается. После, переходя на его грудь, старший взял один из сосков-бусинок своего сына в рот, с уст Драко слетел несдержанный стон. – Папочка... Прошу... Быстрее... Приступай к делу... – Драко взмолился, тихо хныча – Уже хочешь? – Люциус ухмыльнулся, смотря на то как его сын жалобно скулит от сильного желания       Люциус не стал больше мучать своего сына. Он развернул сына на живот. Драко сразу выгнулся, подставляя отцу свою округлую попку (за время что он отсутствовал дома он ее поднакачал хорошими занятиями), по которой сразу прилетел смачный шлепок, от чего с губ младшего сорвался стон.       Люциус не хотел медлить дальше. Он одним движением сорвал с сына трусы, раздвигая его ягодицы. – П..пап... Что ты... – Драко хотел было что то сказать, но тут же рука Люциуса заставила его уткнуться а подушку – Не дергайся сильно. Это твоя единственная смазка. – Голос Люциуса стал ниже и грубее,а этому Драко повиновался приказу отца.       Через секунду Драко почувствовал как горячий язык отца оставляет дорожку от копчика до самой ложбинки. Пару секунд промедления и язык Люциуса касается сжатого колечка мышц сына. Драко невольно дёргается, и тут же руки отца фиксируют бедра парня, не давая ему двигаться.       Через секунду тело Драко пронзило приятное чувство. Язык отца начал ласкать его, пытаясь протолкнуться в плотно сжатые мышцы. Драко не сдержался и с его губ сорвался негромкий протяжный стон.       Сладкая пытка длилась ещё минут 15, пока Драко не потянулся, что бы спустить свое напряжение, но Люциус тут же присек эту попытку. Он отстранился, проводя пальцами по сжатому колечку мышцу, принимая в него сразу несколькими пальцами.       Драко выгнулся, стараясь отвести свои бедра от источника дискомфорта, но Люциус держал его свободной рукой – П..пап... Пап мне больно... – Драко захныкал, сжимаясь всем телом – Сейчас будет хорошо...       Люциус начал двигать аккуратно, поглаживая стенки внутри. Он двигал пальцами аккуратно, растягивая своего сына, что бы подготовить к вторжению.       Драко вытерпел эту пытку, и теперь, что то большое, влажное, прислонилась к его входу, начиная осторожно входить. – Папочкаааа – Драко хотел было что то сказать, но весь разум затуманил огромный размер его отца, что осторожно проник внутрь, продвигаясь все дальше – Что такое мой малыш? – Люциус тут же стал двигаться

***

      Драко провел с Люциусом их первую совместную ночь. Горячий, то грубый, то нежный секс не давал Драко отключиться.       Драко кончил так обильно, как никогда не кончал, выкрикивая имя отца и тут же отключаясь. Да и Люциус не заставил себя долго ждать. Он излился глубоко в сына, заполняя его до краев своим горячим семенем.       Утром они оба поговорят о произошедшем, а сейчас им обоим нужен хороший отдых. Люциус заботливо укрывает себя и сына одеялом, прижимая ослабленное податливое тело своего мальчика и нежно целуя его в висок, тоже заырая через время.