В борделе

— Да это обитель разврата!        — Это рай, братишка, — хохотнул Александр.        Они с Дракулой сидели за дальним в тёмном углу столиком. Саше едва удалось вытащить из замка собственного брата. Правда, говорить, куда они направятся, он не стал: услышав о таком экзотическом месте, граф, скорей всего, отказался бы даже из собственной комнаты выходить. Пришлось сказать, что идут они отмечать годовщину свадьбы Джонатана и Мэйвис.        Когда Дракула увидел, куда они пришли, первым делом он попытался капитулироваться в неизвестном направлении. Александр, конечно, успел схватить его.        — Эй, брат, ты куда? Расслабься, всё же в порядке.        — Порядке? Порядке?! Мы в… — Дракула задохнулся от возмущения. Или смущения. Или от возмущения и смущения вместе.        — В борделе? — помог ему Александр. — Ну да. Причём первоклассном.        — Это обитель разврата! — снова повторил вампир.        — Это место, где можно получить плотское наслаждение, братишка.        — Это место, где люди получают плотское наслаждение, Саш! Люди! Ты что, не помнишь — вампиры могут заниматься… любовью только со своей половинкой. Всё. — Дракула решительно встал. — Я пошёл домой.        — Погоди! Ну хоть зацени девчонок, ну!        — Прости, но я не увлекаюсь… девчонками, — в голосе Дракулы проскользнуло отвращение.        Стараясь не глядеть на почти обнажённых стриптизёрш, исполняющих откровенный танец на шестах, он направился к выходу. Однако попасть домой ему сегодня, похоже, было не суждено.        — Эй, красавчик! — Ярко накрашенная полногрудая дама переградила вампиру дорогу.        Дракула остановился и поморщился:        — Уйдите с траектории моего передвижения, леди.        — Идём со мной, красавчик! — Пышка стала обтираться об него, недвусмысленно постанывая. — Со мной будет хорошо, очень хорошо…        — Меня это не интересует! — Дракула попытался выбраться из объятий.        Однако он не знал, какими сильными могут быть ночные бабочки, нуждающиеся в сексе. Очнулся он лишь в номере с мебелью преимущественно красных и чёрных тонов. Впрочем, про мебель было сильно сказано — одна лишь кровать и всё.        Пышка сидела на его бёдрах, торопливо расстёгивая дорожный плащ.        — А вы в курсе, что это изнасилование? — Вампир схватился за её запястья, не давая продолжить.        — Что за чушь, сладенький?! Сейчас я тебя раздену — и ты сам попросишь продолжить.        — Нет!        — Да.        — Нет!!!        — О да-а-а!.. — Проститутка обхватила руками член графа (и когда только успела штаны расстегнуть? Ну и женщина!) и поспешно насадилась на него ртом.        Дракула, пытавшийся её остановить, подавился на вдохе. Хрипло то ли вздохнув, то ли всхлипнув, он плашмя упал на простынь и зажмурился. Наслаждение огненной волной пронеслось по позвоночнику — противоестественное, горячее, необыкновенное, давно забытое…        — Мне продолжать, красавчик? — Пышка на миг остановилась, осторожно сжимая ладонь и заставляя графа изгибаться.        — Нет!.. Да… О, наверное…        — Поняла. Продолжаю.

***

— А где папа? — Мэйвис непонимающе глянула на вернувшегося в одиночестве Александра.        Тот загадочно ухмыльнулся:        — Точно не знаю, но могу предположить, что сейчас ему хорошо, очень хорошо.