Нефритовые стержни и не только

Гарри спокойно стоял рядом с прилавком, выбирая коробку конфет, для небольшого презента Гермионе, когда все вокруг него вспыхнуло ослепительным белым светом. Мгновение невесомости, которое он ощутил, сменилось чувством, будто его протолкнули через ушко швейной иглы. Раздался громкий крик, и Гарри открыл глаза в ночном парке, окруженный странной компанией. Сам он стоял в любовно начерченной пентаграмме, с черными и алыми свечами на лучах звезды. Рядом хохотал странный бородатый человек, а напротив него стояли три жнеца, два из них вооруженные, демон в человеческой форме и тринадцатилетний мальчик-контрактер. — И Смерть подчиниться мне! — хохотал бородач, размахивая руками в чем-то похожем на приступ эпилепсии. — Никто и никогда не сможет противостоять мне! — Простите, — прервал его Гарри, — но я не думаю, что это работает именно так. Бородач вздрогнул, чуть не упал, хотя и не пытался идти, и обернулся к нему с жаждущими глазами, только для того, чтобы сдуться от разочарования. Гарри даже мог его понять, он всегда был тощим и невысоким, и взросление этого не изменило. Хотя возможно в этом были виноваты эмансипации дара господина Смерти, которые заставили его перестать взрослеть в неполные двадцать? В любом случае он выглядел непрезентабельно в своих джинсах и мягком пуловере, особенно когда вокруг него царило что-то около восемнадцатого-девятнадцатого века. — Что? — пробормотал бородач. — Ритуал должен был сработать! Сама Смерть должна была явиться сюда! — Сам, — поправил его Гарри, обращая более пристальное внимание на пентаграмму. — Господин позиционирует себя в мужском роде. — Кто ты такой? — раздался требовательный голос мальчика. — Или что? — Я Гарри, — он улыбнулся, нахмурившемуся малышу. — Просто Гарри. — Просто? — взвизгнул красноволосый жнец. — Ничего себе просто! Красноволосый поудобнее перехватил бензопилу в своих руках, и повернулся к другому жнецу с газонокосилкой. (Великая Бездна! Что не так с классическими косами? Зачем же так извращаться? Гарри совершенно этого не понимал.) — В любом случае, пора забрать эту пленку, — усмехнулся во все акульи клыки красноволосый. — Беги маленький чернокнижник! Мне нужно показать свое мастерство Себастьянчику! Оба жнеца бросились вперед, прямо на бородача, который достал из кармана какой-то амулет, и оба шинигами лбами приземлились в барьер. — Не так быстро! — рявкнул бородач и приказал к Гарри. — Убей их! — Хм, — Гарри задумчиво склонил голову к плечу. — Они уже мертвые? В смысле, они же шинигами? — Что? — затупил бородач, и Гарри тяжело вздохнул. — Прошу прощения, ваше Смертейшество, — прошелестел седовласый жнец, привлекая внимание Гарри. — Не могли бы вы нам немного помочь? Честно говоря, уже полночь, самое время для чая! Седовласый очаровательно захихикал, прикрывая рот длинным рукавом своего балахона. Гарри заметил, как из-под его края мелькнули длинные черные ногти. Жнец цеплял его взгляд, и где-то на задворках своего сознания Гарри услышал тихий смешок своего Покровителя. Господин смотрел на него, показывая одного из лучших своих слуг, хвастаясь и предлагая. «Нравится? — шептали бескровные губы, а молочные глаза блестели в предвкушении. — Хочешь подарю его тебе? Ну же, дитя, выбирая сейчас.» — Только если вы пригласите меня на чашечку чая, — улыбнулся Гарри седовласому жнецу, вызвав удивленное хихиканье. — Боже, — фыркнул ребенок, — они сейчас серьезно? — Боюсь, именно так и есть, господин, — усмехнулся демон. — Если его Смертейшиство настаивает, — промурлыкал жнец, — я буду рад подать вам чай. У меня как раз есть партия прекрасного свежего печенья в моей лавке. — Звучит восхитительно, — улыбнулся Гарри. Он сделал шаг, переступая линии магического рисунка. Воздух вокруг него задрожал от его магии, разлившейся вокруг и окружившей их молочно-белым густым туманом. Привычной тяжестью на плечи легла старая поношенная мантия, на указательном пальце блеснул черный как ночь камень, а рука сжалась вокруг боевой косы главы рода Певерелл. Мир замер на мгновение, приветствуя наместника Смерти.