Нефритовые стержни и не только

Через раскрытые окна в комнату проникал теплый майский ветерок. Из сада слышались веселые голоса, ведущие легкие разговоры, тихо звенела музыка ветра, подвешенная над окном. Солнечный свет осветил вечно мрачное небо Англии, намекая на приятный теплый день. Гарри с чувством выругался, запустив в стену бутоньерку, белые цветы не выдержали натиска и рассыпались лепестками на пол. Взъерошив уложенные часом ранее волосы, он бессильно зарычал и опустился на кровать. Слезы собрались в уголках его глаз, сдержанные лишь гордостью. Он не позволит им увидеть свои слезы. Не позволит себе просто так сдаться. Он не заклятый агнец, и не собирался идти на поводу отца, чтобы там Джеймс себе не навыдумывал. Оба его родителя могли идти к Мордреду со своим желанием выдать его замуж в род Малфоев. Гарри отказывался подчиняться. Нет-нет-нет, кто угодно лучше, чем Драко Малфой! Взгляд Гарри зацепился за блеск металла на письменном столе. Он быстро подскочил и сунул нож для вскрытия писем в руках. Лезвие не было острым, но при достаточной силе удара, вполне могло послужить оружием. Нервно выдохнув, он заходил кругами по комнате. Времени до начала церемонии оставалось все меньше и меньше. Если бы только родители озаботились тем, чтобы преподнести ему столь «радостную» новость раньше, хотя бы за неделю до свадьбы, а не вчерашним вечером, Гарри бы нашел способ убраться из дома как можно дальше. Как они умудрились подготовить все в секрете и так быстро, хотелось бы ему знать. Все что он успел, оглушенный предательством родителей, так это отправить записку Сириусу, прежде чем его заперли в комнате. Как они могли так с ним поступить? Ради Мерлина, они же его родители! Оба прекрасно знали, как именно он относится к Малфоям, как ненавидит и презирает Хорька. А теперь что? Стать одним из них? «Смири свою гордость, сын, — передразнил он отца. — Драко будет прекрасной партией для тебя». А Гарри еще думал, что это Хорек в последнее время так гаденько ухмыляется, глядя на него. Наверняка знал, гнида мохнатая, знал и предвкушал. Нет уж, дудки! Он лучше перепилит себе шею тупым ножом, чем выйдет замуж за Малфоя. — Гарри, милый, — раздался из-за двери голос Лили, — до церемонии полчаса. У тебя же там все хорошо? Не сдерживаясь, Гарри швырнул в дверь вазу с цветами: — Убирайся! Лили скорбно вздохнула и отошла от двери. Осколки вазы на полу привлекли его внимание, некоторые из них были достаточно острыми, чтобы сильно поранить. Последнее право человека, да? Мрачно рассмеявшись, Гарри плюхнулся на кровать и уткнулся взглядом в балдахин. Не так он представлял себе свою свадьбу. Не с этим человеком. Крепко зажмурившись, Гарри сжал в кулаке серебряную подвеску в форме маленькой змейки, свернувшейся в знак бесконечности с изумрудными глазками. — Сириус, — прошептал он, сворачиваясь к клубок, — где бы ты не был, я хочу к тебе. Хлопок оглушил его на мгновение, в животе неприятно сжалось, сознание закачалось по краям, и теплые большие ладони прижали его к крепкому телу. — Гарри, малыш, — пробормотал Сириус, поднимая его на руки. — Аппарируем. Предупреждение мало помогло, привычные неприятные ощущения затопили Гарри, заставив заскулить. Холодный сильный ветер растрепал его волосы, пробрался под одежду, и Гарри мгновенно замерз. Приоткрыв один глаз, он выглянул из-за плеча Сириуса, оглядывая гористую местность и одинокое поместье впереди. — Сириус? — пробормотал Гарри, когда хватка на нем стала сильнее. — Я пришел, как только получил твою записку, — ответил Сириус на ходу. — Они закрыли для меня дом. Всю ночь проторчал под антиаппортационной границей, пытаясь пробраться внутрь и забрать тебя. Чертов Джеймс, как ему вообще пришло в голову что-то подобное? — Это из-за меня, — прошептал Гарри, пряча лицо на его плече. — Я сказал им. О нас. Сириус остановился на мгновение и продолжил идти. — Ты злишься? — Гарри поднял на него взгляд, натыкаясь на синие любящие глаза. — Не на тебя, малыш, — покачал головой Сириус. — Никогда на тебя.