Белая Шпага

— Гэтсби, срочно собирай вещи! Запыхавшись, синеволосый парень вихрем ворвался в огромный холл. Не успели тяжелые двери захлопнуться, как он уже в спешке поднимался по лестнице. --я не знаю, кто нас раскрыл, но Он обо всем узнал! Нам нужно срочно уезжать! Неожиданно, он остановился посреди лестницы. Руки в белых перчатках крепко сжали край каменных перил. Что-то было не так. — Гэтсби? Ответом ему послужила тишина. Вдруг, сверху раздался приглушенный звук, как будто что-то упало на ворсистый ковер. В мгновение ока Вассаго преодолел оставшие ступени, пересек длинный коридор и на нечеловеческой скорости ворвался в комнату. И сразу же почувствовал жгучую боль в области шеи. Он схватился руками  за серебряный обруч, пытаясь сдернуть его с шеи. --дорогой мой, оставь бесполезные попытки. Вассаго устремил озлобленый  взгляд на диван, где вальяжно сидел беловолосый мужчина. На нем был идеальный снежного цвета сюртук и такого же цвета брюки с рубашкой, так необычно сочетающиеся с опасным пламенем в разноцветных глазах. Закинув ногу на ногу, он с выражением полного самодовольства наблюдал за юношей. --думал, я ничего не узнаю о твоей интрижке. Хотя, судя по всему эта интрижка переросла во что-то больше, иначе я бы даже внимания на неё не обратил. Я ведь прав, дорогой? --где Гэтсби?! Мужчина лишь раздражённо закатил глаза. По щелчку его пальцев в комнату через боковую дверь вошли четверо мужчин в одинаковых серых костюмах. Половина из них встала за спиной синеволосого юношы, а оставшиеся двое держали парня, который в безуспешных попытках вырваться использовал весь свой словарный запас. Его каштановые кудри разметались во все стороны, а небесные глаза метали молнии. На шее у него оставалась тонкая дорожка крови, стекающей из разбитой губы. — Гэтсби! Вассаго дернулся вперёд, но тут же был остановлен новым потоком жгучей боли. Как разъяренный зверь он пытался вырватся из оков. Фиолетовые глаза то вспыхивали сиреневым Пламенем, то снова гасли. Круглый зрачок вытягивался в ровную полоску, и сразу же принимал прежний вид. Обычно веселый и спокойный юноша никогда прежде не пребывал в таком состоянии. --советую тебе не дёргаться, если хочешь помочь своему кавалеру, дорогуша. Юноша оскалил четыре острых клыка, но все же перестал дёргаться и втянул черные длинные ногти обратно. --отпусти его. Поднявшись с дивана, мужчина в белом обманчиво ласково потрепал кудрявого парня по голове, на что тот предприняла попытку ударить его, но был одернут назад охранниками. Он воинственным взглядом впилась в мужчину, после чего обратил нежный взор на синеволосого юношу. --что бы не случилось, не соглашайся на его условия, Вассаго. --как вы трепетно заботитесь друг друге, — мужчина приторно улыбнулся. Подойдя к Вассаго вплотную, он с лживой заботой провел рукой по щеке, — ты думал, я не узнаю о том, что ты спутался с этой  несомненно прекрасным и храбрым юношей? Знаешь, я мог бы простить тебе эту маленькую слабость. Если бы не два условия. И я говорю вовсе не о его поле. Первое- ваша помолвка. А второе- ты отдал ему Белую Шпагу. Развернувшись на каблуках белых сапог, он подошел к Гэтсби, краем глаза отмечая, как дёрнулся Вассаго. --любишь его? Синеволосый с теплотой взглянул на своего возлюбленного, а после выдохнул тихое «люблю». --а ты, милый Гэтсби, любишь его? Гэтсби, до этого момента не оставляющая попытки вывернуться, затих. --люблю. Мужчина вернулся к дивану, на столике у которого лежал бархатный чехол круглой формы. Рассматривая его содержимое, он с полной серьезностью обратился к юноше. --вы ведь помолвлены. А дела нужно доводить до конца. На свету блеснули два серебряных кольца с прекрасной огранки аметистами в центре. --согласен ли ты, Вассаго, Третий Принц Ада, взять в законные мужья дитя рода человеческого Гэтсби Миллера? Названый принц непонимающе выгнул бровь. Почему вдруг Он решил устроить свадьбу. Об обстановке и говорить было нечего. Видя замешательство парня, мужчина в белом только усмехнулся. --я не шучу, Вассаго. Услышав своё имя, юноша встрепенулся. Он не мог понять план этого мужчины, что обманчиво носил белый цвет, так не подходивший к его характеру. Но все же ответил. --согласен. --отлично! А ты, дитя человеческое Гэтсби Миллер, готов ли взять в законные мужья Вассаго, Третьего Принца Ада? Гэтсби устремил взор на своего возлюбленного, и на секунду Вассаго показалось, что сейчас ему откажут. И, несмотря на накалённую и абсурдную обстановку, его губы растянулись в улыбке, когда он услышал ответ. --согласен. --раз вы оба согласны, то Я, Белый Король Смерти, являясь кровным отцом Третьего Принца Ада Вассаго, благословляю ваш союз. Отныне и до гробовой доски вы супруги. Мужчина в белом сам одел на их безымянные пальцы серебряные кольца. И пусть эта церемония была далека от идеала, пусть она проходила под прицелом четырёх острых клинков, не было в мире людей счастливей этих двоих. Гэтсби улыбался своей обворожительной улыбкой и переводил взгляд с кольца на новоявленного мужа и обратно, как будто каждый раз убеждаясь в реальности происходящего. На одно короткое мгновение Вассаго поверил, что все в их жизни будет хорошо. — а теперь на колени, Вассаго. Всего одна фраза разрушила воздушний счастливый мир. Гэтсби в ужасе распахнул глаза, ведь он прекрасно понимал, чего это будет стоить. --Вассаго, не делай этого. Принц Ада сжал губы в тонкую полоску. Нет, он не считал унижением опуститься перед кем-то на колени. Для него не было важно, как подобное отразится на его статусе. Само по себе он это действие постыдным не считал. Люди ведь часто опускаются на колени перед любимыми, верно? Но опуститься перед самым ненавистным ему существом означало, что он сдался и стал играть по его правилам, продать свою свободу. Он знал, как Белый Король Смерти любит подчинение. Вассаго колебался и ломаясь изнутри, он неотрывно смотрел только на своего супруга. Гэтсби лишь отрицательно качал головой, отчего его  порванная рубашка съехала с плеча, представляя взору огромных размеров кровоподтек на слегка загорелой коже. Именно в это мгновение принц понял, что ради своего возлюбленного он готов сломаться, лишь бы Гэтсби больше не ударила ни одна тварь на свете. Преодолевая боль скорее моральную, чем физическую, Вассаго опустился на колени. С ненавистью он снизу вверх смотрел на мужчину, приближающегося к нему с победной едкой улыбкой. В руке его сверкнула та самая Белая Шпага, кончиком которой он очертил скулу синеволосого юноши. --видишь, иногда следовать правилам не так уж и сложно, да, дорогой? --катись в ад, — парень оскалил четыре острых клыка, однако напасть все же не решился. Сейчас главное пережить эту минуту позора, а дальше они заживут с Гэтсби. --о, я только оттуда, — и вдруг мужчина посуровел. Тонкие белые брови сошлись у переносицы, и его улыбка больше не казалась такой очаровательной, — как же ты все-таки слаб, Вассаго. Свои принципы нужно отстаивать до конца. Я разочарован. Мужчина стремительно развернулся на каблуках. Блеснуло тонкое лезвие и мир для Вассаго погас на всегда. Гэтсби с непониманием уставился на тонкое дымящееся отверстие в груди, больше похожее на укол тонкой спицей, после чего с грохотом повалился на бок. Его широко распахнутые небесные глаза смотрели на Вассаго, но в них больше не теплился огонек жизни. Вассаго не кричал. От боли, смешанной с неверием и поступающими слезами у него свело горло. Он опомнился только через минуту, когда страшное осознание достигло его мозга. Синеволосый юноша кинулся к возлюбленному и сжал ещё тёплые ладони. --Гэтсби., — имя тихо сорвалось с губ. Вассаго сел, осторожно ложа кудрявую голову себе на колени, — Милый Гэтсби… Ты же не оставил меня, да? До гробовой доски… Мы ведь обещали, помнишь?.. Пригладив волосы он тихо продолжал звать, но парень больше не отвечал. В голове был плотный туман, затмивший сознание. Слезы дорожками стекали по его лицу и солеными каплями падали на ещё розовые щеки Гэтсби. Вассаго не слышал, как ушли четверо охранников, на слышал, как хлопнули тяжелые двери и застучали сапоги по лестнице.  Но фразу, которую прошептал мужчина в белом ему на ухо, он запомнил навсегда. --Белая Шпага в руках Белого Короля. Сколько времени прошло, пока в комнате не появился Собиратель Душ, никому не известно. Синеволосый юноша продолжал прижимать к себе бездыханное тело и гладить мягкие волосы, когда голос из-под черного капюшона позвал его. --Ваше Высочество. Мне нужно забрать душу. Вассаго дёрнулся в сторону, заслоняя собой тело Гэтсби. Глаза его вспыхнули небывалым лиловым пламенем, а зрачок вытянулся в тонкую полоску. Серебряный обруч на шее расплавился, и раскаленный металл, стекая с шеи, горячими каплями падал на пол. --Убирайся Жнец! — голос его, до этого всего веселый и жизнерадостный, сейчас звучал в тысячи заражённых сильнее и злее. Его колебания заставили стекла разбиться на тысячи мелких осколков, — Ты не получишься его душу! Убирайся прочь! И посланник смерти отступил, нарушая все правила жизни и смерти. А Вассаго все гладил Гэтсби по волосам, не обращая внимания на разрушающийся от небывалой силы дом. *** На улице было ветрено. Неприятные  снежинки таяли прямо налету, превращаясь а переходное состояние между снегом и каплями дождя. Липкой субстанцией они падали на ещё зеленеющую траву, налипали на одежду и укрывали свежую могилу. Гэтсби похоронили под той самой яблоней, где он провел своё детство, лазая за спелыми плодами, и где впервые встретил Вассаго. На похоронах были всего двое. Парень в черном пальто и молодая девушка в траурном платье. За всю скромную церемонию они не обмолвились и словом. каждый из них был погружён в скорбь. Лишь уходя, девушка положила руку Вассаго на плечо и с ненавистью сказала: --это ты убил Гэтсби. Не свяжись мой брат с тобой, он бы сейчас занимался верховой ездой и ни о чем не переживал. Гэтсби лишь согласно кивнул, и, оставшись в полном одиночестве, упал на колени перед могилой, на страшась измазать чёрные брюки в свежевыротой земле. --я знаю, Марлен. Я знаю… На шейной цепочке блеснули два аметистовых кольца. Вассаго крепко сжал их в кулак и поднес к сердцу. В один день он стал мужем и вдовцом.