Пассажиры

Ви обожала, когда солнечное утро отдавало прохладой ночного дождя — в такую пору дышалось по-особенному, словно день, как и она, стоял на перепутье. В угнанной машине не работала печка, так что Ви быстро взбодрилась самым действенным способом — латте без сахара. Уорд вышагивал перед капотом, обзванивая всех по списку; то хмурился, то глаза закатывал — значит, Джосс снова присела на уши. У Ви же мигало лишь одно сообщение от Эль Капитана: «Врачи сказали, что от пережитого стресса миссис Диксон забыла о причинах, по которым попала в лечебницу. Кстати, о ней она тоже не может вспомнить и будто бы искренне не понимает, о чём я говорю. Даже немного завидно». Ви закрыла входящие сообщения, отпила горячий утренний кофе и тут же получила звонок с неизвестного номера — только на сей раз сама его приняла. — Благодарю за содействие, мисс Ви. Ещё увидимся. Не дожидаясь её ответа, связь оборвалась. — Знать бы, что я вообще сделала, — пробормотала Ви себе под нос и, быстро напялив улыбку, помахала Уорду, который разговаривал с сестрой в паре шагов от неё. Выглядел он довольным, однако на сердце было неспокойно. «Чего же ещё тебе надо, Ви? Наслаждайся последними днями, как и собиралась», — шептал её главный внутренний демон устало, без насмешки. Уорд сел к ней в машину. — С Джосс и детьми всё в порядке — передавали тебе привет. Агенты говорят, вчера был сбой из-за этой кучи оборудования, которую мы арестовали, но теперь всё под контролем. Ты была права: я зря беспокоился. Ви наконец поняла, что ей показалось странным: после почти бессонной ночи в ожидании облавы Уорд слишком быстро поверил кому-то на слово. Он же поднял это расследование в первую очередь из-за очевидных белых пятен и вранья своих коллег, а сейчас — отмахнулся от очевидной красной нити. Однако только Ви почему-то понимала, что именно это значило. Кровь словно схлынула, и тело вмиг похолодело. Чтобы не воображать на пустом месте, она решила проверить: — Знакомый написал, что с Жасмин Диксон всё в порядке, можно не волноваться. Уорд поднял голову, замер на пару мгновений, пробормотал: — Диксон… сержант Диксон… Она же в соседнем участке работает? А что с ней случилось? — Говорят, авария, — брякнула Ви первое, что пришло в голову, стушевалась, но Уорд только плечами пожал. — Это не самое страшное, что могло случиться на улицах. Так и почему мы о ней говорим? Инстинкты копа словно кольями впились. Ви поняла, что уже не справлялась с переплетениями лжи: щёки краснели, голос заикался. Она — никчёмная актриса, особенно когда в ужасе. — Встречала её. Она хороший человек. Хороший коп, как и ты. Зато это была правда, и Уорд сразу почувствовал: помрачнел, тяжело вздохнул, глядя куда-то в лобовое стекло. — Что было, то прошло, Ви. Я ни о чём не жалею. Можем вместе над твоими делами поработать, как всегда хотели. Думаю, в этом мы точно сходимся. Уорд наконец посмотрел на неё с былой нежностью, однако за тёмным взглядом таилась умирающая буря, словно он понял — понимал, но программу переписывания уже было не обратить вспять. Корпы могли убить и его, и агентов, но предпочли пойти длинным путём обмана и убедиться, что правда больше никогда не всплывёт. Они сами с Уордом собрали все улики в одном месте и подложили агентам Сетевого Дозора ментальную бомбу. Возможно, те и были главной целью, а следом — вторую проблему решили: по цепочке вышли на всех оставшихся честных копов, кто засунул нос в расследование. Почему же она осталась прежней? А осталась ли? Одеревеневшими руками Ви вцепилась в руль, прожала газ и не сразу поняла, что мотор заглушен. — Ага, — машинально кивнула она и тыкнула в кнопку «play», чтобы засорить тишину. I am a passenger I stay under glass I look through my window so bright I see the stars come out tonight I see the bright and hollow sky Over the city's a rip in the sky And everything looks good tonight Уорд повернул голову, нахмурился и протянул с какой-то обидой: — Вот это классная песня — что ж ты её раньше не ставила? — Ты же её слы… — Ви прикусила язык, вспомнив, как умоляла Элизабет Паралес не говорить правду о пробелах в памяти её мужу, чтобы сохранить семью и карьеру — ведь исправить что-либо не в их силах. Улыбка вышла почти что настоящей; Ви зябко повела плечами. — Да как-то так получилось.