пьяное солнце

      сокджин танцует сексуально, можно сказать даже божественно. изящные движение руками, тонкие изгибы талии и сияющие глаза. это всё, что нужно для того, чтобы привлекать внимание. данная вечеринка была устроена в честь дня рождения тэхёна и так как тот праздновал своё совершеннолетие, то этот день должен был запомниться навсегда. его друзья на славу постарались с украшениями и подарками, альфа остался доволен. море алкоголя, не запоминающиеся лица и кучка идиотов. назвать это сборище людей — друзьями? сложно и этого не стоит. поэтому их компания сидит отдельно ото всех, но в то же время на виду у каждого. тэхён и сокджин отжигают на танцполе, хосок разговаривает с каким-то альфой у барной стойки, а сладкая парочка испарилась буквально несколько минут назад. вот и он остался один на один с чонгуком. их младшенький и ещё один омега. их знакомство произошло около года назад, которое принесло много слёз, как радостных так и горьких. — ты съедаешь его взглядом, чужаки могут увидеть его и даже не подойти к нему. ты хочешь, чтобы хён остался один до конца своих дней? — усмехнулся чонгук, попивая безалкогольный коктейль. как бы он не уговаривал своих старших — выпить что-то покрепче ему запрещалось. — с ним всегда будешь ты, — пожал плечами намджун, — и не стоит говорить о том, чего не понимаешь. хён всего лишь друг, которого я всегда защищал и буду защищать. — ну, я не всегда буду рядом, — пробормотал тот, поглядывая на танцы своих друзей. в его голове столько мыслей, которых сейчас не должно быть и возможно, вопрос, вертящийся на языке не следует задавать, но слова слетают с его языка быстрее, чем он успевает подумать как следует, — хён, как ты понял, что влюбился? — мм, думаю, что это произошло не сразу, со временем. просто знаешь, что это тот самый человек, — легко ответил джун, не сразу догоняя, что от него хотели, и лишь увидев куда направлен взгляд младшего, сразу всё понял, — только не говори, что ты запал на тэхёна? — вздохнул, потирая переносицу, — тэхён он… — я знаю, что он не с кем не встречается со средней школы из-за какого-то глупого парня, но я не могу отделаться от мысли, что между нами могло быть что-то большее, чем просто дружба. я не могу не думать о нём. это глупо, хён? — ты слышал сказку про истинность — чонгук кивнув, вспоминая рассказы матери о том, что по земле ходит тот, кто предназначен тебе судьбой, — он, — намджун махнул рукой в сторону сокджина, — тот, кто должен стать отцом моих детей. так сказала судьба. но знаешь, что скажет он, когда узнает об этом? чтобы я пошёл нахер и желательно навсегда. он никогда не примет этого, потому что считает, что не сможет быть достойным супругом и отцом. именно поэтому я собираюсь быть другом ему до конца наших жизней. а тэхён верил в эту сказку, верил в людей, но ошибся и больше не хочет. я не говорю, что ты не должен пытаться, но подумай, стоит ли это того. готов ли ты пойти на жертвы, ради своих чувств? — ты его любишь, и он знает об этом. — он думает, что это пройдёт, — хмыкнул себе под нос намджун и покачал головой, понимая всю абсурдность собственных слов, — глупый хён. я никогда не смогу ответить на вопросы: почему? как? когда? зачем? потому что я не могу найти решение этой проблеме, потому что эти чувства идут оттуда, — он указал на сердце, точнее туда, где оно должно было быть, если ему не изменяется память, — а сокджину нужно всё знать. иметь причины быть со мной. как видишь, пока не нашёл.       чон вздохнул, понимая, что сокджин будет заботиться о всех, кроме себя. будет ставить проблемы других выше, чем стоило бы. именно поэтому чонгук не бросил школу и стал их другом. сокджин дал понять, что у того всегда будут те, кто помогут найти корень проблемы и истребить его. омега благодарен ему, ведь он обрёл друзей и человека, ради которого нужно жить и становиться лучше. неизвестно что было бы, если бы он поступил иначе.       чонгук кидает взгляд на друзей и замечает что-то неладное. лицо становится хмурым, что сразу замечает намджун и смотрит туда же. вокруг сокджина собралось несколько альф, включая тэхёна, но если те спокойно танцуют, то остальные будто пришли на сладкий запах сочных персиков. чон толкает друга и тот, спохватившись, направился к ним. ким оказался там за считанные секунды, заслонив собой омегу от чужих глаз. чонгук также оказался рядом, но уже с тэхёном, который хмуро смотрел на них, явно ничего не понимая.       сокджин хватается за плечи альфы, намереваясь выяснить причину всего происходящего, но чувствует резкий запах персиков. он и раньше чувствовал такой запах, но сейчас он было острее, чем когда-либо. он хмурится и не понимает из-за чего всё это. но упорства в нём хоть отбавляй, поэтому он разворачивает намджуна к себе лицом и смотрит этим взглядом, самым ненавистным кимом. — ты чего творишь? — это ты чего творишь?! — прошипел альфа, хватая того за руку и уводя подальше с глаз долой, — ты почему не принял подавители? почему не сказал, что у тебя течка? чёрт, — намджун прикрывает на секунду глаза, пытаясь привести мысли в порядок, но ничего не получается, а небольшая шумиха вокруг них лишь усложняют мыслительный процесс, да и омега, который смотрит на него, ситуацию лучше не делает. — какая течка?! её не будет ещё несколько дней, — немного не связно говорил сокджин, пытаясь вырваться, — да отпусти ты меня!       ким не отпускает. он лишь сильнее хватает за руку и тянет друга на второй этаж. намджун толкает дверь в свою комнату и заталкивает парня, закрывая дверь. нежданные гости им определённо не нужны. он внимательно смотрит на омегу, принюхивается и прикрывает глаза. да, это определённо запах сладких и спелых персиков. этот запах он не перепутает ни с чем, ведь чувствовал его сотни раз. дальше есть два варианта развития событий: первый он даст омеге таблетки и уложит спать (самый нормальный и приемлемый вариант); второй — дать то, что нужно внутреннему волку (и дать потом убить себя). если честно, он больше склонялся к первому варианту, пока не открыл глаза. картина, которая предстала перед ним была слишком возбуждающей и слишком непристойной. сокджин удобно устроился на большой кровати, раздвинув ноги. рубашка задралась, оголяя слегка подкаченный торс. джин нежно проводит по низу живота, закусив губу. да, он определённо возбужден и хочет альфу.       намджун снимает рубашку, оставаясь в одной футболке. в комнате становится слишком жарко, даже для них двоих. запахи смешиваются и возможность дышать ровняется к нулю. джун заползает на кровать, нависая над омегой, обдавая того горячим дыханием. глаза сокджина закрыты, но ким слышит слегка обрывистое дыхание, тот как его сердце стучится. в его голове множество мыслей о том, что делать дальше и не пожалеет ли он. нет, не пожалеет. он уверен, что сокджин не захочет после этого с ним даже разговаривать, что уж говорить о личных беседах и секретах. всё это потерять ради секса? ради животного удовольствия? альфа не уверен, что готов к этому. — ты хочешь этого, да? — неожиданно прошептал омега, открывая глаза и смотря прямо в его, — сколько ты этого хотел? год? два? — два года, четыре месяца, три дня, восемнадцать часов, сорок девять минут и тридцать три секунды. я хочу тебя всё это время, но я никогда не собирался пользоваться тобой, не собирался спаивать, чтобы переспать с тобой и не собирался чем-либо шантажировать. почему? ты сам знаешь. потому что это ты и мне этого достаточно. — намджун проводит рукой по волосам и улыбается, он видит непонимание на лице друга, видит то, как даже будучи в пьяном состоянии сокджин пытается логически придумать выход из ситуации, но ничего не выходит, — и даже сейчас я не буду этого делать.       слезть с омеги ему никто не дал. ухватившись за шею и приблизив лицо на минимальное расстояние к себе, сокджин смотрит на альфу и не понимает, почему такой как намджун влюбился в него. да, он знает насколько красив, насколько привлекателен и насколько его хотят другие. но он не понимает в этом ничего. не понимает, какого это быть для кого-то чем-то особенным. и если честно, он боится. боится, что его ожидания на счёт любви не оправдаются. что о всё то, о чём он думал окажется ложью. — ты всегда такой правильный. никогда не пойдёшь против своего хена, да? сделаешь, все, чтобы мне было хорошо? ты знаешь, как это сделать, малыш. — это чистой воды шантаж.       тихое возмущение намджуна, который собрался протестовать по поводу многих вещей, было тут же прервано поцелуем. сокджин целовал жадно, так будто пытался кого-то съесть. язык без всяких возражений врывался в рот альфы и вытворяет то, чего не позволяет себе никогда. он притягивает его, чтобы быть как можно ближе, касаться своим телом его, стать с ним одним целым. влечение становится сильнее, и быть оттраханным альфой уже не кажется таким противным. лучше это будет намджун, чем кто-то ещё. единственная причина, по которой он собирается заняться сексом со своим другом… причина, которую он ещё не понял, но задумываться об этом сейчас он точно не станет.       намджун не пытается перенять инициативу с вои руки, позволяя омеге делать всё, что захочется. он знает насколько джин хочет быть уверенным в себе, в своих действиях и в том, что не только он получит от всей этой истории выгоду. даже сейчас, находясь в не очень удобном расположении дел, старший думает не столько о себе, сколько о намджуне и о его чувствах. сокджин отрывается от губ альфы и приоткрывает глаза, смотря на чуть запыхавшегося намджуна, его глаза блестят. — пожалуйста. пожалуйста. пожалуйста — ты пожалеешь, джин, — продолжая целовать нежную кожу, шептал намджун. он знал все ходы на перед и все слова, которые будут сказаны. — это будет завтра или через неделю, но сегодня и сейчас я хочу быть с тобой. хочу почувствовать тебя в себе, — прошептал омега, чувствуя, как пальцы младшего начинают расстёгивать рубашку, еле касаясь обнажённого тела, — прошу тебя.       намджун уже давно не думает, его инстинкты взяли вверх и теперь назад пути нет. джун целует мягкий животик, оставляя мокрые дорожки, пытается коснуться каждого участка такого желанного тела. он множество раз видел своего хёна голым, но никогда не думал, что сможет потрогать это собственными руками. сокджин тихо вздыхает, не зная куда деть руки, они были то беспорядочно раскинуты по кровати, то вновь возвращались в мягкую шевелюру альфы. джин никогда не думал, что сможет пойти на этот шаг. он довольно давно знает о чувствах намджуна, и, возможно, с его стороны это выглядело грубо, держать влюблённого мальчишку на расстоянии вытянутой руки, но именно это решение казалось ему самым правильным на тот момент.       альфа никогда не был терпеливым человеком, а когда дело касается сокджина, тем более. поэтому намджун не хочет тратить ни минуты, ведь знает, что время — роскошь, которая ему не позволена. он снимает рубашку старшего и целует идеальные плечи. намджун слегка кусает кожу, оставляя красные пятна, которые через несколько минут станут серо-синими. спускается ниже, слушая мелодичный голос хёна. да, он мечтал об этом очень долго и сейчас сделает все, чтобы сокджин никогда не пожалел об этом. в данный момент джин точно не жалеет о таком развитии событий, омега стонет, сжимая простынь в руках, бормочет что-то о том, что долго не сможет терпеть. но намджун и не просит об этом, он даёт себе/ему свободу во всем, что касается удовольствия ким сокджина. джун быстро расправляется с джинсами и нижним бельём, как со своим так и сокджина. теперь джин понимает, почему многие омеги и даже альфы желали разделить постель с намджуном. его тело было похоже на то, что описывают древние греки, говоря о своих богах. — черт, пожалуйста, не сдерживайся.       голос тихий, но намджун слышит и подчиняется. он хватает старшего за руку, заставляя того встать на ноги. ким видит, что сокджин еле стоит на ногах, но это не останавливает его от резкости и грубости в своих действиях. он толкает омегу к столу, который стоит у окна. джин еле успевает схватиться за край стола, чтобы не удариться. смотрит на альфу, а в глазах только похоть и возбуждение. ему нравится. нравится эта грубость и власть над собой. и ему безумно нравится, что это именно намджун. его намджун.       альфа оказывается рядом в считанные секунды, целует грубо, кусая губы партнёра до крови. намджун знает, что спустя несколько часов будет жалеть о таком своём поведении, смотря на мирно спящего рядом человека, но сейчас он будет обладать им. и это самое главное. одной рукой снося все со стола джун усаживает омегу, разводя его ноги в разные стороны. альфа облизывает собственные губы. да, это идеальный вид — омега желающий чтобы его трахнули. член омеги стоит колом и требует к себе внимания, но это чуть позже, сейчас он хочется распробовать покрасневшую дырочку из которой уже течёт естественная смазка. намджун прекрасно знает, что во время течки у омег анус растягивается моментально, поэтому можно вставлять сразу, без подготовки. но он хочет попробовать вкус сокджина. всегда хотел. ким проводит рукой по внутренней стороне бедра, обводит большим пальцем колечко мышц и слегка надавливает. палец входит легко и сразу же становится влажным, липким. джун усмехается и подносит палец ко рту, следя за тем, чтобы сокджин внимательно смотрел на него. — нравится? — самодовольно спрашивает намджун, омега кивает головой быстро, соглашаясь, — хочешь попробовать себя на вкус? — и не дожидаясь ответа, заснул палец в его рот, — давай, соси.       сокджин закатил глаза от такого голоса, внутри все сжалось, и ему захотелось ещё больше слышать его голос и чувствовать его прикосновения. язык джина тут же облизнул палец, чуть причмокивая. ким хмыкнул, позволяя омеге как следует распробовать свой собственный вкус. он знает, что джину нравится то, что сейчас происходит и это сводит его самого с ума. намджун никогда не думал, что все его фантазии, все его мысли о старшем, смогут стать реальностью. намджун убирает палец и слегка улыбается, разводит ноги (имя) ещё шире и удобно устраивается между ними. большими ладонями очерчивает идеальную талию и запоминает каждую деталь такого идеального, желанного тела. сокджин так податлив только потому что у него течка и ему не очень и важно то, кто будет с ним. намджун сделает всё, чтобы его хён был счастлив и получил максимум удовольствия.       джун наклоняется к лицу омеги, целует вспотевший лоб и входит одним толчком. он не двигается, но продолжает целовать прекрасное лицо. сокджин тихо стонет, но эти стоны больше похожи на плачь. так плачут, когда счастливы. намджун улыбается, понимая, что в данный момент сокджин счастлив из-за него. альфа начинает двигаться, совершая плавные движения: почти полностью выходит, но тут же резко входит до самого основания. звуки шлепков тел друг об друга безумно смущают джина, но он настолько поглощен губами альфы, что ни о чём другом он даже думать не может. да и не хочет. зачем, когда перед ним мужчина с такой сексуальной внешностью, желающий сделать ему приятное и не требующий ничего взамен? любой другой бы просто воспользовался моментом и свалил, но намджун прежде чем что-то сделать, думает о том, будет ли хорошо омеге. и это от этого становится теплее, от этого по телу бегут тысячи мурашек, потому что приятно. потому что хочется этого ещё больше.       сокджин хнычет, просит большего, просит быть чуть грубее. да, ему нравится эта забота, но он хочет увидеть другую сторону альфы. такую, которую никто больше никогда и не увидит. джин закидывает руки на шею альфе и наклоняет его так, чтобы его губы касались уха. и два простых слова, сказанных почти на выдохе: «трахни меня». намджуну этого хватило, чтобы желание захватило его полностью. джун просовывает руки под спину и резко меняет их положение. садится, вытягивая длинные ноги вперёд, усаживая омегу на свои колени, чуть приподнимает и вновь оказывается внутри. с силой сжимает бока и начинает помогать ему двигать бёдрами ввёрх вниз. сокджин откидывает голову, тяжело дыша и понимая, что долго в таком темпе он не протянет. точне не в первый заход. он двигается быстро, хочет почувствовать такую желанную разрядку и отпустить тяжесть внизу живота. крепко держится за плечи, позволяя намджуну кусать ключицу и шею.       комната пропахла персиками и цитрусами. она просто заполнила все пространство так, что не чувствовать этот запах просто не возможно. они не слышат ничего, что происходит за дверью. им все равно. все, что сейчас между ними намного важнее всего остального. этот момент никто из них не забудет. пусть по разным причинам, но не забудет никогда.       намджун ложится на спину и тянет омегу на себя, вбиваясь в хрупкое тело. джин протяжно стонет, кончая на живот альфе, чувствуя, как внутри него завязывается узел. сцепка. такая желанная и в тоже время пугающая. они не смогут двигаться некоторое время, но на это даже нет сил, поэтому сокджин не против. он обесилено, кладёт голову и закрывает глаза. ему хорошо и спокойно.       джин засыпает быстро. поэтому, чтобы не тревожить омегу, намджун аккуратно берет плед и накрывает его, одной рукой поглаживая бедра. их тела потные, мокрые и липкие. но ему все равно. главное, чтобы его истинный был в порядке.