***
джун не стал бегать и искать сокджина. не стал звонить и пытаться выяснить, когда тот вернётся домой. он просто написал одно единственное сообщение: «пожалуйста, вернись домой. нам нужно поговорить. мне есть о чем тебе сказать. дай шанс все исправить.» ему нужно было всего лишь посмотреть в глаза сокджина, чтобы узнать всю правду. тот никогда не скрывал, что испытывает лишь дружеские и даже братские чувства. но намджун знал, чувствовал, что тот просто боится открыться в этом плане для него. боится ответственности, которая ляжет на его плечи. сокджин не тот, кто будет убегать от этого. он примет это с высоко поднятой головой.от хёна:
я буду к ужину. после поговорим.
не переживай. я не сбегу. я люблю тебя.
конечно он писал не с каким-то подтекстом. джин правда любит намджуна, просто оставшиеся несколько часов ему надо разобраться в себе, чтобы дать ответ намджуну, который он заслуживает. сокджин не собирается терзать того сомнениями, он не собирается молчать, если эта ночь правда изменила в нем что-то. а она изменила. омега это чувствует. не сказать, что у него возникло чувство любви или ещё что-то. это как будто проснулось? он никогда не представлял себя с альфой, с таким как ким намджун. намджун слышит, как входная дверь открывается и хмурится, когда видит отца. тот не должен был вернуться так рано, но кажется, что-то пошло не так, раз тот уже дома. джун находится в гостиной, поэтому видит, как ким банхо проходит мимо и взглядом цепляется за него, одним лишь жестом прося пойти за ним. — это странно… но он идёт. другого выхода нет, если он хочет выяснить причину всего, что происходит в данный момент. отец хмурый, как никогда. старший альфа сидит за своим столом, нервно перебирая бумаги. когда намджун входит, то перестаёт возиться с бумагами и сводит губы в тонкую линию, думая о том, как начать разговор. — я никогда не указывал кем тебе быть, с кем дружить и с кем спать. я старался дать вам все, что нужно. тебе и джису. — джун хмурится, явно не понимая, что происходит, — я не противился, когда ты привёл омегу в дом. не своего омегу. и, нет, мне нравится сокджин, он милый и хороший. но он тебе не пара. — я не понимаю… — я знаю, что вы провели течку вместе. знаю, что ты в него влюблён, — банхо вздыхает, — прости, сынок, но у меня нет другого выхода. я помню, что мы договаривались о том, что бизнес я отдам джису. все так и будет. ты будешь жить своей жизнью, будешь делать всё, что делал раньше. просто без своего омеги. — но ты хочешь лишить меня смысла моей жизни! — слишком громко крикнул намджун, — ты никогда не интересовался мной и джису! ты работал, уделяя внимание только своему бизнесу, но не детям! тебя бросили, я все понимаю. но мы были не причем! ты не можешь лишить меня того, кто делает меня счастливым! — ты ещё мальчишка и не понимаешь, что связавшись с ним, потеряешь свое будущее. — он моё будущее, пап, — покачал головой джун, — ты даже представить не можешь, как он на меня влияет. как я его люблю. это правда сначала было не в серьез, но не сейчас. ты правда хочешь лишить общества сокждина не только меня, но и джису? ты хоть представляешь, что сокджин для неё значит? — или ты сам прекратишь общение, или это сделаю я. — и как же? отправишь меня в америку? — как вариант, — пожал плечами альфа, — ты не оставляешь мне выбора. я должен был сделать это ещё раньше, но думал, что твоя глупая влюблённость пройдёт, если он не будет отвечать взаимностью. — что? — намджун свернул глазами, не совсем не понимая слов отца, — что ты сказал? — когда ты только привёл его, я поговорил с ним, — хмыкнул альфа, — я сказал, что не потерплю, чтобы какой-то третьесортный омежка из бедного района нашёл тёплое местечко в сердце моего сына. он ответил, что его не интересуют маленькие мальчики, и мы разошлись на этом. — чушь. сокджин не такой человек, который будет прятать свои чувства, только чтобы удержаться за «место под солнцем». — спроси его сам, а потом начинай собирать вещи. я заказываю билеты в сша.