13. Сельская романтика
3 декабря 2021 г., 15:14
Сразу по приезде Гермиона отправилась к своим родителям. Они не виделись уже больше месяца, и девушке сейчас как никогда нужна была их поддержка. В этот раз отца застать не удалось, — он был на работе, а маму Гермиона отловила уже на выходе. Когда-нибудь у неё появится привычка отзваниваться перед приездом, но это неточно. Они отправились по магазинам вместе, решив обсудить всё по дороге в какой-нибудь кафешке.
Миссис Грейнджер привела дочь в своё любимое, довольно популярное Чёрно-Белое кафе. Как раз к их приходу освободился один из столиков, и им удалось присесть.
— Ну рассказывай, милая, что тебя так беспокоит? Ты писала, что рассталась с тем мальчиком. Ты всё ещё переживаешь по этому поводу?
Гермиона вдруг подумала, что за последний год её личная жизнь внезапно оживилась, и за советом к матери ей приходилось прибегать всё чаще.
— Нет, думаю, эту историю я уже отпустила. Джордж навсегда останется братом моей лучшей подруги, и он действительно хороший друг…
— Просто парень неподходящий?
Гермиона кивнула, радуясь, что мама понимает её с полуслова.
— Так что дело в другом. Мы с Джинни ездили по её работе в один городок и встретили там моего бывшего сокурсника…
— Я уже заинтригована, — миссис Грейнджер подалась вперёд, отмахнувшись от подошедшего официанта.
Гермиона смущённо извинилась перед парнем в форме, и когда он отошёл, продолжила:
— По правде, в школе мы совсем не ладили. Он был с другого факультета, довольно грубым, избалованным мальчишкой, и часто доводил меня до слёз… А тут мы встретились спустя много лет, и, вроде как, ну… У нас отношения, — девушка выжидающе смотрела на мать, ожидая её реакцию, однако та восприняла новость довольно спокойно.
— Милая, это же было так давно! Да и мальчишки в этом возрасте постоянно вытворяют всякие глупости… К тому же, с Роном вы были близкими друзьями с первого курса, и что это дало?
Гермиона удивилась — в таком ключе об этой ситуации она даже не размышляла.
— Знаешь, тут ещё в том дело, что сейчас он не может покинуть свой дом, а моя жизнь здесь, в Лондоне.
— Детка, — миссис Грейнджер с улыбкой погладила дочь по руке и понизила голос до шёпота: — В чём смысл быть волшебницей, если имеешь те же проблемы, что и обычные люди, но никак не можешь их решить? Насколько я помню, тебе ведь даже не обязательно пользоваться самолётом. Ну и ходи на работу из его камина каждое утро, что тебе мешает…
Гермиона едва не открыла рот от удивления. И она ещё считала себя умной... Удивительно, но вся её рассудительность рассыпалась словно песок, когда дело касалось чувств. А ведь мама, не будучи волшебницей, сумела найти реальный выход из ситуации за считанные минуты, о котором она почему-то даже не подумала.
— А если я… Не уверена в наших отношениях? У нас уже была ссора, когда я по глупости обвинила его в старых обидах.
— Герми, подумай, как можно быть уверенной в мужчине за такой короткий промежуток времени? Вы пробыли вместе слишком недолго. Попробуй продлить отпуск, присмотрись к нему, прислушайся к собственным чувствам… Тебе ведь с ним хорошо?
— Очень, — призналась девушка, от смущения покрываясь румянцем. — Честно говоря, я никогда подобного не испытывала. Я словно пьянею от его присутствия…
— Ты влюбилась! — торжественно объявила женщина на всё кафе, заставляя дочь спрятать пылающее лицо в ладонях. — Не смущайся, это просто отлично и стоит того, чтобы отметить!
Гермиона рассмеялась, не убирая рук от лица. Она была счастлива, что поделилась с мамой. В конце концов, ей ведь было в кого родиться такой умной?
***
Гермиона мерила просторный, дорого обставленный кабинет шагами в ожидании своего начальника. Ей хотелось закидать его наглую румяную физиономию гнилой тыквой, и видит Мерлин, она бы так и поступила, если бы та оказалась под рукой. Изначально мистер Уильямс отсрочил её отпуск почти на три недели, чтобы Гермиона успела подготовить свой отдел к особенной встрече с важным клиентом из-за рубежа. И волшебница выложилась по полной: составила план, проконтролировала выполнение, — да она буквально жила на работе, чтобы добиться успеха. И она его добилась! Клиент остался в восторге, подписал с ними судьбоносный контракт, планируя вложить в их работу немалый капитал. Всё складывалось просто великолепно, и Гермиона уже мысленно собирала чемоданы, когда мистер Уильямс объявил её ответственной за предстоящие проекты. Решение естественное, ведь из всего отдела она была самым стоящим кадром, но — Мерлина ради,— они ведь договаривались об отпуске! Теперь её отъезд откладывался на неопределённый срок, а начальник даже не потрудился объясниться или попросить прощения за причинённое неудобство, просто поставив сотрудницу перед фактом. Мистер Уильямс никогда не был начальником года, но стоило деньгам помаячить перед его носом, как он превращался в кусок гиппогрифова дерьма, а подобное отношение Гермиона Грейнджер терпеть не могла. Никак. Ни при каких обстоятельствах…***
Гермиона вылетела к Малфою первым же рейсом, уже даже не думая о том, чтобы позаботиться о портале. Лучше лишние часы в самолёте, чем лишние дни в ожидании перемещения. Она заранее предупредила его о прибытии и была просто счастлива, когда он предложил пожить у него. Девушка даже не предполагала, во что это может вылиться, но ведь она хотела проводить с ним больше времени и узнать его поближе… Драко превзошёл все ожидания Гермионы, встретив её у аэропорта верхом на лошади. Для маленького городка подобная картина была не особо удивительной, но девушку из Лондона впечатлить удалось. Гермиона мысленно поблагодарила Мерлина, что приехала с любимой сумкой с незримым расширением, а не с чемоданом, как в прошлый раз, иначе кобылу пришлось бы вести под уздцы. Драко сообщил, что им нужно заехать в одно место, помог девушке забраться, и они отправились в путь. Гермиона чувствовала себя героиней фильма, в обнимку с любимым неспешно преодолевая расстояние верхом на мускулистой лошадиной спине. С её прошлого приезда природа ещё больше оживилась — вокруг всё зеленело и цвело, и девушка не могла отвести взгляда от потрясающих фантазию видов. Когда они проехали ранчо и приблизились к знакомому лесу, Гермиона очень удивилась, но виду не подала, решив, что Малфой, возможно, здесь что-то забыл. Они подъехали к тому самому домику, затерянному среди деревьев. Драко остановил лошадь, спустился сам и помог девушке. Гермиона удивлённо выдохнула, когда вошла внутрь сарая и увидела, как он преобразился. Он просто сиял чистотой, окно было заделано, тут и там виднелись кадки с цветами, по полу в хаотичном порядке была разбросана целая куча подушек, а в центре — та самая шкура медведя с почти полностью выведенным пятном от вина. Стены украшали новенькие керосиновые лампы, светящиеся зелёными и серебряными огоньками сквозь цветные стёкла, и Гермиона усмехнулась, поймав себя на мысли, что это было очень по-слизерински. — Что скажешь? Я готовил этот домик специально к твоему приезду. Гермиона закусила губу, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. В конце концов, сколько можно улыбаться как идиотка? — Довольно неплохо, если учитывать, что ты белоручка. — Эй! Ты хоть представляешь, каких усилий стоило притащить сюда все эти растения? Так что "белоручка" — точно не про меня! Гермиона усмехнулась, притягивая парня к себе за шею, чтобы отблагодарить рыцаря поцелуем. Он неожиданно подхватил её на руки и возложил на подушки. Они долго целовались, прежде чем рука Малфоя будто бы невзначай скользнула под её кофту. Девушка выгнулась, дав возможность его руке добраться до застёжки лифчика. Драко с лёгкостью освободил нежную грудь от оков, теперь без толики сомнения давая своим рукам свободу. Он снял с Гермионы ненужные элементы одежды, скользя пальцами по её изгибам и оставляя влажные поцелуи на бархатистой коже. Гермиона задыхалась от накрывшего её возбуждения, охотно отвечая на ласки. В один момент она, неожиданно для себя, потянулась к Драко и, не желая оставаться в долгу, стянула с него футболку. Следом полетели их джинсы, — любая одежда казалась абсолютно лишней, словно забор, поставленный не к месту. Гермионе хотелось слиться с Драко воедино, чтобы между их телами не оставалось этих томительных сантиметров. Она со стоном прижалась к нему, ощущая его возбуждение внутренней частью бедра. Драко скользнул рукой к её самому чувствительному месту, изучая и лаская, крадя у девушки стоны наслаждения. Гермиона, целиком погружённая в свои ощущения, скользила невидящим взглядом по листьям сооружённого зимнего сада, вдыхала аромат любимого мужчины и выдыхала его имя. Драко замер, вопросительно глядя на девушку. Та кивнула и притянула его к себе, позволяя ему устроиться поудобнее. Всё было так, как она себе и представляла. Желание пересиливало любые страхи. Она ощущала себя в безопасности, ей этого по-настоящему хотелось. И главное, она любила и была любима. А что может быть важнее?
