Зять на полставки

— Чохви, а куда делся маринованный краб из холодильника? — тётя Джувон стучала кастрюльками, перепроверяя всё в холодильнике, хотя знала, в чём конкретно лежал краб. — Краб? — руки Хви замерли в сантиметре от рисовой каши, которая полностью пропиталась маринадом из соевого соуса. — Его нельзя было трогать? Чохви виновато закусила нижнюю губу и посмотрела так на тётю. В детстве она постоянно смотрела таким образом, когда брала у мамы что-то без спроса или когда нечаянно портила вещи младшей сестры. — А ты весь использовала? — тётя будто только сейчас уловила в запахах, присутствовавших на кухне, запах маринованного ею краба. Сильный аромат нори, свежих огурцов и вареного риса всё перебивал. Пахло так, словно уже были готовые суши. — Я использовала немного для роллов, — голос Чохви тоже звучал виновато, — и дала попробовать Тэхёну… — Ничего не осталось? Тэхён, всё это время скрывающийся в комнате от тётиных глаз с бутылками алкоголя, которые с запасом набрала Чохви, вошёл в кухню. Царящая атмосфера была какой-то неловкой, и его взгляд сперва бросился к Чохви, ища ответы в выражении её лица. — Нет, прости, — она не поймала взгляд Тэхёна и смотрела исключительно на тётю. — Он нужен был тебе для чего-то? Возможно, подойдут крабовые палочки?.. — Да нет, всё в порядке, — тётя Джувон помахала племяннице рукой, как бы говоря не заморачиваться, — просто думала отвезти его подруге. Чохви только сейчас обратила внимание на то, что тётя переодела растянутую домашнюю кофту на свитер с блёстками, а пучок на голове сменила свободной косичкой. — Ты куда-то уходишь? — Тэхён, как и Чохви, глянули на настенные часы, убеждаясь в том, что уже позднее время и идти никуда не стоит. — Да, я собиралась сказать Тэхёну, но он умчался тебя встречать, — обернувшись, тётя Джувон улыбнулась парню и протянула руку вверх, желая легонько похлопать его по плечу. Он рефлекторно склонился ниже, чтобы не доставлять ей неудобств и не заставлять её тянуться с таким маленьким ростом. Она и так неплохо относилась к Тэхёну, но Чохви не сомневалась — из-за того, что он ей наплёл с предложением, её отношение к нему будет становиться всё лучше и лучше. Видимо, после того, как она пересказала всё папе и получила от него лишь одобрительные отзывы, заразилась его мнением и энтузиазмом касательно оригинальности предложения, ещё и с соблюдением вкусов и интересов Чохви. Хотя предложение на футбольном поле было бы круче, по скромному мнению невесты. — Уже довольно поздно, — Тэхён терпел её руку на своём плече долгих полторы минуты, — и там льёт, как из ведра, госпожа Чхве. Чохви не могла определиться, нравится ей слышать, как он вежливо обращается к её тёте или раздражает. Лет пятнадцать назад Чохви была её любимицей, а с тех пор, как выросла и они перестали жить вместе, всё круто изменилось. Всё же было что-то раздражающее в том, как тётя Джувон улыбалась Тэхёну и как норовила побаловать его чем-то, даже похлопыванием или поглаживанием по плечу. — Всё нормально, дом моей подруги в паре кварталов отсюда и я всё равно собиралась вызвать такси. Отговаривать тётю Чохви и не собиралась, и хотя Тэхён мог бы попытаться, тоже не стал. Им же лучше, если она ненадолго их оставит — не нужно будет притворяться милыми и прятать бутылки по шкафам. — Ты же ненадолго? — Чохви разгладила руками лист нори и сунула руку в перчатке в кастрюльку с рисом и крабом. — Назад тоже придётся возвращаться на такси. — Я с ночёвкой, — в этот раз тётя Джувон подошла к Чохви и погладила по плечу её. — Так что повеселитесь тут без меня. Тэхён продолжил притворяться взволнованным, тогда как Чохви явно обрадовалась. Она стала энергичнее наполнять и сворачивать роллы, из-за чего сыр вываливался по краям. Как бы между делом, пока её тётя собирала кое-какие закуски из холодильника, она попросила набрать, когда та будет ехать домой, и уточнила, что это исключительно для того, чтобы они успели убрать все последствия своего веселья. У Тэхёна от этого слегка порозовели щёки. Он как раз присоединился к Чохви в готовке, нарезая для неё тонко авокадо и отрывая кусочек пищевой плёнки, когда это было необходимо. — Я наберу, — пообещала тётя, — а вы оставьте мне роллов. Пока Чохви таскала еду в гостиную, Тэхён провёл тётю Джувон до такси с зонтом, попросив её скинуть хотя бы смс-ку, когда она доберётся. За это она потрепала его по щеке и назвала «замечательным мальчиком». Улыбка Тэхёна не заставила себя ждать, и он посчитал себя обязанным оплатить поездку на такси, но женщина отказалась и хлопнула дверцей машины, пока он пытался сунуть ей в руки несколько купюр. — Провёл? — Чохви накидала вокруг журнального столика в гостиной много подушек и притащила свой пушистый коврик, на который не позволяла никому становиться. Она также отыскала бутылку текилы, которую Тэхён припрятал в нижнем ящике комода, потому что верхние были заняты нижним бельём Чохви. — Ты не могла бы радоваться чуточку меньше? — Тэхён плюхнулся на то самое место под стенкой с сервизами, которое занимал в первый ужин в этой квартире. — А то госпожа Чхве почувствует и вернётся внезапно. Худший кошмар — она вернётся без предупреждения в разгар их «веселья» с текилой. Чохви не хотела попадаться на глаза родственникам с алкоголем чаще раза в месяц, иначе мама выела бы ей мозг маленькой ложечкой, длиною в несколько тысяч километров, прямо из Франции. — Сплюнь, — потребовала она, наклоняясь через стол, но Тэхён уткнулся ладонью в её лоб и оттолкнул подальше от тарелок, рюмок и бутылки. — Хочешь ещё что-нибудь разлить или испортить? — другой рукой он указал на свой идиотский свитшот с овцой. Если бы у Тэхёна была завивка, он, несомненно, выглядел бы так же. — Это купила для меня бабушка. Я серьёзно убью тебя, если с ним что-то случится. — Оно и видно, — Чохви убрала его руку со своего лба, — а остальную одежду тебе тоже она покупала? Всё в порядке было с одеждой Тэхёна, он выглядел замечательно в домашнем, белой рубашке и детском безвкусном свитшоте. Чохви тоже выглядела вполне сносно в откровенной одежде, которую надевала на свидания, и в огромном свитере, явно папином, который нацепила по возвращении из магазина. Он едва прикрывал её бёдра, а когда она села в позу лотоса на полу, Тэхён то и дело цеплял взглядом короткие шорты, которые вполне могли оказаться элементом нижнего белья. — Боюсь спросить, кто покупал тебе твою одежду, — Чохви расплылась в довольной улыбке. Её очень веселило, когда Тэхён выходил из себя. Он никогда не делал это шумно, не кричал, не хлопал дверью и не требовал от неё извинений. — Откопала на границе барахолок бомжей и шлюх? — О да, трёхочковый, — она схватила из тарелки роллы с огурцами и красной рыбой, и застонала от удовольствия, попробовав. — Не думаешь, что перегнул палку? Тебе так сильно не нравится моя одежда? Тэхён неуверенно потянулся к тарелке, выбирая роллы, у которых рис был с наружной стороны. — Главное, чтоб она тебе нравилась и ты не отморозила себе что-то, пока в ней ходишь, — в итоге сказал он, медленно жуя. Вкус был далёк от ресторанной еды, но Чохви потрудилась на славу, накрутив целых три тарелки на меньшую сумму. Точнее, сумма могла бы быть меньше, если бы Тэхён пошёл в магазин с ней и отложил из корзины все те чипсы, что она набрала, и бутылки вина «на глинтвейн», когда уже взяла текилу, и восточные сладости, такие дорогие и сладкие, что челюсти сводит. — Ты так быстро сдаёшься, что на тебя злиться практически невозможно, — Чохви облокотилась спиной на диван, беря в руки свою рюмку и подставляя её ближе к Тэхёну. — Наливай. Он успел попробовать только один ролл и хотел бы ещё немного поесть, прежде чем приступать к алкоголю, но Чохви была непреклонна, требуя стопку прямо сейчас. Она принесла на небольшой тарелочке нарезанный тонко лайм и солонку, собираясь блюсти все правила. Тэхён же не видел в этом смысла. Вкус не то чтобы сильно зависел от соли или цитрусовых, по его мнению. — Не смей напиться раньше, чем твоя тётя доберётся до подруги, — пригрозил он ей пальцем, наполняя её и свою рюмки не до самого верха, чтобы без проблем можно было выпить за один глоток. — Я точно не напьюсь, — она вздёрнула подбородок, обиженная предположением Тэхёна. Она отлично пьёт и только раз в жизни переборщила так, что провела утро и день в обнимку с унитазом. Зато ночь была волшебной. Корейцы слишком сильно любили необходимость легонько соприкасаться рюмками и бокалами перед тем, как выпить. С каждой следующей рюмкой звон рюмок становился громче. Чохви заставила Тэхёна, который отказывался лизать соль с её руки, насыпать щепотку себе в рот и попробовать выпить так, а потом сунула ему дольку кислого лайма, который оставил несовместимое с роллами послевкусие. — Не хочешь проверить сообщения? — в комнате было душно, а из-за того, что Чохви много смеялась, её щёки сильно раскраснелись. — Я просил твою тётю написать, когда она доедет. — Нет, — Чохви покачала головой не раз и не два, а мотала ею из стороны в сторону до лёгкого головокружения, — сегодня вечер без тёти. Не могу дождаться момента, когда она уже выгонит из квартиры тех придурков, которые чуть не раскрыли нас, и поедет в Японию. Только подумай, мы сможем вздохнуть спокойно, а ещё получить по целой кровати для сна! Тэхён усмехнулся, после выдыхая и пытаясь сдуть чёлку, что лезла в глаза. — Ну, не то чтобы мне очень тяжело с тобой, хотя неспокойно, это да, — он хотел улыбнуться снова, но пытался сдержаться, отчего его губы забавно выгнулись. — Неспокойно? Со мной? — брови Чохви сошлись на переносице, а её красные губы разомкнулись, пока она думала, что ещё сказать. — А ты само спокойствие. Это раздражает. Управляясь палочками, Тэхён подцепил одновременно три ролла с маринованным крабом, которые не были разрезаны до конца, и засунул себе в рот, вызвав у Чохви неоднозначную реакцию. Она перестала дуться и прижала ладони к губам. — Вот это вау! Тебе можно идти на конкурс Мистер Рот Кореи, — она захихикала над своей шуткой, а Тэхён подлил немного в рюмки. — О, давай устроим конкурс на лучшего лжеца? Тэхён устал, а алкоголь заставлял чувствовать себя сонным. Откуда только у Чохви было столько энергии? Она до сих пор подпрыгивала на подушке из-за каждой тупой идеи, что пробиралась в её мозг. — Я вижу, ты уже напилась, — Тэхён постарался перехватить её рюмку со стола, но Чохви среагировала быстрее, сжав её пальцами и ни в какую не пуская. — Ну давай, Тэхён, не будь занудой, — она выпила свою порцию и поднесла рюмку к правому глазу, посмотрев через донышко на парня напротив, как через подзорную трубу. — Ты же откликнулся на моё объявление «требуется лжец», а конкурса не проходил. Он выхватил у неё рюмку, отставляя её на свою сторону стола. У него не было ни малейшего желания возиться с малым ребёнком, которым она становилась после алкоголя, но её весёлое настроение было заразительным. — Думаю, это потому, что я был единственным кандидатом, — что было странно, учитывая частоту посещений свиданий Чохви. У неё должен был быть огромный выбор. — Сыграй со мной в «две правды, одна ложь», одержи победу, и тогда я завтра займусь уборкой, — это по-настоящему заинтересовало Тэхёна. — Ладно, сыграем, — он схватился за горлышко бутылки, убирая её из-под стола, а вместе с тем и из видимости Чохви. — Только никакого больше алкоголя. Если хочешь, можем играть на дольки лайма. Чохви театрально вздохнула и подтянула руку ко лбу, делая вид, что ей плохо от услышанного. Когда Тэхён на это никак не отреагировал, она приоткрыла один глаз и посмотрела на него испытующе. — Думаешь, лучше изжога, чем больная печень? — спросила она. — Просто не попадайся, и не будет изжоги, — расставив тарелки с едой ближе к краю, маленькую тарелочку с лаймом он переместил в центр стола, между собой и Чохви. — Играем до пяти. Кто поймает другого на пяти обманах, тот и победитель. Чохви цокнула языком и сложила руки на груди, всё ещё недовольная тем, что текилу отобрали. Всего пять минут назад она чувствовала приятный восторг, вызванный опьянением, но Тэхён весь настрой испортил. — Начинай, — бросила она спесиво. Не так-то просто было сочинить целых три варианта ответа, ещё и вплести туда неочевидную ложь. Делая паузы между фразами, Тэхён озвучил две правды и одну ложь для Чохви: — Я никогда не получал ниже В, — он загибал по одному пальцу после каждого варианта, — сюда едут десять банок мандаринового джема и… в супермаркете ты потратила весь мой заработок с разработки игрового приложения. Это оказалось сложнее, чем Чохви думала. Она расслабила руки, позволив им опуститься, и села ровнее, двигаясь ближе к столу. Тэхён был удовлетворён тем, как она напряглась после его слов. — Как и ожидалось, ты зануда даже в играх, — на выдохе произнесла она, прикрывая глаза и начиная бормотать себе под нос варианты Тэхёна. Она никогда намеренно не следила за оценками своих одногруппников, — это было хобби Тэхёна — но не сомневалась, что он всегда выходил на хорошие баллы, потому первый вариант был самой вероятной правдой. Его слова про мандариновый джем… Чохви не стала бы заказывать так много, но это тоже могло бы оказаться правдой. Оставалось приложение. Поскольку она понятия не имела, сколько можно заработать на этом, но была убеждена, что все разработчики получают достаточно, точно больше несчастных двухсот тысяч вон, что она потратила в супермаркете, она слегка прищурила глаза и опёрлась локтями на стол. — Про приложение ложь, — она сделала свой выбор. Целых три секунды Тэхён держал интригу, а потом внезапно улыбнулся и подтолкнул тарелку с лаймом, что стояла посередине, ближе к Чохви. — Мимо, — сообщил он, радуясь маленькой победе, как ребёнок. — У меня было несколько С в позапрошлом семестре. Моя бабушка отправила нам джем, который сама приготовила. А насчёт приложения тоже правда — за простенькую стрелялку я получил чуть меньше двухсот тысяч вон. Но и разработка у меня заняла не так много времени. Чего Чохви действительно не хотелось, так это браться за пылесос в неделю уборки Тэхёна, потому она быстро прожевала дольку лайма, придерживаясь разъярённого выражения лица и не кривясь от кислоты. — Моя очередь, — горькая цедра без текилы была не столь приятной на вкус. — Итак, первое — я получаю одежду от интернет-магазина, в котором работаю; второе — я никогда не спала на своей постели с парнем — ты не считаешься. И… я никогда не получала ниже D. Она боялась, что Тэхён её сразу раскусит. Он был очень внимателен к деталям. Несмотря на то, что Чохви озвучила неплохие варианты, в которых ложь будто преобладала, Тэхён не выглядел слишком напряжённым или расстроенным. — Теперь понятно, откуда у тебя эти шмотки, — сказал он, сразу отметая первый вариант. — Про парня нечестно — ни единой зацепки, ты ведь можешь иметь в виду и своего кузена, говоря «парень»… — Эй, Тэхён! — Так значит, парень всё же был… — он хмыкнул. — Неужели у тебя есть оценка ниже D? Ставлю на это. По выражению лица Чохви было очевидно, что он победил. Его усмешка стала злорадной, как у Урсулы. Он наклонился ближе к столу, как и Чохви с другой стороны, опираясь на него локтями и подпирая голову обеими руками. — Ну? — он ждал. — Я могу получить любую вещь из магазина, если в наличии осталось меньше трёх штук или если это прошлогодняя коллекция, — она набрала в щёки воздуха, став похожей на белку. — Конечно, я спала с парнями в своей постели, ты не единственный. И у меня было две Е на первом курсе. Тэхён расхохотался, довольный тем, что угадал. Он понятия не имел, какие оценки были у Чохви на первом курсе. — Можно спросить? Можно? — он был взбудоражен больше обычного. — С другими парнями ты спала так же, как со мной в своей постели? Она кинула в него смятой салфеткой, и он поймал её в воздухе, сжимая в руке и широко улыбаясь. — Слушай мои варианты, — он не прекращал улыбаться, перечисляя: — Моя сестра знает, что я живу с девчонкой, я угощал тебя тыквенным латте, а третье — когда я напиваюсь, могу уснуть за столом. Чохви вытянула руки, запросто дотягиваясь до рюмки, которую отобрал Тэхён. Она не знала ничего о том, что он рассказывал своей сестре и как он ведёт себя, если правда напьётся, но была уверена на все сто процентов, что Тэхён никогда не угощал её латте, ещё и тыквенным. В университете она старательно избегала любых посиделок с одногруппниками, потому что ей хватало этих дурачков на парах, а вне университета до недавнего времени они никак не взаимодействовали. — Про латте врёшь, — ликуя, сказала она. Тэхён пододвинул тарелку с лаймом ещё ближе к ней, теперь она была исключительно на стороне стола Чохви. — Латте и сырные булочки — моя работа, — он ждал целую вечность, чтобы с гордостью сообщить ей это, — тот «судьбоносный» парень просто передал, потому что я не хотел попасться раньше времени. Зря он надеялся получить толику благодарности от неё, потому что она лишь зарычала недовольно, запихиваясь лаймом и вовсю морщась от горько-кислого вкуса. — Ладно, — она проговорила чётко, брюзжа слюной. Пока Тэхён устраивался поудобнее на своём месте, собираясь внимательно слушать, она привстала на колени и дотянулась до бутылки, которую он тщетно пытался спрятать от неё у себя за спиной. Агрессивно откручивая крышечку и наполняя свою рюмку, она заговорила: — Моя тётя готовит отлично всё, кроме рамёна, у меня проколоты соски, ты нравился мне на первом курсе. Что из этого ложь? Закончив, она осушила стопку, с грохотом опустив её на стол. Она изначально не хотела опускаться до таких подробностей, но она проигрывала Тэхёну, и нужно было с этим что-то делать. Ей хотелось, чтобы завтра именно он пылесосил. Она бы с удовольствием за этим понаблюдала, сидя на диване. — Вау, очень сложно испортить рамён, но это похоже на правду больше остального, — он облизал губы и сглотнул слюну, представляя, как будет есть кислый лайм, а потом наклонился слишком близко к Чохви и уставился на её грудь. За свитером было сложно хоть что-то разглядеть. Пришлось вспоминать те редкие моменты, когда они сталкивались или были впритык, но Тэхён вовсе не акцентировал внимание тогда на её груди. Чисто теоретически, Чохви была достаточно сумасшедшей для того, чтобы сделать подобное. К тому же, он был почти уверен в том, что не нравился ей. На первом курсе у них даже не было общих пар, только несколько потоковых. — Думаю, ты солгала про то, что я нравился тебе на первом курсе. Наполнив стопку ещё раз, Чохви опрокинула её за две секунды и закусила лаймом, в то же время двигая тарелку к Тэхёну. — А вот и не угадал, — она выдохнула с облегчением, когда он выгнул брови в удивлении, заглядывая в её раскрасневшееся лицо. — Мои соски девственнее, чем ты думал. Мама меня бы убила за пирсинг. Тэхён прожевал лайм, забавно кривясь при этом. — Твоя очередь, — она не могла не попробовать перевести тему. — Подожди с игрой, мы не закончили с рамёном и первым курсом, — он вытер губы тыльной стороной ладони, наблюдая за тем, как Чохви снова наливает себе, а когда она принялась закручивать крышку, украл её рюмку и выпил сам. — Никогда не встречал людей, которые не умели бы готовить вкусный рамён из пачки. Это ведь буквально дать воде закипеть и высыпать туда всё содержимое. — Я знаю, но тётина лапша всегда разбухшая, а ещё она добавляет какие-то дополнительные специи и перец. Есть это невозможно, так что имей в виду и никогда не позволяй ей готовить рамён, — Тэхён улыбнулся, слушая Чохви. — А про первый курс… ну, ты был самым симпатичным парнем на потоке. Его чёлка подскочила, когда он в изумлении уставился на неё. — Только на первом курсе? — он зарылся пятернёй в волосы, убирая их назад. — Что, больше не симпатичный? Чохви снова кинула в него салфеткой, и в этот раз он не потрудился её поймать, позволив ей удариться о его грудь и упасть на пол. — Да, — она скривилась, — универ тебя потрепал. Оборачиваясь назад, она никогда бы не подумала, что тот милый и красивый парень окажется её старостой на пятом курсе, и что он всё ещё будет милым и красивым, но от испытываемой ранее симпатии к тому времени и следа не останется. Чохви переросла влюблённость в него уже давным-давно. Было немного неловко слышать о том, что он нравился Чохви, как будто прочёл её личный дневник пятилетней давности. Это, конечно, давно в прошлом, но заставляет задуматься. — Тэхён, — Чохви забрала у него свою рюмку, — ты собираешься играть или так потрясён моим признанием, что готов сдаться? — Нет, играем, — он немного помычал, раздумывая над ложью. — Итак, моя двоюродная сестра учится в нашем университете, мне понравилось с тобой целоваться, а мой лучший друг — из Америки. Чохви захлопала в ладоши, хохоча. — Теперь ты тоже поднимаешь рейтинг нашей игры, — одобрительно сказала она. — Верю в твои слова про сестру. Ещё бы тебе не понравилось целоваться со мной! Так что про друга ложь. У тебя вообще нет друзей, мы выяснили это ещё пару дней назад. Пришла очередь Тэхёна бросаться в неё салфетками, которые ей оставалось только ловить. — Мой лучший друг из Тэгу, — в своё оправдание сказал он. — Не из Америки. — Так значит, тебе правда понравилось, да? — она слегка вытянула пухлые губы вперёд. — Может, нам нужно было играть в бутылочку? Тэхён попал ей салфеткой прямо в нос, и она пригрозила ему кулаком. — Если тебе хочется целоваться, так и скажи, — парировал он. — Судя по всему, это тебе хочется, — у неё зазвонил телефон в спальне, и им нехотя пришлось прервать словесную перепалку. Чохви ушла разговаривать с тётей, а Тэхён воспользовался этим временем, чтобы унести еду на кухню и обернуть тарелки пищевой плёнкой. Бутылку с текилой он неосмотрительно оставил в гостиной, а когда вернулся, Чохви стащила её в спальню вместе с рюмками и лаймом. — Мы же собираемся продолжить? — спросила она после того, как Тэхён перетащил журнальный столик в гостиной ближе к окну и выключил в той комнате свет, зайдя в спальню. — Или ты обиделся на мои слова о поцелуях и теперь готов пропылесосить квартиру самостоятельно? В комнате был приглушённый свет, за окном шёл дождь — самое время завалиться на кровать, укутаться в покрывало и прочесть главу книги перед сном. Тэхёна уже утомила игра с Чохви, особенно выдумывание лжи. — Я не обиделся, но давай закончим на этом, — ради приличия он допил рюмку и уставился на последнюю дольку лайма в тарелке. С ней игру они всё равно не смогли бы продолжить. Чохви тоже смотрела на неё. Перед тем, как выпить, она съела щепотку соли, и для завершения ритуала ей был необходим этот лайм. Она пересеклась взглядом с Тэхёном. Это длилось не более секунды, как и идеальная тишина, разбавленная тихим стуком капель за окном. Чохви и Тэхён одновременно потянулись к тарелке, стараясь первыми урвать последнюю дольку. Чохви была быстрой, но Тэхён оказался проворнее. Он схватился пальцами за цедру, а Чохви сжала мякоть, отчего сок брызнул во все стороны, попав на свитшот Тэхёна, но самое неприятное — ему в глаза. — Хви, твою мать! — с силой сжимая дольку лайма, он, убегая от рук Чохви и умирая от жжения в глазах, откинулся назад, распластавшись на полу. — Блин, как жжёт! — О, прости, Тэхён, — смешок в голосе перечеркнул смысл сказанного. — Потерпи, оно скоро пройдёт, и давай лайм, я пока подержу. — Ага, подержишь, как же, — до того, как Чохви успела его обмануть, он сунул край дольки в рот, плотно сжав её губами, и прижал к закрытым глазам, которые слезились, рукав свитшота. Он должен был просто съесть всю дольку за раз, прожевать её и победить Чохви окончательно, пусть и с ранением, но он даже не мог назвать объективной причины, почему не сделал этого. Возможно, его пьяный мозг уловил сигнал пьяного мозга Чохви, решив, что ещё более неловко, чем эта игра, может быть драка за дольку лайма, который лежал в холодильнике, и запасы которого запросто можно было пополнить, просто сходив на кухню. Но разве стала бы Чохви ждать так долго и идти на кухню, так и не закусив текилу, как следует? — Ты ведь нарываешься, да? — у Тэхёна не пекло в глазах уже секунд пять, но он лежал неподвижно, сжимая лайм губами и даже не дыша толком. Половина его лица была закрыта рукой, но он явственно ощутил момент, когда Чохви приблизилась. Её правая рука упёрлась в пол возле левого плеча Тэхёна, а левой она сгребла ворот его свитшота, наклоняясь и обхватывая губами необходимый ей лайм. На мгновение Тэхён разжал губы, но только для того, чтобы сжать лайм зубами, не позволяя Чохви так просто отобрать его. Он замычал недовольно, когда она попыталась откусить кусочек и кислый сок потёк от уголков его рта по подбородку и шее. — Упс, — Чохви захихикала, тёплым и мокрым языком прикасаясь к его левой щеке и слизывая кислую дорожку, медленными поступательными движениями спускаясь к его подбородку, а потом двигаясь в сторону правого уголка губ. Тэхён чуть не подавился лаймом, который пытался быстро прожевать, когда Чохви принялась вылизывать его шею, чередуя язык с губами и немного покусывая. От её прикосновений у него по спине то и дело мурашки бегали, и руку, что закрывала его глаза, он сжал в кулак. Он знал, что это всё неправда. Чохви просто дурачится, как и обычно, но отчаянно желал, чтобы это продолжалась как можно дольше. Это оказалось куда интереснее книги, и его голова кружилась притом, что глаза были плотно закрыты. — Как же так? — её голос звучал игриво. — Ты съел лайм без меня… Её короткие быстрые поцелуи поднялись к его губам, и она легонько подула на них. После жгучей текилы и лайма было приятно ощущать прохладное дыхание издалека, но даже когда оно оказалось горячим на самом деле, Тэхёну не стало хуже. Он убрал руку от лица и осторожно приоткрыл глаза, сталкиваясь взглядом с Чохви. Её глаза казались очень чёрными в тусклом освещении и очень красивыми. Она смущённо улыбнулась, будто только что прочла его мысли, а через мгновение Тэхён понял, что ошибался. Для тёти они могли практиковать сдержанные поцелуи, обходясь простыми прикосновениями губами, вроде тех, которыми Тэхён одаривал Чохви каждые утро и вечер на протяжении целой недели, или, в крайнем случае, эти приближённые к французским поцелуи, с которых всё начиналось на диване, но с ней наедине он не хотел мелочиться. Заранее уловив движение, он открыл рот, готовясь к языку Чохви, и он был. Несомненно был — скользнул вверх по его нижней губе, столкнулся на секундочку с его языком и вернулся в рот Чохви, даже не достигнув его верхней губы. Она просто облизала его. — Этим вечером мы и печень убили, и изжогу себе обеспечили, — Чохви отстранилась, абсолютно счастливая и удовлетворённая теми крохами лаймового сока, что ей достались. А Тэхён, который прикончил целую дольку, был где-то на половине пути к удовлетворению. — Хви, — он махнул рукой по воздуху, не успевая поймать её за свитер, — ты куда? Он был так очевиден со всеми этими эмоциями, что лезли через край, но Чохви не заметила. Или сделала вид, что не заметила. — Отнесу рюмки и тарелку, выставлю тебе на завтра пылесос и почищу зубы. Тэхён приподнялся на локтях, наблюдая за тем, как девушка убрала бутылку текилы в комод, поставила одну рюмку в другую и слизала с тарелки, прямо как с его лица пару минут назад, остатки кислого сока. — А почему пылесос для меня? — сглатывать в таком положении было непросто, но он не мог отвести взгляда от Чохви. — Ты остановил игру. Всегда тот, кто останавливает игру — проигравший, — она просто показала ему язык, а у Тэхёна от этого сердце в груди чаще забилось. — Подожди, я хочу ещё поиграть, — он повернулся на бок, когда она проходила мимо с посудой, и стал хватать её за лодыжки, не пуская. — Ты такой ребёнок, — она запросто освободилась от его рук. — Пока ты тут валяешься на полу, твой телефон уже второй раз звонит. Волнение Тэхёна временно отключило весь его мозг, похоже, даже ту часть, что отвечала за слух, и он пропустил мимо ушей вибрацию, зато отлично слышал смех Чохви, пока она стучала посудой в коридоре и кухне. Момент был упущен. Поднявшись с пола, он просеменил до письменного стола и в кипе каталогов одежды отыскал свой мобильный. В круглой иконке светилось улыбчивое лицо с ямочкой. — Оппа! — взвизгнула девушка в трубку, заставив Тэхёна моментально убрать телефон от уха. — БинА, оглушить пытаешься? — он упал на кровать, расплываясь в улыбке. — Как у тебя дела? Подожди, — ещё раз убрав телефон от уха, он взглянул на время. — Ты почему не спишь? Его младшая сестрёнка застонала в трубку, потому что слышать не хотела его нотаций. — Я уже почти второкурсница, почему ты думаешь, что я ложусь спать в одиннадцать? — Ты должна хорошо спать и кушать, а также хорошо учиться… — Всё-всё-всё! — её язык заболтался между губами, когда она стала повторять «бла-бла-бла» и другие нечленораздельные звуки, только бы заткнуть Тэхёна. — Мы же идём завтра в сауну? Тэхён резко распахнул глаза, уставившись в белый потолок. Вся комната немного покачивалась из стороны в сторону. — Ты же не забыл, оппа? — она сделала акцент на последнем слове. — Первая неделя октября, ты обещал! С переездом, учёбой и работой он давно перестал вести ежедневник и даже заглядывать в него. Просто делал то, что задавали преподаватели в тот же день, рабочие моменты решал по мере поступления, а запланированную ночёвку с сестрой выкинул из головы. Домыв посуду и почистив зубы, Чохви вернулась в комнату более сонная, чем до этого. Не особо беспокоясь о Тэхёне, она стянула «папин» свитер и, пиная парня ногами ближе к окну, попыталась забраться под покрывало со своей стороны. — Я правда обещал? — рассеяно пробормотал он, перекатываясь на свою часть кровати. — Хорошо, встретимся завтра около семи, где обычно? Найдёшь у кого-нибудь в общаге карты или что-нибудь, чтобы мы поиграли? Голова Чохви дёрнулась на подушке, и она отогнала дикое желание уснуть, чтобы послушать разговор Тэхёна. — Возьму «Крокодила», — радостно сообщила БинА. — Нет, только не его, на нас будут странно смотреть, — сев в постели со свешенными ногами там, где лежала голова Чохви, он столкнулся с её заинтересованным взглядом, но быстро отвернулся к стене. БинА говорила что-то о других небольших настолках, пока Тэхён стягивал свитшот через голову, после бросая его на стул у стола и промахиваясь. Он не спешил слезть с кровати и поднять его с пола. — Тогда созвонимся завтра вечером, малышка? — он надул губки и умилялся, слушая, как она снова зовёт его «оппа». — Тоже люблю тебя. Не ложись спать поздно. Завершив вызов, он ещё немного посидел на кровати, улыбаясь в стену и предвкушая завтрашний вечер. БинА всегда поднимала ему настроение — она была весёлой, умной, не умела быть злюкой и в детстве переела мандаринов, из-за чего заработала на них аллергию. И всё же пару раз в год она ела бабушкин мандариновый джем. — И кто это? — голос Чохви звучал почти что холодно. С неохотой Тэхён встал с кровати, поднимая свитшот и складывая его аккуратно, после стянул джинсы под очень внимательным взором соседки, и выключил в комнате свет. Он вернулся в постель, так и не дав ответа на её вопрос, за что она отказалась возвращать ему его законное покрывало. — С кем ты разговаривал, используя это мерзкое «малышка»? — пробормотала она тихо, всё же отдавая ему плед, чтобы он не замёрз. Этого было недостаточно. — Мерзкое? — Тэхён забрался одной ногой под покрывало, в которое куталась Чохви, и стал тянуть сильнее его к себе. — Думал, это мило. — Нет ничего милого, так зовут детей. — БинА для меня ребёнок, — и плевать, что она уже почти второкурсница, для Тэхёна она всё ещё та малявка, что бегала с ним по бабушкиным грядкам и самыми изощрёнными способами топила колорадских жуков в миске, чтобы потом построить для них кладбище на заднем дворе. — Я говорил с младшей сестрой. Чохви отпустила покрывало, позволив Тэхёну забраться внутрь. Они впервые делили одно одеяло на двоих, соприкасаясь оголёнными участками кожи под ним. Тэхён весь был тёплым, почти горячим, а у Чохви ляжки были холодными, как лёд. Всё из-за того, что она по дому с голыми ногами ходила. — Так ты собираешься завтра встретиться с младшей сестрой? — спросила она более расслабленно. — Будете играть в настольные игры? — Мы пойдём в сауну, — Тэхён сладко зевнул, а Чохви зевнула следом за ним, после вытирая слёзы в уголках глаз рукавом футболки. — Раз или два в месяц мы выбираемся туда, чтобы переночевать вместе и просто провести хорошо время. Чохви никогда не ходила в сауну с кем-то, она и сама туда толком не выбиралась. Да и зачем, когда есть собственная квартира с ванной и несколькими душевыми насадками? — Значит, кровать следующей ночью полностью моя? — она улыбнулась, ворочаясь на своём месте. — Или я могу пойти на позднее свидание, сделав вид, что иду с тобой. Можно и на ночь не приходить… — Эй! — Тэхён чуть не пнул её ногой под покрывалом. — Что значит «на ночь не приходить»? Ты не должна мне изменять, пока твоя тётя здесь. Что, если она тебя поймает? Я не хочу остаться без жилья из-за твоей глупости. Всё он считал глупостью — её одежду, её свидания, её мнение о парнях, а теперь и желание провести так же хорошо время с кем-то, как это собирался делать он со своей сестрой. — Я всё равно пойду, — твёрдо заявила она, снова начиная перетягивать покрывало на свою сторону. — Ты заставляешь меня жалеть о том, что я иду куда-то с сестрой. — Тогда отмени всё и приходи ночевать домой, — он не ожидал от неё такого. Было до ужаса приятно услышать подобное, до дрожи в груди, но Тэхён быстро изъял это оттуда тихим покашливанием. — Не могу, — он ютился под тем клочком одеяла, что она ему выделила в приступе латентной злости, — я уже пообещал. В любом случае, если пойдёшь на свидание, напиши мне. И не задерживайся с кем попало допоздна, пожалуйста. Особенно ночью. Чохви фыркнула. — Ты не заметил, как указываешь всем? Говоришь моей тёте написать, когда она доедет, своей сестрой командуешь, запрещая ей ложиться поздно, и даже меня контролируешь! Неужели это на самом деле выглядело так? Тэхён расстроился, думая об этом в таком ключе — он всех контролирует и всеми командует. — Я думал, что выказываю так своё беспокойство. О них и о тебе. — Оставь своё беспокойство при себе. Я справлялась без тебя как-то целых двадцать четыре года, и сейчас справлюсь.