Зять на полставки

— Тэхён, — шёпот Чохви сопроводило практически невесомое прикосновение ладошкой к плечу, отчего Тэхён вздрогнул. — Ты спишь? Он не спал. Думал, что после всех этих саун, горячего душа и ещё одного молочного коктейля он будет спать, как младенец, а в итоге ворочался полночи на твёрдом полу, немного скучая по мягкому матрасу Чохви. Приглушённый свет тоже внёс свою лепту в его бессонницу. — Нет, — он повернулся на правый бок, убирая руку под голову и открывая глаза. От множества одинаковых светло-розовых ковриков и раскиданных тут и там людей, которые то храпели, то сопели, то перешёптывались где-то неподалёку, Тэхёну становилось неуютно. Обычно он запросто подстраивался под любые условия сна, даже обожал ночи в сауне, а сегодня ему почему-то хотелось домой, под тёплое пуховое одеяло, на выделенную ему подушку ближе к окну. — Как здесь вообще можно уснуть? — Чохви лежала напротив него, как в зеркальном отражении повторяя его поджатое к животу верхнее колено, руку под головой и изгиб тела. — БинА спит, как убитая, — его лицо так сильно и внезапно менялось, стоило ему немного улыбнуться. У него была хорошая слегка смуглая кожа, не слишком широкий лоб, густые чёрные брови, прямой нос с милейшей родинкой на кончике, пухлые губы красивой формы, но больший восторг вызывали его глаза — тёмно-карие, почти чёрные, большие, с чёткими чертами — просто находка для художника. Чертовски несправедливо, что он выглядел так привлекательно и, хоть Чохви и сказала, что он изменился с первого курса, он вовсе не стал выглядеть хуже. Наоборот, возмужал, и весь его вид излучал идиотский тестостерон. Чохви могла чувствовать это со своего места. Под проницательным взглядом Чохви Тэхён стушевался, сжимая плечи и ощущая схожий с ледяной комнатой озноб. Ему не нравилось трактовать её взгляд неправильно, а он был уверен, что делает это именно не-пра-виль-но. Если она не изучала намеренно, не любовалась и не пыталась смутить его, затеяв эту игру, лучше бы вообще не смотрела. — Твоя сестра почти милая, — взгляд Чохви скользнул к кончику его носа, переместился чуть влево, на его щёку, а после своей фразы она стала едва заметно шевелить губами, подсчитывая родинки на его лице. — Почти? — Тэхён специально не шевелился, позволяя ей смотреть на него дальше. — Да, она была абсолютно милой, пока не сказала нам переспать, — на долю секунды она улыбнулась. — Если она слышала достаточно, должна была предложить мне помастурбировать для тебя… Тэхён оторвался от пола и быстро оглянулся по сторонам, перепуганным взглядом изучая лежащих на ближайших ковриках людей. Он разнервничался при мысли, что кто-то мог это слышать, а когда убедился, что все спят, одарил Чохви хмурым взглядом. — Ты будешь вечность это мне вспоминать? — он вернулся на свой коврик со стоном, поправляя низ задравшейся футболки. — Как это ты не додумалась долистать до конца мои плейлисты? Она так отчаянно пыталась сдержать улыбку, что это вызвало у Тэхёна совершенно противоположный эффект. Его пухлые губы скривились, когда он пробормотал: — Ну, конечно, ты долистала… — У тебя довольно необычный вкус, — прыснула она, неосознанно съезжая на его коврик, — ни одной классики на все сто сорок видео. Он крайне редко злился на людей за нарушение личных границ, ведь иначе он бы не пережил четыре с половиной года в общежитии — соседи там постоянно берут твоё, лезут в твои дела, воруют твою еду, а иногда меняют пароль от Wi-Fi, но в порно-предпочтения Тэхёна ещё никто никогда не лез. Это должно было оставаться приватным. — А ты, значит, смотришь классику? — спросил он с издёвкой. — Нет, — она выдохнула через рот со смешком, кончиком языка пробегаясь по верхней губе, а впоследствии прикусывая его зубами. — Да брось, — Тэхён её раскусил, — знаешь только миссионерскую позу, смотришь исключительно классику… Ты скучнее, чем я думал. Представляю, в какой шок тебя повергло наличие других развлечений на моём аккаунте. Просто Чохви не была озабоченной извращенкой. У неё было много отвлекающих факторов и ей никогда не приходилось много думать о сексе, а даже когда приходилось, классического милого секса было вполне достаточно, чтобы удовлетворить её мысли. И тело. — Ничего меня в шок не повергло, — она перестала мучить свой язык, плотно сжимая губы. — Тебе действительно нравится говорить о сексе. Это тебя заводит? — Ты первая начала, — он чуть больше склонил голову, — из чего следует вывод, что это тебя заводят такие разговоры. Со своими парнями в Тиндере ты тоже переписываешься об этом? Выстраиваешь длинные флиртующие диалоги на постельные темы? Тэхён не думал, что с ним она флиртует, скорее дразнит, испытывая его терпение. И когда они успели стать так близки, чтобы он позволял ей так смущать его? — Только с тобой, — упёршись ладонью в пол так, что мышцы с внутренней стороны предплечья натянулись, Чохви оттолкнулась и села. — Так что, нам стоит последовать совету БинЫ? Отыскав свою обувь, она натянула резиновые тапочки на ноги и в который раз посмотрела на Тэхёна. — Нам двоим не спится, так что… Хочешь быстренько переспать? — Да о чём ты? — он притворился возмущённым, а мысли так и разбегались в разные стороны, пока Чохви тянула его за футболку. Он ведь не просто так сказал, что практиковаться в создании шума для её тёти они не будут. Его мнение не поменялось. Одно дело поцелуи — не так уж и важно, почти пустяковое дело, но к сексу он относился иначе. Куда серьёзнее, чем Чохви могла себе представить. — Я шучу, — она дёрнула его сильнее, — проведи меня в туалет, пожалуйста. В коридоре темно и страшно. Если те пугающие дети из того фильма и могли поселиться в каком-нибудь месте, так это в сауне. Сам подумай, здесь столько людей, что никто и не заметит, а храпят как… У Тэхёна ныло в затылке, отдавая пульсирующей болью в шее. С большой неохотой он поднялся с коврика первым, протягивая руку Чохви. Она вцепилась в его пальцы, опёрлась на него в подъёме и встала, топчась по его коврику. — Ты всё ещё вспоминаешь тот фильм? — он уже успел забыть сюжет и персонажей, зато отчётливо помнил её руку на своём плече и как её губы обхватывали его пальцы, пока она ела попкорн. Воспоминания об этом были до одури приятными, а просмотр футбольного матча под одним пледом на диване сбивал привычный темп сердцебиения Тэхёна. Почему взаимодействия с Чохви возымели такой эффект? Потому что это была она или потому что Тэхён так давно ни с кем не встречался, что любая глупость заставляла его сердце трепетать? Ему бы никогда не пришло в голову искать себе девушку в сети, но чем крепче Чохви сжимала его руку по дороге в туалет, тем сильнее ему хотелось найти себе кого-то прямо сейчас и точно так же красться вместе с ней через спящих людей в тёмный коридор, а затем в пустую уборную, чтобы развлечься там. — Я вообще подумала, — Чохви смогла говорить нормально, когда они вышли из зала, — что стоит взять перерыв во всех этих свиданиях. Сегодня мне написал тип, который заявил, что знает, что я думаю, и отгадал загаданное мною число. Он даже угадал наш район. Поэтому я рада сегодня быть здесь, а не дома. Она содрогнулась от порыва сквозняка, пробравшегося в коридор через открытую на улицу дверь — кто-то вернулся с курилки, принеся с собой не только холод, но и удушающий запах сигарет. — Ты заблокировала его? — Тэхён внимательно изучал таблички на дверях, ища женский туалет. — Да, с телефона тоже добавила в чёрный список. Тэхён хохотнул забавной мысли, пришедшей ему в голову. — А представляешь, если он был твоей судьбой, потому, по счастливой случайности, угадал число и район? — его тихий смех наполнил длинный коридор, отбиваясь эхом от белых стен. — А теперь всё, не будет у тебя парня до конца дней. Это было зло, но его потешили собственные слова. У Чхве Чохви не будет парня, как бы она ни старалась. А она очень-очень старалась, прочёсывая сайты для знакомств, пытаясь поймать того несчастного студента из кафе и веря в глупую судьбу. — Сплюнь, придурок, — она расцепила их руки, открывая дверь в женский туалет и поглядывая на вереницу приоткрытых дверей кабинок. Белая плитка блестела в свете энергосберегающих лампочек под потолком, дальняя из которых тихо гудела, как пчела. Ей сразу вспомнился момент из короткого видео в Инстаграм, где в мужской туалет, цокая каблучками, вошла дьяволица с пугающим разбухшим лицом и заглядывала сверху в кабинки. — Мне подождать тебя здесь? — Тэхён споткнулся о порожек, когда Чохви сильно сжала пальцами его запястье и потащила внутрь женского туалета. Толкнув парня к стене, она заставила его выдохнуть с болезненным стоном. — Ну и какого чёрта, Хви? — Подожди тут, — приказным тоном сказала она. — Прям тут? — он хмыкнул, снова начиная поправлять свою одежду. — Это какой-то новый уровень наших отношений. Сначала ты ходишь в туалет, пока я в душе, теперь тащишь за собой сюда… — Просто помолчи, — она хлопнула дверцей кабинки. — Хотя нет, не молчи. Можешь рассказать что-нибудь? О, или спой. Тэхён покачал головой, задаваясь вопросом, какого чёрта он вообще всё это терпит, а Чохви поторопила его, приказывая начинать петь скорее. Он не мог припомнить ни одной нормальной песни, а потом завёл низкий и удручающий, в его исполнении, гимн Кореи. «Пока не высохнут воды Восточного моря, пока с лица земли не сотрётся Пэктусан, бережёт Господь наш народ…», — от усилий у него покраснели щёки и как только он услышал слив унитаза, замолчал. Действительно, зачем он это делает? Ещё и для кого? Для Чхве Чохви. Она вечно пытается его задеть, достаёт, даже когда он сбегает от неё в сауну, намеренно смущает и глумится при любом удобном случае. — К чёрту, — пока она не вышла, он выскользнул за дверь, быстрым и уверенным шагом вернувшись в зал к БинЕ. Отвернувшись от коврика Чохви, он сжал ладони под мышками и закрыл глаза, немного злясь на самого себя. — Оппа, — сонный голос сестры заставил его перестать хмуриться и тихо пыхтеть на своём месте, — куда вы ходили? — Спи, БинА, — бросил он обозлёно. — Клише, как я и говорила, — её последнее слово превратилось в сладкий зевок, — ты уже ей нравишься. Дыхание Тэхёна выровнялось, он перестал свистеть носом. — С чего ты взяла? — гораздо более спокойно спросил он, размыкая глаза и замечая Чохви в дверном проёме. Она агрессивно шествовала в их сторону. — Она постоянно прикасается к тебе, тянется в твою сторону и говорит о поцелуях и порно, — шёпот БинЫ был смазанным и тихим. — Ты ей точно… Тэхён продвинулся вперёд, обнимая БинУ за плечи и поднимая ладонь к её губам, чтобы она замолчала до того, как Чохви всё услышит. Он боялся, что она его укусит или начнёт отбиваться, но она сдалась очень быстро, расслышав приход Чохви. Топая ногами, она расшвыряла тапки в разные стороны, чудом не попав ими в близлежащих людей, и рухнула на свой коврик, моментально тыкая указательным пальцем Тэхёну в бок. И как он смел притворяться спящим, когда она секунду назад видела его открытые глаза и как он обнимал свою сестру? Негодяй он настоящий! Она чуть от испуга не умерла, не застав его в туалете, опрометью неслась обратно, боясь оглядываться, пока страх её за пятки кусал. — Тэхён! — он сильно зажмурил глаза, приказывая себе терпеть щекотку, которая с каждым разом отходила от привычных ощущений, уступая место боли. Кажется, на его левом боку завтра рисковал появиться синяк. — Ты реально придурок. Всё, не люблю тебя больше. Сминая коврик, Чохви вытащила у него из-под головы свёрнутое полотенце и повернулась к нему спиной, громко фыркая. Вот гадкий тип, вот она ему покажет в следующий раз, когда он попросит её что-нибудь сделать…

***

— Доброе утро. Волосы Тэхёна торчали в разные стороны и для того, чтобы уложить их, нужно было дуть феном добрых полчаса. И всё равно он выглядел нормально. Ну, так, сносно, по мнению Чохви. — Это для меня? — подобравшись впритык к столешнице, а заодно и к Чохви, он наклонился, заглядывая ей в глаза, а потом в полную чашку горячего кофе. Соблюдая традицию, она подставила ему свои губы, но после быстрого сухого поцелуя не отдала ему чашку. В этот вторник она встала раньше Тэхёна, освободив для него одного кровать больше, чем на полчаса, а всё из-за тёти Джувон, которой нужна была помощь на рынке. Чохви умоляла её взять с собой Тэхёна, чтобы он таскал все те килограммы овощей и фруктов, но тётя сказала, что он много работает — как будто Чохви нет. — Вот, Тэхён, — предотвращая ещё не начавшуюся ссору, эмоциональный всплеск которой припадёт на спальню и уединение этих двоих, тётя наполнила ещё одну чашку кофе и протянула её Киму. — Хочешь на завтрак сладкой рисовой каши? Чохви такую очень любила в детстве. — Да, спасибо, — он сделал глоток горького напитка, от которого челюсти сводило, — только я сначала зайду в ванную… — Я первая, — Чохви со стуком опустила свою чашку на стол, проходя мимо Тэхёна и якобы случайно задевая его плечо своим. Он не мог не заметить, как она дулась на него уже третий день. После слов БинЫ он был в добром расположении духа, хотя до конца не понимал, что такого хорошего в том, что он может нравиться Чохви. А потом она стала очень активно выказывать своё раздражение не только его поступками, но и его компанией. В воскресенье она отказалась от завтрака с ним и его сестрой, пропадала где-то весь день, своим отсутствием заставив Тэхёна с госпожой Чхве перемывать все сервизы из гостиной. В понедельник она ушла на пары в кафе, соврав про какую-то встречу, а вернулась поздним вечером. Но это не было худшим в её поведении, действительно худшим было то, что в субботу она поменяла его пароль на ноутбуке, ради шутки, а Тэхён никак не мог её поймать и уговорить подсказать ему пароль. Это было по-свински и разочаровывало его всё больше, пока в понедельник вечером он не вынудил её разблокировать его ноутбук, угрожая тем, что съедет сейчас же, а она пускай пеняет на себя. Неужели она была всё ещё зла за то, что он бросил её в туалете? Но в этом была исключительно её вина. По-детски просить провожать её, такую взрослую, в туалет, а ещё унизительно петь для неё там гимны. Она должна была понимать это. — Ты будешь там полчаса, а мне только на десять минут, — умоляюще произнёс Тэхён, хватая Чохви за руку, а когда она попыталась вырваться, несмотря на присутствие тёти, Тэхён обнял её со спины, крепко обхватив её плечи одной рукой и наклонившись так, чтобы его подбородок утыкался ей в макушку. — Хви, у тебя ведь было достаточно времени, чтобы сходить в душ, пока я спал… — Вот именно! — она отцепила его руку, чувствуя, как дурно становится от сильного запаха порошка, исходящего от его футболки, и выпитой двойной порции кофе. Ей не стоило перебарщивать, потому что он сильно поднимал давление. — Ты спал, а я таскала тяжеленные сумки по рынку, так что придётся подождать. Оттолкнув его, она подула себе за шиворот, не понимая, в какой момент её бросило в жар и почему в то же время её трусит. Под вопросительный взгляд тёти Джувон она ушла в ванную, а Тэхёну не оставалось ничего, кроме как сесть за стол со своей чашкой кофе. Его настроение испортилось, сдулось, как воздушный шарик. За это он получил больше грецких орехов в каше. — Она не в духе уже пару дней, — признался он честно, — не понимаю… Она может обижаться за то, что я не подождал её у туалета? Тётя Джувон пожала плечами, присаживаясь на стул и наблюдая за тем, как Тэхён набирает в ложку кашу, высыпает её обратно в тарелку и так по кругу. Чохви несерьёзно относилась к их перепалкам, а ещё она перерыла его ноутбук, и всё же, именно она обиделась на него за то, что он оставил её, когда вообще не обязан был там стоять. В этой ситуации он не должен был чувствовать себя виноватым, но чувство вины подкусывало его за желудок, лишая аппетита, за лёгкие, затрудняя его дыхание, и за сердце, которое отзывалось тупой болью под рёбрами. БинА ошиблась, решив, что он нравится Чохви. А он ведь почти повёлся на проницательность и острый ум своей сестры. — Сегодня вы едете в университет? — тётя Джувон пододвинула к Тэхёну баночку с покупным джемом, надеясь, что тогда он вспомнит о том, что кашу кушать надо, а не колупать ложкой. — Да, две практические по коммуникациям, — Тэхён всё же сунул ложку в рот, медленно слизывая с неё приторную кашу. — По коммуникациям? — женщина всплеснула в ладони. — Может, там вы с Чохви сможете помириться, поговорив? Заодно пятёрки получите. Она посмеялась своей шутке, и Тэхён неловко рассмеялся вслед за ней. Когда же она уже уедет, чтобы всего этого можно было избежать? Будь Тэхён и Чохви в разных комнатах, они могли бы не разговаривать и дальше, но сидеть в одной комнате, спать в одной кровати и при этом только ругаться… Они же неплохо ладили, неужели Чохви совершенно спокойно относится к затянувшейся обиде? Решив разобраться с этим вопросом во что бы то ни стало, Тэхён отодвинул тарелку с кашей, прополоскал рот кофе и умчался в спальню за полотенцем. Зная, что Чохви просто так его не впустит, он стал стонать под дверью, что больше не может терпеть. Как же она была зла этим внезапным зовом природы и рычала на каждый стук мисок и баночек с шампунем, которые сыпались со всех сторон, пока она поспешно раскладывала разбросанные ранее вещи, капая водой на пол. Она грубо спросила, неужели нельзя было немного подождать, поливая водой из душа тонкую шторку. Тэхён мастерски преодолел все мокрые препятствия, за унитазом отыскав половую тряпку и вытерев всю воду с пола. Закончив, он сел на крышку туалета, закинул полотенце себе на шею и стал ждать. — Ты скоро там закончишь? — спросила Чохви. — Нет, я даже не начинал, — он вытянул ноги, рассматривая свои голые колени. — Ты серьёзно дуешься за то, что я ушёл из туалета? Так сильно, что пытаешься дать своей тёте понять, что любовь прошла? — Завяли твои любимые помидоры, — добавила она. — Хви, — он произносил её имя с совершенно разными интонациями каждый раз, — я не хотел тебя напугать и уж точно не думал, что ты обидишься за это. Может, мир? Она снова направила поток воды на шторку, напугав Тэхёна перспективой быть облитым с головы до пят. — Это «да»? — спросил он, сомневаясь. — Да, — ответила она, не подумав, — то есть, нет. Ах, да всё равно! Мне не до этого! Не мог бы ты свалить из ванной и дать мне закончить? Когда Тэхён не ответил и с унитаза не встал, Чохви одёрнула шторку с левой стороны и высунула голову наружу, глядя на парня. На её лице были капельки воды, мокрые волосы стали почти чёрными, и выглядела она более утомлённой, чем несколько минут назад. — Тэхён? — холодная шторка плотно прилегала к её голой груди и левому бедру, а Тэхён мог видеть её острую ключицу и плечо. — М? — он уговаривал себя отвести взгляд, но вместо этого пялился ещё более открыто. — Пока ты тут, — она вытянула руку, указывая пальцем в сторону тумбочки, — подай мне синюю коробочку оттуда. Он отложил своё полотенце в сторону, присел на корточки перед тумбочкой под раковиной и открыл белые дверцы, заглядывая внутрь и ища там, за упаковками с новыми зубными щётками, одноразовыми станками и зубной пастой вышеупомянутую голубую коробочку. Он знал эту фирму, потому что покупал пару раз для БинЫ их прокладки. — Эту? — переспросил он, встряхивая тампоны внутри коробки. — Да, — Чохви вытянула дрожащую руку, наклоняясь вперёд, отчего шторка натянулась. Тэхён не успел пошутить, сообщив, что теперь понимает, откуда её дурное настроение и столько раздражения — всё вина эстрогена. Поскользнувшись на мыльной пене, Чохви ухватила руками разве что воздух, пока колечки, за которые крепилась цветастая шторка, лопались одно за другим. Из её горла вырвался сдавленный крик, когда она полетела вперёд, предчувствуя как минимум разбитую губу сегодня, но Тэхён, как истинный джентльмен, смягчил падение собой. Она стукнулась лбом об его лоб, да так сильно, что у него звёздочки перед глазами заплясали. — Да я проклята! — её ноги разъехались в стороны по шторке, пачкая белое покрытие с обратной стороны, и оказываясь с обеих сторон от бёдер Тэхёна. Если бы не головокружение, Тэхён смог бы отомстить ей за то, что она пялилась на его задницу в этой самой ванной, просто приподняв голову. Хотя мысль о том, что совершенно голая Чохви оседлала его, а их разделяли только его домашние шорты и тонкая шторка, была уже достойна места в маленьком списке мести. — Хоть кто-то снял эту отвратительную шторку, — лицо Тэхёна перекосила гримаса боли, и он зажмурился, больше ради Чохви, нежели из-за боли в спине, ногах, голове и груди — она была тяжёлой, но не до такой степени, чтобы упускать возможность посмотреть на неё. — Это всё из-за тебя! — она подтянула края шторки, внимательно наблюдая за лицом парня, а когда обмоталась этим убожеством, которое давно нужно было сменить, встать самостоятельно не смогла. — Действительно, — Тэхён прижал ладонь к лицу, думая, что может получить кулаком в глаз, если решится посмотреть, как она сидит сверху на нём, — не из-за твоей невнимательности, не из-за случайности, а именно из-за меня! По ходу она подобрала с пола коробочку с тампонами и залезла обратно в ванную, выглядя не лучше обезумевших детей из ужастика, хоть и не такой чумазой. — Так и знала, что пускать тебя сюда не стоит! В гороскопе было сказано не контактировать сегодня с Козерогами, и посмотри, что случилось! Тэхён так и лежал на полу, слыша шуршание шторки и искоса поглядывая на Чохви. Она сидела в ванной с голыми плечами и пыталась поддеть ногтями край прозрачной плёнки на тампоне, чтобы распечатать его. — Хви, — он заставил её взглянуть на себя, отталкиваясь от пола руками и подтягивая к себе колени, — хочешь пойти со мной на свидание? Она цокнула языком, хватая с ближайшей полочки вздутую розовую мочалку и замахиваясь ей. — Ты не расслышал? Я сказала: никаких Козерогов сегодня.

***

Тэхён опустил маску на подбородок и плюхнулся на стул в компьютерном классе, рядом с тем местом, которое обычно занимала Чохви. Зачастую оно оставалось пустым, потому что студентов было меньше, чем компьютеров. Это пугало и радовало одновременно. Чохви обвинила его во всех смертных грехах в ванной и чуть ли не вытолкала за дверь с плачем, отчего он потом все сборы до выхода получал от госпожи Чхве обвинительные взгляды, как будто он натворил что-то непростительное. Поездка в университет оказалась совсем молчаливой, но Чохви сделала маленький шаг в сторону настоящего примирения, приняв наушник Тэхёна и слушая вместе с ним музыку, а потом целых два назад, отправив его на пары одного, пока сама пошла за мятным чаем со своей старой знакомой с другого факультета. Они ведь могли вместе зайти в кофейню, разве нет? — Тэхён, — он обернулся на голос, испытывая облегчение при виде Чохви и протянутого в его сторону бумажного стаканчика, — я взяла без сахара. Выглядела она неважно: бледная кожа, испарина на лбу, затуманенный взгляд. Сегодня она надела свободные чёрные джинсы, которые ни на что не давили, и клетчатую рубашку поверх белой футболки. Отдав Тэхёну его стаканчик с чаем, она рухнула на своё место и спрятала лицо в ладонях. Немного волнуясь за её состояние и вероятность слёз, которая поджидала на каждом шагу, Тэхён опустил руку ей на поясницу, оттягивая вниз низ рубашки, что подскочила. — Ты в порядке? — он должен был предложить ей пропустить пары и отлежаться дома, но подумал об этом только сейчас, когда они уже сидели за компьютерами. — Вроде того, — Чохви оттолкнула его руку, выдыхая со стоном. — Мы же доделываем предыдущую практическую на первой паре? Тэхён доделал её ещё в прошлый раз и мог со спокойной душой приступать к следующей уже сейчас. — Да, у тебя много осталось? — он участливо смотрел на неё, стараясь разгадать каждую испытываемую ей эмоцию и морщась вместе с ней, когда особенно сильно болело. — Два последних задания, — она откинулась на спинку стула, ища удобное положение, пока компьютер загружался. — Тогда я кину тебе на почту пару ссылок, которые могут помочь, — клацая мышкой, он вошёл в свой аккаунт и в списке литературы в конце своей работы нашёл все источники, которыми пользовался, пока писал практическую. — Если для тебя непринципиально получить пятёрку, ты можешь скопировать кусками, немного дописать от себя… — он замолчал, понимая, что Чохви сейчас совершенно не до коммуникаций. Он ненавидел моменты, в которые приходилось выручать особенно ленивых в группе и делиться с ними не только источниками информации, но и переписывать для них свою же отсебятину. Терпеть не мог стараться для всех и сразу, ещё и бесплатно. — Подожди, — он осторожно убрал её руку с мышки, когда она открыла свой документ на Диске. Взяв бразды правления в свои руки, он открыл доступ к документу себе, несколько раз перепроверив настройки доступа. — Просто сделай вид, что что-то делаешь, а я допишу за тебя. — Не нужно, Тэхён, — она практически спала перед компьютером. — Я всё равно допишу, — сказал он упрямо, стягивая с себя чёрный пиджак и накидывая его на плечи Чохви. В кабинете было жарко для курток, но холодно для футболки и лёгкой рубашки. Он также поставил стаканчик с ещё тёплым чаем между ними. — Выпей ещё, если захочется. Чохви выдавила измучено-благодарную улыбку, в ответ на которую Тэхён улыбнулся сочувствующе. — Ты решила всё же забить на совет гороскопа? — спросил он между делом, вчитываясь в задание номер три. — В плане, ты сказала, что не должна сегодня со мной контактировать, но ты сидишь здесь и принесла для меня чай. — Подумала, раз катастрофа уже миновала утром, второй не будет… — её рука так привычно скользнула под руку Тэхёна, что он лишь рефлекторно расслабил мышцы, наклоняя плечо ниже. Чохви облокотилась на него, закрывая глаза и дыша через рот. — Хочешь уйти домой после первой пары? — правой рукой он пододвинул к себе клавиатуру, печатая аккуратно, двигая только пальцами и кистями, чтобы не беспокоить Чохви, устроившуюся на его плече. — Или в медпункт. Давай я отведу тебя в медпункт? Она мотнула головой, глубоко вдыхая ненавязчивый запах его одеколона. Тэхён и вовсе не пользовался им сегодня, просто одежда из чемодана вся им пропахла. — Всё в порядке, мужчины без матки утверждают, что я от такого не умру и вообще, это куда проще армии, — её плечи затряслись от смеха, а Тэхён подтянул рукой свой пиджак, который мог упасть на стул из-за её движений. — А ты случайно не видела, с кем мне сегодня лучше не контактировать? — спросил он, параллельно ища подходящие слова для третьего задания практической. — С Весами, — она подавила зевок, прикрыв рот ладошкой. — Оно и видно, — буркнул он тихо, — эта практическая родилась в начале октября и она стопроцентные Весы. С началом пары пришлось перейти на шёпот, а когда Чохви задремала, Тэхён и вовсе замолчал. Он достал свои очки, потому что глаза устали от внимательного чтения мелкого текста. Боялся, Чохви отпустит его руку, но почувствовав движение, она вцепилась в него ещё сильнее. — Тэхён, у нас не групповой проект, — напомнил профессор, обратив внимание на то, что экран компьютера Чохви не меняется — всё та же статья из научного журнала. — Простите, профессор, — только и пробормотал он, держа в голове неплохое предложение для работы Чохви. Он так закрутил, что ей бы точно понравилось, но будить её ради подобного он не собирался. Закончив её работу точно в срок, он дотянулся до её мышки и левой рукой отправил работу с её почты профессору, ограничиваясь минимальными движениями. Своей второй практической он решил заняться вечером, когда они будут дома и его голова забудет всё то, что он сочинял для работы Чохви. — Хви, — он легонько потряс её за плечо, когда в аудитории практически никого не осталось. — Хви, просыпайся, нас ждёт свидание. Она промычала в ответ что-то нечленораздельное, а почувствовав тёплое дыхание Тэхёна на лбу, вытянула левую руку, упираясь ладонью ему в нос и щёку, и отвернула его лицо от себя. Указательным пальцем она ткнулась в стекло очков, оставляя на нём свой отпечаток. — Ты так раздражаешь, — она звучала сонно, но больше не было тех болезненных ноток в голосе, — но я хочу сок. — Окей, какой сок ты хочешь? Чохви оглянулась в аудитории, замечая только двух профессоров на входе, которые о чём-то говорили. Она проспала всю учёбу, но почему-то не чувствовала себя расстроенной из-за этого. — А на нашем свидании будут поцелуи? — в шутку спросила она. — Не знаю, — Тэхён вышел из аккаунтов на компьютерах, чтобы никто не смог воспользоваться их почтой, — да? — В таком случае… Томатный? — Фу… Ещё немного потолкав Тэхёна, пока он пытался наклониться или дотронуться до неё, элементарно, чтобы забрать свой пиджак, она отжала у него очки и с небывалым запасом энергии умчалась из аудитории, тяжело ступая осенними ботинками по полу. После мятного чая, обезболивающего и сна она больше не чувствовала себя разваренным корейским пельменем, максимум — жареной пельмешкой. — Подожди, Хви, — Тэхён закинул свой рюкзак на плечо и отобрал у девушки её сумку в одну руку, а в другую сложил их куртки. — Ты же шутила про томатный сок? Давай выпьем апельсиновый. — Нельзя апельсиновый на голодный желудок, — отозвалась она. — Но я позавтракал. — А я — нет, — она погладила свой живот через футболку, осознавая, что с удовольствием закажет в кафетерии не только напиток, но и что-нибудь съедобное и мясное. Наконец-то она стала похожа на привычную Чхве Чохви. Её лицо всё ещё было бледным, а на правой щеке остался след от шва на толстовке Тэхёна, но она выглядела гораздо лучше, чем утром. Она рвалась вперёд всю дорогу до небольшого кафетерия на первом этаже главного кампуса. Уже у самого входа она стала перечислять, какие запахи различает: луковые оладьи, тушеная рыба, острый суп с ростками фасоли… От мыслей об этом всём у неё чуть слюни не потекли. — Вот бы здесь ещё глинтвейн продавали, — она прикрыла глаза на мгновение, делая вид, что молится, хотя знала, что алкоголь никогда не стали бы продавать на территории университета. — Тэхён, давай приготовим сегодня дома пару бокальчиков? — Тех, полулитровых? — он не успел открыть для неё дверь, потому что кто-то с обратной стороны сильно дёрнул её на себя, и целая толпа студентов посыпалось наружу. Тэхён попытался оттащить Чохви за шкирку, пока кто-то её не сбил с ног, но было поздно. Парень, что выходил спиной, активно обсуждая с друзьями празднование своего скорого дня рождения, споткнулся о порожек и влетел спиной в Чохви. Её лицо исказилось, она открыла рот, собираясь накричать, но когда незнакомец обернулся с написанным на лице «мне так жаль», её губы быстро сомкнулись обратно. Парень выдавил удивлённое «о». Казалось, эти двое выпали из реальности на некоторое время, не замечая других студентов вокруг и уж точно не замечая Тэхёна, заваленного сумками и куртками. — Тыквенный латте, — пробормотала она, не веря в свою удачу. — Пак Чимин, вообще-то, — широко улыбаясь, исправил он.