Зять на полставки

Множество раз Чохви разочаровывалась в парнях, поэтому каждый день совместной жизни с Тэхёном она всё ждала, когда разочаруется в нём. Думала, это произойдёт как-то иначе, в её комнате, может, после того, как он мокрое полотенце бросит на кровать, а не вывесит над ванной. А это разочарование в мотельном номере ударило её сильнее, почти до щемящей боли в груди. Он считал её вещью, которую можно одолжить на время, а потом выбросить? Кажется, он очень гордился тем, что целовал её раньше Чимина и не мог прекратить выделываться со своим проклятым языком во всех смыслах этого слова. — Просто лежи! — она повысила на него голос, сжимая край покрывала, подобранного с пола, в кулак. — Ну Хви… — он хныкал, как маленький. Подумать только, какой ужас! Она заставила его надеть трусы и сложила тщательно разбросанную по номеру одежду в аккуратную стопочку в кресле. Более того, она не просто отказалась от предложенного им куннилингуса, но и влепила ему затрещину за его хамство. Он так и не понял, с каких пор предложение отлизать является чем-то грубым и непростительным. Но Тэхён в целом мало что понимал. У него гудела голова, мысли пребывали в полнейшем хаосе, переключаясь с одного на другое по щелчку пальцев. — Мне жарко, — в качестве протеста он вытянул руки, попутно стараясь отпихнуть покрывало, в которое Чохви собиралась его укутать. Из-за этого она посмотрела на него хмуро, исподлобья, взглядом убеждая сдаться. Цокнув языком, он послушно завёл руки за голову и со слегка поджатыми от обиды губами внимательнее пригляделся к ней. Он следил за каждым её движением, улавливал в воздухе слабый запах её сладких духов, подмечал её мимолётные взгляды, брошенные на его голую грудь и ниже, туда, где завернулась резинка боксеров. Пока окончательно не укрыла его, левой рукой она поправила его нижнее бельё, выуживая из Тэхёна несколько довольных смешков. — Впервые вижу тебя такой заботливой, — он задрал голову, чтобы она не накрыла и его рот покрывалом, хотя ей этого очень хотелось. — Ты такой незрелый, — она заправила низ покрывала ему под ноги, чтобы он не замёрз ночью после душа. Его волосы по-прежнему были влажными, хотя она попыталась просушить их чистым полотенцем, заставляя его хохотать, как сумасшедшего, и требовать ещё головокружительной сушки. — Я? — такого Тэхён ещё о себе не слышал, но и это вызвало у него улыбку. — По ментальному возрасту я старше тебя лет на сто. Он оторвал голову от подушки, следуя взглядом по пятам за Чохви до выключателя на стене, а когда она обернулась, возвращаясь к кровати и включённому ночнику, быстро упал на подушку и притворился занятым разглядыванием белого, ничем непримечательного покрывала. — Просто спи уже, — одной рукой она выключила ночник, а другой стащила из-под головы Тэхёна подушку, перекидывая её ему в ноги. Кровать была чуть уже, чем в её комнате, и чтобы Тэхён мог лежать на спине, Чохви была вынуждена лежать на боку. Ещё не определилась, как лучше — повернуться к нему лицом или спиной. Пока она решалась и стягивала с себя узкие джинсы, Тэхён нырнул под одеяло, ворочаясь в постели, снова переворачивая простынь и брыкаясь ногами. Чохви на минуточку подумала, что лучше сегодня поспать на полу, а потом ойкнула от неожиданности — голова Тэхёна показалась с той стороны, где прежде у него были ноги, и он схватил Чохви за низ кардигана, быстро соскальзывая пальцами на её бёдра. — Ты сегодня не угомонишься, да? — она тяжело вздохнула, отцепляя его руку и возвращая её под покрывало. Уже через секунду он снова тянулся к ней. — Тэхён, ты хочешь, чтобы я пошла и сняла другой номер? — С большой кроватью и шёлковыми простынями для нас двоих? — он завернул край одеяла, вытягивая руки наружу. Ему не лежалось спокойно, спать совсем не хотелось, внутри всё будто подпрыгивало, отчего Тэхён и сам вздрагивал. — Этой ночью ты всё пытаешься свести к сексу. Он был взбудоражен алкоголем и Чохви, и всё только усугубилось, когда она легла рядом. Он выпил гораздо больше, чем должен был, потому что не знал, как ещё пережить вечер в компании Пак Чимина, который лез к его Чохви с поцелуями. Сегодня Тэхён пересекал границы много раз, без спроса вторгаясь в личное пространство Чохви. Когда-нибудь это должно было ей надоесть, но пока она не накричала на него и не приказала остановиться, он продолжал лезть, надеясь, что его упорство будет вознаграждено. — А ты всё пытаешься отклонить, — он упёрся правым локтем в матрас, приподнимаясь и нависая над Чохви. — Тебе не нравится то, что я предлагаю? — Мне не нравишься ты, — она вытянула руку, упираясь пальцами в губы Тэхёна и отталкивая его лицо подальше от себя. — Тогда тебе нравится Чимин? — он склонился снова, не собираясь сдаваться так просто. — Нравится он? Почему? Чохви помотала головой, отгоняя внезапно обрушившуюся на неё дрожь. Она пробежалась от кончиков пальцев на ногах до поясницы, заставляя думать, что мысль о Чимине настолько неприятна, что Чохви дрожит, а потом она почувствовала руку Тэхёна на внутренней стороне левого бедра. Он осторожно касался её пучками пальцев, щекоча. — Что ты пристал к этому Чимину? — Чохви до боли прикусила кончик языка, когда рука Тэхёна двинулась глубже, протискиваясь между её бёдрами. Он так настойчиво приставал к ней, что было сложно оставаться равнодушной. Ему бы она никогда в жизни не призналась, но ей не хотелось, чтобы он останавливался, задавал лишние вопросы и ходил по лезвию ножа, на грани между хорошим собой, развязным и очень-очень грубым. Ей нравился милый и умеренно саркастичный Тэхён, который извинялся всякий раз, болтая о ней глупости, но ей также нравился и глумливый голый Тэхён, сжимающий в руках свой член. Мысль о грубом Тэхёне приходилось всячески подавлять — вот она Чохви совершенно не нравилась. Ей было обидно слышать пренебрежение в его голосе, когда он якобы предлагал ей повеселиться с ним в душе, а на деле просто хотел продемонстрировать своё превосходство. Будто она до сих пор не поняла, что он куда лучше Чимина. — Хви, — произнеся её имя, он оставил рот открытым и выдыхал через него, увереннее ощупывая пальцами оливковую кожу. — М? — она отозвалась спокойно, несмотря на то, что его указательный палец достиг ткани узких чёрных трусиков. Ей удавалось дышать размеренно, не выдавая своего возбуждения. — Мне не нравится Чимин, — Тэхён проговорил смущённо, неспешно проводя пальцем вдоль трусиков, совсем легонько касаясь половых губ. — Он курит и обнимает тебя как-то неправильно, его поцелуи даже со стороны слюнявыми выглядят. И он отморозит себе яйца, если будет ходить в такой одежде. Чохви тихо рассмеялась, немного задыхаясь от его слов и прикосновений. Чем больше он злился, тем быстрее водил пальцем, нарочно надавливая там, где у неё находился клитор. Из-за его действий при каждом надавливании влажное пятно на трусиках становилось больше. — И он просто н-… неприятный, — Тэхён долго подбирал именно это слово. Оно отлично описывало Чимина. Приятный на первый взгляд, и совсем неприятный, когда узнаёшь его ближе. Разве Чохви не говорила, что часто разочаровывается в таких парнях? Тогда почему в Чимине она до сих пор не разочаровалась? — Вот как, — Чохви расслабилась и развела ноги чуть в стороны, открывая Тэхёну больше возможностей, а он всё равно поглаживал её через нижнее бельё, войдя во вкус. Он так погрузился в это занятие, что едва расслышал в её голосе насмешку. Иногда он думал, что отомстит ей за каждое неудобство, которое причиняли ему её выходки. Сегодня он мстил ей, лаская её пальцами. С ускорившимся пульсом Тэхён заставил себя вглядываться и дальше в темноте в её лицо, действуя на ощупь, временами аккуратно, временами импульсивно. У него затекла рука держать свой вес так, поэтому когда Чохви стала чаще ёрзать на постели, раздвигая ноги шире, он решительно спустился вниз, откидывая одеяло в сторону. Прижимаясь к правой коленке Чохви губами, он массировал её клитор по кругу пальцами. Его поцелуи были сухими на начальных этапах, но чем скорее он приближался к её бёдрам, тем чаще допускал влажные поцелуи, с приоткрытыми губами. Во время таких поцелуев он не пытался быть тихим и отстранялся со звонким чмоком, ведя кончиком носа по внутренней стороне бедра всё выше и выше… — А что ты думаешь о нём? — Тэхён едва остановил улыбку, грозившую появиться на его лице, когда Чохви, напрягая косые мышцы живота, потянулась рукой вниз, в воздухе пытаясь нащупать его, а когда не получилось, накрыла его руку своей, направляя его пальцы чуть ниже, именно так, как ей нравилось. — Я не знаю, — ей нелегко было разобраться с квартирным вопросом, но определиться с мнением касательно Чимина было проще простого. Тэхён осыпал горячими поцелуями её ляжки, с каждым последующим давая понять, что поднимается, но услышав ответ Чохви, он замер. — Всё ещё не знаешь? — он подтянулся выше, убирая руку с её паха и упираясь подбородком в низ её живота. От кофты исходил более сильный запах женских духов. Тэхён пару раз видел, как она обрызгивала ими одежду, волосы, иногда запястья. — Хви. — Да? — от того, как она наклоняла голову, у неё появилась тонкая складочка под подбородком, но для Тэхёна она всё ещё была красавицей. Это ранило. Ему хотелось поговорить с ней начистоту, выяснить, что она думает не о Чимине, а о нём, но завести такой разговор сейчас было страшно. Она злилась на него за те полчаса безумства в промежутке между сном и моментом, когда алкоголь начал понемногу выходить из его организма, заставляя его чувствовать себя неважно. А может дело было в том, что она не сказала, что ей Чимин тоже не нравится, не сказала, что не думает о нём вообще на его вопрос. — Да ничего, — стоило ему убрать голову и руки от её тела, как столь привычные уют, тепло и трепет исчезли, — я устал. Он вернулся на свою половину кровати — вечно правую, снова переползая под одеялом и впоследствии делясь им с Чохви, чтобы она не замёрзла. А ей не нужно было покрывало, ей нужна была причина, оправдание, почему они остановились сейчас и откуда эта серьёзность в его голосе. Он шутил про шёлковые простыни несколько минут назад, нагло касался её, когда она не просила, а потом внезапно остановился, так и не доведя дело до конца. — Тэхён, — Чохви пощекотала его ступню под покрывалом, — ты же не забудешь на завтра? — Не забуду что? — притворяясь сонным, пробормотал он. — Мне перечислить в обратном порядке или в правильном? — она пощекотала снова, а Тэхён плотно стиснул зубы, чтобы не поддаться этому невыносимому чувству. — Твоя щека с листочком салата, такси, мотельный номер, и гвоздь программы — соблазнения в душе. Я видела твою задницу, а ещё всё. Всё видела. Тэхён молчал раздражающе долго, но до того, как Чохви успела окончательно разозлиться и начать дёргать его снова, он тихо хмыкнул: — Ты так отчаянно пыталась посмотреть на мою задницу, что я не мог скрывать её от тебя ещё дольше, — его слова переросли в сладкий зевок. — Я обязан всё забыть. Иначе я сгорю со стыда.

***

Хотелось бы Тэхёну забыть хоть что-то. Из его головы напрочь были стёрты только воспоминания о том, как он попал в мотель, зато он прекрасно помнил, как хохотал, стягивая с себя одежду по пути в душ. И он помнил ошарашенный и смущённый вид Чохви, когда она подглядывала за ним. Ему и сейчас было необходимо поджимать губы, чтобы сдерживать назревающую улыбку. — Знаете, почему почтовые приложения так редко скачивают? Всего лишь возможность отслеживать посылки и регистрировать накладные онлайн, а весит свыше ста сорока мегабайт, — БонСоль поддела Тэхёна плечом, вырывая его из мыслей о Чохви. — Наше приложение должно быть удобным и лаконичным — не более восьмидесяти. Тэхён застучал клавишами ноутбука, делая пометку в блокноте «80 мб». — И когда уже будет готов дизайн наград за открытые категории? По нескольким первым встречам у Тэхёна сложилось впечатление, что заместитель директора очень нервный и требовательный мужчина, в отличие от того же директора банка — весьма спокойного и медлительного человека, который выглядел беззаботным большую часть времени. БонСоль же была где-то между этими двумя — иногда впадала в панику, когда заместитель внезапно требовал от неё какой-то точной информации, иногда лениво чёркала в блокноте цветочки под презентации Тэхёна. Её мнение его интересовало меньше всего, но всегда было неприятно быть тем выступающим, которого со всей аудитории слушал только преподаватель или, как сейчас, заместитель директора. — Я отправил образцы двадцати четырёх наград для восьми категорий госпоже Ким БонСоль на почту, — Тэхён повернул голову в её сторону, выжидающе глядя на неё. — Отправил? — удивилась она. Неужели снова снесла нечаянно, пока очищала спам? Её щёки побагровели, когда оказалось, что заместитель Чон смотрит на неё так же, как Тэхён, но с толикой суровости. — Только что, — проговорил Тэхён одними губами, чтобы не попасться. БонСоль округлила глаза, а он просто пожал плечами, растягиваясь на стуле и вытягивая свои длинные ноги. Не так он себе представлял воскресное утро предпоследней недели перед ужесточением карантина. Проснувшись утром в мотельном номере, он назло Чохви притворился, что не понимает, к чему эти её обвинительные взгляды. Он планировал растянуть эту игру в амнезию хотя бы до вечера, до того, как они снова не оказались бы наедине в её спальне, но перед этим предстояло пережить тётины допросы и причитания, ведь она так переживала, когда они не вернулись прошлой ночью домой, что даже не додумалась позвонить — чтобы их не побеспокоить. По крайней мере, если бы она позвонила, у Тэхёна была бы причина убрать руки с клитора Чохви. А так её не было, и это её тоже явно злило. Раззадоренная и неудовлетворённая девушка — что может быть хуже? Пока он планировал притворяться, она строила планы мести в лице коварной и слишком «беременной» женщины. Всё так нелепо провалилось, когда по пути к дому Тэхёна вызвонил его начальник, оповещая о срочной внеплановой встрече с представителями банка. Сроки хотели сместить, доплату гарантируют, но у них снова куча условий. — Разве, как личный ассистент, ты не должна круглосуточно проверять почту и держать все материалы наготове? — БонСоль поклонилась раз, потом два, чуть не стукнувшись лбом о стол, но Тэхён подставил свою ладонь, предотвращая появление синяка у неё на лбу. БонСоль надеялась, он не ждал от неё благодарности после такой подставы с наградами. — И когда вы хотите получить демо-версию? — у него было ещё несколько небольших проектов, дедлайны которых были назначены на начало декабря. — Демо-версия до пятого ноября, полностью готовое приложение — не позже двадцатого ноября. БонСоль на всякий случай записала новые даты в своём блокноте. У неё было много пометок от руки. — Это же возможно? — заместитель Чон немного поубавил свой пыл, говоря спокойнее в преддверии завершения маленького собрания. — Да, конечно, — Тэхён позакрывал лишние вкладки, в том числе и недавнюю про ошибки в тестах на беременность. — Я напишу БонСоль, если демо-версия с уменьшенным размером будет готова раньше. Все втроём встали, собираясь прощаться. БонСоль поклонилась заместителю, затем они с Тэхёном обменялись короткими кивками. Был без пятнадцать час, когда встреча официально подошла к концу. — Если нам придётся работать во время карантина оффлайн, убедитесь, пожалуйста, что прошли все этапы вакцинации, — попросил заместитель Чон, введя Тэхёна в минутный ступор. С нынешним положением дел он вообще не планировал вакцинироваться. В его компании это было необязательно, к тому же, всегда была возможность связаться онлайн. Он собирался переспросить, выяснив подробности и так ли это необходимо, но вместо него заговорил его желудок. Он очнулся с ужасным рёвом раненного тигра, заставляя Тэхёна согнуться в поклоне снова, и прижать ладони к животу в попытках приглушить урчание. Он выпил вчера слишком много, а ел в основном только салат, из-за этого ему было нехорошо утром и он не рискнул кушать тушеную в кисло-сладком соусе курицу госпожи Чхве. Его при мысли о еде тогда подташнивало. — Хотите вместе пообедать? — заместитель Чон окончательно расслабился: плечи опустились, морщинки вокруг губ исчезли, дышал он спокойнее. — У меня как раз скидочные купоны сгорают сегодня. БонСоль бросила неуверенный взгляд на Тэхёна, ища ответ на вопрос у него. — Да, — он кивнул, не зная, оказывает ей услугу или всё портит, но в нём проснулся аппетит и дикое желание выпить целый графин холодного лимонада с имбирём. — Да, — ответила вслед за ним БонСоль. Было бы грубо не пойти на обед со своим начальником и Тэхёном, когда они оба уже договорились. Заместитель Чон открыл портфель, в котором хранил распечатки по проекту, и начал искать в них купоны. Их было всего два. — Поешьте вместе и наберитесь сил, — заместитель Чон приподнял руку со сжатыми в кулак пальцами. — Удачи! Перед уходом пришлось поклониться ещё дважды, а потом Тэхён сгрёб со стола картонки с пятидесятипроцентной скидкой на похмельные супы в «Джэтак Ту». Именно такой суп сегодня был ему необходим. Он повернулся к БонСоль, так и оставшейся стоять напротив своего стула, и показал ей бумажки. — Пойдём? — она насупилась, тоже удивлённая тем, что придётся идти только вдвоём. — Да пойдём. Скидка пятьдесят процентов. Купим две порции по цене одной. Чохви бы это понравилось, такая себе акция «1+1». — Госпожа Ким, не заставляйте меня вас за руку тащить, — он рассмотрел картонки с обеих сторон, ища адрес ресторана. И, о чудо, был один ресторанчик на Хвагоке. — Просто поверить не могу, что он дал нам скидки на супы вместо того, чтобы угостить мясом, — она кинула блокнот себе в сумку, протягивая руку за пальто. Тэхён подхватил его скорее неё, расправляя рукава и поворачивая его внутренней стороной к ней, чтобы ей было удобнее продевать рукава. — Спасибо. Тэхён иногда делал это для Чохви, для БинЫ, для бабушки, даже разочек для госпожи Чхве. — Обычно я не верю в судьбу, но эти скидки на супы… — он улыбнулся, хватаясь за свою куртку. — Они точно судьба. — А по вам сразу видно, что вы пили всю ночь, — БонСоль уже ждала его у выхода из конференц-зала. Раньше Тэхён никогда не переживал о своей внешности — причесался, зубы почистил, и уже красавчик. А из-за желудка и частично бессонной ночи он выглядел бледным и измученным. — Старею, — пошутил он, — пил всего два часа прошлым вечером, а выгляжу на целую ночь… Посмеиваясь, они вышли через другой офис, чтобы не сталкиваться лишний раз с коллегами Тэхёна и его начальником. У того вечно было много вопросов и он желал знать всё, о чём говорили его подчинённые с клиентами. — Вообще, самый действенный способ лечить похмелье — тем же, чем его заработали, — БонСоль легко было заставить улыбаться. Её смешили даже самые несмешные шутки и замечания Тэхёна. — Предлагаете мне напиться с утра пораньше? — на улице было свежо и ветрено. Тэхён натянул на голову капюшон, боясь простудить уши. Он достал телефон, следуя советам навигатора и несколько раз изменяя направление из-за построенного какими-то обходными путями маршрута. У БонСоль была замечательная реакция, она замирала ровно в шаге от него, когда он останавливался посреди дороги, присматриваясь к точкам на карте. — Необязательно напиваться, — пояснила она, — одной бутылочки будет достаточно, чтобы вылечить голову. — Эй, моя голова в полном порядке, — Тэхён обернулся к ней, по привычке глядя чуть ниже, на уровне глаз Чохви. — Будет ли нормально, если мы перейдём на неформальную речь вне офиса? Мне нравится говорить на «ты» с тем, с кем я ем. — Если она в порядке, почему тебе было так сложно сосредоточиться на задачах зануды Чона? Она одарила его весёлой улыбкой, от которой у неё глаза заблестели. Вместе они в который раз перешли улицу, после чего Тэхён стал крутить выложенную синими кружочками дорожку в смартфоне. БонСоль перепугала его до смерти, вытянув руки и холодными пальцами впившись в его щёки для того, чтобы поднять голову прямо перед вывеской нужного ресторана. Следы её пальцев остались на его коже бледными пятнышками на долгих четыре секунды. Тэхён потёр обе щеки, стараясь ещё скорее стереть её отпечатки с них. — Это связано с алкоголем только на двадцать процентов, ещё на двадцать с тупостью его задач, а на остальные шестьдесят с… кое-кем, — он не успел опередить её у двери, и именно она открыла для него, натягивая свою одноразовую светло-розовую маску на нос. — Моя статистика на пятьдесят процентов связана с тупостью его задач, если не на семьдесят, — она заняла тот столик, к которому начал идти Тэхён. — Остальные распределяю между тобой, своим отделом и директором. — Я приношу тебе головную боль? Тэхён с большим удовольствием плюхнулся на стул с мягкой обивкой, вытягивая ноги под столом и нечаянно цепляя носком кроссовки подошвы туфли БонСоль. — Любая работа её приносит. Когда к ним подошёл официант с целым списком предложений, БонСоль отобрала у Тэхёна купоны и спросила, какие супы попадают под акцию. Тэхён очень ответственно подошёл к выбору, пересмотрев все ингредиенты супов, чтобы в них никаких паприк и томатов не было. В конечном счёте он заказал говяжий бульон с рисовой лапшой, а БонСоль заказала что-то со свининой. — Пока едим, мы будем говорить о банковском приложении? — предположила она, когда заказ был сделан. Тэхён громко шикнул, прикладывая указательный палец к губам, скрытым за маской. — Мы же вроде пришли к выводу, что это причиняет нам головную боль, — он поморщился, выглядя при этом до невозможности милым и забавным. — Поговорим о чём-нибудь приятном. Тут в меню по скидке рёбрышки в остром соусе, ты бы не хотела разделить со мной порцию? БонСоль сглотнула, опуская взгляд на свою голубую рубашку с белым кружевным воротничком. Не лучшая одежда для рёбрышек и красного соуса. — А-а, — понимающе протянул он, ехидно улыбаясь. БонСоль запросто могла представить его улыбку за маской, потому что даже его глаза улыбались. — Ты из этих неряшливых людей, которые непременно испачкаются, пока будут есть? Прямо как Чохви. Тэхён снова улыбнулся, припоминая катастрофу с кофе и вынужденный стриптиз в ванной перед стиркой. Он стянул маску на подбородок и наклонился вперёд, говоря как бы по секрету, прикрывая рот ладонью: — Для таких как ты здесь есть фартуки, — ему было весело, — принести для тебя один? БонСоль повторила за ним и сняла маску. — Да, пожалуйста, — она не была неряшливой, но не помешало бы перестраховаться. Пока Тэхён выбрался на поиски фартука, она спрятала маску в сумку, а взамен достала карточку компании. Заместитель Чон угостил их только наполовину, так что вторую половину можно было взять у банка. — Тут все фартуки с петухами, свиньями и коровами, — он протянул ей один с чёрными пятнами на белом фоне. — Этот самый приемлемый и милый. Он ещё не успел сесть, когда официант принёс их тарелки с супом. А до того, как он сбежал, Тэхён заказал рёбрышки. Он предвкушал этот обед, желудок снова урчал, слюны был полон рот. Возможно из-за чувства голода, но первая ложка супа показалась божественной. Тэхён сделал такое лицо, что БонСоль поперхнулась, стараясь не смеяться. — Так вкусно? — поинтересовалась она. — Да, на вот таком уровне, — он задрал левую руку над головой, показывая, как высоко оценил еду. — Хочешь попробовать? Схватив палочки, он отделил небольшой кусочек говядины и положил ей в ложку на пробу. Он не сомневался, что мясо из его супа вкуснее свинины из её. Он ждал, что она сразу попробует, и пока ждал, у него в кармане завибрировал телефон. Чохви писала ему. 13:19 Хви: ты забыл, что у тёти счётчик стоит? Ты уже оштрафован на двести сердечек за совещание в выходной и за задержку на работе. Когда ты придёшь? Извиняясь перед БонСоль, он убрал телефон под стол и стал строчить ответ. 13:21 Тэхён: двести сердечек? Типа, теперь она любит меня меньше? Хотя мне всё равно, главное, чтоб меня любила моя беременная капризуля 13:21 Хви: я правда должна любить тебя после того, что ты сделал прошлой ночью? И ты не сказал, когда придёшь! 13:21 Тэхён: а что я сделал? Весь день пытаюсь припомнить, в чём провинился, но в голове темнота. Приду не скоро, я лечу похмелье. Он послал ей смайлик с глупой улыбкой и косыми глазами, чтобы побесить её ещё немного. Неужели то, что он постоял перед ней голым в душе, их «мокрые» объятия и его пальцы на её клиторе не заставили её влюбиться в него? Кажется, нужно было больше полагаться на дорамы, а не на Нетфликс. — Что-то хорошее? — он поднял голову от звука голоса БонСоль. — А? — телефон в его руке провибрировал. — Это оставшиеся шестьдесят процентов. Пытаются сделать мне больно всё время, но после такого вкусного супа я заработал несколько щитов и могу отбиваться. 19:23 Хви: хочешь, чтобы я написала конкретную причину или завуалированную? Ты не можешь лечить похмелье дома, со мной? 19:23 Хви: ТЫ ЧТО, С КЕМ-ТО? Суп Тэхёна остывал в тарелке, а рёбрышки в остром соусе как раз передвигались из кухни в зал. 19:24 Тэхён: я за конкретику. И не с «кем-то», а с госпожой Ким БонСоль Большая плоская тарелка ломилась от того количества рёбрышек, что были на ней. Сочное красное мясо в соусе так и манило Тэхёна, завлекало своим волшебным ароматом дымка, ядрёного кочучжана и зёрен горчицы. Он так хотел попробовать, что первый видеозвонок Чохви сбросил, решив помучить её, но она перезвонила снова, через Какао. — Кто такая госпожа Ким БонСоль? — это был её первый вопрос, когда Тэхён повёл красный кружочек в сторону, а вызов всё равно принял. Чохви показалась на экране мобильного в его футболке. БонСоль задержала ложку с супом у рта, поднимая взгляд на Тэхёна, пока тот безуспешно пытался снизить громкость, но кнопка заедала. Он просто хотел позлить Чохви, а не выставлять себя идиотом. А ему, собственно, и не нужно было — Чохви отлично справлялась с этим вместо него. — А про конкретику, которую ты якобы забыл, а теперь ешь там где-то с кем-то, — она с таким разъярённым видом смотрела на него, — я про твой член, предложение куннилингуса и то, как подло ты поступил, не дав мне кончить. У БонСоль через нос брызнул солёный бульон. Она закашлялась, на глаза слёзы навернулись, и Тэхён первым делом натаскал салфеток из деревянной коробочки, протягивая их ей. — Мы можем говорить о таком дома? — кричащим шёпотом спросил он, оглядываясь ещё и по сторонам в ожидании осуждающих взглядов. Сегодня он не брал с собой наушники, потому что на работе они ему были не нужны. — Если ты скажешь, когда ты будешь дома… — Через полчаса, — ответил Тэхён, готовясь сбросить вызов поскорее, но Чохви покачала головой, приближаясь к камере. — Хочешь ещё минус триста сердечек и плюс одну громкую неудобную правду? — последние три слова она прокричала в динамик. — Твои родинки на зад-… Он нажал на красный круг раз двести подряд, нервно посмеиваясь под удивлённый взгляд БонСоль. За их столиком повисла ужасно неловкая пауза. — Обещаю притвориться, что не слышала, — она вытирала нос и рот салфеткой, — если ты притворишься, что не видел этого. Он уже напритворялся достаточно за последний месяц. — Прости, — он протянул ей ещё несколько салфеток, дотягиваясь до неё через стол и пытаясь помочь ей оттереть мокрые пятна с кружевного воротника. — Фартук не гарантирует стопроцентной защиты, только посмотри, мы оба конкретно испачкались… БонСоль отчаянно тёрла красные от смущения щёки, искренне веря, что Тэхён решит, будто дело не в Чохви и её словах. — Всё в порядке, — она позволила ему поелозить салфеткой по воротнику ещё секунд пять. — Ты, наверное, торопишься домой… Заберёшь рёбрышки с собой? Тэхён торопился домой только для того, чтобы прибить Чохви, хотя был уверен, что её казнь может подождать ещё некоторое время. Ох, он бы выбрал самый изощрённый способ из тех, что были описаны в его любимых книгах. — Поделим напополам, — отрезал он, бросая салфетку к тем, что уже лежали на столе. — И я оплачу обед. Моральная компенсация, так сказать. — Но… — попыталась она, указывая на карточку. — Нет-нет, побереги бюджет своего банка, я собираюсь попросить большую доплату за приложение.

***

Да как он мог издеваться над ней второй день подряд? Чохви знала, что он знает, как бы он ни пытался обмануть её. В мотеле она проснулась позже него, и первым делом столкнулась с его взглядом. В течение ночи он успел несколько раз менять положение, ложась валетом, поперёк, раскидывая ноги и руки, а к утру повернулся к ней, и растянулся на животе. Одеяло Чохви у него отжала полностью. «Ты пускаешь слюни, когда спишь», — сказал он ей. Она опустила взгляд вниз, практически прикрывая их в процессе изучения голой спины Тэхёна и белых боксеров. «Так может тебе не мешало бы прикрыться? Я могу напускать ещё больше», — ответила она. Прошло несколько секунд игры в гляделки, прежде чем Тэхён солгал о своём смущении и стащил у неё покрывало, нежась в тепле рядом с горячим телом Чохви. Она ждала, когда они поговорят о прошлой ночи, вернувшись к разговору и о Чимине, и в этот раз она скажет, что со всем давно определилась. Но Тэхён не начинал разговор, а ей было как-то неловко. С наступлением темноты о таком говорилось проще, в случае чего можно было отвернуться друг от друга и прикинуться спящими, а утром, когда пора выезжать, совсем не хотелось поссориться или расстроить друг друга. — Чохви, ты будешь апельсины? — тётя Джувон заглянула в гостиную, где Чохви обклеивала стикерами старый чехол от ноутбука Тэхёна. Он бросил его ей в стол, когда убегал на работу этим утром. — Спасибо, я пока ничего не хочу, — она клеила один на другой, очень плотно друг к другу. Тётя Джувон не развернулась и не ушла сразу, как это делала обычно, а наоборот вошла в комнату, подбираясь к дивану и присаживаясь с краю, чтобы посмотреть, чем занималась племянница. Тётя Джувон совершенно не понимала все эти жуткие стикеры с рисованными монстриками, клоунами и хэллоуинскими тыквами. — Как тебе? — Чохви повернула к ней чехол наклейкой с клоуном. — Это Пеннивайз. Он из книги Кинга. А Тэхён читает Кинга… — Тебе нечем больше заняться без него? — тётя Джу поджала губы в лёгкой улыбке. Чохви застонала, сдаваясь и бросая чехол на журнальный столик. Она откинулась на спинку стула, складывая руки на груди. — Не знаю, такое чувство, что дом превращается в королевство скуки и сверхурочной работы, когда у Тэхёна есть дела без меня, — это вовсе не касалось тех дней, когда у них двоих были разные планы и они находились в разных частях Сеула, занимаясь каждый своим. — Ну кто устраивает совещания утром в воскресенье? С Чохви такого раньше не было. У неё всегда было много дел в свободное от учёбы и работы время, а даже когда не было, ей не становилось скучно, и уж тем более она ни по кому не скучала. Ей нравилось находиться дома одной, посвящая личное время своим интересам. Правда, в последний месяц её интересы непременно сводились к Тэхёну, потому что он вклинивался в каждое её занятие, по своей воле или потому что она заставляла. — Всё же, замечательно, что ты повстречала такого парня, как Тэхён, — тётя Джувон приобняла Чохви за плечи, поглаживая её по спине. — Заочно он уже одобрен твоим отцом, к тому же, он очень хозяйственный и красивый. — Да, то, что он красивый, несомненный плюс, — поддакнула Чохви. — А если серьёзно… Тётя, у тебя никогда не бывало чувства, что, может, где-то когда-то ты повстречаешь человека, в которого влюбишься с первого взгляда, прям по уши, на всю жизнь, в то время как рядом с тобой уже кто-то будет? Чохви ненавидела расстраивать парней своими смс-ками, просто потому, что они не нравились ей на все сто процентов с первой встречи. Ей очень хотелось с кем-то встречаться, но для этого ей нужен был тот, в ком она больше чем просто уверена, тот, кто будет приковывать её взгляд снова и снова, и никакой другой парень не сможет занять её мысли ни сейчас, ни через десять лет. — У меня нет ни одного знакомого, который бы влюбился с первого взгляда и на всю жизнь, — хохотнула женщина. — Такого не бывает, Чохви. Всему нужно время, а когда оно проходит рядом с кем-то, ты привязываешься, вы становитесь ближе, и это, по сути, не умаляет того, что ты уже чувствуешь, а наоборот заставляет расти. — Хочешь сказать, я буду любить Тэхёна ещё сильнее через десять лет? Тётя Джувон пожала плечами. — Не знаю, — она загадочно улыбнулась, — есть много пар, которые разводятся, несмотря на детей и любовь… — Ну тётя! — Чохви отстранилась от неё. — Ты должна развеять мои сомнения, а не добавить ещё больше. Я и так напугана! Чохви всё казалось, что она торопится, словно сидит на ночной рыбалке, выслеживает клёв и до конца не знает, пришло ли время тянуть или подсекать. Рыба может сорваться с крючка, если она поспешит, оказаться черепахой или же обманкой. Но с другой стороны, если передержать, можно упустить вообще всё. — О, — тётя Джувон подняла указательный палец, прислушиваясь к топоту ног в подъезде и звону ключа, когда Тэхён в полутьме пытался вставить его в замочную скважину, то и дело промазывая. — Пока он разденется и руки помоет, я поставлю чайник. Через минут пятнадцать попьём чай и поедим джема, ладно? Чохви встала с дивана вместе с тётей, выходя в коридор и дожидаясь Тэхёна там. С ходу он всучил ей бумажный пакет из ресторана, неаккуратно скидывая кроссовки и торопливо стягивая куртку. Дома было так тепло, что он в считанные минуты согрелся, хотя кончики ушей у него всё равно были красными от холода. — Пойдём, — он обхватил Чохви за плечи, оглядываясь в сторону кухни, потому что боялся, что госпожа Чхве может за ними подглядывать. — А руки помыть? — удивилась Чохви, плетясь вместе с ним в спальню. — Потом. Сумка с ноутбуком легонько билась о её левую ногу, когда они медленно передвигались в сторону спальни. Оказавшись внутри, Тэхён отложил сумку на стол, а потом притащил стул к двери, подпирая её изнутри. — Ну и какого чёрта, Хви? — его брови сошлись на переносице, когда он начал возмущённо шептать. — Ты ведь знала, что я был в кафе вместе с девушкой. Ты не могла спокойно подождать меня дома? Она опустила на пол пакет с рёбрышками, упирая руки в боки. — Ты был там вместе с девушкой? — она надеялась, что «госпожа Ким БонСоль» милая престарелая женщина. — Думаешь, тебе можно, а мне — нет? — от неё и правда могла разболеться голова. Чохви снова была нерешительна, но не могла позволить всему завершиться ссорой, уж лучше каким-нибудь неловким, неуклюжим моментом, который можно будет перевести в шутку и прийти к перемирию. Он может никогда не повторить того, что было вчера, если они ещё немного покричат друг на друга шёпотом. — По-твоему, будет нормально, если ты будешь ходить на десять свиданий в неделю и пересказывать их мне, показывать фото всяких парней, а в качестве бонуса потащишь меня на одно из них, предоставив место в первом ряду на ваши поцелуи? — Тэхён скривился. — Ты что, ждёшь, пока я приглашу тебя на своё свидание? Мне выслать приглашение по почте или от руки написать? — он сделал шаг ближе к ней. — «Уважаемая Чхве Чохви, приходите посмотреть, как я буду лизаться с девушкой, которая мне очень нравится, гораздо, гораздо больше вас». Её сердце забилось ещё быстрее, когда она сжала губы, чтобы не сказать ничего обидного в ответ. Это он вчера вёл себя как козлина, намекая на секс. А сегодня он заговорил таким образом? Их идеальная ложь разваливалась на глазах, потому что Чохви больше не хотела лгать. — Ну и к чёрту! — не выдержала она. — К чёрту! Я хотела сказать, что ты мне нравишься, но иди ты в задницу, придурок конченный! Стул под дверью зашевелился, когда госпожа Чхве попыталась открыть её. Возможно, она всё слышала, возможно, стояла там уже некоторое время, и всё окончательно разрушено. Оттолкнув обалдевшего Тэхёна в сторону, Чохви отодвинула стул ногой, сталкиваясь на входе со своей тётей. Та держала в руках тарелку с тостами, покрытыми толстым слоем мандаринового джема. — Чай… — начала она. — Я не буду! — буркнула Чохви, протискиваясь в небольшой промежуток и направляясь в коридор. Она была в ярости, выдыхала разъярённо, клонилась вперёд, идя быстро и громко. — Чохви, ты куда? — госпожа Чхве наклонила тарелку, чуть не выронив тосты на пол. Куртка шуршала, собачка с громким «зип» продвигалась вверх по молнии. Пока Тэхён пытался пробраться к выходу через баррикады из табуретки и неповоротливой госпожи Чхве, Чохви громко хлопнула входной дверью. — Что-то случилось? — спросила она вдогонку. — Да, — Тэхён путался в шнурках на кроссовках, уже жалея, что скинул их как попало, а не поставил аккуратно, как делал это обычно, — мы оба немного облажались. Но Чохви — больше.